Наедине

Королёв неторопливо брился, смотрясь в висевшее на стене зеркало. Предстоял обычный рабочий день и, всё же, Сергей собирался сегодня особенно тщательно. Несколько дней назад Королёв обратился к руководителю подготовки отряда космонавтов Николаю Каманину с просьбой: Главный конструктор хотел пообщаться с каждым из шести основных претендентов на роль первопроходца лично. - Хотите поближе познакомиться? - поинтересовался тогда Каманин. - Мы не имеем права ошибиться в выборе, - Королёву почудилось некоторое ехидство в тоне собеседника. Но, может, только почудилось. - Мы - комиссия. Мне нужно лучше узнать каждого из ребят, понять их приоритеты - реальный интерес к нашему делу, любовь к Родине или банальная жажда славы? Вы ведь не хотите, чтобы первым стал какой-нибудь карьерист? - Я вам так скажу: все шесть парней - настоящие патриоты и Страны, и своего дела, - заявил Каманин. - Как по мне, так наиболее подходящие кандидаты для первого полёта - Титов и Гагарин... Мне больше импонирует Герман - он смотрится сильнее по многим показателям... Королёв спорить не стал. В итоге договорились, что Главный конструктор будет проводить встречи с каждым из будущих космонавтов ( "тет-а- тет" - улыбнулся Каманин и в его улыбке Сергею снова почудилась издёвка) в Зелёном городке или окрестностях. Сергей был рад, что удалось так быстро сговориться, но всё же ощущал некоторое недовольство: ему казалось, что собеседник догадался об истинной причине его просьбы. А причина была необычна: Королёв влюбился. *** Гагарин в компании других участников Первого отряда шёл на тренировку. Юрий знал о проводимых Главным конструктором встречах и мысленно готовился к возможной беседе. Тем более, что из шести основных претендентов встречи ещё не было только с ним. - Тебя СП оставил на десерт, - улыбнулся Нелюбов, похлопав товарища по плечу. Юрий успел уже подробно расспросить у каждого, о чём говорили и на что стоит обратить внимание. - Просто будь собой! - усмехнулся Титов. - Что за любопытство, Юра? - Да ладно тебе - прям тайны мадридского двора, - добродушно отмахнулся Гагарин.- Я волнуюсь вообще-то - мало ли что Сергей Палыч спросит... Юрий думал, что слова Германа справедливы: сам замечал, что становится слишком любопытным, когда узнаёт что-либо о Главном. Гагарин никогда не был сплетником, более того, старался тактично сменить тему, если начиналась беседа о чём-то подобном. Но вот однажды, ещё весной, Юрий услышал разговор двух молоденьких медсестёр, снимавших медицинские показатели у космонавтов после физических нагрузок. - ... Она ей сама рассказала, - девушки были так поглощены разговором, что продолжили его даже при постороннем. - А та уже мне. Я бы не подумала никогда, что он такой... огонь-мужик! Медсёстры одобрительно захихикали. - Барышни, а вы о ком? - Гагарин заинтересовался - уж очень удивлёнными и восхищёнными выглядели собеседницы. Юрий устроился на стуле, засучивая рукав - предстояло измерять давление и пульс. Девушки переглянулись в нерешительности, мол, можно ли доверять такой страшный секрет непосвящённому. - Я буду нем, как рыба, - твёрдо пообещал Юрий, думая, что ничего ужасного не произойдёт, если он узнает сейчас про увлечение дамами какого-нибудь лётчика, которого скорее всего и в глаза не видел. А если поведают о ком-то из товарищей-будущих космонавтов, Юрий решил, что не будет относиться к информации серьёзно - мало ли о чём судачат. - Да мне тут приятельница рассказала, - одна из девушек обмотала руку Гагарина манжетой и достала из ящика стетоскоп.- Про этого... Главного... - Сергея Палыча? - Юрий был заинтригован. Медсёстры кивнули. - Приятельнице же её подруга рассказала, как у них было с Сергеем Палычем... - Было что? - Ну, Юрий, - многозначительно улыбнулась девушка. - Где ваша сообразительность? Ну, то самое и было. На Тюра-Таме - она там тоже работает. Вот он её где-то там и заметил. И пригласил к себе. Кобелина. Последнее слово было хоть и обидным, звучало явно одобрительно. - Ну и всю ночь... катал её на своей ракете. Участники разговора засмеялись. Юрию пришла мысль, что ему тоже предстоит прокатиться на Королёвской ракете, правда, в несколько ином смысле. Если всё удачно сложится, конечно. - Она говорила, что очень понравилось. Он - огонь просто. И нежный, когда надо. И с фантазией, - рассказчица чуть смутилась. - Языком её ласкал там... Ну, ниже пояса. Понимаете? Гагарин кивнул, тоже смутившись. Ему вдруг представилось, как Сергей Павлович целует чьи-то красивые стройные бёдра. Юрий отогнал эти мысли. - А знаете, что самое интересное? Потом она узнала, что он уже нескольких женщин вот также к себе приглашал. И все остались довольны. - И когда всё успевает? - вторая медсестра надела стетоскоп, и, нагнав в манжету воздуха, приложила холодную головку аппарата к локтевому сгибу Гагаринской руки. - В общем, мы все под впечатлением, - закончила несколько сумбурное повествование девушка. - Никогда бы не подумала, что он такой ловелас. Видела я его тут несколько раз - хороший такой дядечка, видно, что умница. Правда, знакомые из конторы Янгеля плохо о нём отзывались... Говорят, в общении очень неприятный - часто голос повышает и матерится при этом грязно. Гагарину стало интересно, ругается ли Королёв в постели, но он не решился озвучить этот вопрос. - Я смотрю, у вас много знакомых везде, - только улыбнулся он. - А то, - слегка самодовольно улыбнулась девушка. - Сами понимаете, работа у нас однообразная, надо как-то себя развлекать. - Юрий, - вторая медсестра сняла стетоскоп. - Давление у вас в норме, но пульс почему-то высокий, будто вы только отзанимались в спортзале... Весь тот день Гагарин находился под впечатлением от услышанного. И даже во сне он, стесняясь, наблюдал, как Королёв ублажал какую-то шатенку. Если до этого разговора Юрий испытывал к Сергею симпатию, в которой превалировало уважение перед гением Главного конструктора, теперь он разглядел в нём мужчину. А с мужчинами всё было не так просто. Близких отношений с представителями своего пола в жизни Юрия, конечно же, не было. Советская мораль стояла за союз мужчины и женщины, а всё остальное считалось чем-то грязным, буржуазным, да просто неприличным. Эти темы и поднимать-то было нельзя. Но несмотря на жесточайшее табу, понимание, что между мужчинами тоже может быть что-то интимное, у Гагарина было. Да и сам он чувствовал иногда, что испытывает к некоторым товарищам слишком нежные чувства, но предпочитал не развивать этих мыслей. Правда, порядочного Гагарина несколько огорчал тот факт, что Королёв, оказывается, неверен жене, он даже попытался было уверить себя, что всё услышанное - просто наговор. Но попытки были бессмысленными. Юрий заметил теперь мужское обаяние, чувственность Сергея - в странах загнивающего Запада это называется "сексуальностью". Гагарин такого понятия, безусловно, не знал. *** - Саша, когда приедем, мне понадобится машина часика на два, - сказал Королёв водителю. - Ты пока в столовую сходи, пообедай, отдохни. - Покататься хотите? - добродушно кивнул водитель, следя за дорогой. - Только чур не гонять, Сергей Палыч. - Я немножко, - засмеялся Королёв. - Пару берёз собью и хватит. С водителем, работающим у него уже несколько лет, у Сергея сложились вполне тёплые отношения. Королёв погрузился в раздумья: чтобы не вызывать подозрений, он каждого из претендентов возил за город, гуляя потом вместе по лесу. Все встречи были похожи между собой: разговор о детстве, семьях, увлечениях. Ребята Сергею очень понравились, кроме, пожалуй, Нелюбова - тот слишком хотел стать первым. И вообще, от неформального общения с кандидатами польза для работы была. Но сегодня всё должно было быть иначе и это пугало. "Эх, почему мне хотя бы не сорок? - вздохнул Королёв. - Был бы я моложе, наверное было бы больше шансов. Хотя чёрт его знает!" Гагарин понравился Сергею с первого взгляда. Более того, увидев Юрия, Сергей ощутил удовлетворение - будто он получил то, о чём давно мечтал. Это как успешный запуск Спутника, только вместо правительственных наград можно схлопотать пять лет тюрьмы. А о тюрьме Королёву думать совсем не хотелось. Он разговаривал с Гагариным и чувствовал робкую радость: в этом мальчишке были все те качества, которые особенно нравились Сергею - открытость, дружелюбие, и, вместе с тем, дисциплинированность, пытливый ум. А ещё какая-то врождённая интеллигентность. Не говоря уже о внешности: стройное, сильное тело, голубые глаза, улыбка, которая потом очарует всю планету. Королёв влюбился и, с каждой новой встречей, влюблялся всё сильнее. И всё сильнее хотел признаться в этом Гагарину. "Я рискую получить по морде, - хмыкнул про себя Главный конструктор. - А ещё хуже, если Юра на меня пожалуется Каманину". Но рискнуть хотелось. Сергей надеялся, что даже в случае отказа, Юрий тактично умолчит о подробностях их разговора. А там уж как-нибудь сработаются. Добравшись до городка и взяв у водителя ключи, Королёв подъехал к Главному зданию Центра подготовки космонавтов. Здесь его уже ждал Гагарин.