Отпуск в Америке...

Бекхен, Хань и Сехун сидели за столиком. Напряжение возрастало с каждой секундой. Бек сначала ничего не замечал, вспоминая разговор с Ёлем. Итак, это случилось. Омега стоит перед выбором. Бросить работу и быть с ним или … расстаться? Но расстаться омежка не готов, он слишком его любит, но и бросать свою жизнь Бек не собирается. Вот так выбор… А потом Бекхен обратил внимание на тишину за столом. Сехун и Хань молча смотрели друг на друга. Хань был напряжен и очень скован. Надо что-то делать, причем срочно. - Знаете, я бы что-нибудь выпил - Шампанского? - и не успели ни Бекхен, ни Хань возразить, как Сехун подозвал официанта. Хань зло глянул на друга. Тот пожал плечами, мол, а я тут причем. Шампанское приятно холодило рот - Вкусно! - Бекхен был искренне удивлен. Вообще-то он не любил шампанское, оно быстро ударяло в голову, и омега мог отчебучить что-нибудь из ряда вон. Правда, такое состояние и проходило быстро. Главное, постараться посидеть тихо с полчасика. - Сехун, вы очень хорошо поете, - вдруг проговорил Бекхен. - Спасибо, - улыбнулся тот. - А спойте нам, пожалуйста - Не знаю… - Ну, пожалуйста… что-нибудь романтичное, - Бек поднял на альфу свои огромные печальные карие глаза. Сехун понял, что отказать не сможет и пошел выбирать песню. "Вот чудо какое! – подумал Хань. – Прямо котик из Шрека. И никто отказать-то не может. Жаль, что такое выражение ему удается только после шампанского." Альфа запел, и Хань забыл обо всем на свете. Голос альфы обволакивал, унося в волшебную страну, где мечты становятся реальностью. Рядом мечтательно вздохнул Бекхен. Сехун закончил и подошел к омежкам. Хань поднял на него глаза, подернутые поволокой. - Это было волшебно… - Сехун не мог оторвать от омеги глаз. Бекхен переводил взгляд с одного на другого. - Ну? – вдруг произнес он, - почему вы еще здесь? - Бек? - Хань растерялся. - До Канн ехать, между прочим, не меньше получаса. - Поехали! – Сехун вдруг решительно взял омегу за руку и потянул к выходу. У входа тот обернулся. Бек послал ему воздушный поцелуй и мечтательно откинулся на спинку кресла. - А где Сехун и Лу Хань - вернувшиеся Син и Ёль застали Бека в одиночестве с бокалом шампанского в руках. - Они ушли… очень романтично… - Наверное, и нам пора. Уже поздно, еще до Канн добираться, а завтра тяжелый день - Исин попросил счет. - А спеть? - Бекхен вопросительно посмотрел на Чанеля. - Всенепременно, - улыбнулся Исин, - что милый омега предпочитает? - Что-нибудь романтичное. Можно ту замечательную песню из «Лунных влюбленных?» - Если найду. - А дуэтом? А, Чанель? - Я слов не знаю… Но попробую…- Пели они волшебно. По крайней мере, так казалось Бекхену. - Из вас получился бы замечательный дуэт, - сказал омега, когда песня закончилась. Они попрощались у выхода. Исин поймал такси и уехал в Канны, а Чанель и Бекхен пошли по бульвару в отель омеги. Вдруг Бек скинул обувь и пошел по гальке к морю. - Смотри, - обернулся он к альфе, - море как наша жизнь, то прилив, то отлив, то шторм, то затишье… то теплое, то холодное… Все проходит… Жаль человек не может относиться ко всему … ну спокойнее что ли… Что с нами будет, Чанель? - Альфа подошел и обнял его. - Не знаю. Я знаю только, что не могу без тебя. Совсем не могу. И с каждым разом мне все труднее прощаться с тобой. Я хочу, чтобы ты был рядом всегда. Чтобы встречал меня после выступлений или съемочного дня, чтобы я приносил тебе крепкий чай, когда у тебя аврал… чтобы… чтобы нам удалось создать вместо мостика между мирами наш собственный мир, в котором было бы все и для тебя и для меня. - А такое возможно? - Бекхен прижался к нему. - Давай попробуем.

***

Хань задумчиво смотрел в окно такси, мчавшее их в Канны. Он поддался желанию… А что дальше?.. Мозг услужливо напомнил о событиях сегодняшнего дня." Как странно и холодно он встретил меня, ни привета, ни улыбки… Правда, он нес мой мольберт, но это не считается! Зато он не позвал меня в Канны и не позвонил, когда приехал! А ведь знал, что я здесь! Ну, или наверняка узнал почти сразу…" Внутри закипел гнев. "За что он так со мной?! За то, что не бросился ему на шею, как остальные его омеги? За то, что не стал его очередной игрушкой? Ну и ладно! Но почему у них все так сложно? Может потому, что актеры, притом известные привыкли, что все у их ног… Что ж, такое вполне могло быть. Вот только Чанель изо всех сил борется за их с Бекки отношения, а Сехун? Ему все равно? Не получится, ну и ладно?" Когда такси остановилось у небольшой гостиницы омеги, тот был сильно на взводе. Хотя внешне выглядел абсолютно спокойно, даже холодно. - Мне можно подняться к тебе? - Хань вдруг решил, что пришло время объясниться. - Да, пойдем - В номере альфа попытался обнять его, но Хань вывернулся и отошел к столу. - Я хочу поговорить с тобой. Сейчас. А то утром не решусь. - Сехун напрягся. - О чем? - Хочу узнать, почему ты так ведешь себя со мной? - Как? - Я тебе нравлюсь? - Очень, я бы, наверное, сказал, даже больше, чем просто нравишься. По-моему, это и так видно, разве нет? - Нет. Не видно. Ты не пригласил меня в Канны. Почему? - Ну, я знал, что ты тут будешь… - Откуда? - Чанель обмолвился, когда просил достать пропуск в паддок. Кстати, а почему ты не сказал мне, что будешь в Каннах? - Мы сейчас не обо мне говорим.. - Мы говорим о нас. И мои и твои поступки влияют на наши отношения, так что давай будем честными друг с другом во всем! - Ты прав, я не сказал, но я тут работаю… - А я значит отдыхаю!? - Нет, ты не понял, я впервые на таком мероприятии работаю, очень волнуюсь, я боялся, что ты … ну, увидев тебя, я уже не смогу работать с полной отдачей, а это важно для меня. - Сехун внимательно посмотрел на омежку. - Ты не хочешь, чтобы мы приходили в пятницу? - С чего… - Скажи честно, я не обижусь, Чанель, думаю, тоже. Ты хотел, чтобы был только Бекхен? - Возможно. Но Чанель Бека не отпустит одного в место, где полно флиртующих альф. Теперь я это точно знаю. Там все очень серьезно. - Хань улыбнулся. - Приходи, посмотришь, как я работаю. Должен же ты когда-нибудь это увидеть. - Сехун подошел к омеге и заглянул в глаза. - Это ведь не все? Что еще я сделал не так? - Воспоминания нахлынули с новой силой. - Почему ты поехал с Чанелем на остров? - Увидеть тебя, конечно же.. - Но ты не поздоровался только кивнул и был таким равнодушным.. - Тебя это задело? А как мне было себя вести? Ты хоть видел себя со стороны? Неприступная крепость! И я, по-твоему должен был броситься в атаку сразу? При этих омегах-фанатах? При Исине? И как бы ты отреагировал? - Омеги-фанаты ушли, а мы остались. А ты все равно вел себя как чужой. Исин и то был приветливее. И кстати, он замечательный человек, добрый и веселый. И тебя совсем не волновало, что он подумает, увидев, что мы исчезли вдвоем из клуба! И что такого, если бы ты проявил хоть каплю тепла? Пойми, твое равнодушие убивает. Когда ты так себя ведешь, это как нож в сердце! - Я не знал, - Сехун был явно очень расстроен. – Пойми, мне очень трудно проявлять свои чувства на людях, за столько лет, я привык быть холодным и равнодушным на публике, даже если внутри все бушует. Иначе беда, все переврут и много чего напридумывают. - Но ты живешь сам по себе, меня как будто и нет в твоей жизни!.. - Да почему? - Там, а парке, ты сказал Исину, что после четверга свободен до воскресенья, когда ты идешь с Чанелем и Беком на гонку. А я? Меня в твоих планах нет? - Альфа беззвучно выругался. Он хорошо помнил тот момент, когда сболтнул про гонку. - Я не хотел говорить про гонку в парке. Вырвалось. Я хотел пригласить тебя, когда мы будем вдвоем. И еще надеялся, что в пятницу мы сможем выйти в море. Только вдвоем. Я не знал, что ты работаешь. Я столько хочу тебе сказать, но не при свидетелях. - У Ханя закружилась голова. Что он хотел сказать? - Я не могу, - горестно прошептал омега. – В четверг и пятницу я работаю в Каннах, а в субботу мы переезжаем в Монако. Если гонщик моего клиента придет в очках, то мне надо будет организовать небольшое празднование в его честь. - Хм, а почему небольшое? - Потому что мой босс идет на закрытие кинофестиваля.. - Какое совпадение. А ты не хочешь составить мне компанию на красной дорожке? Или фото рядом со мной на обложке журнала тебя пугает? - Не пугает. А ты сам готов? В качестве кого ты приглашаешь меня? - В качестве моего омеги, с которым у меня серьезные отношения. По крайней мере, я на это очень надеюсь..- Он притянул омежку к себе и нежно поцеловал. - Я сложный человек. Но мне кажется, что у нас есть шанс. Вопрос в том, готовы ли мы рискнуть. Легко не будет, иногда я могу сделать больно, не нарочно, по незнанию. Готов ли ты к этому? – Хань зажмурился, а потом взглянул ему в глаза. - Это серьезный шаг. Как шаг в пропасть. Я могу подумать? - Конечно. Только не долго, мое сердце может просто не выдержать. - Обещаю.. - Мне уйти? - Руки Ханя легли ему на плечи и губы нашли его. - Нет, - прошептал он, - останься сегодня со мной. - Нежность… в их любви не было дикой страсти… бешеного ритма, только всепоглощающая нежность… дававшая надежду на счастье… а мир кружился все быстрее … мир, в котором они были вдвоем. Хань лежал тихо, сна не было. В голове кружились мысли. "Что делать? Готов ли он к такому серьезному шагу? Омега О Сехуна? А его дом? Его фирма? Выдержит ли его мир? Или разобьется на кусочки в угоду его чувству? Что с ним будет с альфой? А что с ним будет без него? Теперь, когда он знает, что может быть с альфой." Есть только один человек, которым может сказать ему хоть что-то по этому поводу. Хань схватил сотовый и замер. На часах пятый час. Бекки спит… и даже если не спит, то наверняка очень занят. Губы сами растянулись в улыбку, когда омега вспомнил свой звонок другу в Париже. Бекки так и не сказал, что же происходило во время разговора, только покраснел. «Пошлю смс, - решил Хань, - вдруг перезвонит». Он набрал всего два слова большими буквами и отправил. И отключил звук, оставив виброзвонок. Хань аж подскочил, когда через пару минут телефон зажужжал в руке. Омега выскользнул из кровати. Сехун заворочался, но не проснулся. Омега проскользнул на балкон. Было прохладно, но он ни в коем случае не мог допустить, чтобы альфа услышал этот разговор. - Что случилось, Хани?, - в трубке звучал заспанный и несколько испуганный голос друга. - Бекки, я... Я не знаю, что делать! – в голосе Ханя проскальзывали нотки паники. - Погоди, я выйду на балкон, а то Ёля разбужу. - Хань не выдержал и хихикнул. - Что? - Ну, просто я уже на балконе, тут прохладно. - Ну спасибо за предупреждение. Так в чем дело? Бекхен молча слушал рассказ друга. - Чем я могу помочь? - Что мне делать, Бекки? - Ты его любишь? - Да... И... Я теперь уже просто не смогу без него. И вся моя независимость летит к черту при одной мысли, что я могу его потерять. Но, Бекки, он знаменитость, и вся моя жизнь изменится безвозвратно. - А… Знакомые мысли. Знаешь, твоя жизнь уже изменилась навсегда в ту минуту, когда Сехун подошел к нашему столику. Мне можешь не отвечать, но себе то признайся, что это так. - Может ты и прав. - Я знаю. - И что же мне делать? - Насколько я знаю Сехуна, это очень, очень серьезный шаг с его стороны. И от твоего решения сейчас зависит ваше будущее. Знаешь что, забудь на минуту про все и подумай о том, что в твою жизнь может войти альфа, которого ты любишь, и который любит тебя. Вопрос в том, нужна ли тебе его любовь? - Бе-ек... Я его люблю, но мне страшно… - Страшно? Тогда представь, что он ушел из твоей жизни навсегда. Теперь не страшно? - Страшно… - Ну тогда реши, что страшнее, - Бекхен хихикнул, а потом добавил серьезно: – но решение это только твое. Жизнь изменится в любом случае, будешь ты с ним или вы разойдетесь по разным дорогам. И что для тебя лучше - можешь решить только ты. Все, Хани, я замерз. Потом расскажешь, что надумал. Хань скользнул обратно в кровать. Теплая рука обняла его. Мысли кружили и кружили, унося сон. Омега представлял, какой может быть его жизнь с Сехуном. Разъезды, съемки, премьеры… дети… "захочет ли альфа детей? Потому что он мечтал подарить ему сынишку альфу или омегу. Но лучше альфу. А если он не захочет? Будут ли они счастливы вдвоем? А потом Хань представил свою жизнь без него. Другой альфа рядом? Разве такое возможно?" Он заворочался. - Ты почему не спишь? - прошептал сонный голос, такой дурманящий, такой любимый. - Я думал. - О чем? - О нас. - И что ты решил? - В голосе больше не было сонливости, он звучал напряженно. - Давай попробуем. Думаю, мы заслужили шанс на счастье, и, если его упустим, никто не скажет, что мы не попробовали. Хун обнял его и поцеловал. - Спасибо любимый.

***

Бекхен открыл глаза. - Чанель!!! - Мммм… - Смотри как солнце высоко! Ты никуда не опаздываешь? - Нет, я сегодня свободен, - он поцеловал омежку в плечо и прижал к себе. Тело отреагировало мгновенно. - Я хочу тебя… постоянно… интересно, если мы будем жить вместе, я смогу прижать тебя к себе без этого мучительно желания немедленного обладания тобой? - Не знаю, не уверен, что хочу, чтобы было по-другому. - Ах, так. Смотри, сам напросился! - Он опрокинул омегу на спину, в глазах зажглись искорки и альфа впился в сладкие губы омеги. Его тело тут же задрожало, Бек застонал и потянулся к нему. - Мой, - прошептал он ему на ухо. – Скажи. - Ёль, не отрываясь, смотрел в глаза омеги, а руки ласкали тело. - Скажи, - повторил он. Бек застонал громче, а тело выгнулось, пытаясь прижаться к нему каждой клеточкой. Чан держался из последних сил. - Ну? -Чан-ниии… ну, пожалуйста…. - Скажи, ты любишь меня? - Да! - Сильно? - Да! ... я хочу тебя, Чани! Сейчас! - Подожди … Я тоже тебя люблю, очень сильно! Скажи, что ты будешь только моим! - Я только твой, ты же знаешь! - Да? - Да! - Он вошел медленно, Чанель еле сдерживал себя, тело омеги пошло навстречу, они почти мгновенно нашли общий ритм, уносясь к вершинам наслаждения. - Я люблю тебя, - прошептал Чанель, обнимая омегу, - я буду бороться с нами за нас! - Я помогу тебе, я тоже тебя люблю Ёль.

***

Сехун опаздывал на интервью. Ну и ладно, подождут. Утром, он поцеловал сонную омежку и поехал к себе в отель, чтобы переодеться. Наверняка завтра напишут, что О Сехун шлялся неизвестно где и вернулся в отель утром. Плевать! Главное… главное, что у него есть Хань. А остальное – просто мелочи жизни. Альфа вошел в комнату, защелкали фотоаппараты и интервью началось. Все шло своим чередом, вопросы касались фильма, Франции, Канн и вдруг… - Мистер О, прокомментируйте фотографии в интернете. - Я не начинаю свое утро с прогулки по сети. - Вот эти - Перед Сехуном легли несколько распечатанных фотографий. Он замер. Это были фотографии вчерашней прогулки. Они впятером на причале. Вот он помогает Ханю перебраться на катер. А вот Чанель с Бекхеном. Черт, эти двое вообще забыли про осторожность. Кто же их успел сфотографировать? Сехун ответил с равнодушным видом - Эти фотографии к фильму не относятся. Есть еще вопросы по фильму? - И в дальнейшем все вопросы про фотографии просто игнорировал. Выйдя из комнаты после интервью, он заскочил в туалет и набрал номер Ханя. - Милый, это серьезно. В сети появились наши фотографии с прогулки на острове. - Откуда? – Омежка был в шоке. - Не знаю. Похоже, кто-то нас увидел, снял и выложил фотографии в интернет. Ты же умеешь пользоваться компьютером. Посмотри, может, найдешь. И нужно предупредить Чанеля и Бекхена. Ему достанется по полной на ближайшем интервью. Его уже ищут, наверняка. - Он сегодня в Ницце весь день. - Хм, значит завтра. За день они озвереют от любопытства. - А что ты им сказал? - Ничего. Я такие вещи просто игнорирую. - Но там нет ничего криминального. - Не считая Чанеля, целующегося с твоим другом. - Ой! - Угу, позвонишь им? - Конечно! Хань набрал номер друга. К телефону долго никто не подходил. - Алле, - услышал омега заспанный голос Чанеля. - Ой! Я вообще-то Бекки набирал. - Ага, это его телефон. - И где он? - Спит как убитый, даже телефон не услышал, а он у него и мертвого поднимет. Что-то случилось? - Ещё как! Я так понимаю, в интернет вы с утра не выходили. - Мы спим еще - Потрясающе! Ну, вы и сони! - Ну, так что стряслось-то? - Сехуна сегодня с утра на какой-то встрече с журналистами попросили прокомментировать несколько фотографий. Это оказались наши фото с острова. Все бы ничего, но на одном снимке вы с Бекки целуетесь - Не может быть!.. - Чанель был потрясен. - Ну, сам я в сеть пока не выходил, сразу кинулся звонить вам. - Спасибо. А на каком сайте? - Чан, шутишь? Да эти фотки сейчас на всех твоих фан-сайтах висят. И Бекки во всю там косточки перемывают. - О боже! В самый неподходящий момент! - А момент подходящим не будет никогда. Ладно, проснется наша спящая красавица – пусть позвонит. - Хорошо, - Хань понял, что мысли альфы где-то очень далеко. Чан! Чанель? - Что? - Лучше сразу ему покажи, проще будет. - Наверное, ты прав. - Лучше не читай. Ну, пожалуйста… - Чанель счел-таки благоразумным показать Бекхену фотки в интернете сразу, как удалось его разбудить. Правда, он еще минут пять не мог понять, о чем вообще идет речь, а потом бросился к ноутбуку. Фотографии и вправду оказались на всех сайтах, посвященных группе и Чанелю. А сайтов Бекхен знал не мало. - Должен же я как-то узнавать, что с тобой происходит. - И вот теперь его пальцы летали по клавиатуре, а на экране мелькали одни и те же фотографии. И крупным планом увеличенный кусок из фотографии, где они целуются на причале перед катером. - Ну а что ты сам думаешь? - Бекхен оторвался от ноута. - Бек, рано или поздно это должно было произойти. Мне надоело прятаться, а тут полно журналистов. Если честно, я ждал, что тут будут и снимки из караоке-клуба. - Интересно, а что обо мне тут пишут? - Вот тут Чанель и взмолился : - Не читай! - Да не расстраивайся. Я прекрасно понимаю, что ничего хорошего не увижу. - Омега набрал какой-то сайт, прочитал комменты под фотографией и схватился на сотовый. - Ну ты и зараза! - В трубке раздалось хихиканье - Бекки, ну это же так весело! Ты посмотри, как все взбесились! А почему? Потому что Чанеля впервые застукали целующимся не в кино! - И ты не удержался? - А сам не хочешь поучаствовать? - Не знаю. Если честно, мне неприятно, хотя другого я и не ждал. - Бекки, - Хань вдруг посерьезнел, - надеюсь, ты не воспринял мой комментарий серьезно? - Ну… меня слегка покоробило, если честно. - Хочешь, удалю? - Нет. Зачем? Я-то уже прочитал. И потом, твой коммент – один из самых приличных. - Бекки.. - Да ладно, не бери в голову. Когда-нибудь это все равно произошло бы. Жаль только, что теперь мне не удастся спокойно погулять. - Почему? - Чанель вдруг озаботился моей безопасностью. - И что, ты теперь будешь сидеть в номере? - Не дождетесь! Но в Канны не поеду, я не самоубийца. У меня есть на примете кое-что. - Как не поедешь? А моя вечеринка в пятницу вечером? - А если меня разорвут на кусочки? - Бекки… так нечестно. - Да не расстраивайся, на вечеринку я собираюсь. Если, конечно, доживу. - А сегодня? - Сегодня что? Среда? Просто погуляем по Ницце. Тут народу никого, половина в Каннах, вторая в Монако. И еще я хочу съездить в одно местечко. Средневековый город. Вильнев-Лубэ называется, по имени барона Вильнева. Кстати, такая же фамилия у известной в Формуле 1 династии гонщиков. Всего полчаса на автобусе. - Ты собираешься туда на автобусе? - А почему нет? - Бек, ты сумасшедший, хорошо хоть Чанель о безопасности думает. Возьмите машину напрокат! - Хм, а не заблудимся? - А навигатор для кого придумали? Только попробуй туда на автобусе поехать! Думаешь там нет газет или интернета? - Ну вот, - оживший было Бекхен, опять сник, - нет в жизни счастья. О чем я буду вспоминать холодными Сеульскими ночами? - Хань потерял дар речи от изумления. - Ты что всерьез собираешься в Сеул? - Конечно. До внедрения у нас еще не меньше 3-4 месяцев. В Пекине мы сняли пару комнат под офис. Ну там бухгалтер, координатор и все такое. Да и Герхард остается, чтобы не бросать сервер. Так что мне в Пекине делать нечего. «Господи, ну что за упрямый идиот, - подумал Хань. – Рядом с ним такой альфа, а он в Сеул собрался.» Бекхен и Чанель медленно шли по узкой улочке старинного городка. Она была настолько узкой, что тут с трудом проехал бы всадник, а повозка обязательно застряла бы. - Знаешь, как раньше улочки строили? Она должна была быть не уже длины копья - Бекхен поднял голову вверх к голубому небу над головой. - У того, кто строил эту улицу, было очень короткое копье. Они вышли на небольшую площадь, где расположились палатки местных умельцев гончарного дела и плетения. Тут же рос огромный необъятный дуб. - Да.... – Чанель склонил голову на бок, - этот дуб видел многое. Жаль, что деревья разговаривать не умеют. - Звонок сотового прервал из неспешную прогулку. Чанель посмотрел на номер и взял трубку - Привет, Син. Да, мы уже в курсе. А что ты сказал? Спасибо! Я буду готов. Да пятницы. Чанель повернулся к омеге: - Это Исин. Звонил предупредить. Его тоже спрашивали про фотки. Он ответил, что отдыхал с друзьями, не знал, что это запрещено. И все. - У нас очень хорошие друзья. - Не то слово. Ну и что мне завтра сказать журналистам? Я думаю, что это будет первый заданный мне вопрос. - А как ты сам хочешь на него ответить? - Честно? - Нет, соври. Ну, конечно, честно. - Я бы хотел сказать, что ты мой муж. - Что?? - Ну или жених. - Ты в своем уме? - Я –да. А ты разве никогда не задумывался об этом? - О чем? - О нашем будущем. Нам хорошо вместе. А это, по-моему, вполне логичный следующий шаг. - Чанель? Ты делаешь мне предложение? - А если да? - Ёль это просто минутная слабость. Ни твой менеджер, ни студия, ни фанаты, наконец, не позволят тебе совершить эту глупость. Что будет с твоей карьерой? - А что с ней будет? В Голливуде полно женатых музыкантов и актеров, прекрасно снимаются. А если малолетних фанатов поуменьшится – так это даже к лучшему. - Омега покачал головой: - Я тебя очень люблю. И буду с тобой, пока я нужен тебе. И, конечно, я думал о нашем будущем и мечтал о свадьбе. Но… нет, мне кажется, это только мечты, слишком разные наши миры. - Почему??? - А если я захочу ребенка? Ты готов стать отцом? - Почему нет? Если его папой будешь ты. - Чанель, ребенок – это серьезно, назад уже не отступишь. - Я серьезен как никогда. - Нет, Чанни, не сейчас… может через пару лет, если ты не передумаешь. - Ну почему? - Скажем, я не готов читать о себе такое каждый день - Не читай - Не могу - Ну и что мне сказать? - Скажи правду. Друг омега. - Ладно. Но к нашему разговору мы еще вернемся. - Бекхен только вздохнул.

***

Четверг выдался солнечным и теплым. Чанель с утра умчался в Канны, продвигать свой фильм и отбиваться от журналистов, Хань готовился к очередной вечеринке, а Бекхен поехал в Монако, чтобы вернуться в такой любимый и близкий мир моторов, красивых машин и удивительно смелых людей и посмотреть свободные заезды. Монако пестрело формульными флагами, веселыми людьми, в основном итальянцами, приехавшими на поезде. Здесь мало что изменилось с прошлого посещения омеги. Монако был первым Гран При, которое Бекхен увидел в живую. Совсем еще мальчишка, он случайно оказался здесь с двоюродной сестрой, такой же любительницей Формулы. Минён только закончила институт, и не смогла удержаться от предложения друзей поехать на ГП и взяла с собой младшего братишку. Денег у них почти не было, жили они в небольшом номере в Ницце и были абсолютно счастливы. Билеты у них были на гору под княжеским дворцом, так называемые «входные», но разве это имело какое-нибудь значение для омежек? А вот современных паддоков тогда не было. Машины метров 200 провозили по улице прямо мимо фанатов, которые имели счастье рассмотреть болид с расстояния пары сантиметров. И гонщики свободно шли мимо, улыбаясь и раздавая автографы. Да, все меняется. Но атмосферу Монако ничто не изменит. Все-таки старый князь Гримальди сумел сделать из своего маленького княжества мекку автоспорта. Победить здесь считает за честь любой гонщик. «Будем надеяться, что его сын – нынешний князь тоже много делает для Монако». Бекхен шёл по улочкам к дворцу, вспоминая прошлую поездку, отвечая улыбкой на улыбки фанов и совсем забыв про вчерашнюю историю с фотографиями. Здесь никому не было дела до Канн, шумевших в каком-то часе езды отсюда. Омега впервые в Монако смотрел с трибуны на проносившиеся машины. Здесь они не развивали огромной скорости, и можно было любоваться их красивыми плавными линиями и звуком мотора несколько дольше обычного. «Спасибо, Сехуну, - подумал он. – Место просто отличное! Надо будет обязательно сказать ему об этом». А потом Бекхен вспомнил, что в субботу он попадет в паддок, и сердце учащенно забилось. В то время, как Бекхен наслаждался красотами Монако, Чанелю пришлось отбиваться от журналистов. Первыми на него налетели папарацци, как только он появился в Каннах. И, конечно же, с вопросами про ту злосчастную фотографию. Хотя почему злосчастную? Благодаря ей он может громко сказать о том, что у него есть омега, и он больше не одинок. И плевать на мнение его студии и менеджера. Если он и вправду талантливый, то и группа, и фильмы будут делать хорошие сборы независимо от его семейного положения, а значит и приглашать сниматься его будут и дальше. Крики папарацци он, как всегда, просто игнорировал, а вот на достаточно корректный вопрос какого-то журналиста на конференции.. - Вы больше не одиноки? У вас есть омежка? - Чанель улыбнулся и сказал. - Не омежка, нет, любимый омега и да, я больше не одинок. - Никто видимо не ожидал такого откровенного ответа. На мгновение наступила тишина, а потом вопросы посыпались один за другим - Кто он? Как его зовут? Он знаменитость? - Чанель молчал, только качая головой. - Все эти вопросы к фильму не относятся, а ведь именно ему посвящена наша конференция, не так ли? – сказал он, когда поток вопросов стих. - Так что давайте поговорим о фильме. - Журналисты поняли, что откровения закончились и перешли к обсуждению фильма.