Первое число

Осеннее утро наступало медленно. Лежа в постели, хрупкий бледный мальчик с прямыми волосами, напоминающими по цвету солому, распахнул карие глаза и заглянул в окно. Солнечный свет, тусклый, не такой яркий, как летом. Летом солнечные лучи так и бьют в окно. Пасмурно осенним утром. А еще холодно. Осень есть осень: она встречает сыростью, зябкостью, промозглым ветром. Но сегодняшнее утро было тихим. Только листья подрагивали на деревьях за окном. Они еще зеленые, но без яркого солнечного света кажутся бледными. В такое утро все цвета на улице словно впадают в депрессию. В этом есть своя красота, нет лишней пестроты, но одиннадцатилетнему Барти Краучу такое уныние не нравилось. Гораздо больше он любил веселую снежную морозную зиму или теплое, яркое лето. Осенью начинаешь ценить домашний уют и теплое одеяло, из-под которого не хочется вылезать. Барти давно заметил, что его мать на выходных любила отлеживаться в постели с самого утра, под теплым одеялом. Не потому, что она ленивая, а потому, что ей так уютно. Но сегодня не просто первый день сентября, сегодняшний день особенный! — Мастер Барти, ваша матушка в гостиной и ждет вас, — неожиданно раздался писклявый голос. — Да, Винки, уже иду, — отозвался собеседник, потянувшись на кровати. Позавтракав омлетом и почистив зубы мятной пастой, мальчик поспешил в гостиную не забыв перед этим съесть конфету. Обои в этой самой гостиной были кремового цвета. На центральной стене висело зеркало, а у двери большая картина с цветами. Окна были завешаны белыми полупрозрачными шторами. — Доброе утро, — мягко улыбнулась сидящая на кожаном диване светловолосая женщина, чьи зеленые глаза напоминали изумруды. Розали Крауч, в девичестве Фанкорт, приходилась женой Бартемиусу Краучу — без пяти минут министру магии, матерью Барти и очень красивой женщиной. Не зря распределяющая шляпа в Хогвартсе когда-то определила ее на Слизерин — за оболочкой беззаботной модницы скрывался острый ум. Все семь лет учебы Розали была отличницей и не нарушила ни единого школьного правила. Слушая ее рассказы о школе, Барти мечтал стать лучшим учеником и вот теперь время пришло! — Я уже собрала тебе чемодан при помощи Винки, — проговорила женщина, пригладив длинные светлые локоны. — Не хотелось будить тебя. — Спасибо, — мягко улыбнулся Барти. Эльфийка глубоко вздохнула. Ей было жаль, что юный хозяин уезжал, но он с усмешкой, словно прочитав ее мысли, пообещал приехать на каникулы.

***

Отца дома не было — он снова был на работе, но сын был этому только рад. Бартемиус Крауч не обращал на ребенка ровным счетом никакого внимания, постоянно придираясь и пропадая в Министерстве. Критику в свой адрес мальчик воспринимал болезненно — ему казалось несправедливым, что его вечно в чем-то упрекали, а отца никто не смел. Плюс Барти помнил их недавнюю ссору.  — Как так вышло, что ты упал с метлы? — возмущенно осведомился мистер Крауч, когда его сын, сломавший руку, распахнул глаза. — Я хотел сделать мертвую петлю… — Покрасоваться перед другими? — язвительно продолжил собеседник. — Третий перелом за один год, это уже никуда не годится​. Я бы отправил тебя в маггловскую больницу. Может, все-таки поймёшь, что нужно быть осторожнее и умнее, — развернувшись, мужчина быстро удалился. — Он еще ребенок. Кто же знал, что эта метла… — раздался звонкий голос Розали. — Роуз, метла здесь ни при чём. Просто нужно уже ему научиться летать, как другие мальчишки. В который раз уже тратится время на все эти болезни. В Мунго нашего сына уже наизусть знают! Лучше бы ты родила мне нормального ребенка! — Почему ты так со мной разговариваешь?! — повысила голос Розали. — Эти глупые метлы ничем не помогут ему в жизни! Сейчас Барти прощался с матерью на платформе девять и три четверти.  — До встречи, Барт, — Розали чуть ли не со слезами обняла мальчика. — Учись отлично, будь умницей. Найди хороших друзей и пиши мне письма. Удачи, — отойдя, женщина быстро обернулась. Барти понимал, что ей сейчас грустно и больно, а ей намного больше подходила лучезарная улыбка. Мальчику во что бы то ни стало захотелось утешить ее, снять печаль с тонкого лица, но было поздно — поезд тронулся. Грустные мысли вскоре отошли, сменившись более веселыми. Он едет в школу, в школу волшебства! Серая пелена туч за окном развеялась, и тусклое сентябрьское солнце слегка осветило алый паровоз. Дети прижались лицом к распахнутым окнам. чтобы посмотреть на убегавшие вдаль пейзаж: огромное невспаханное поле, изрядно выгоревшее из-за летней жары; вьющийся ручеек у опушки соснового бора; последние жилые домики лондонских пригородов. Из этих домиков иногда выбегали люди: кто-то изумленно смотрел в сторону, не понимая, откуда исходит звук, а кто-то махал руками, вспоминая те времена, когда сам ехал первый раз в Хогвартс. Барти медленно шел по узкому коридору, волоча за собой тяжелый чемодан, неприятно бивший его по ногам. Крауч обошел пару вагонов, но все места оказались заняты. Наконец, удача улыбнулась ему в четвертом — Барти наткнулся на свободное купе. Отправив заклинанием чемодан на полку, мальчик сел к окну и начал рассматривать мелькавшие отвесные камни под железнодорожным мостом. Неожиданно дверь отворилась. — Привет. Можно к тебе? Просто все купе уже заняты, — незваным гостем оказался худощавый брюнет среднего роста. Его темные, почти черные, глаза, пристально смотрели на Барти. Крауч не слишком хотел сейчас с кем-либо общаться, но все-таки кивнул, после чего незнакомец расположился на полке против собеседника. — Звать-то тебя как? — протянул гость, решив все-таки начать знакомство. — Бартемиус Крауч, — равнодушно проговорил собеседник, церемонно выпрямившись, словно король. — А тебя? На лице черноволосого тут же появилась искренняя заинтересованность. — Это твой отец начальник Департамента по магическому законодательству? — быстро уточнил он. Если до этого его слова звучали неуверенно, то сейчас они просто слетали с тонких губ. — Я Регулус Блэк. Теперь интерес перешел и к Барти. — Самый известный род магической Британии? — Именно, — собеседник гордо улыбнулся. Пухлая женщина как раз привезла тележку с многочисленными сладостями, и Барти с Регулусом закупили всего по немногу. Деваться было некуда — общие сладости придают любому разговору приятельский характер, особенно, когда едешь в школу первый раз. Барти даже улыбнулся, глядя, как покачивается его черный чемодан: сам себе он казался сейчас ужасно взрослым. — Привет, — неожиданно раздался тонкий голосок. Это оказалась невысокого роста девочка, чьи пшеничные волосы были заплетены в тугую косу. — Можно? — Естественно, — закатил глаза Регулус. — Я Альто, Натали Альто, — уверенно представилась незнакомка. — Альто? Хм, что еще за конфета? Вроде не было таких… Не слыхал такой фамилии, — признался Регулус, с нетерпением разворачивая обертку, скрывающую шоколад. Натали бросила короткий взгляд на Барти, но тот был поглощен рассматриванием вкладыша от шоколадной лягушки с изображением седовласого старца — Альбуса Дамблдора. — Я недавно читала книгу со списком чистокровных фамилий и попала в одно купе с Мальсибером. Самооценка до небес, хотя фамилия в Справочник Чистой Крови не входила и не входит. То, что вы не слышали обо мне раньше, ничего не говорит о моем происхождении. О моих родителях мало что известно, так как на работе их не видят, они работают в секретном отделе — Невыразимцы, — после этих слов девочка вошла в купе, держа спину идеально прямо и аккуратно присела. Барти усмехнулся. Натали вызывала уважение и он не мог понять лжет ли она, а если лжет то она неплохая актриса. — Хм… Ладно. На какой хоть факультет собираешься поступать? — Рег быстро продолжил разговор. — Я думаю, что попаду на Слизерин. — Я слышала что на этом факультете учатся будущие темные маги, — задумчиво проговорила Натали, смотря в окно. — Но мне кажется, что все это выдумки гриффиндорцев. Я читала, что между этими факультетами давняя вражда. Я бы хотела поступить на Когтевран или Пуффендуй. Люблю трудиться и изучать разные предметы. — Я тоже люблю читать, — с готовностью подключился Барти, разворачивая конфету. — Но на Пуффендуй ты не попадешь: там совсем тупые учатся. Он слышал об этом от матери. — Я тоже наслышана, но они понимающие и дружелюбные. Гриффиндорцы тоже этим, видимо, славятся, но слишком уж шумные, — слегка поморщилась Натали, приступая к шоколадному батончику. — Не люблю храбрость ради храбрости и порывы, а там люди безбашенные и головой практически не думают, как я заметила. — Мой брат попал на этот факультет, а все Блэки всегда учились на Слизерине, — по голосу Регулуса можно было заметить, что его очень огорчает данный факт. Барти на секунду подумал, что ослышался. Блэк — гриффиндорец! — Это все из-за дружбы с Джеймсом Поттером, — пояснил Рег, отвечая на удивленный взгляд друга. — Надеюсь, у него когда-нибудь начнет работать голова. А ты то на какой факультет поступить хочешь? — Слизерин или Когтевран, — уверенно признал Барти.

***

Поезд подъехал к Хогсмиду, когда за окном сгустилась тьма и друзья уверенно вышел на платформу. Неподалеку от них проходила высокая девочка, чьи волнистые волосы отливали серебром. Барти нескоро поймал себя на том, что не отводит от нее взгляда. В конце платформы стоял громадный человек с бородой среднего размера. Это, как Барт прочитал из книг, был настоящий великан, но от него не веяло ужасом. — Это Хагрид, — тихо заметил Регулус. — Он лесник. Говорят, что его исключили из школы за убийство ученицы и что он часто ищет каких-то монстров в Запретном лесу. — Мне тоже что-то такое говорили, — добавила Натали. Барти усмехнулся. А сначала и не скажешь, что он настоящий преступник. И как ему позволяют встречать детей? Ответа на этот вопрос Барти не знал, разве что Хагрид был невиновен, но мальчик сомневался, что это так. Не такие ведь тупицы все учителя, могут виновного от невиновного отличить. Точно, Хагрид пытается завоевать доверие! — Первогодки, ко мне! Первогодки! — громовым голосом позвал великан. В руках у него был огромный фонарь с белой свечой, которым он отчаянно махал во все стороны. Вокруг него быстро собралась толпа. — Привет. Все собрались? Тогда вперед! — махнул рукой Хагрид. Барти сел в лодку вместе с Натали и неизвестной ему девочкой, которую, как он узнал, звали Мэри Адамс. Как только в лодку сел последний из учеников, флотилия дружно двинулась от берега. Холодный ветер усиливался, и девочки, несмотря на болтовню, стали кутаться сильнее от дождя. Во время поездки Барти показалось, что он видел сквозь толщу мутной воды огромное щупальце кальмара, но, возможно, это была только фантазия. Тяжелым движением руки великан открыл ворота и продрогшие от холода дети вошли в огромный вестибюль. Дереку казалось, что более красивого места он еще не видел, но не успел он осмотреться, как к ребятам подошла темноволосая женщина в изумрудного цвета мантии. Она выглядела строгой, и Барти понял, что ее лучше не злить. — Это первокурсники, профессор МакГонагалл, — гордо пояснил великан. — Спасибо, Хагрид, — мягко кивнула собеседница. — Что же, постройтесь в шеренгу и следуйте за мной! Будущие ученики пошли по мраморной лестнице. Барти шел вторым в длинном ряду, а за ним следовала крупная девочка, восхищенно смотревшая по сторонам. Ближе ко второму этажу стали мелькать призраки, приветствуя новичков. Остановившись, профессор МакГонагалл выдержала паузу, чтобы произнести приветственную речь. — Добро пожаловать в Хогвартс, — начала она. — Скоро начнется пир в честь начала учебного года. Однако перед этим вам предстоит пройти церемонию распределения. Как вам известно, в нашей школе есть четыре факультета: Гриффиндор, Когтевран, Пуффендуй и Слизерин. Барти задумчиво нахмурил брови, задумавшись над тем, что в любом списке Гриффиндор всегда первый, а Слизерин — последний. — Каждый колледж имеет свою древнюю историю и выпустил достойных волшебников. После распределения один из колледжей станет для вас второй семьей. Я глава Дома Гриффиндор, Минерва МакГонагалл, но это ничего не значит по отношению к другим колледжам. Идемте. В огромном зале стояли четыре стола, накрытые новыми скатертями красного, желтого, синего и зеленого цветов. На них стояла золотая посуда, а напротив сидели учителя с директором Альбусом Дамблдором в ярко-оранжевой мантии. Самым необычным был потолок — на нем открывалось небо, озаренное звездами. Профессор МакГонагалл тем временем поставила перед учениками табурет, а на него — старую остроконечную шляпу, которая начала петь о факультетах Хогвартса и по каким чертам характера определяют, в какой из них попадет ребенок.

Кажусь я не самой прекрасной на свете, Не стоит решать всё по краю полей. Я съем себя сразу, как только найдёте Находчивей шляпу чем я и модней. Вы ваш котелок начерните до блеска, Избавьте от складок высокий колпак, Я — Шляпа из Хогвартса, молвлю я веско И я превзойти их могу просто так. Не спрячете вы в голове своей место, Что мудрая шляпа не сможет найти. Примерьте меня, и скажу я вам честно, В какой из колледжей вам стоит пойти. А может быть вам Пуффендуй предначертан — Для верности и справедливости дом. Готов Пуффендуец учиться усердно, Терпением брать и тяжелым трудом. Вас ждёт Когтевран, весёлый и мудрый, Здесь самый смекалистый собран народ, Проворный, находчивый и остроумный Хорошего друга в любом тут найдёт. Быть может вам стоит пойти в Слизерин, И там обучаясь, науки постичь, Его ловкачи найдут сотню причин Любыми из средств своих целей достичь. Быть может для вас Гриффиндор предназначен, В стенах его храбрые сердцем живут, Он рыцарством, мужеством, силой означен, И все Гриффиндорцы отвагой слывут. Давай же, дружок, скорей на коня, Не бойся и колебанья оставь, В надёжных руках (хоть их нет у меня) Ты будешь, лишь голову Шляпе подставь.

Барти слегка волновался. Вдруг он вообще не пройдет распределения? Что, если шляпа прямым текстом скажет ему: «Ты не подходишь ни к одному колледжу!». Нет, нет, это невозможно! Он все равно останется в школе магии и не опозорится. А куда же эта шляпа определит его? Мальчик чувствовал в груди тревожный холодок. Ему хотелось бы попасть на Слизерин, как мама, а не на Когтевран, как отец. Все еще волнуясь, Барти опустил взгляд на свои новенькие черные штиблеты. Распределение тем временем шло своим чередом. Профессор Макгонагалл сухо читала список, и радостные ученики тотчас бежали к своему столу и у каждого из детей по пути от шляпы до стола сам собой появлялся значок колледжа и галстук соответствующей расцветки. — Аберкромби, Антуан! — Гриффиндор! — Альто, Натали! — Когтевран! — Блэк, Регулус! — Слизерин! — Вуд, Саймон! — Гриффиндор! — Смит, Филипп! — Пуффендуй! — Грин, Мэри! Та самая красивая девочка с серебряными волосами. — Гриффиндор! — Грин, Роджер! — Когтевран! Следующий, следующий, еще несколько человек… Барти уже стало надоедать всё это, так как нетерпение и желание узнать факультет неумолимо росло. — Крауч, Бартемиус! Ноги, казалось, замерли, и пришлось напрячься, чтобы шагнуть вперед. Главное — не струсить, не споткнуться у всех на глазах. Так, — раздался скрипучий голос в голове. — Еще один Крауч. Я вижу в тебе большой ум, прекрасные способности и огромное желание отличиться! Без сомнения — Когтевран! Апплодисменты становились громче. Барти отчетливо видел, что ему радостно хлопала не только Натали, но и еще несколько ребят. На шее сам собой появился синий галстук и значок с изображением орла и настроение мальчика быстро повысилось. — Да начнется пир! — объявил директор после окончания распределения и своей речи. Чего только не было на столе! И индейка, и пироги, и много чего еще! Поднявшись по винтовой лестнице за старостой Холли Бэрк, ученики оказались перед дверью, у которой не было ни ручки, ни замочной скважины: сплошное полотно из старинного дерева и бронзовый молоток в форме орла. — Что было раньше: феникс или огонь? — Круг не имеет начала, — спокойно ответила староста. — Логично, — дверь распахнулась. Стены в гостиной прорезывали изящные арочные окна с шелковыми занавесями. Куполообразный потолок расписан звездами. В нише напротив входа к спальням находилась мраморная статуя Кандиды Когтевран. Поднявшись в спальню, Барти погрузился в сон после долгого дня.