D'amour et d'amitie (Любовь и друзья)

      Уже полчаса Алья упрашивала Маринетт пойти с ней в кино несмотря на погоду. А она была в Париже и вправду очень жаркая. Складывалось впечатление, что обычный летний день решил испытать горожан. «На данный момент в Париже зафиксирована температура тридцать шесть градусов выше нуля, понижения пока не предвидится!» — гласил последний прогноз погоды, который посмотрела Сезер, перед тем как выйти из дома и направится к той, которая, как она была уверена, ей не могла отказать. Однако, с каждым отказом «ее девочки», эта уверенность таяла на глазах. — Подруга, ну я прошу тебя! — простонала Алья, глядя в глаза Маринетт. — Я сказала нет! — отрезала девушка. — У тебя совсем крыша поехала? На улице стоит удушающая жара, а ты еще хочешь меня в кино вытащить? Еще раз повторюсь: ни за что! — Вот так значит, да? Я тебе готова была помочь во всем при любых обстоятельствах, бросить свои дела, чтобы тебя поддержать, а ты не можешь помочь мне в такой момент! — Вспылила Сезер. — Да я тебе помогла даже тогда, когда ты личность Нуара узнала! Я всего лишь хотела, чтобы ты была там, как моя поддержка перед Нино, а ты! — Алья, постой! — крикнула Маринетт вслед подруге, которая со всех ног рванула на улицу со слезами на глазах. — Тикки, это плохо. Мы должны догнать ее! — Ты права, Маринетт! — произнесла квами. — Тикки, давай! — прокричала девушка, превращаясь в Ледибаг.       Добежав до парка и остановившись за одним из деревьев, Сезер полностью отдала себя эмоциям. Ей было все равно, что о ней будут думать люди, себя она считала преданной, опустошенной. «Если бы я могла управлять погодой, я бы показала ей, что значит жара!» — произнесла девушка, не подозревая, что именно этими словами она дала жизнь еще одной акуме. — Госпожа Погода, я дам тебе то, что ты хочешь, но взамен ты принесешь мне камни чудес. Договорились? — голос в голове прозвучал внезапно, но новую злодейку это не волновало. — Идет, — произнесла рыжеволосая, привлекая своим превращением внимание окружающих. — Алья, нет! — изо всех сил прокричала Маринетт, но Сезер ее уже не услышала. — Маринетт Дюпен-Чен, сейчас я покажу тебе настоящую удушающую жару! — злобно произнесла акуматизированная. Взмахнув своим веером, злодейка злобно расхохоталась, и Ледибаг ощутила, что воздух нагрелся еще на три-четыре градуса, а легкие облака и ветер исчезли, оставив героиню ожидать скорого солнечного удара. — Бражник, чтоб тебе мотыльки твой костюм сгрызли! Тебе самому-то не жарко? — вскричала героиня, надеясь, что повелитель мотыльков ее услышит.       Но Бражник, хоть и услышал ее через свою марионетку, даже не собирался изнывать от жары или холода, если те вдруг настанут. Кондиционер в комнате стал незаменимой вещью у этого тирана еще с прошлой зимы, когда в Париже стояли небывалые морозы и не спасала даже трансформация. Отопления на чердаке не было, поэтому такая вещь сделала его тогда независимым от природы и ее морозов, в то время как герои покрывались сосульками, исцеляя его мотыльков днем и ночью. Вот и теперь, в этот июльский день, включив кондиционер, Бражник наслаждался представлением.       Алья, хоть и сидела на уроках физики в телефоне, элементарные понятия данного предмета знала. Зная то, что вода при холоде превращается в лед, а потный человек становится липнущим к холодным поверхностям, Погода решила воспользоваться этим.       Резко понизив температуру, злодейка превратила капли пота под костюмом в кусочки льда. Взмахнув своим веером, она припечатала Ледибаг влажной спиной к уже холодному металлическому фонарному столбу. Видя, что героиня сама не сможет выбраться, Госпожа Погода подлетела к ней, намереваясь забрать камень чудес.       «Черт бы его побрал, где он шляется?!» — мысленно проклинала напарника Маринетт. — «Если из-за него я потеряю свои серьги, то он потеряет свой хвост, а для Парижа все будет кончено!» Словно испугавшись ее мыслей, судьба все-таки сжалилась над ней, и напарник появился перед ней, ударом отбросив злодейку в сторону и с силой оттянув героиню от столба. — Кот, акума в той сумке, — сказала Ледибаг, указывая на поясницу злодейки, на которой висела довольно изящная сумка с ремешком, обрамленным сапфирами. — Понял вас, моя Леди, — ответил Кот. — Я ее отвлеку, а ты используй счастливый шанс! — Покажем ей, — с воодушевлением произнесла героиня. — Счастливый шанс!       В руки ей упала веревка с карабином на одном конце. Привязав один конец веревки к столбу, Ледибаг со словами «Кот, подсади меня!» оттолкнулась от ладоней напарника и в прыжке прицепила карабин к ремню сумки. Притянув злодейку к столбу, герои, решившие было, что битва уже закончилась и осталось только очистить акуму, никак не ожидали, что злодейка не станет мириться с поражением. Неожиданный удушающий зной и жара под сорок градусов сделали героев относительно беспомощными на несколько секунд, но их ей хватило, чтобы, будучи притянутой к столбу, взлететь и оказаться вне зоны досягаемости героев. — Кот, я притяну ее еще раз, а ты используй Котаклизм* на сумке! — крикнула Леди напарнику. — Понял! Котаклизм! — ответил напарник, в одной руке которого собралось вселенское разрушение.       Злодейка, пытавшаяся найти и отцепить карабин, вновь была спущена с небес на землю. На этот раз, сильно ударившись головой, она отключилась. Кот использовал Котаклизм на сумке, и акума вылетела из "гнезда". После чего Ледибаг ее очистила и крикнула «Чудесное исцеление!», подбросив веревку в воздух. Вот только увидеть исцеление ей было не суждено. Нарушив правило, гласившее, что в жару без головного убора на солнце нельзя находится, она заработала себе солнечный удар и упала без сознания.       Кот Нуар проклинал бражника и всех его акум, ведь теперь ему надо и о состоянии Сезер справиться** и Ледибаг унести до того, как она превратиться обратно в Маринетт. Взглянув на Сезер, Кот понял, что навестить ее дом ему все же придется, ведь она так и не пришла в себя. Поэтому, связав обеих девушек одной веревкой, найденной неподалеку, он закинул их на левое плечо и, держа в правой свободной руке шест, с его помощью отправился к дому Сезер.       На счастье Нуара, в доме никого не было, поэтому, положив Алью на кровать и оставив записку с текстом «Мы освободили тебя от акумы. Кот Нуар» возле кровати, напарник Ледибаг положил свою законную девушку обратно на плечо и с помощью шеста добрался до их убежища в южной части Парижа за секунды до конца трансформации напарницы. Уложив ее в кровать, Нуар положил ей на лоб мокрую тряпку, а затем, устроившись рядом с Маринетт и сняв свою трансформацию, крепко обнял девушку и уснул.       И снилось ему его свидание со своей девушкой и никаких акум, а также никакого холодного отца. Прекрасная семья, друзья, девушка, никакого домашнего ареста. Но он понимал, что это сон, пусть и идеальный, но сон. Однако, как же ему хотелось, чтобы это было реальностью. Но это была бы уже совсем другая история.