Идентично

POV Эрис Пунцовые и смущенные, мы расплатились и вышли из таверны, провожаемые острыми взглядами горожан. Эмит молча стискивал мою руку и вёл вдоль рядов жилых зданий, что-то выискивая. Наконец, он нашел нужное ему место: узкий проход между домами, открывающийся во внутренний двор. Брат отпустил мои пальцы, устало вздохнул и прижал меня к стене, поместив локти по обе стороны от головы. —Ну и что мне с тобой делать? Я, абсолютно уверенный в том, что он оттолкнет меня и мы никогда уже не будем близки, все же не смог промолчать: —Поцелуй меня ещё. Эмит вздрогнул, отчего его локти задели мои плечи, и произнёс: —Сначала сними морок. Незнакомые девицы не в моем вкусе, знаешь ли… Эрвин йор Одир играл с друзьями в мяч, и в какой-то момент он вылетел за пределы поля, попав в узкий проход, соединяющий двор и улицу. —Я достану! — Крикнул мальчишка остальным и бросился за игрушкой. Подняв мяч, он взглянул чуть дальше и остолбенел: в нескольких локтях впереди, прижавшись к серой стене, самозабвенно целовалась парочка молодых парней. Тот, кого прижимали к стене, вдруг открыл свои нечеловечески яркие глаза и прогнулся в пояснице, когда второй парень, подхватив партнера под бедра и вынудив его обвить ногами его талию, стал целовать шею красавца. Его пальцы побелели, впившись в плечи стоящего спереди, а длинные светлые волосы совершенно перепутались. Внезапно он посмотрел прямо на Эрвина. Глаза парня расширились от удивления, он поднес дрожащий палец к припухшим, пунцовым от поцелуев губам и прошептал: «Чш-ш!», после чего вновь повернулся к партнёру, закрывшись от мальчика завесой шелковистых прядей и подставляя лицо губам второго блондина. Эрвин подхватил вновь упавший мяч и на негнущихся ногах побежал к друзьям. POV Эмит —Зачем ты это сделал? — Спросил меня брат, когда любопытный мальчишка убежал. —М-м? — Что за удивительный аромат у его шеи, скажите мне? И почему я не сделал этого раньше? —Зачем ты позволил ему увидеть… Ах! — Смешался Эрис, стоило мне чуть прикусить его шею и сжать ладонями ягодицы. —Потому что захотел. А знаешь, чего ещё я хочу? — Спросил я, внимательно глядя в его покрасневшее лицо. —Чего? Вместо ответа я приподнял его тунику и прошелся пальцами по шелковистой коже, вызывая у брата дрожь. Смутившись, он опустил голову мне на плечо и спрятал взгляд, но я прекрасно слышал его участившееся дыхание. Впрочем, ровно как и он мое. —Так сделай. — Едва слышно пробормотал он. Я усмехнулся и, пьянея от собственной власти над ним, потянул тунику Эриса ещё выше, подставляя ветру разгоряченную часто вздымающуюся грудь. Он послушно прогнулся ещё сильнее, распластавшись на созданной мной воздушной подушке, и вновь тихо ахнул, когда я наклонился над ним и коснулся языком горошины соска. Медленно раздразнивая его, я думал, в какой же момент понял, что по уши влюблен в собственного брата, когда осознал, что продал бы всех девушек мира за возможность слушать его жалкие попытки скрыть стоны удовольствия и стремительно твердеющий член. Так не найдя в себе ответов, я, наконец, перестал бояться, что Эрис вот-вот опомнится и оттолкнет меня, и, осмелев, принялся ласкать соски брата пальцами обеих рук, одновременно начиная ещё пока совсем легко тереться своим телом об его. Покрывая поцелуями его лицо и шею, я просунул руку между наших тел и, мимолетно коснувшись его члена, положил руку на ягодицы, вжимая в себя. Эрис разочарованно всхлипнул. —Терпение, — усмехнулся я, — я все равно не буду заниматься с тобой любовью в крохотном грязном переулке. Глядя в его удивленные глаза, я вновь тихо рассмеялся: — Да-да, Эрис, тебе придётся подождать. Но не очень долго, поверь мне. — Прошептал я ему на ухо и отодвинулся, поправляя задранную тунику. Отступив ещё на шаг, я сцепил подрагивающие пальцы в замок за спиной, чтобы не поддаться искушению продолжить ласкать его податливое тело, в этот раз дойдя до конца. Брат выглядел безумно притягательно и красноречиво. Он успел лишь сдвинуть колени, но остальное в его внешнем виде не оставляло сомнений о том, чем он занимался: белая шея покрыта алеющими пятнами, тонкие и аккуратные обычно губы теперь полнее раза в два, волосы и одежда в жутком беспорядке, пуговица на бриджах расстегнута, а сбитое дыхание и бегающий взгляд явно не могут принадлежать скромной монашке. —Камеристка принцессы неплохо развлеклась в городе. — Улыбаясь, сказал я ему. —Как и принцесса. — Вскинул Эрис голову, встряхнув ей, отчего пряди рассыпались по плечам, а брат стал выглядеть ещё более притягательным. —Если ты не прекратишь, то я откажусь от своих слов, Эрис. — Я преодолел расстояние между нами и взял его лицо в свои ладони. —Это от каких же? — Спросил он и потёрся щекой о мои пальцы. —О том, что не возьму тебя прямо здесь, мой дорогой брат. Я наклонился и, не удержавшись, вновь накрыл податливые губы своими. В этот раз он опомнился первым: —Мне бесконечно жаль, но нас скоро хватятся. —Верно. — Выдохнул я. — Идём! Поднявшись, мы набросился мороки и, шатаясь, будто пара работяг после совместного отдыха, побрели в сторону ярмарки. *** Оказалось, что девушки распродали все свечи и теперь довольно подсчитывали прибыль. Матушка настоятельница, справедливо оценивая внешний вид изделий, выделила для продажи куда больше времени, чем его потребовалось по итогу, так что теперь у нас были ещё два свободных часа. —Чем хотите заняться, сестры? — Спросил Эмит. Девушки зашептались, а потом самая смелая из них вышла вперед: —Леди, если вы не против, то мы хотели бы прогуляться. —А мы останемся и присмотрим за деньгами. — Произнесла за свою группу тихая блондинка Эмили. —Хорошо, девочки, — улыбнулся Эмит, — тогда через полтора часа на этом месте! —Спасибо, принцесса, хорошего вам времяпровождения! —Хорошо! —Всё ясно, леди! —До встречи! —… *** POV Эрис За первым же поворотом мы с Эмитом нацепили личины двух смазливых, но вполне обычных молодых людей, купили в лавке неподалёку плед и еды, и обратились к дородной даме, вызывающей мысли о жизненном опыте: —Доброго дня, госпожа! — Произнес брат. —И вам, мальчики! —Вы не подскажете, есть ли здесь неподалеку удобный берег реки со спуском к реке? —Так зима же, господа. Позамерзало всё! —Да это и не важно. —Ну, что ж, — она внимательно взглянула на меня поверх очков, отчего мои щеки вспыхнули. Казалось, женщина прекрасно знает, чем мы собираемся там заниматься. — идите вдоль улицы до ее конца, потом поверните направо и спуститесь в небольшому фонтану. От него будет идти каменная тропинка, вот по ней и выйдете к берегу. —Спасибо, госпожа! Всего хорошего! —Не заболейте, мальчики. Последовав наставлениям горожанки, мы с Эмитом спустились к реке, выбрали небольшую полянку посреди высокой заиневшей травы и натянули полог, напустив туда теплого воздуха. Вскоре температура под пологом была достаточной для того, чтобы опустить на землю принесенный мягкий плед и снять верхнюю одежду, оставшись в бриджах и туниках. —Голоден? — Спросил я у брата. —Ага. — Бросил он, глядя, впрочем, лишь на мои губы, и подобрался ближе, переплетая наши пальцы. Я ожидал, что он поцелует меня, однако брат, лишь коснувшись губами моих пальцев, положил голову на мои колени. —Сними морок. — Попросил он и запустил руки в мои вновь ставшие длинными волосы. — Я говорил, что они удивительно мягкие? —Ни разу. — Улыбнулся я и и коснулся его лица кончиками пальцев. —Не может быть. — Пробормотал Эмит, притягивая меня к себе за белую прядь. Его губы, наконец, накрыли мои, а руки зарылись в волосы, притягивая мою голову к нему. Почувствовав, что моя спина начинает затекать, я опустился на плед, потянул брата за собой и обхватил его шею руками, а Эмит во второй раз за сегодня поднял мою тунику, касаясь напряженных сосков. —Подними-ка руки. — Попросил он и стянул ее с меня, оставив только в бриджах. Брат приподнялся на локте, пальцами другой руки принявшись обводить мое лицо, невесомо касаясь то губ, то скул, то лба… Я хрипло выдохнул, так как гладящий с безмятежной улыбкой мое лицо Эмит также бедром терся о мой напряженный член. —Волнительно, а, Эрис? — Он невесомо поцеловал меня. — Ну, покажи же мне, чего ты хочешь, не стесняйся. Зыркнув на веселящегося брата, я толкнул его на плед и влез сверху, усевшись на бедрах. —Так? — С кривоватой улыбкой спросил он, положив руки мне на ягодицы, и прижал к себе, давая почувствовать, насколько он возбуждён. —Именно. — Я прогнулся к Эмиту и потёрся грудью о его, на что брат расстегнул пуговицу на моих бриджах и просунул в них ладони, ещё сильнее вжимая меня в свое тело. И вновь я первым пришел в себя, отстраняя его: —Эмит, по моим ощущениям полтора часа давно прошли! Брат лишь бросил что-то неопределенное и потянулся к моим губам, но потом опомнился, поправил мои съехавшие бриджи и, крепко обняв, откинулся на плед. —Ты лучшее, чего я когда-либо касался. — Сказал он мне на ухо. —Могу сказать лишь тоже самое. — Немного смутившись, ответил я. Запыхавшись, мы прибежали к месту встречи и обнаружили, что все девушки в сборе и ждут лишь «принцессу и ее камеристку». —Простите, что заставили вас ждать, сёстры. — Пытаясь унять дыхание, произнес я. —Ничего, леди, матушки настоятельницы ещё нет. — Ответила Тори. Как только она это произнесла, к площадке подъехали кареты, в которых мы ехали сюда. Из главной, опираясь на руку кучера, вышла вышеупомянутая настоятельница. —Надеюсь, вы сумели продать хоть малую часть, девушки. Отдайте оставшиеся свечи и деньги господину Ирину, — указала она на своего кучера, — и рассаживайтесь по каретам. О результатах мне потом расскажут принцесса Астер и ее камеристка. Почему-то я не сомневался, что все будет именно так.