Боль — лучший учитель

      Покончив с водными процедурами, Санса, вернувшись обратно в комнату, поплотнее прикрыла за собою двери, и неторопливо облачившись в свою новую ночную рубашку, тотчас уложилась спать, не став дожидаться возвращения Рамси. Дорога назад оказалась довольно утомительной и порядочно устав за это время, она надеялась быстро заснуть, чтобы с новыми силами встретить рассвет нового дня. Раньше пребывания здесь ей казалось бессмысленно, но теперь, когда у неё наконец-то появилась цель, вернее посторонний человек подарил надежду на побег, будущее казалось девушке уже не таким безоблачным, как раньше. Если у неё оставался шанс на спасение, унывать было бессмысленно. Надо только набраться сил для свершения начатого предприятия, и безумная идея, связанная с побегом, могла вполне осуществиться.       Задремав с такими многообещающими мыслями, Санса не сразу поняла, что именно прервало её сон посреди ночи, но только ей показалось, что в спальне она находится не одна, открыв глаза, девушка была несколько удивлена, увидев перед собой Болтона, который заглянув в её спальню без предупреждения, собирался устроить какое-то показательное наказание.       На столе горели зажженные свечи, сам Рамси был раздет до пояса, демонстрируя свой торс, но дикий взгляд молодого человека не сулил ей ничего хорошего. Порядочно напрягшись, Санса села на постели и, подтянув к себе колени, стала ждать, что последует дальше. Путь обратно он провел в полном молчании, когда в остальное время имел свойство рассыпаться шуточками в духе только ему понятному черному юмору, напоминая чем-то беззаботного парня, но сегодня он выглядел довольно озадаченным, и смутно догадываясь, что именно могло повлиять на резкое изменение его поведения, Старк, не решаясь начать разговор первой, чтобы не нарваться на грубость, поплотнее укуталась в покрывало, стоило ей отметить, что он находится в нетрезвом состоянии, подталкивающее его на совершение более неадекватных и опасных поступков.       Стычка со старшим братом, как напоминание о собственных недостатках, оставила в его душе отвратительное послевкусие, и в очередной раз сравнивая себя с Домериком, Рамси, казалось, не переставал удивляться, почему тот до сих пор находится в живых, когда сама память об этом человеке давным-давно должна была кануть в Лету после подстроенной им в будущем смерти, и порядочно отвыкнув за это время от жестокости, не считая тех мимолетных пощечин, которые успела получить за свое дерзкое поведение в самом вначале, Санса, пристально следя за бастардом, только сейчас поняла, каким опасным он может быть, если не на шутку задеть его своим грубым высказыванием.       — Ты нарушила сегодня данную мне клятву, заговорив с моим братом, — начал он сыздали, пригубив из кубка остатки спиртного. — Поэтому я хочу знать, что вы с ним обсуждали.       — Ничего, — бросила Санса, опуская глаза. Нотки в его голосе не сулили ничего хорошего, и подсознательно чувствуя, что он подготовил для неё какую-то жуткую расправу, сохраняя прежнюю непринужденность, девушка постаралась сделать так, чтобы он не заметил её страха, так отчетливого написанного на лице. Этот ублюдок ни в коем случае не должен знать, что она его боится. В противном случае её ожидают очередной поток мучений, которым не будет конца. Презирая этого человека, внешне она старалась демонстрировать то же самое, вот только сегодняшняя расстановка сил оказалась слишком неравной, чтобы собравшись с духом, она могла нанести ему ответный удар. И мгновенно распознав фальшь в её словах, Рамси, приблизившись к девушке, присел на кровать, перехватывая сонный и в то же немного испуганный взгляд юной Волчицы.       — Санса, — его голос зазвучал настойчивей, — я хочу знать, о чем ты разговаривала с моим братом? Он флиртовал с тобой? Домогался тебя?       Переживая стыд за сегодняшнюю сцену с Домериком, которую предпочла бы поскорее выбросить из головы, она продолжала молчать, мечтая, чтобы он оставил её в покое. Подобного рода вопросы оскорбляли её девичью гордость, тем более Рамси ни в коем случае не должен был знать, что она обсуждала с этим человеком план побега, но понимая, что сейчас ведется игра не на жизнь, а на смерть, Санса, едва совладав со своей паникой, накрывающей мерзкой волной её остальные эмоции в районе сплетения, обхватив ладонями своим колени, задала ему встречный вопрос:       — А зачем ты меня об этом спрашиваешь? Я опять сделала что-нибудь не так?       — Нет, — отрицательно кивнул он, скользнув изучающим взглядом по её ночной рубашке, скрывающее от посторонних взглядом соблазнительное тело. — Ты была сегодня великолепна. Но мне не нравится, что ты разговаривала с этим высокомерным ублюдком.       И словно подозревая, что она скрывает от него что-то более важное, чем обсуждение невзрачной внешности новобрачной Домерика, подсев к ней поближе, он подцепил пальцами свободной руки её подбородок, заставляя девушку повыше поднять свою голову, чтобы прочитать по взгляду, искренна она с ним или нет.        — Посмотри на меня, Санса, — вполголоса произнес Рамси, заметив, как её взгляд, скользнул по его телу. — Ты волнуешься?       Вздрогнув, девушка попыталась увернуться, почувствовав какой-то странный жар внизу живота, но ослаблять своей хватки молодой человек не спешил.       — Я так сильно волную тебя? — переспросил он, сильнее впиваясь пальцами в её подбородок и продолжая смотреть в глаза, словно хотел заглянуть в её душу. — Ты вся дрожишь…       — Отпусти, — прохрипев севшим от волнения голосом, Санса потянулась назад, желая сбежать отсюда, лишь бы не сидеть перед этим неадекватным человеком, который совершенно себя не контролируя, мог сделать с ней все что угодно, вплоть до убийства. И чем больше Рамси давил на неё морально, тем больше она убеждалась, что выстроенная ею по отношению к нему стена презрения и равнодушия начинает потихоньку проседать, пока к концу диалога от неё не осталось одно лишь воспоминание, сотканное из страха перед новыми мучениями, которые ей ещё следовало пережить, чтобы получить новый урок.       — Что-то мне нехорошо, — пробормотала Старк, опуская свои ноги на пол. — Я, пожалуй, пойду.       — Сидеть, — поспешно перехватив её руку, приказал он ей остаться на месте, словно она была одной из тех норовистых сук, которую ему надо было срочно выдрессировать. Подчинившись его приказу, Санса снова опустилась на кровать, и не без удовольствия проследив за её нервными движениями, Рамси, снова встретившись с ней взглядом, насмешливо бросил, стремясь оскорбить девушку до глубины души, лишь бы вызвать хоть какой-то эмоциональный отклик: — Ты не Волчица. Ты трусливая сука. И сегодня мы займемся твоей огранкой. Я хочу сделать из тебя сильную и страстную женщину, и ты должна будешь мне в этом помочь.       Сжавшись в комок, она не имела ни малейшего понятия, чего именно он хотел от неё, разбрасываясь столь ядовитыми словами, и порядочно испугавшись смысла его последней фразы, она вцепилась в ткань своей рубашки, прикрывая грудь, когда он, отшвырнув на пол пустой кубок, достал нож, чтобы попробовать его лезвие на остроту.       — С ума сошел?! — вскрикнула Санса, заранее себе представляя, как он, набросившись на неё, проводит лезвием по её телу, заставляя кровоточить царапины и тут же их зализывая.       — Знаешь, я часто спрашивал себя, что есть в тебе такого, Санса Старк, что заставляет меня терять голову при одном взгляде на тебя, — иронично произнес он, продолжая играть с ножом. — Вечно хнычущая, проблемная, безмозглая дура, которая угрожает мне своими умершими братьями и отцом, которые никогда сюда не придут…       Нервно сглотнув, девушка настороженно уставилась на него.       — Я не совсем понимаю, о чем ты…       Привычное хладнокровие ей давно изменило и прислушиваясь к тому, с какой силой колотиться в её груди сердце, она, застыв на месте, с нескрываемым ужасом ждала дальнейших действий бастарда, который, по всей видимости, собирался её зарезать.       — Не понимаешь? — спросил он, слегка подаваясь вперед. — Тогда я скажу тебе…       Его голубые глаза сияли ненормальным, почти лихорадочным блеском.       — Я видел, как ты смотрела сегодня на моего брата, и мне показалось, что он возбуждает тебя гораздо больше, чем я.       — Это неправда, — машинально проронила она и почувствовав прикосновение кончика ножа к своему горлу, изловчившись, ударила болтонского бастарду по руке, попробовав вскочить с кровати, чтобы очутившись в коридор, и отыскав там что-нибудь тяжелое, ударить Рамси по голове, как вдруг он, изловчившись, снова схватил её за запястье, и повалил девушку опять на кровать, прижал собою к меховому покрывалу, скользнув по её шее вверх короткими, обжигающими поцелуями, пока его губы не замерли напротив её подбородка.       — Не смей! — закричала она, начав бить его по голове и царапать до крови его лицо, лишь бы избежать прикосновения его губ к своим. — Отпусти меня, скот этакий!       Но Рамси, проигнорировав просьбу, схватил её вторую руку, и с трудом отняв ее от своего исцарапанного лица, тяжело дыша, прижал девушку к кровати, зарываясь носом в её раскиданные по покрывалу волосы медного оттенка.       — Я хочу тебя, Санса, — еле слышно повторил он, жадно щупая руками её тело под ночной рубашкой.       — Но я не хочу! — закричала она, дергаясь снова и снова, лишь бы вырваться из этого стального захвата, и сбросить с себя его тело.       — Что ж, тем хуже для тебя, — мрачно хмыкнул он, отстраняясь от неё, чтобы снова взяться за нож.       — Отпусти меня, — поспешно проговорила она, ужаснувшись от одной мысли, что он сейчас порежет её на кусочки. — Отпусти сейчас же, иначе твой брат обо всем узнает!       Мгновенно приставив к её горлу нож, он потянул на себя её ночную рубашку и вспоров лезвием тонкую ткани, туго перетянул оставшимся в его руках куском тряпки запястья Сансы, привязывая их к изголовью кровати, тем самым отрезая ей все пути к отступлению. Забившись в истерике, девушка попыталась пнуть его в живот, чтобы оттолкнуть от себя, как вдруг он, поймав её ноги, больно сжал ей щиколотки, и зафиксировав их в таком положении, чтобы она не смогла его больше ударить, навалился на неё своим горячим телом.       — Перед моим братом ты бы охотнее раздвинула свои ноги, не правда ли? — улыбнулся он, прижимаясь челкой к её покрытого испариной лбу.       — Отпусти меня, Рамси, — сдаваясь, умоляющим тоном прошептала Санса, все ещё пытаясь его образумить. — Давай, все забудем. Только отпусти меня. Прошу… Остановись. Пожалуйста…       — Думаешь, я и вправду готов отпустить тебя, после того, как ты нарушила клятву? — переспросил он, насмешливо заглядывая в её заплаканные глаза. — Рассчитываешь, что тебе так просто все сойдет с рук?       И тут же раздвинув её ноги, он переместил свою ладонь под её колено.       — Я хотел договориться с тобой по-хорошему, — добавил Рамси, наклоняясь к нему, чтобы пройтись губами по его чувствительной коже, в очередной раз заставив девушку вздрогнуть от прикосновения его горячего языка, — но в который раз убеждаюсь, что со Старками, по-хорошему нельзя. Значит, придется по-плохому…       Устроившись между её разведенных ног, он ещё раз пробежался взглядом по телу всхлипывающей жертвы, и стянув с себя оставшуюся одежду, плавным, эротичным движением отшвырнул её на пол, заставив Сансу ещё сильнее забиться в своих импровизированных тисках, натирая кожу запястий перетянутой тканью. Прильнув к её дрожавшему телу, словно согревая его своим теплом, он снова прижался лбом к лбу девушки, с каким-то отчаянием всматриваясь в её опухшие от слез глаза, словно надеясь увидеть в их отражении молчаливое согласие на продолжение своих действий, однако так ничего там не обнаружив, принялся ласково целовать её шею, хищно покусывая ключицы, чтобы окончательно свести её с ума этим безумным контрастом из нежности и жестокости.       Он видел в глазах Сансы мольбу отпустить её, но словно не замечая, или не желая замечать, что его просят остановиться, прикрыв глаза, продолжил пытку, словно вынуждая ненавидеть себя за то, что он с ней делал, причиняя боль, и Старк его действительно ненавидела.       Зря она кричала, захлебываясь рыданиями и умоляла его прекратить. Сдавливая её в своих крепких объятиях, Рамси, отчаянно припав к её груди, продолжал её целовать, словно желая прочувствовать бьющееся сердце, и терзая кожу, заставить её пожалеть о сказанном. После чего сжав бедра и лишив девушку последней возможности отодвинуться от него, прошелся дорожкой поцелуев вниз по её животу, заставив безмолвно рыдающую Сансу в очередной раз содрогнуться от этих прикосновений. И когда ему показалось, что этих ласк ей достаточно, и пора приступать к более серьёзному процессу, раздвинув её сопротивляющиеся ноги, он, мягко скользнув кончиками пальцев вверх по внутренней стороне её бедра, без лишних слов проник в её двумя пальцами, вынудив девушку громко застонать и выгнуться в спине.       — Расслабься, дорогая, все в порядке, — с лицемерной нежностью прошептал Рамси, невесомо касаясь её губ своим ртом, словно пытаясь согреть жертву своим обжигающим дыханием. И изо всех сил сдерживая в себе рвущиеся наружу стоны, Санса, сжимая зубы, проклинала его, и свое тело, отвечающее на эти ласки.       Его влажные пальцы продолжали углубляться в неё, раздвигая складки, и слегка царапая ногтями кожу, и продолжая под ним извиваться, Санса, трясь своей округлой грудью о кожу его напряженного торса, металась по кровати, находясь на грани экстаза. И почувствовав, что ещё немного, и она по-настоящему кончит, он, сильнее прижав девушку к себе, осторожно провел пальцами по её холодному лбу, напряженно всматриваясь в её широко распахнутые с мокрыми ресницами глаза, словно надеясь найти в них отклик.       — Я ненавижу тебя, — судорожно всхлипнув, прошептала Санса, почти смирившись со своим положением. — Конченная мразь… Моральный урод! Я никогда не прощу тебе того, что ты сделал с моей семьей!       — Заткнись, — с не меньшей ненавистью прошипел Рамси, сжимая в кулак её локоны, и запрокидывая ей голову. — Я хотел с тобой договориться, но … — и тут же замолчав, словно решив прекратить с ней церемониться, раз от неё все равно ничего не добьешься, резко раздвинул ей ноги и пресекая все попытки девушки сдвинуть колени, глухо выдохнув, грубым рывком вошел в неё, до хруста стиснув ладонями её тазобедренные кости. Жалобно застонав, Санса в очередной раз задрожала, сжимая пальцами обрывки своей ночной рубашки, стягивающей её запястья.       Успокаивающе погладив девушку по волосам, он прижался ртом к оставленному им в прошлый раз шраму над виском, и потершись о него губами, не прерывая своих движений, продолжил медленно в неё входить, пока вовсе не сорвался, перестав себя контролировать. И чувствуя в себе его резкие толчки, Санса, терзая свои искусанные губы, протяжно вскрикивала, словно специально преследуя цель сорвать свой голос. Замерев на секунду, Рамси немного отстранился, и переложив одну её ногу к себе на плечо, а вторую устроив на сгибе локтя, возобновил свои движения, придерживая девушку за ягодицы над кроватью, и не понимая, почему это насилие доставляет ей столько кайфа, Санса, закрыв глаза, продолжала кусать свои губы, лишь бы не кричать от блаженства, которое ей доставляли эти аморальные действия. Увы, этого ему оказалось мало, и выскользнув из неё спустя пару секунд, он неожиданно перевернул девушку на живот и слегка приподняв её за бедра, рывком надавил ей на копчик, заставляя прогнуться в пояснице. Поменяв позу, он раздвинул ей ноги, и прижимаясь грудью к влажной от пота спине Сансы, рывком вошел в неё, кусая девушку в самое основание шеи, заставляя сходить с ума от непередаваемых ощущений.       Тщетно она мечтала, чтобы это поскорее закончилось; Рамси, не на шутку увлекшись своей игрой, даже не думал спешить, словно нарочно стремясь своими действиями разрушить её остатки уважения к самой себе; уничтожить и стереть гордость неукротимой Сансы Старк, показать, что она ничем не отличается от тех других девушек, которые ему тоже когда-то приходилось брать силой. Опираясь одной рукой о кровать, второй он приподнял её голову за подбородок, и повернув девушку к себе боком, продолжил её грубо иметь, пока тело Сансы не затопила волна нежеланного и вместе с тем долгожданного экстаза, заставив её невольно выгнуться под столь ненавистным человеком, чувствуя, как его сильные пальцы накрывают её приоткрытый в беззвучном крике красивый рот.       Когда все закончилось, Рамси, медленно выскользнув из неё, распутал ткань, связывающую её онемевшие запястья, и бережно опустив девушку рядом с собой на кровать, устроился с ней рядом, обоих накрывая покрывалом. Отвернувшись от него, Санса сжалась вся в комок и ненавидя себя за только что испытанное удовольствие, в котором видела предательство, нанесенное собственному роду, подтянув ноги к своей груди, даже сделала ни малейшей попытки отстраниться, когда болтонский бастард, осторожно прильнув к её уставшему телу, погладил её сбившиеся локоны, мягко целуя в плечо. Взбудораженное сознание юной Волчицы нуждалось в кратковременном забвении и прежде чем окончательно погрузиться в спасительный сон, больше напоминающий беспамятство, она ещё долго чувствовала объятия ненавистных рук Рамси, который переплетая пальцы с её, внезапно сжимали её кисть в своей теплой ладони.