Дома в девять.

      На часах было уже одиннадцать вечера. Ана ходила по кухне туда-сюда, не могла найти себе места. И вдруг, как гром среди ясного неба, она услышала скрип открывающейся двери. Думая, что мама спит, Фарра начала пробираться сквозь мрачный коридор к себе в комнату, как вдруг… — Где тебя черти носили? — начала орать мать. — Я себе места не нахожу! — О боже, — закатила глаза Фария. — Мама я работаю, и после работы я имею право отдохнуть, — сказала пьяненьким голосом дочь. — Ты должна была меня предупредить, ты же знаешь сколько у нас врагов! — Я спецагент, я со всеми справлюсь! — Не ты, а твой костюм, снять его и кто ты? — Я работаю на чёртовы спецслужбы Египта, я могу за себя постоять, — злобно ответила Фарра, после чего, выдохнула и отвела взгляд, заметив валяющиеся 2 вскрытые бутылки вина. — М-м-м, — протянула Фарра. — Смотрю, ты тоже тут не скучала? — А что мне оставалось? Я была в отчаянии! — с грустью в голосе сказала Ана, вставая на ноги и заметно покачиваясь. — Во имя Анубиса, да ты даже нормально стоять не можешь, — взяв под локоть мать, сказала Фария. — Пойдем, я помогу тебе дойти до кровати!!!       Шатаясь, каким-то чудом, они добрались до спальни. Фарра помогла маме снять верхнюю одежду, и усадила ее на кровать. — Так, думаю дальше ты справишься, тогда я пойду, — усмехнулась Фарра. — Я то справлюсь, а на счет тебя не уверена, — тихо произнесла Ана. — Не хочу найти тебя утром валяющейся в коридоре, так что ложись рядом. — Да все норма… — не успев договорить, Фарию шатнуло так сильно, что она упала на колени, и, приложив все силы, чтобы вернуться на ноги, она согласилась.       Кое-как Фарра сняла одежду и осталась в нижнем белье. Когда она прыгнула на кровать, у нее расстегнулась лямка на лифчике, и, предавшись безумному и безудержному смеху, она попыталась снова застегнуть лямочку. — Ой, да ну это все, — и, швырнув лифчик на пол, Фарра легла под одеяло. — Ого, да ты у нас мисс бескомплексность! — усмехнулась Ана. — А ты нет? — с игривой улыбкой ответила Фария. — Давай, ты же лучший снайпер на Западе! — весело смеясь, сказала Фарра и потянула свои ручки к лифчику мамы.       Ана, смеясь и улыбаясь, пыталась отбиться от дочери, но, когда ладони Фарии оказались на груди, их взгляды пересеклись, и между ними повисло неловкое молчание. — Извини, — стыдливо сказала Фарра. — За что? — мило сказала Ана.       Посмотрев друг на друга, они начали улыбаться, и Фарра обняла маму, положив голову на ее плечо. Полежав так несколько секунд Фарра сделала глубокий вдох и смеясь выкрикнула: «Но я еще не закончила!», и, видимо заранее расстегнув лямку, сдернула с матери ее лифчик, выкинув его прочь. Ана удивленно вскрикнула. Фария все еще смеялась, и Ана не могла сопротивляться, начав хохотать вместе с ней. — Ну, ты у меня поплатишься! — вскрикнула Ана потянувшись к трусам дочки. Ана начала тянуть за резинку, но Фария не растерялась и отражением повторила тоже самое с трусами мамы.       Спустя мгновение обе уже были голые и, все еще, сильно пьяные, но, не прекращая свою игру, они не заметили, как перешли на ласки. Обе понимали, что это не правильно, но ни одна из них не решилась прерывать то, что было начато.       Когда ласки перешли в интимную зону, Ана закусила нижнюю губу, но когда Фария дошла до того самого места, она неловко взглянула в глаза матери, но та лишь кивнула ей, взяв ее пальцы в свою руку, и ввела их в себя. Фарра начала двигать рукой и ускорять темп. Ана начала постанывать и, отпустив руку дочери, она обхватила ее голову, схватила за волосы и потянула к своим губам. Они слились в горячем поцелуе, все вокруг них испарилось, остались только они вдвоем.       Мгновение спустя Фарра начала двигаться вниз, оставляя за собой дорожку из поцелуев. У Аны все загорелось внизу живота, когда Фарра начала ласкать ее клитор языком. Ана начала громко стонать от удовольствия. Фария начала ускорять темп движения своего языка, а Ана не могла сопротивляться и начала двигаться в такт движению. Она начала подаваться бедрами вперед, насаживаясь на пальцы дочери. Мгновение спустя, которое длилось вечность, обе расстворились в бесконечной пучине наслаждения, достигшего апогея.       Когда все было закончено, Фарра поцеловала маму в губы, а та, будучи обессиленой, не могла сопротивляться. Буквально через минуту обе провалились в сон, который не мог сравниться с реальностью.