Последние мысли

      Может, я смог бы увидеть, как слезы потекли по твоим нежным щекам, после моих слов о любви? Да нет, это в прошлом, а я умираю и чувства оставлю при себе. Отдай мне все мои мысли обратно. Твое спокойствие в прошлом. Я ведь говорил, что не оставлю тебя даже после смерти? Это даже немного абсурдно. Отдай мне скорей долгожданную смерть. Ты знаешь, как я мучился последние годы? Хотя, откуда тебе знать. Я же тебе ничего не рассказывал. Прошу, дайте мне спокойно сдохнуть! Но, нет, ты пришла. Нет, я, конечно рад этому, но все же… Хотя, смогу провести последние секунды жизни с тобой. Боже, ну зачем ты начала плакать? И так тяжело, а теперь в таких любимых зеленых глазах появляются слезы, которые, кажется, никогда не остановятся. Капая, они очень больно обжигают кожу. Ты знала, что слезы любимого человека могут так повлиять даже на такое бесчувственное бревно, как я? А твои каштановые волосы, обычно так красиво завитые самой природой, теперь прилипли к моему лицу. Но, знаешь, должен сказать, что это очень приятно. Даже самая ужасная боль будет приятной, если рядом будешь ты. Ну что я за мазохист? Если бы я подумал об этом хотя бы месяц назад, то сразу, не задумываясь, пустил бы себе в висок пулю.       Что? Ты что-то кричишь? Лучше прошепчи мне это на ухо, а то я походу уже отключаться начал. Скажи это еще раз, еще, прошу, скажи это снова. Вру, я все расслышал с первого раза. Просто, немного шокировало то, что ты любишь меня. Если честно, то в это трудно поверить после всех тех упреков, ссор, скандалов, драк и споров. Но, по правде говоря, я ничуть не лучше. Вообще, я и был зачинщиком споров, которые, то и дело, заканчивались твоей истерикой. Даже немного смешно.       Если честно, то каждый момент после нашего знакомства, я просто до безумства мечтал прикоснуться к твоим пухлым губам. Но гордость не позволяла. Придурок. Я просто гордый и лицемерный придурок. Только перед смертью, видимо, люди осознают все глупые поступки, совершенные во время жизни. Интересно, а если бы я тебя поцеловал, то как бы сложилась наша судьба? Хотя, глупо об этом думать сейчас.       А ты знаешь, из-за чего я умираю? Нет? Твой брат воткнул мне нож в спину, когда мы обнялись, заключив перемирие. Глупо с моей стороны думать, что люди могут меняться. Вообще, он мне не нравился с самого начала. Еще с того момента, когда он изнасиловал тебя у меня на глазах. Нет, ты ничего не подумай! За это я его никогда не смогу простить. Но, все же, он твой брат. Я спустился всего на одну ступень с пьедестала лучшего человека на земле, каковым я себя считал, чтобы ты не страдала. А он? Он сделал все хуже. Я, конечно, ожидал таких действий от него, но откуда я знал, что ты меня любишь, дура? Теперь тебе будет еще больнее, прости за это. Пусть он и твой брат, но вы совсем не похожи. Ни внешностью, ни характером. Если ты — темная версия ангела, то он просто дьявол в ангельском обличии. Волнует лишь то, что глаза одинакового цвета, хотя чувства в них совершенно разные. Надеюсь, она тебя не возненавидит, брат. Даже немного странно тебя так называть, после всех твоих выходок, хоть и в мыслях.       Знаете, когда смотрел фильмы, где у людей перед смертью всплывала вся жизнь перед глазами, считал это очень нелепым. А зря, должен сказать. Сейчас, если честно, я вспомнил все: от рождения, до твоего признания. Я вспомнил даже то, как начал ходить. Удивительно. Но для меня все воспоминания серые и скучные. Конечно, до того момента, пока в моей жизни не появилась ты. Такая беззаботная улыбка, прекрасные глаза, пухлые губы, милое лицо, каштановые волосы, волочащиеся за тобой по земле, настолько они длинные, и нежные руки с длинными прямыми пальцами и красивыми ногтями, которые сейчас держали меня за воротник рубашки. Она, все-таки, музыкант. Пианист. Неудивительно, что у нее такие красивые руки. Не стоит молчать и об ее великолепном голосе, который был лучше всего, что я слышал за свою недолгую двадцатилетнюю жизнь. Она просто прекрасно поет. Если бы была возможность, то я бы слушал ее голос даже после смерти.       Боже, а сколько человек я убил? Пятьдесят? Сто? Только сейчас я понял, что они испытывали. У них тоже были любимые люди, возможно, многие из них были сами любимы кем-то. А я разрушил всю их жизнь. Их счастье. Все их мечты, переживания и желания. Скорее всего, это расплата за всю ту боль, которую я причинил людям. Не удивлюсь, если попаду в ад. Хотя, как ты там говорила? Надежда умирает последней? Твой оптимизм всегда просто зашкаливал. Когда ты мыла окна снаружи своей квартиры, то всегда клала в карман ключи, чтобы, если упадешь, могла попасть домой. Все прекрасно, если не считать того, что ты живешь на шестнадцатом этаже. Меня всегда забавляло то, с какой легкостью ты находила решения из любых проблем. Наверное, то что я скажу сейчас, больше никто никогда не услышит из моих уст. Правда, я и до этого такого никогда не говорил, но девчонки все равно на меня вешались. А ты знала меня настоящего: грубого, настойчивого и равнодушного. Но не смотря на все это, ты полюбила меня таким, какой я есть. По-настоящему. За это я тебе бесконечно благодарен. Ты показала мне, что значит жить и любить. Спасибо. — Слышишь, самовлюбленный придурок, не смей умирать! Понял меня?! Я тебе не разрешала! Как я вообще могла в тебя влюбиться? Это был самый худший проступок в моей жизни! После всего этого ты не можешь просто взять и умереть! Понял, гребаный имбицил?! — кричала она, все сильнее треся меня за воротник рубашки, — люблю тебя, гада такого… — уже почти шепетом произнесла она, и продолжила, — люблю, слышишь?! Не смей оставлять меня одну! — Я тоже до безумства тебя люблю, — еле выдавил я из себя, а она разрыдалась еще сильнее, — прощай, солнышко…