Розы

Год назад.

- Это не сильно изменит мультиверс? - Нет, просто очередная доработка? - Что-то не так?

      - Инк, ты как? - Дрим дергает его за руку.        Художник вот уже несколько минут стоит и бездействует. Он не слышал его вопросов до этого. И только сейчас его глазенки сменили знаки, он обратил внимание на Дрима. Тот отпустил его руку и выжидающе посмотрел на Инка, последний же неловко улыбнулся.        - О, прости Дрим, - он продолжал вслушиваться в спор, - Просто создатели сегодня более громкие, чем обычно. 

- Она… недоделана. - О, ты вносишь недоделанные вещи в мир, живой мир! - У него есть защитник.

      - Они что-то создают? – В его глазницах промелькнули желтенькие звёздочки, художник последнее время всё меньше замечает эту особенность.        - Скорее дорабатывают. – Он должен покинуть Антипустоту, надо проверить доработку. - Кажется, они добавили что-то в Фловерфелл. 

- Но эта доработка сделана для души и мы не знаем, как это скажется на вселенной! - Замолкни и смотри. - Это не должно так работать! - Да, а что это? - Цветы…

      Очередной фроггит проскакал вперёд и скрылся за поворотом. Отличались они лишь цветом цветов и их видом, какие-то фроггиты мелькали с желтыми цветочками, какие-то с красными и тому подобное. Саму вселенную начал есть цветочный вирус. Пока что он осел в руинах, превращая их обитателей в пыль, но скоро проберётся и дальше. Не исключено что, съев эту вселенную, он влезет и в остальные. 

- Ты сделала вирус! Скажи на милость, как Он справится с чертовым вирусом?  - Не знаю! Может…  - Найдём носителя, а там разберёмся? Удалим его? Что-нибудь сделаем, а пока постарайтесь отсрочить это. Я пропишу код.

      В одном из проходов появилась фигура в чёрном. Немного походив, она исчезла так же внезапно, как и появилась, блеснув лезвием косы.

***

      - Почему этот мир убивает сам себя? – Наблюдая за тотальными изменениями, произносит художник. - Неужели это недоработка создателей?        Что ж эта вселенная никогда не отличалась ничем особенным от Андерфелла, разве что своей не самой приятной болезнью, что до сегодняшнего дня не грозила массовым вымиранием монстров. Тут добавилась парочка новых локаций не особо продуманных, созданных в спешке, в них нет ничего кроме колонн и желтых лютиков. Просто пустые комнаты с кучками пыли. 

- Он пришёл. - Я не хочу убивать этот мир. - Дать ему код? он что-нибудь сделает.

      Он когда-то видел нечто подобное, но это превзошло все его прошлые впечатления, что внезапно нахлынули. Создатели оплошали с доработкой, она стала уничтожать мир, он не знает, как это исправить. По сути дела они уничтожают его сами того не ведая, а Инк не может спасти такую вселенную.       - Как же мне её сохранить? – Он слышит их тихие переговоры, их непонимание и отрицание одного из создателей, что искренне боится за мир. Они дали ему белый пузырек с краской, он не знает, что с ним делать. Возможно, это надо выпить. Странная белая жидкость, в которой изредка появляются цветные пятна, и как бы это ни было удивительно - двоичный код. - Это поможет?       Как выяснилось - другого выхода нет, ни они, ни он не могут придумать. Творец выпивает эту гадость, не догадываясь обо всех проблемах, что она ему сулит.На фонеэтого отчаянного поступка создатели перестраивали код.

- Восстанови мир!  - Почти. Надо делать что-то, этот трюк долго не выдержит.

      Жнец уже, наверное, блуждает тут полчаса, пугая народ. За это время весь мир вновь ожил, он успел наткнуться на тушку художника, что развалился в лютиках. Инк был без сознания, что удивительно, а главная находка - три розочки на черепе. Смерть не удержался и потрогал их, к его великому удивлению они не умерли.        - Хей, художник! – Рипер кружит рядом с лежащим на цветах Инком. Этот мир вынес ему мозг, сначала всё подчистую умерло, а он пытался выловить всех монстров, а теперь все живы, создатели, мать их, издеваются над ним что ли?        - Рипер? – Проснувшийся художник не помнит происходившее сегодня, ничего не помнит.        - В точку, мой бездушний друг. – Рипер откровенно не понимает происходящее. Цветы на этом бездушном существе не должны расти, а появившиеся часики, отмеряющие его срок, вообще что-то новенькое. - Скажи-ка мне, с каких пор я могу видеть это? – Он протягивает ему часики с его именем.        Инк удивленно смотрит на песочные часы, выискивает намеки на шутку или хотя бы другую надпись вместо своего имени. Не найди таковых ему становится страшно, он начинает капаться в своих записях на шарфе, но ничегошеньки по этому поводу не находит. А в теле ощущается какая-то слабость, такого не было раньше.       Рипер обращает внимание на пустой поблескивающий бутылек. Что-то ему подсказывает, что это та самая вещица, вызвавшая аномалию.       - У меня нет её. – Отрицает художник, души точно нет. Он очень сильно надеется, что это специфичное чувство юмора Смерти, очень хорошо продуманное. - Это шутка?        - Я тебе больше скажу, - Он указывает на убывающие песчинки, - Твоё время стремительно идёт вниз, словно что-то тебя жрёт. - Жнец решил умолчать о своей находке, пусть это будет сюрприз.

***

      - Эй, подъем! – Эррор ворвался в эту комнату без особой нужды, просто обсудить парочку моментов и убедиться в том, что ему рассказали голоса.        По их словам художник сейчас находиться в незавидном положении, как назло, только он может помочь. Они умеют выносить несуществующий мозг и выводить его из себя. Но что-то дёрнуло его проверить правдивость этих слов, он ненавидит это чувство.        - Почему ты тут? – Инк не понимает в данный момент мотивов, но может у Эррора проснулось какое-нибудь чувство жалости?        - Не важно. – Эррор подходит ближе, с его зрением сложно разглядеть в потёмках так интересующие цветы. Но запах чувствуется, такой искусственный и не настоящий, словно духи. - Возможно, мне нужно чьё-то общество?        Как только он начал видеть расплывчатые очертания роз, глюк понял, что его не обманули. Эти цветы разрослись на его руках, ими пестрил череп, особенно у глазниц. Глючный скелет прекрасно понимает к чему это должно привести и остаётся лишь удивляться, что Инк еще видит. Возможно, ему его жаль. Что-то скребётся своими противными коготками о его рёбра.        - Хах, забавно. – Он всё же садиться. Может быть, стоит попросить его помощи раз уж он тут, ничего страшного уже точно не произойдёт. - Эррор, мне нужна помощь, я не знаю, как избавиться от них. – Он протягивает свои руки поближе к Ошибке.        Глюк не спешит их трогать он лишь внимательно осматривает розы, они радужные, как краска этого недоразумения, что не удивительно. Интересно, кажется, один из голосов говорил, что их трогал Рипер, и они не завяли. Создатели что-то напортачили в Фловерфелле, а ему разгребать, ничего нового, они создают мусор - ему убирать.       Выдрать бы цветок, но это надо прикоснуться к нему. А зная об этой паразитической проблеме, он не только сделает больно художнику, но и ускорит процесс. Поэтому они обойдутся простым взглядом.        - Я помогу, но не просто так. – Он уже прикинул примерный план действий. Надо бы проверить код одной не самой приятной вселенной.        - Спасибо! – Он в порыве счастья попытался его обнять, но попытка не увенчалась успехом, Эррор его оттолкнул.        - Не трогай меня, блять! – Его чуть не выбило из реальности, гаптофобия, что б её. Возможно, ему приодеться остаться тут немного дольше, пока зрение не придет в норму и глюки не успокоятся.        - Прости. – Инк неловко улыбается. - Я действительно рад, но я не дам уничтожать тебе миры!        - Чернильница, это не тот тип помощи. 

***

      - Ты утверждаешь, что помогаешь ему просто так? – Фелл напрочь отказывается верить в происходящее, такого в своей жизни он явно не ожидал увидеть.        Эррор копался в коде вселенной, что-то настырно ища, связано ли это с тем странным перезапуском оставалось только гадать. Во вселенной Фелла стало слишком людно: то Смерть разгуливает просто так, то этот солнечный дурачек что-то выискивал, а теперь еще и Разрушитель альтернативных вселенных ведет какую-то свою игру.        - Я хочу это сделать. – Эррор просто отмахивается, у него нет абсолютно никакого желания возиться с этим цветочным Сансом.        Коды мелькают перед глазницами, мутные цифры двоичного кода становятся все замыленней, его зрение снова упало. Возможно, стоит надеть очки или он как обычно доведёт себя до крайности, а потом будет ходить с ними дней пять. А пока и так сойдёт, он еще различает комбинации.       Эти комбинации переписаны, словно кто-то постарался что-то замять. В одном из файлов он все же заметил интересную вещь, если быть точным – вирус. Это цветы, они потихоньку оплетают некоторые коды но, дойдя до определенной комбинации - пропадают.        Создатели напортачили, причём не хило. Кто же вставляет что-то для души, если многие вселенные исправляют всё под себя лишь бы не нарушать определенный, мать его, баланс. Вот благодаря таким недоработкам мы имеем слишком живучий вирус, что художник взял на себя, думая, что сможет исправить ход дел. Он даже ему душу своеобразную прописал.        - Ты впервые для него что-то делаешь.       - Скажешь кому - убью. 

***

      - Ты пришёл узнать его шансы? – Рипер решил не заставлять этот кадр ждать. - У него нет души, я их не знаю.       Жнец надеялся, что Эррор действительно его послушает и не станет донимать вопросами, Папайрус скоро должен вернуться. Рипер бы не хотел, чтобы его брат застал их меленькие разбирательства, где у глюка есть преимущество, Папи слишком жалостливый и ухватится за любой шанс, ведущий к избеганию летального исхода.        - Кусок мусора, из которого я прибыл, говорит об обратном. – Надежды избежать беседы разбились о скалы реальности, всё же он своими путями выискал информацию.        - Как же грубо так отзываться о мирах. – Жнец покачал головой. - Допустим, они есть.        - Допустим, художник не в том состоянии, что бы мне противостоять, - Эррор стал играться с синенькими ниточками, - Намёк понят?        Определенно, он просто запугивает его, но что поделать, пока Смерти не дашь предупредительный выстрел, то тот и костью не пошевелит. А так есть гарантия, что в его отбитых чувствах что-то колыхнётся, та же братская любовь к примеру. Главное не сплоховать в этой маленькой лжи не хватало еще, что бы его утопили в слезах… скорее в радужных лепестках и пыли.       Смерть веселят все эти потуги спасти Инка, тот умрет, в любом случае. Создателям нужна эта смерть, у него в черепушке есть куча сценариев на эту тему. Единственная не понятная вещь это мотивы, неужели у бесчувственного Разрушителя появились реальные чувства к Защитнику, это интересно.        - Ах, ты сухарь бесчувственный! – Наигранно, прижав руки к несуществующему сердцу, восклицает Смерть. - И как он только тебя полюбил?       - Я не забираю души умерших? – Предположил глюк, ему откровенно говоря, плевать на этот выпад. Чернильница и он не любят – это просто привязанность, схожесть истории, где оба были в Антипустоте одни. – Зубы мне не заговаривай и отвечай на вопрос!        - Уговорил, я смертельно обаятельный сухарь, - Рипер, ухмыляясь, добавляет один не маловажный факт, - Чьи чувства оживил недобитыш.        - Заткнись. – Цедит сквозь зубы Эррор, тема семьи не самая лучшая тактика против него. - Ещё раз, он может умереть от моей руки? 

***

      Он лежал на кровати, хватаясь за футболку в области груди там, где должно быть сердце. Розы от таких действий лишились нескольких лепестков, кажется, Инк слышал, как они оторвались от основного цветка, причинив в том месте боль. Это было похоже на попытку воткнуть иголки в тело.       Возможно, явись он чуть раньше, то не застал бы эту картину.       - Инк, ты как? – Эррор не знает, зачем этот спектакль в доверие и беспокойство, но ему нравиться играть в это. Может и не играть… всё запутанно и становиться сложнее определять, где он лукавит, а где действительно говорит правду.        Художник не реагирует на него, ему больно. Он чувствует, как эти искусственные паразиты сплетаются корнями в его костях, это настолько противно и мучительно, что не хочется лишний раз шевелиться, говорить, ничего не хочется. Эти розы реагируют на все, он хочет умереть.        - Больно, - художник хватается за его плащ, в глазенках мелькнули восклицательные знаки. Терпеть это невыносимо он чувствует, как новые розы пытаются расти, как они распускаются. - Я хочу умереть.       Как бы он обрадовался, услышь эти слова до их перемирия и всех тех попыток подружиться. Эррор бы не стал тянуть, а сейчас эта псевдо дружба переросла во что-то непонятное, он не станет убивать, продолжит пытку, попытается спасти, хоть, и не уверен, что получится.       - Может не стоит? – Хочется кричать на Инка, но нет смысла, его состояние такое разбитое. Он садится рядом, фобия не так уж и сильно препятствует, она готова смериться с его прикосновениями.        - Может? – Инк неуверенно произносит эту фразу, словно ищет ответа от глюка.        Эррор не знает, что делать в таких ситуациях. Инк похож на его кукол, это как-то неправильно.       Готов ли он был к такому? Определённо нет, даже его внезапно возникающее желание убить как-то притупилось со временем, их бои были не больше чем скрытой игрой. Видеть Инка таким выше его сил, он не знает, что за хрень творится в его чувствах, но плевать, важнее что-то сделать с цветочной проблемой. 

***

      - Эррор? – Инк аккуратно поворачивается в сторону шума, облегченно выдыхая, когда посетитель начинает говорить, он угадал.       - Чернильница, ты слепой или как? – Это первый его визит в дневное время, так почему он не смог определить, когда повернулся? Осознание пришло несколько позже, чем требовалось.       - Я не вижу. – Инк бы хотел, что бы Эррор этого не слышал, но уже поздно, что-либо делать. – Это не так плохо… - он теребит свой шарф, - Эррор, я хочу кое-что попросить, можно?        Честно, Эррор сам не знал, чем ему обстоятельства в лицо швырнут. Такие вот простые слова, брошенные просто так, а какая неожиданная истина. Он несколько секунд просто стоял, осмысливая полученную информацию и смотря на издевательски цветные розы у глазниц. Они не плохо так разрослись в этом месте, словно пытались закрыть глазницы, но у них не получилось.        Глюк только начал понимать, как можно исправить проблему, но теперь подводит время, что так стремительно течёт вниз, на дно песочных часов.        Вопрос-то естественно проигнорировал и кивнул на автомате. Художник этого не увидел, а молчание затянулось, должно быть, он может говорить. Ну, или хотя бы должен, эта чернота его пугает, а тишина лишь усугубляет это. Цветы не так сильно болят, видимо они не растут и их корни больше не сплетаются.        - Если твой план провалится, то не бойся убить, ты же хотел.        - Черт, ты идиот? - Он хватает того за шарф отчего творец вскрикивает от боли. - Я надеюсь, что ты просто несёшь бред на фоне всей этой хуйни. – Отпустив его, он смотрит на парочку слезинок. Что ж Эррор не рассчитал силу, да и не заметил как сам начал глючить, зрение слетело вниз. - Инк, ты радужный мудак, что не знает всех обстоятельств.        - Может это и так. – Он утирает выступившие слезинки. - Но я не могу так больше, они растут и я это чувствую, а местами слышу, как они распускаются… это сводит с ума - и уже более тихо, шепотом, продолжает, - Пожалуйста, дай мне руку.        Художник не надеялся, что Эррор действительно даст ему руку, он думал, что тот уйдет, сказав парочку слов, оставит одного разбираться с тараканами. Какого же было его удивление, когда Разрушитель аккуратно положил свою ладонь наего. Инк был счастлив, что они добились этого, жаль что сейчас.        Эррор испытывал довольно странные ощущения, вроде как бы хорошо, что он его за руку решил подержать, ощутить какое-то приятное тепло, но в тоже время как-то непривычно, глюки редкими стайками пробегают. Но это не так неприятно, нежели обнимашки от ВеликолепногоСанса, которому на все вразумительные фразы фиолетово.        - Это приятно?       - Спасибо. 

***

      Защитник альтернативных миров не может встать сам вот уже дня три. Саенс бегал, как белка в колесе стоило узнать это, он честно сознался, что помочь не сможет. Но какая-то частичка заставила взяться его за дело и в итоге он бегает на грани нервного срыва, туда-сюда пытаясь помочь. Дрим же и подавно не может помочь, он - не ученый, не создатель и не Эррор, что разбирается в подобных сбоях лучше их всех.        - Ты можешь встать? – Дрим давно не появлялся тут, да и не хотелось лишний раз давить из себя улыбку, что больше походила на какую-то кривую пародию.        У мечтателя глазницы на мокром месте стоят из-за состояния друга. Тот даже пошевелить ногами не может не то, что встать. Розы покрывают большую часть черепа, но в основном глаза, он не видит ничего и Дрим больше не пытается улыбаться.        - Нет. – Тихо отзывается художник. Он чувствует, что солнечный скелетик вот-вот утонет в тихих всхлипах и попытается уйти.        - Инк… - Он не знает, что сказать, все слова застряли в горле.        Тишина убивает. Он хочет видеть происходящее, а не ту тьму перед глазами, ему нужно видеть, что делает Дрим. Мечтатель беззвучно плачет, прикрывает рот и даёт течь слезам вниз. Его трясёт от реализации происходящего, он как-то раз видел смерть Лютика, и сейчас эта картина повторяется, но уже с Инком.        - Дрим, всё не так просто. – Инк хлопает по одеялу приглашая того присесть. - Даже Эррор не уверен, времени слишком мало, он не успевает. – Кровать прогибается под чужим весом.       У Солнышка подрагивают плечи, и он старается, как можно меньше смотреть на Защитника альтернативных миров. Он не успокоился ни разу, всё стало только хуже. Инк неловко обхватывает его, пытаясь успокоить, но получается не очень.        Дрим чувствует розы щекой и его, наверное, впервые воротит от отвращения к цветам. Их искусственный запах такой приторно-сладкий. Да и они сами искусственные, не реагирующие на прикосновения смерти. Люди делают их с помощью краски и белых роз, искусственные паразиты, не знающие пощады.        - Ты действительно? – Через рыдания проговаривает тот. Он так не хочет произносить эти слова, они убивают его тоже не оставляя шансов на успех, Солнышко не хочет пророчить это.        - Да. – Соглашается радужка, понимая вопрос, он действительно умрёт. 

***

      - Я не подниму его! – Он кричит это уже в который раз, но Дрим продолжает настаивать на этой просьбе, приводя всё более весомые аргументы. Если так пойдёт и дальше, то он сдастся и все-таки затащит их всех в Фловерфелл.        - Эррор, пожалуйста, Саенс итак много увидел. – Он косится в сторону учёного, что пьет, наверное, пятую чашку кофе. - Я его не смогу поднять…       - Да пошли вы всё! – Он поднимает его и на своё удивление не вылетает, а лишь немного глючит с непривычки.        Под удивленные взгляды всех он ждёт открытие портала ну или каких-нибудь действий. Если определенная личность сейчас не выйдет из транса, то он выполнит своеобразную месть.       Художник что-то говорит, но он не слушает, он наблюдает за перепалкой Солнышка и учёного, что усердно старается отстоять свою точку зрения. Какая к черту разница кто идет, а кто нет, он бы и один справился без лишних глаз, но есть одна проблема - создатели явно будут присутствовать на параде Смерти .       Вот надо было им создавать этот код, дали бы той вселенной умереть, этого бы тогда не произошло.       - Спасибо. – Инк ели выговаривает слова, они все надеются на лучший исход. - Я… я так…       - Молчи, придурок. – Эррор не хочет смотреть на эти корявые попытки улыбаться, на эти дурацкие слова не несущие сейчас никакой пользы. Он продолжает делать вид, что всё хорошо, но он-то знает, как художник себя чувствует. - Сдохнешь раньше времени.       - Эррор… - он не сдается, настырно стараясь выговорить эти слова. Он ему помог, он был с ним всё это время, это не привязанность. - Я тебя…       - Заткнись, пожалуйста. – Инк и вся эта ситуация убивают его нервы, а присутствие в комнате лишнего даёт не радужные намёки, Рипер вылез из своей берлоги в поисках жертв. Саенс с Дримом ухудшают всё своим спором. Мечтателю стоило бы не быть таким дотошным добрячком, ну, или уяснить, что если ты не умеешь, вести спор – не лезь в него. – Да пошло оно всё к чёрту!       Художник вздрагивает, Рипер хлопает глазенками, а эти двоя, угомонились и больше не спорят, стоят, смотрят друг на друга - как баран на новые ворота. А Эррор с умиротворенным выражением лица открывает под спорщиками портал, отправив тем самым их в полёт. Остается надеяться, что упали они в цветочки.       Фелла, что пришёл проведать свою любимую, это явление удивило. А последующее появление и вовсе лишило дара речи. Эррор с Инком прошли через портал, а за ними вспыхнул силуэт Смерти, он поежился, вспомнив прошлый вынужденный перезапуск.

- Они тут. - Я закончил код, мы закончили. - Вперёд, его смерть… вынужденная мера.

      Инк слышал их. Он улыбался, Эррор рядом, вот только нет смысла пытаться, неужели ему все равно на создателей и их проблему, мир будет спасён. Глюк их прекрасно слышал, но продолжает отрицать, он, что зря код мурыжил три дня? Нет уж, увольте, не зря.       Оставив художника в цветочках под опеку Фелла с Дримом, он ушел вносить поправки в эту вселенную. Он презирает игроков и создателей за эти способности, но и сам не брезгует воспользоваться ими. Сейчас он стоит в очках, а рядом маячит учёный Санс.       - Инк, можно прекратить пытку раньше. – Рипер, что до этого момента лишь наблюдал, решил сжалиться и подарить ему это. – Ты плачешь, но это ничего. – Он протягивает ему руку, без согласия Смерть не может убить художника. - Моя рука прямо перед тобой.       - Нет, еще рано. – Он всё же умрёт, это страшно. Души нет, что же дальше, черная пустота или же ничего, словно его и не было вовсе?       - Он потерпит фиаско. – Жнец указывает на Ошибку, что пробубнил себе под нос все возможные ругательства. - Ты же знаешь, зачем тянуть это?       - Потому что я хочу верить. – Он готов потерпеть эту невыносимую боль, с ломающейся улыбкой.       Путём проб и ошибок его код всё же втесывается к остальным.       Бледная жёлтая кнопка, что обросла лютиками, появилась буквально несколько секунд назад. Эррор не верил своим глазам, ему удалось сделать это. Дрим и Саенс облегчённо выдыхают, теперь всё должно стать легче. Только Фелл смотрит на неё с опаской, эти лютики буквально сожрали душу человека, их присутствие на кнопке пугает.       - Я это сделал? –Он смотрит на парящую над ладонью кнопку и только сейчас обращает внимание на лютики. Эти цветы тоже источают аромат, слабенький и сладкий аромат смерти.

- Так должно быть? - Нет. Их вообще тут быть не должно. - Тогда… - Нет, он уже. Смотрите.

      - Это не твоё спасение, чего ты ждёшь? –Для жнеца остаётся загадкой, почему художник так цепляется за жизнь, он не имеет спасения, его время поджимает. Он так старательно пытается продлевать минуты.       - Момента. – Кратко сообщает тот, глядя на Эррора, что плетется к нему со злосчастной кнопочкой сброса.       - Мазохист.       Он бы хотел верить в хороший исход, но им не дано. Эррор может и пропитался к нему теми самыми чувствами, они смогли пробить немного гаптофобию,ну, может и не немного задумывается художник. Сейчас сил это терпеть нет. Розы оплетают шейные позвонки, заполняя собой всё, кажется, что они намерены его задушить. Надо потерпеть еще немного, он обязательно пожмёт ему руку. Он извинится перед всеми за этот идиотский поступок.       - Давай, я не думаю, что мир нужно перезапустить мне. – Эррор пододвинул цветочную кнопку к Инку. Тот ложит на неё ладонь, все застыли в ожидании. - Что?! – Громкий возглас отдается от стен, желтые цветы рассыпались на двоичный код и маленьким салютиком исчезли в лютиках. Сама же кнопка разлетелась желтенькими осколками. – Что за черт?!       - Разбилась… - Проговорил Фелл, он ожидал нечто подобное.       - Инк!? – Дрим смотрит на художника, только что все пронаблюдали, как надежду на лучшее - порвала жестокая жизнь.       - Хах, я так и знал, что они предусмотрят это. – Он заходится в приступе кашля, хватаясь и сжимая футболку. Струйка чернил потекла по подбородку. - Простите меня все. – Руки потихоньку перестают слушаться, его хватка слабеет. Рипер ждет момента, остался лишь один маленький штрих. Благо Ошибка рядом, он чувствует это, художник показывает жестом нагнуться. -Я… люблю… т-тебя.       Он обнимает его из последних сил через боль и со слезами, касается его зубов. Радужная краска не заставила себя ждать. Всего лишь легкий поцелуй, не более, последний и прощальный поцелуй, что вызвал маленькую заминку. Он счастлив, теперь можно принять предложение Жнеца.       Эррор всё еще немного не в себе, видимо до него постепенно доходит суть, так как синий румянец становится ярче. Под подозрительный взгляд Солнышка, Инк тянет руку в пустое пространство. Они Слышали как он с кем-то тихо говорил.       - Так вот что за момент, художник. – Рипер хватается за протянутую руку, тем самым они отрезают все пути Эррору на исправление проблемы.

- Вот и произошло должное. - Он умер. Теперь сброс? - Да.

      Первым позиции сдал Дрим, он не выдерживал и так всё это, а тут еще и своими глазами увидел. Слезы катились вниз по щекам крупными каплями. Это так грустно и больно, его трясло. Рядом стоял Саенс он с пустым взглядом всматривался в пыль, его словно вышибло из реальности. Он не обращал внимание ни на Фелла, уткнувшегося в свой шарф и шмыгающего носом, ни на солнечного скелетика.       Все они потеряли что-то в тот день, но никто не догадывался, что творилось в мозгах у Эррора. Он не говорил ничего, просто сжимал шарф Защитника альтернативных миров.       Давайте просто скажем, что какое-то мертвое чувство ожило и стало ломать ему кости. Биться о грудную клетку пытаясь вырваться, Инк только что умер у него на руках, оставив лишь шарф. Он черт подери ему еще и признался в любви, это же… глюк его любил, по-своему. Так почему они его убили?       Этот вопрос повис у всех в голове. Они не знают причины, а Эррор не полностью её понимает, он слышал урывки, громкие на повышенных тонах слова, иногда предложения. А вот Инк слышал их на протяжении всего этого бардака. У Ошибки сносит крышу, своим смехом он пугает Саенса и Фелла. Дрим же опасливо косится в его сторону, сжимает дрожащей ручонкой лук, готовясь в любой момент обороняться.       Сейчас он разрушит этот мир, никто ему не помешает. Хотели, значит спасти, ну, ничего он спасёт его - разрушив все.

- Он рушит мир! - Я не слепой. -Остановим его, перезапустив все. Начнется перестройка и об этой ситуации никто не вспомнит! - Жнец вспомнит из-за нашей оплошности.

      Тихие голоса отдавались эхом в полуразрушенной вселенной, создателям изрядно пришлось попотеть, чтобы замять этот случай. Они переделали весь код и переписали кучу сценариев, они смогли подправить память всем, кроме Жнеца. Инк вернулся к жизни. Больше о цветных розах не должны были услышать. Но это ложь.