Любовь к невольнице. Искупление

      Как только за Блейзом закрылась дверь, Гермиона, вздохнув, расправила пергамент и снова пробежалась глазами по строчкам. Минерва МакГонагалл звала её на должность преподавателя трансфигурации. Девушка со слезами на глазах читала тёплые слова её любимого преподавателя.       Решение пришло само собой. Она хотела вернуться в такой родной и любимый Хогвартс. Она поняла, что хотела бы заниматься любимым делом - учить детей. Ведь, если подумать, что можно было бы попросить не предавать огласке её должность, то она вполне бы могла тихо себе там работать и жить. Пока не придёт время родов. Роды. Гермиона снова мысленно стукнула себя по лбу. Ну никак она не могла свыкнуться и принять эту мысль. С другой стороны, кем бы не являлся отец её крохи, Гермиона не смогла бы прервать её жизнь. Немного подумав, девушка решила написать ответ.

***

Гермиона Грейнджер стояла в коридоре возле знаменитой горгульи. Сердце бешено колотилось. Не смотря на все печальные события, она была счастлива находиться здесь. Тёмный Лорд канул в Лету, вместе с Гарри.       Но девушка горячо надеялась, что друг её в лучшем мире, что он обрёл долгожданный мир и покой. Магический Мир восстанавливается, никто больше не причинит ей боли. Каменная статуя подвинулась, открывая девушке вид на винтовую лестницу. Тихо переставляя ноги, она поднялась и увидела стоящую в проходе Минерву. Бывший преподаватель трансфигурации выглядела очень измученно. Худая, постаревшая, со слезами на глазах, она распростерла свои объятья. Гермиона, не думая, кинулась к ней, почувствовав прилив ласки и тепла.       — Здравствуй, моя девочка, - тихо сказала женщина, едва сдерживая слезы. Они сели за стол, держась за руки.       — Ты такая взрослая, — Минерва погладила тыльную сторону её ладони. — Кингсли рассказал мне, что с тобой произошло. Мне так жаль, Гермиона. Девушка, проглотив слезы, кивнула, не в силах найти ответ. Минерва села ближе и по-матерински обняла Гермиону. Её голос срывался от непрошенных слез.       — Мне очень вас жаль. Всех. Вы были совсем ещё детьми... Моя девочка... ты проявила храбрость и мужество. Я уверена, Гарри сейчас очень хорошо. Поплакав вволю, почтив память погибших, они перешли на другую тему. Гермиона рассказала Минерве о своём положении, умолчав разумеется об отце ребёнка, предложила свою помощь, пока может. И пока не найдут постоянного преподавателя. Молча выслушав все, МакГонагл с удовольствием приняла Гермиону. Женщину снедали страшные мысли. Почему такая смелая и самоотверженная девушка, её воспитанница не хочет огласки? Кто отец ребёнка? Она так горячо скрывала отца ребёнка и саму беременность, что Минерве невольно стало не по себе. Ей оставалось только гадать и уповать на Мерлина, чтобы он смилостивился и послал этой девушке, наконец-то, счастья. Вынырнув из своих мыслей, женщина проговорила:       — Это разумно. Мы не будем давать широкую огласку. И я сдержу твой секрет. Ты можешь быть спокойна. Гермиона улыбнулась, предвкушая рабочие будни. Она устала от безделья. И уже продумывала в голове темы для занятий, как вдруг затрещал камин, предупреждая о посетителе. В кабинете директора, отряхиваясь от каминной сажи, появилась Нарцисса Малфой. Улыбнувшись кончиками губ, она кивнула присутствующим.       —Директор Магконагл, добрый день. Я не вовремя? - Нарцисса перевела приветливый взгляд на побелевшую девушку. — Здравствуйте. Но ответа не последовало. Девушка была словно под заклятием Конфундус.       — Нет, нет. Вы вовремя, — переводя внимание на себя, сказала Минерва. — Мы как раз закончили обсуждать все вопросы. — Минерва обратилась к девушке за столом, — Гермиона, можешь располагаться на втором этаже. Эльфы переправят твои вещи в скором времени. Девушка, застыла, прижавшись к спинке стула.       — Мисс Грейнджер, - с тревогой в голосе окликнула её Минерва. Вздрогнув, та поспешно встала из-за стола и, не оборачиваясь, поспешила к дверям. Женщины проводили её пристальными задумчивыми взглядами. Каждая со своими мыслями и подозрениями. МакГонагл поспешила перевести разговор с опасной темы:       — Итак, миссис Малфой, вы вызвались стать членом Попечительского совета школы?       — Да, это так. Испокон веков этим занимались мужчины в нашей семье. Так как Люциус мертв, то я бы хотела занять это место сама. Минерва кивнула.       — У вас уже есть внуки?       — Нет. К сожалению, пока нет. Но я надеюсь, что... будут. МакГонагл изучала взглядом гостью. Совет нуждался в попечителях. Да и Нарцисса Малфой была неплохой женщиной. Поэтому Минерва дала своё согласие. С начала года миссис Малфой делала щедрые пожертвования на восстановление школы и на многие другие нужды. Оставалось решить бумажный вопрос.

***

Несколько недель спустя, вопреки задуманному, новость о том, что Героиня войны, спасительница Магического мира обосновалась преподавать в Хогвартсе, облетела всевозможные газеты и сотни сотен ушей. Гермиона опасалась, но чувство уверенности, что им с крохой ничего не грозит, вселяло в неё новые силы. Она с удовольствием проводила лекции и с не меньшим энтузиазмом - практические занятия. В их педагогическом коллективе было много новых лиц. Гермиона не чувствовала себя одинокой - она сдружилась с Асторией Гринграсс. Неожиданно для всех, эта хрупкая и утончённая особа, не отличающаяся особыми отметками в свои школьные годы, начала преподавать Зельеварение. Множество парней со старших курсов заваливали блондинку любовными письмами. А она лишь задумчиво улыбалась и бросала их в камин. Гермиона знала лишь то, что Гринграсс давно влюблена. Но что-то не вязалось.

***

Гермиона Грейнджер стала спокойно спать ночами. Она нашла спокойствие в Хогвартсе. Её все любили. Смотрели с обожанием, восторгом. Особенно робкие ребятишки с первых-вторых курсов. Даже пресловутый и печально известный факультет Слизерин. Дети со змеиного факультета смотрели с молчаливым уважением, лишь единицы с - презрением и отвращением. Но её это абсолютно не заботило. Слегка выпирающий уже животик был скрыт под мантией. Понемногу она начала привыкать к мысли о материнстве. Девушка все чаще гладила маленький бугорок. А в середине октября она внезапно для себя с ним заговорила. В тот же день, отпросившись у МакГонагл, Гермиона, с предвкушением и ощущением счастья, помчалась в маггловский мир. В клинику. В Хогвартс девушка возвращалась со счастливой улыбкой на лице.       — Я знала. Я чувствовала. Дочка. Доченька. Моя девочка... - мечтательно прошептала Гермиона, глядя в окно Хогвартс-Экспресса.