Фиктивные

Ваня ходил по кабинету и не мог найти себе места. Этой ночью он так и не смог уснуть, мучаясь в поиске своей жены. И ведь, вот в чем проблема, даже нельзя было никому позвонить, потому что тогда бы всплыли настоящие отношения супругов. Приходилось лишь надеяться, что Рита вернется и сама все расскажет. Посмотрев на часы, он понял, что она уже давно должна быть в своем кабинете. - Булатова, черт возьми! - Батя с безумной яростью в глазах залетел в ее кабинет. - Ты где шлялась всю ночь? 317 пропущенных, ты офигела? - эмоции захлестывали, а девушка не реагировала! Что вообще происходит? - Иван Михайлович, я не обязана перед вами отчитываться, как и вы не должны рассказывать как и с кем проводите свои красочные дни. Или ночи. Не важно. - Послушай меня, - Батя просто вжал Багиру в стол и теперь обжигал своим дыханием шею. Все это дурманило разум. Он знал, что если сейчас не отойдет, то случится непоправимое, - ты моя, а значит, только я решаю где и с кем ты находишься. Делить с кем-то свою жену не входит в мои планы. - Тогда извините, у нас разные понятия о семейной жизни, - Рита смотрела все также холодно. И тут наступило какое-то разочарование. Он не понимал, что происходит, но видел, что ничего не может сделать, а от этого ярость плескалась еще сильнее. Вылетев из кабинета, он отправился выпускать пар, а именно - колотить грушу. "Что она вообще себе позволяет? Я по ней с ума схожу, а эта чокнутая проводит с кем-то ночь, а потом обвиняет в этом меня! Да знала бы она, каких трудов мне стоит сдерживаться каждый раз, когда вижу ее. Надо было тогда не пытаться совладать с собой, а показать этой чертовке ее место". - Эй, эй, грушу не убей, - вдруг раздался голос из-за спины. Он обернулся и увидел лучшего друга, который стоял у стены. Несмотря на шутку, его глаза были как никогда серьезны. - Да я с Ритой поссорился, и она провела с каким-то хмырем ночь. - Булатов подошел к стене и облокотился. - Ну и урод же ты, Батя, - тихо произнес Бизон и развернулся, чтобы уйти, но Ваня в считанные секунды перегородил его путь. - Ты что-то знаешь? - Отвали, я не буду вмешиваться в ваши отношения, - Тарасов пытался оттолкнуть командира, но тот остался стоять на месте. - Пока ты не расскажешь все, ты не выйдешь от сюда. И так, начинай, - Батя закрыл дверь и сел на скамейку. Выслушав все от начала до конца, Булатов схватился за голову. Только сейчас он понял, каким же идиотом был. Боря рассказал ему все, умолчав лишь о том, что Багира все-таки прямо сказала, что любит мужа. - Ну что, теперь я жду твоих объяснений. И, если они будут недостаточно весомыми, то я ведь тебе и нос могу сломать, обещаю, - Тарасов, сам не понимая зачем, включил диктофон в кармане. Просто чувствовал, что это пригодится. - Да нечего мне объяснять, Борь, - Батя говорил с каким-то отчаянием в голосе, - с тех пор, как Рита живет со мной, я не могу нормально есть, спать, находиться рядом с ней, но знать, что ты не можешь к ней прикоснуться - пытка. Я хочу ее. Хочу до умопомрачения. Да ни одной другой мысли даже в голову не идет. Мне нужна была разрядка. Тогда я и решил подцепить кого-нибудь на один раз. И знаешь что самое тупое? Я не смог! Пока мы ехали ко мне, мне вдруг стало так противно от себя, что я остановился и вытолкал ее за дверь. Я почувствовал, что не могу изменять Багире, даже если по правде мы и не вместе. Просто не могу и все тут! Воцарилось молчание. Каждый переваривал и осмысливал все сказанное только что. - Борь, что мне делать? Я такой дурак... - Скажи мне, только честно. Кто для тебя Рита? - Я люблю ее. - Ну тогда землю переверни, но сделай так, чтобы она тебя простила! Я знаю, ты можешь все. Тарасов похлопал друга по плечу в знак поддержки и вышел за дверь. Контр-адмиралу необходимо было побыть одному. Уже вечером он заехал в магазин и купил огромный букет роз. Зайдя в квартиру, Батя увидел уже такую привычную картину: на кровати, свернувшись клубочком, спит самая лучшая девушка на свете. Аккуратно, стараясь не будить ее, мужчина закрыл дверь и отправился спать на диван, предварительно поставив розы в воду и унеся их в комнату любимой.