Через горькие слезы

20хх год. 28.09. 14:35

      Когда это началось? Когда начался этот путь? И почему я всё иду по нему? Ах, точно: вызов, желание, вдохновение. Четыре года назад я посмотрел известный мультфильм. Кажется, все зовут это «аниме», а не мультфильм, но, впрочем, суть не в этом. Название было достаточно красивое: «Шарлотта», способность главного героя поразила меня до глубины души, я помню первый вопрос, что задал себе с первым чувством, помню, как загорелся желанием ответить на него, я помню… И что теперь? Я пашу на трёх работах и сижу с ночи до утра и с утра до ночи, изучая всё, что как-то связано со способностью переселяться в чужое тело. Столько вопросов и, чёрт побери, так мало ответов. За четыре года я узнал мало чего и собрал почти незначительную сумму для исследований, единственный человек, что меня поддерживает, это, как ни странно, мама, остальные… они просто отвернулись от меня и поставили клеймо психа, ненормального, изгоя. Из-за них моя спутница — это отчаяние, боль и злость, а не друзья, хотя мне так была нужна их поддержка… но никто не говорил, что это будет легко. — Дорогой, сходи покушай… Как всегда этот нежный голос, что дрожит из-за переживания за меня, как всегда мама пытается помочь мне хотя бы морально. Мы живём не сказать что богато, но и не сказать что бедно, что-то среднее, но если брать во внимание долги козла-отца, то, скорее, бедно, большая часть моих зарплат уходит на их погашение и на заботу о матушке, именно поэтому за четыре года я собрал совсем мелкую сумму на исследования. Однако я ее не виню и винить не буду, держимся — и на этом спасибо. — Я не голоден, прости. Этот ответ она слышит целую неделю, целую неделю я питаюсь втихаря заварной лапшой во время чтения старых книг. Если сравнить меня четыре года назад и сейчас, то мой вес сильно упал. — Так нельзя, сынок. Пора бросать эту затею, ты ведь лучше меня знаешь, что все это глупости! Я держалась как могла, старалась как могла, делала вид, что все хорошо, но это… это слишком! Заканчивай с этим! Её голос стал грубым и жёстким, она кричала. То, что я улавливал, превращалось в ножи и било прямо в сердце. Моя родная мать лгала мне все это время. — Что ещё скажешь? Взгляд стал пустым, голос отдавал безразличностью, хочу узнать всё. — Сынок… — Что ещё ты скажешь?! - я перешёл на крик. Гнев. — Не кричи на меня! Ну врала я… ну пойми ты меня! — Что ещё?! Ты ведь знала! - мой голос делался всё громче. Ненависть. — Я сказала не ори!- с этими словами она сама перешла на повышенные тона. - Да, я признаю! Долгов не было, и всё это время ты клал деньги мне… НО! Тем самым ты не собирал деньги на глупость. — Что ты, блядь, сказала только что?! Ты лучше всех знала, почему я это делаю! И ты лгала! Лгала, когда видела моё мучение! Боль. — Сынок… я… сынок? — Я ухожу. В ответ лишь молчание. Видно, до неё дошло осознание того, что она сделала, человек, которому я больше всего доверял, просто взял и плюнул мне в душу, растоптав все мечты и надежды.       Собрав сумку, Кирилл покинул былой дом, он не знал, куда идти, не знал, что делать, не знал, что будет дальше, но его наполняла ещё более разгоревшаяся решимость продолжить то, что когда-то было начато. Поэтому, сжав руки в кулак и подняв голову к небесам, полным чёрных туч, он громко поклялся: — Я дойду до конца!

Успех — это лестница, на которую не взобраться, держа руки в карманах.

Неважно, что было, неважно, насколько больно, не важна цена этого… Главное, что будет в дальнейшем. Это — начало трудной дороги к тому, чего, возможно, и нет, к месту, где риск потерять всё и себя равен девяноста процентам.