Gotham Academy. Reboot

Робин стискивает зубы, сплевывая кровь, и поднимается на дрожащие ноги. Его грудь пронзает острая боль с каждым вдохом. У него сломанные ребра, возможно, даже повреждены внутренние органы. Но он не позволит себе упасть, не сейчас, когда Рейвен нуждается в нем. — Не смей! — рычит он Миднайту, который готовится выпустить еще одну молнию. — Я не позволю тебе причинить ей боль! — Робин бросается на мага, его тело движется на чистом адреналине и годами отточенных рефлексах. Миднайт, не ожидавший такой атаки от раненого противника, на секунду теряет концентрацию. Этого достаточно, бетаранг вонзается в его руку, прерывая готовящееся заклинание. Тем временем Рейвен парит над черным водоворотом, чувствуя, как внутри нее пробуждается что-то новое. Она видит Демиана, его отчаянную борьбу, видит кровь на его губах, и это зажигает в ней пламя, не демоническое, а совершенно иное. — Делай, что нужно, любимая, — говорит ей Робин, уклоняясь от удара Миднайта. — Я защищу тебя! Энергия Рейвен вспыхивает, окутывая руки Демиана фиолетовым светом, и в его ладонях материализуется его катана, которую он не брал с собой на вечеринку. Огромная фигура Тригона почти полностью выходит из портала, его четыре глаза пылают злобным огнем. Он смотрит на свою дочь с мрачным любопытством. — О, я чувствую твою любовь к этому мальчишке! — его голос подобен грому, эхом разносящемуся над озером. — Ты так глупа, дочь моя! Человеческий мальчишка никогда не будет с такой, как ты! Присоединяйся ко мне, и мы… — Ни за что! — прерывает его Рейвен, её глаза сияют ослепительно-белым светом. Орден Серебряной Совы продолжает стрелять серебряными стрелами, но Тригон отмахивается от них, как от надоедливых мух. Его внимание полностью сосредоточено на дочери, которая начинает понимать истину. Робин тем временем проводит молниеносную атаку на Миднайта. Мастерство Демиана очевидно, он быстрее, ловчее, и наносит точные удары катаной, в то время как Миднайт полагается исключительно на магию. Стиль боя сына Бетмена прорезает защиту мага, как нож масло. Призрачная фигура Луны, всё ещё пронзённая серебряной стрелой, тянется к Рейвен. — Соедини… круг… — шепчет она. И Рейвен понимает. Она больше не борется с силой внутри себя, она принимает её, но трансформирует. Любовь, которую она чувствует к Демиану, чистая и всеобъемлющая, противоположна самой сущности демона. Рейвен закрывает глаза, позволяя этой любви заполнить каждую клеточку её существа. Фиолетовая энергия вокруг неё вспыхивает, смешиваясь с серебристым светом от Луны, создавая ослепительное сияние, которое начинает концентрироваться у её рук. — Азарат Метрион Зинтос! — слова древнего заклинания срываются с её губ, и энергия взрывается, превращаясь в тысячи ярких звёзд, которые обрушиваются на Тригона и чёрный водоворот. Демоническая сущность кричит от боли и ярости, когда чистая сила любви врезается в него, разрывая его связь с порталом. Водоворот начинает замедляться, черная вода постепенно светлеет. Робин, воспользовавшись моментом, наносит решающий удар Миднайту, вырубая его точным ударом рукояти катаны в висок. Маг падает на платформу, а вокруг него рассыпаются в пыль тёмные артефакты. Внезапно всё стихает. Портал закрывается окончательно, а фигура Тригона исчезает во вспышке фиолетового света. Зомбированные студенты замирают, а затем медленно приходят в себя, недоумённо оглядываясь. Рейвен медленно опускается на платформу, её силы почти исчерпаны. Демиан тут же оказывается рядом, несмотря на мучительную боль в груди. Он берёт её за руку и улыбается. — У тебя получилось, — говорит он тихо, переплетая их пальцы. — Только благодаря тебе, — отвечает она, нежно стирая кровь с его щеки большим пальцем. — Мне? — удивляется Демиан. — Да. Это наша любовь. Она сильнее любой демонической сущности. Тригон не имеет власти там, где есть истинная любовь, — Рейвен нежно улыбается, глядя ему в глаза сквозь маску. Они наклоняются друг к другу и соединяются в нежном, но глубоком поцелуе, не обращая внимания на собирающихся вокруг зевак и других Титанов. — Наконец-то! — ворчливо выдыхает Красный Колпак, затягивая последний узел на связанной Седелле. — Эти двое наконец поняли то, что было очевидно для всех нас. Найтвинг, подходя с агентами Спирали, которые конвоируют Доктора Психо, вопросительно поднимает бровь: — О чём ты, Колпак? — спрашивает он. — О том, что они влюблены друг в друга еще с самого начала! — рассмеялся Джей. Найтвинг тоже тихо смеётся, наблюдая за парой, которая, кажется, забыла обо всём на свете. Призрачная фигура Луны тем временем парит над озером, её сущность уже свободна от контроля Миднайта и Тригона. Вода в озере постепенно становится снова чистой, отражая звёздное небо. Рейвен, наконец оторвавшись от поцелуя, смотрит на призрачную девочку. Она подлетает к ней, протягивая руки. — Луна… — говорит она мягко. — Твоя душа должна быть освобождена. Только так души студентов, которых отобрал Миднайт, смогут вернуться в свои тела. — Моё тело… похоронено на Ямайке, — шепчет она. — В бухте Лунного Камня, — призрачная девочка кивает с пониманием и тихой грустью. — Ямайка? Звучит как отличный повод для заслуженного отпуска. После всего этого вам нужен отдых, — улыбается Кори, подлетая к ним. Агенты Спирали сканируют территорию вокруг озера и входа в подземную лабораторию. — Мы проверим лабораторию, — говорит лидер группы. — По нашим данным, там должны быть колбы с телами, из которых были извлечены души. — Хорошо, что у этих гадов не хватило времени их уничтожить. Душам будет куда вернуться, — кивает Робин, подходя ближе. Вокруг них собираются остальные Титаны, агенты Спирали и члены Ордена Серебряной Совы. Джейсон и Дик волокут связанных Седеллу и Циско, который оказался лишь пешкой в руках Миднайта. Директриса Шварц приближается к паре, в её руках древний фолиант. — Вы сделали то, что не удавалось нашему Ордену веками. Мы в вечном долгу перед вами, — говорит она, с уважением склоняя голову. В глазах призрачной Луны мерцает надежда, а над Академией наконец рассеиваются последние тёмные тучи, открывая ясное ночное небо, полное звёзд. *** Из-за произошедшего, занятия до конца недели были отменены, студенты приходили в себя, и ребята, воспользовались этим. Демиан взял беткрыло и они забрали Луну, направившись на Ямайку. Лазурная вода Карибского моря мягко плещется о белый песок бухты Лунного Камня. Тропическое солнце щедро заливает светом скалистый мыс, где Рейвен, облаченная в церемониальное одеяние, завершает сложный ритуал освобождения. Призрачная фигура Луны парит над древним каменным кругом, который Демиан обнаружил благодаря старинным картам из архивов директрисы Шварц. — Спасибо вам, — тихо произносит девочка, её голос уже звучит отчетливее, свободнее. — Благодаря вам, сотня душ вернется домой. Круг фиолетового света, начертанный Рейвен, пульсирует последний раз, и призрачная фигура Луны начинает таять в ярких лучах карибского солнца. Её лицо озаряется настоящей улыбкой, впервые за столетия, — Будьте осторожны, — шепчет она напоследок. — Мой брат не единственный, кто служил Тригону. Другие придут, — с этими словами она исчезает, оставляя после себя лишь легкое серебристое мерцание в воздухе. — Хочешь поплавать? — Демиан подходит к ней сзади, обнимая и целуя в макушку. — Мечтала, что ты предложишь, — она улыбается, поворачиваясь в его руках. Зеленые глаза парня сияют, в них отплясывают задорные искорки. Рейвен встает на носочки и тянется к его губам, зарываясь пальцами в его волосы на затылке. *** Неделю спустя, когда занятия в Академии вернулись к обычному ритму, Рейвен и Демиан сидели в кафетерии за обедом. Шум и гам студенческой столовой создает идеальное прикрытие для их тихого разговора. — Отчет от Ордена говорит, что все студенты полностью восстановились, — говорит Демиан, листая сообщения на защищенном планшете. — Отец доволен нашей работой. Особенно тем, как мы сохранили наши личности в тайне от большинства студентов. Рейвен кивает, отпивая чай. В этот момент к их столику приближается Эрик Беннет с группой своих последователей. Его лицо выражает привычное высокомерие, хотя в глазах читается неуверенность, которой не было раньше. — Уэйн, — начинает он с вызовом. — Тренер решил, что нам нужно устроить соревнования. Чтобы определить, кто из нас лучше подойдет на роль капитана, — он делает паузу для эффекта. — Но это уже не важно. Потому что, в отличие от тебя, я теперь лично знаком с Робином, — его свита одобрительно кивает и ухмыляется. — Да-да, — продолжает Эрик, разогреваясь. — Робин сам предложил тренировать меня. Сказал, что видит во мне потенциал. И когда он закончит со мной, тебе, Уэйн, точно не поздоровится! Демиан сохраняет каменное выражение лица, хотя его глаза слегка сужаются. Рейвен чувствует, как он сдерживает не столько ярость, сколько смех. Она сама прикусывает губу, чтобы не улыбнуться слишком очевидно. — Эрик, прекрати, — произносит Демиан ровным голосом, давая последнее предупреждение. Но Эрик, почувствовав аудиторию и отсутствие немедленной угрозы, продолжает. — Что, Уэйн, испугался? Даже твои деньги не помогут против навыков, которым меня научит настоящий герой! Демиан медленно встает из-за стола, его движения точны и экономны. Он отрезает Эрику путь к отступлению. — Прекрати это, Эрик, — повторяет он, его голос становится холоднее. — Если хочешь доказать, что ты лучше, докажи это делом. Встретимся на поле. Сегодня. Я покажу тебе, к чему приведут твои оскорбления и почему ты никогда не станешь капитаном команды. Лицо Эрика на мгновение теряет уверенность. Он помнит прошлое унижение, помнит, как легко Демиан расправился с ним и его друзьями. Но отступить перед всей столовой — значит потерять лицо. — Отлично, — говорит он наконец. — Поле. После занятий. Только ты и я. Когда Эрик и его компания удаляются, Рейвен смотрит на Демиана с тревогой и весельем одновременно. — Ты действительно собираешься устроить ему тренировку от Робина? — спрашивает она, поднимая бровь. Уголок рта Демиана дергается в легкой улыбке. — Ну, он же так просил, — отвечает он, возвращаясь к своему обеду. — Было бы невежливо отказать. За окном кафетерия летящая ворона делает круг и исчезает в сиянии солнечного света. Новые испытания не за горами, но сейчас у них есть момент покоя и предвкушение очень интересной «тренировки». Внезапная тишина накрывает кафетерий. Девушка с платиново-светлыми волосами и вызывающим макияжем входит, и взгляды всех студентов мгновенно обращаются к ней. Её блузка расстегнута слишком низко, а юбка едва прикрывает бёдра. Она излучает уверенность человека, привыкшего получать всё, что пожелает. — Вернулась Присцилла Монтгомери, — шепчет кто-то из-за соседнего столика. — Говорят, её отец вытащил её из частной школы в Швейцарии после того скандала… — Она снова возьмётся за Уэйна… Присцилла щёлкает пальцами, и одна из девушек её свиты, похожая на личную служанку, немедленно протягивает ей поднос с едой. Её холодные голубые глаза сканируют кафетерий, пока не останавливаются на Демиане. Розовые губы растягиваются в хищной улыбке. Она целенаправленно движется к столику Демиана и Рейвен, поднос грациозно балансирует на её наманикюренных пальцах. Резким движением она ставит его на стол, едва не задев стакан Рейвен. — Деми, милый, — её голос звучит приторно сладко, когда она полностью игнорирует Рейвен. — Я так скучала. Швейцария невыносимо скучна без правильной компании… — она наклоняется над столом, явно демонстрируя вырез блузки. Одна рука накручивает прядь платиновых волос на палец, другая почти касается руки Демиана. — Будь джентльменом, принеси мне стул, — она бросает пренебрежительный взгляд на Рейвен. — Или лучше освободи от… лишнего… этот. Нам так много нужно наверстать… Рейвен застывает, её лицо становится непроницаемой маской. Внутри неё разгорается гнев, но она держит его под контролем, лишь едва заметная фиолетовая искра мелькает в её глазах. Демиан медленно поднимает взгляд на Присциллу, его зелёные глаза холодны и отстранённы. Он отодвигает её руку от своей с вежливой, но непреклонной решимостью. — Присцилла, — его голос звучит спокойно, но с нотками раздражения. — Я уже объяснял тебе в прошлый раз, что ты мне не интересна. Ничего не изменилось за то время, что тебя не было, — он берёт руку Рейвен и переплетает их пальцы поверх стола — жест, понятный всем наблюдающим. — Этот стол занят мной и моей девушкой. И я был бы признателен, если бы ты оставила нас в покое. Лицо Присциллы каменеет, её голубые глаза сужаются, как у рассерженной кошки. Неверие, затем ярость последовательно отражаются на её лице. — Ты меня отвергаешь? Из-за неё? — она указывает на Рейвен, её голос поднимается почти до визга. Несколько студентов за ближайшими столиками перестают есть, открыто наблюдая за разворачивающейся драмой. Присцилла, почувствовав внимание, начинает играть на публику. — Неужели Демиан Уэйн, наследник миллиардов, выбрал это вместо меня? Жалкую стипендиатку, которая даже не умеет одеваться? — она намекнула на готический вид Рейвен, дополненный темно-фиолетовой помадой. Рейвен медленно встаёт, и в кафетерии становится заметно холоднее. Ветер, которого не должно быть в помещении, шевелит страницы книг на столах. Её фиолетовые глаза встречаются с голубыми Присциллы. — Я советую тебе уйти, — произносит Рейвен тихим, но ясно слышимым голосом. — Сейчас. Присцилла отшатывается, инстинктивно чувствуя опасность, но тут же маскирует свой страх новой атакой. — О, так у тебя есть клыки, маленькая мышка? Не думай, что это конец. Демиан, когда ты устанешь от своей… благотворительности… ты знаешь, где меня найти, — она резко разворачивается, забирая свой поднос, но задевает стакан Рейвен, опрокидывая его. Тёмная жидкость растекается по столу и начинает капать на пол. — Ой, какая я неловкая, — фальшиво восклицает Присцилла, не оборачиваясь. В этот момент рядом со столом материализуется директриса Шварц, её серые глаза острее лезвия. Она смотрит на разлитый чай, затем на Присциллу. — Мисс Монтгомери, добро пожаловать обратно в Академию, — произносит она с едва заметной улыбкой. — Я вижу, ваши манеры не улучшились в Швейцарии. Я ожидаю вас в своём кабинете через пятнадцать минут для обсуждения правил поведения и дресс-кода. Присцилла бледнеет, затем поспешно удаляется, её свита тянется за ней, как хвост кометы. Директриса поворачивается к Рейвен и Демиану, её глаза теперь полны тревоги. — Мистер Уэйн, мисс Рот, я хотела бы видеть вас обоих в моём кабинете после занятий. Появились… тревожные новости. В городе замечена Ядовитый Плющ, и есть подозрения, что она ищет что-то в наших ботанических садах, — она поправляет небольшую серебряную брошь в форме совы на своём пиджаке. — Возможно, вам стоит связаться с Титанами. Не хотелось бы снова подвергать Академию опасности, — с этими словами она уходит, оставляя Рейвен и Демиана переваривать информацию. Рейвен смотрит на мокрый стол и щелчком пальцев заставляет разлитую жидкость испариться. — И так всегда, — тихо произносит она. — Только мы разобрались с одной угрозой, как появляется новая. Но сначала… — она смотрит в сторону, куда ушёл Эрик. — У тебя ведь ещё соревнование с мистером «Я-знаком-с-Робином». Демиан легко улыбается, впервые за весь разговор с Присциллой. — Это будет… поучительно, — произносит он, допивая свой чай. — Для всех присутствующих. После занятий Демиан и Рейвен направляются к спортивному полю, где Эрик уже собрал внушительную толпу зрителей. Среди них, как ни странно, и Присцилла, которая, видимо, отделалась выговором от директрисы. Она стоит в окружении своей свиты, делая вид, что ей скучно, но её взгляд постоянно возвращается ко входу на поле, высматривая Демиана. Эрик расхаживает перед собравшимися, жестикулируя и громко рассказывая о своей «героической» роли в событиях Хэллоуина. — …и тогда Робин сказал мне: «Эрик, без твоей помощи мы бы не справились!» — хвастается он, явно привирая. — Он лично попросил меня тренироваться с ним. Сказал, что во мне есть потенциал супергероя! — несколько девушек из группы поддержки восторженно ахают, особенно когда Эрик демонстрирует несколько неуклюжих приёмов, которые якобы показал ему Робин. Когда Демиан и Рейвен появляются на поле, разговоры стихают. Эрик прекращает своё шоу и поворачивается к ним с самодовольной ухмылкой. — А вот и Уэйн! — громко объявляет он. — Кстати, где ты был в ночь Хэллоуина, когда все мы помогали Титанам? — Демиан останавливается в нескольких шагах от Эрика, его лицо спокойно и невозмутимо. — Я не видел тебя там, — продолжает Эрик, чувствуя поддержку толпы. — Никто не видел. Так что, Уэйн, ты испугался и сбежал, пока остальные рисковали жизнями, помогая настоящим героям? — свита Эрика поддерживает его смехом и одобрительными возгласами. Присцилла ухмыляется, её холодные глаза следят за реакцией Демиана. — Или, может быть… — Эрик подходит ближе, — Богатенький мальчик прятался под кроватью, пока не стало безопасно? А теперь пришёл хвастаться своими мнимыми способностями? Демиан смотрит на парня из свиты Эрика, который рискнул выступить вперёд, и иронично поднимает бровь. Толпа поддакивает ему, словно послушные марионетки Эрика. Взгляд Рейвен скользит по Присцилле, которая тоже не упускает своего шанса, и на её губах играет самодовольная улыбка. Демиан чувствует беспокойство Рейвен, но она знает, что он легко справится с этим. Демиан медленно снимает спортивную куртку, передавая её Рейвен. Его лицо по-прежнему ничего не выражает, но в зелёных глазах появляется опасный блеск, который напоминает Рейвен того Робина, которого боятся преступники Готема. — Достаточно разговоров, Беннет, — его голос звучит тихо, но все присутствующие слышат каждое слово, пропитанное сталью. — Ты хотел соревнование. Давай проверим, чему на самом деле научил тебя Робин. Тишина накрывает стадион, когда Демиан делает шаг вперёд, его спокойная уверенность контрастирует с нервной бравадой Эрика. Рейвен наблюдает с края поля, сложив руки на груди, её выражение лица нейтрально, но фиолетовые глаза внимательно следят за каждым движением. — Так где ты был, Уэйн? — неожиданно выкрикивает один из парней из свиты Эрика, делая шаг вперёд. Его голос звенит вызовом. — Нам всем интересно знать! — он театрально разводит руки в стороны, словно говоря от имени всей толпы. Собравшиеся студенты кивают, как китайские болванчики, подогревая атмосферу. Рейвен бросает на Демиана взволнованный взгляд, но видит в его глазах лишь холодное спокойствие. Демиан открывает рот, чтобы ответить, но Присцилла, увидев возможность, делает шаг вперёд. — И где была твоя… подружка? — её тон полон презрения. — Или она тоже пряталась под твоей кроватью, Деми? — её свита хихикает в унисон, как хорошо отрепетированный хор. Рейвен слегка прищуривается, крошечная искра фиолетовой энергии вспыхивает в её глазах, но быстро затухает. «Да что им неймётся?» — думает она, сохраняя внешнее спокойствие. Демиан смотрит на Эрика, игнорируя остальных. — Я был в западном крыле, помогал младшим ученикам эвакуироваться, — отвечает он ровным голосом. — Директриса Шварц лично попросила меня об этом, когда начался хаос. Спросите у неё, если не верите, — он делает паузу, его зелёные глаза сканируют лица студентов. — Не все герои носят плащи. Кто-то должен был убедиться, что самые младшие и уязвимые ученики будут в безопасности, пока Титаны сражались с непосредственной угрозой, — эта ложь звучит настолько правдоподобно, что даже Рейвен на мгновение задумывается, не было ли это их запасным планом. Демиан говорит с такой уверенностью, что его сложно не поверить. — Рейчел помогала медицинской бригаде, — отвечает Демиан, даже не моргнув. — У неё есть навыки оказания первой помощи. Спросите у любого из пострадавших студентов. Рейвен слегка прищуривается, крошечная искра фиолетовой энергии вспыхивает в её глазах, но быстро затухает. «Он хорошо умеет лгать» — думает она с невольным восхищением, сохраняя внешнее спокойствие. Демиан смотрит на Эрика, возвращаясь к первоначальной теме. — Я слышал, что ты говорил, когда мы подходили, — его голос звучит ровно. — Ты утверждаешь, что Робин научил тебя особым приёмам? Покажи. Я хочу увидеть, что именно тебе показал настоящий герой. Эрик колеблется секунду, затем самодовольно ухмыляется и принимает нелепую боевую стойку. — Смотри и учись, Уэйн! — выкрикивает он, и начинает демонстрировать серию неуклюжих ударов и блоков, которые выглядят как пародия на настоящие боевые искусства. Рейвен и Демиан обмениваются взглядами, в которых читается едва сдерживаемое веселье. Эти «приёмы» даже близко не напоминают отточенную технику Робина. — Это самые примитивные приёмы, — замечает Демиан, когда Эрик заканчивает своё представление, запыхавшись и гордо выпятив грудь. — Робин их не использует. И с какой стати он бы делился боевыми техниками с тобой во время сражения? У него явно были дела поважнее. Эрик краснеет от унижения, но быстро маскирует это новой атакой. — Ты просто завидуешь, Уэйн! — он подходит ближе, нарочито напрягая мышцы. — Тебе не нравится, что кто-то кроме тебя может дружить с супергероями! Может, ты думаешь, что только миллиардеры достойны их внимания? — говорит он, Демиан молча оценивает его. — Докажи, что твои навыки лучше, — бросает вызов Эрик, рисуясь перед толпой. — Если не боишься, конечно. — Не нужно бояться того, кто даже стойку принять не может, — спокойно отвечает Демиан, но затем делает шаг вперёд и занимает идеальную боевую позицию, отточенную годами тренировок с лучшими мастерами мира. Различие между ними становится очевидным даже для неподготовленного наблюдателя. Стойка Демиана излучает опасность, каждая мышца расслаблена, но готова мгновенно среагировать, вес идеально распределён, центр тяжести низкий. — Ты первый, — произносит Демиан, делая приглашающий жест рукой. Эрик, подбадриваемый свистом и выкриками толпы, с рыком бросается на Демиана, замахиваясь для мощного удара. Его тело полно силы, но движения предсказуемы и неэффективны. Демиан уклоняется с минимальным движением, почти лениво, и Эрик промахивается, теряя равновесие. Демиан мог бы провести контратаку, но вместо этого просто отступает на шаг, позволяя Эрику восстановить позицию. — Ещё раз, — говорит он. — И на этот раз постарайся хотя бы не телеграфировать свой удар. Лицо Эрика искажается от ярости. Он снова атакует, на этот раз пытаясь провести серию ударов. Демиан блокирует их все с такой лёгкостью, словно отмахивается от назойливых мух. Внезапно из толпы доносится насмешливый голос: — Эй, Беннет! Если Робин научил тебя этому, то неудивительно, что злодеи едва не победили в Хэллоуин! Смех прокатывается по стадиону. Эрик, окончательно потеряв контроль, бросается на Демиана с яростным криком. Но на этот раз Демиан не просто уклоняется, он перехватывает руку Эрика, использует его собственный импульс и одним плавным движением отправляет его в полёт, заканчивающийся жёстким приземлением на траву. Эрик лежит, ошеломлённый, а Демиан стоит над ним, даже не запыхавшись. — Ты хвастался приёмами Робина… — говорит Демиан достаточно громко, чтобы все слышали. — Но настоящий Робин никогда не учил бы таким неэффективным движениям. Тот, кто действительно знает его, понимает, что он никогда не тратит энергию впустую. Эрик поднимается на ноги, его лицо пылает от унижения. — Да что ты знаешь о Робине?! — выплёвывает он. — Ты был всего лишь нянькой для малышей, пока настоящие герои сражались! — Я знаю достаточно, — спокойно прерывает его Демиан. — Просто не все, кто действует, нуждаются в аплодисментах, — что-то в тоне Демиана заставляет Эрика остановиться. На мгновение в его глазах мелькает неуверенность, словно какая-то часть его ума замечает сходство между уверенными движениями Демиана и боевым стилем супергероя. Но момент проходит, и Эрик снова нападает, на этот раз с отчаянием человека, который знает, что проигрывает, но не может остановиться. Демиан встречает его атаку серией точных блоков и перенаправлений, демонстрируя мастерство, которое явно выходит за рамки обычных занятий в спортзале. Присцилла наблюдает за поединком, её холодные глаза внимательно изучают каждое движение Демиана. В отличие от других зрителей, она видит больше, чем простое физическое превосходство, она видит почти сверхъестественную грацию и точность. Рейвен замечает этот оценивающий взгляд и тихо подходит ближе к краю поля, готовая вмешаться, если потребуется. Наконец, после очередной неудачной атаки, Эрик падает на колени, тяжело дыша. Пот струится по его лицу, в то время как Демиан выглядит так, словно только что закончил лёгкую разминку. — Хватит, — говорит Демиан, отступая. — Это бессмысленно. Толпа студентов начинает расходиться, многие шепчутся о невероятных навыках Демиана. Кто-то даже предполагает, что он мог бы стать супергероем, если бы захотел. Присцилла задерживается дольше других, её взгляд переходит с Демиана на Рейвен и обратно, словно она пытается решить сложную головоломку. Когда большинство зрителей уходит, Рейвен подходит к Демиану, протягивая ему бутылку воды. — Ты был осторожен, — тихо говорит она. — Но, возможно, слишком хорош для обычного студента. Демиан принимает бутылку, их пальцы на мгновение соприкасаются. — Беннет не заметит, — отвечает он так же тихо. — Его эго не позволит ему увидеть очевидное. Но… — он бросает взгляд в сторону уходящей Присциллы. — Некоторые могут оказаться внимательнее. — Она будет проблемой, — Рейвен следит за его взглядом и хмурится. — Как и Плющ, — напоминает Демиан. — Нам нужно посетить кабинет директрисы, — Демиан поднимается с травы, закручивая крышку на бутылке. — Так странно было слышать, как ты говоришь о себе в третьем лице, — хмыкает Рейвен, улыбаясь и убирая волосы за ухо. — Еще страннее говорить о себе в третьем лице, — шепчет парень в открытое ушко, смеясь. Они направляются к выходу с поля, но Эрик, всё ещё сидящий на траве, окликает их. — Это ещё не конец, Уэйн! Ты можешь думать, что лучше всех, но я докажу обратное! Демиан даже не оборачивается, но Рейвен бросает на Эрика задумчивый взгляд через плечо. Что-то в его одержимости кажется ей… необычным. Словно его ненависть к Демиану имеет более глубокие корни, чем простая школьная вражда. Они ускоряют шаг, направляясь к административному зданию, где директриса Шварц уже ждёт их с новой миссией…