Обрезанные крылья

Вечеринка была в самом разгаре. Можно сказать, что уже все близилось к кульминации, ведь сейчас должна была выйти «королева школы» — Ронда, и на неё просыпится тысячи мелких конфети. Музыка шумела так сильно, что Хельга, стоящая рядом с барной стойкой, нахмурилась и решила найти себе какое-то другое место. Ей в принципе и не хотелось присутствовать здесь, ведь всё больше происходящее походило на цирк. Вокруг была куча пьяных подростков, творивших невообразимую ересь. Она пришла сюда лишь с одной целью — привлечь внимание одного человека, любовь к которому разрывала ей сердце долгие годы. И ей это сегодня почти удалось. Несомненно, идеальный макияж и укладка сделали свое дело, и девушка ловила на себе множественные взгляды, Арнольда в том числе. И ей это нравилось, но подойти к ней он так и не решился. Это было самым печальным. Хотя может ей казалось. Вздохнув, юная Паттаки перевела взгляд туда, где должно было начаться действо. Все было уже готово. Свет прожектора переключился в центр зала. Все радостно закричали, ожидая выхода королевы. Заиграла медленная музыка, а затем фанфары. Звук каблучков раздался по всему залу. Ронда, как всегда была бесподобна, чего стоила одна её улыбка, которая ослепляла своей белизной. Да, все ждали шоу. Девушка махнула рукой предвкушая дождь из разноцветных блесток, который привлечет ещё больше внимания к её персоне и сделает вечеринку ярче. Все замерли в ожидании. Раз… Два… ТРИ… Но вместо красочного шоу, когда красотка вышла в центр зала на нее из ведра посыпались совсем не разноцветные блестки с пыльцой, а помои. Кожура фруктов, осколки от разбитых бутылок, фантики, объедки от пиццы и ещё что-то невероятно вонючее, летело в растерянную Ронду. А она по началу, ладе не пыталась прикрыться. Несколько секунд молчания и… девушка закричала, закрыв лицо ладонями. Её волосы были испачканы, как и дорогущее платье, плечи сотрясались под едва слышные рыдания. Немного очнувшись от шока публика начала похихикивать и презрительно показывать пальцами на принцессу-неудачницу. По огромному залу раздался ещё один крик. -АРРРГХ, КТО? КТО ЭТО СДЕЛАЛ?! Это не сойдет вам с рук! Кто бы это ни был! — не выдержав такого позора Ронда с визгом выбежала из зала. Кто-то продолжал смеяться, кто-то еще стоял в шоке или панике, а кто-то кинулся за Рондой. Хельга же немного зло усмехнувших решила наконец-то покинуть это место. «Так тебе и надо, принцесса» Но, когда она вышла из особняка Ронды, холодный ветер, прошедшийся по неприкрытой девичьей коже заставил её вздрогнуть и обхватить плечи руками. Было, правда, очень холодно. «Черт, я забыла свою накидку.» Хельга понимала, что придется вернуться, ведь кофта находилась сейчас у барной стойки, где она просидела почти весь вечер. «Ну почему всегда так? Закон подлости! Просто отлично!» Зайдя в дом, она постаралась пробраться сквозь толпу, которая продолжала веселиться несмотря на отсутствие хозяйки и произошедший инцидент. Было душно, громко и тесно. Хельга чувствовала, как её слегка начинало подташнивать от духоты и выпитого. Но цель уже была близко. Завернув немного за угол, чтобы вновь не столкнуться с чьим-то разгоряченным телом, она сама не заметила, как угодила в ловушку. Чьи-то руки схватили её за талию и прижали к стене. Она не могла видеть того, кто осмелился это сделать, ведь стояла спиной, но было так тошно от чужого горячего дыхания рядом. -Ммн, пусти меня! — вложив в голос всю злость, девушка попыталась освободиться, но не смогла. Держали её крепко, — пусти, а то схлопочешь! Я — Хельга Паттаки, если ты не понял! Но незнакомец не слушался, он скрутил одну её руку за спиной, закрывая пути к отступлению. После усмехнулся, убрав светлые волосы с шеи. Хельга вздрогнула, но ничего не смогла сказать, дыхание опалило нежную кожу, а после теплые губы коснулись её. Девушка замерла от страха и шока. Чужая рука после прошлась по её бедрам, слегка задирая платье. Ей правда было страшно, хоть и стыдно признаться в этом самой себе. Настолько страшно, что она за своими переживаниями не сразу почувствовала, как хватка ослабла, а после и вовсе исчезла. Инкогнито растворился в толпе. Залога резко развернулась. Стало противно от самой себя, что она не смогла защититься и молча стояла. Кто-то посмел её так нагло домогаться. Трогать её бедра и талию, стоять так близко, целовать в шею. А она! Обида подкатывала к горлу. Захотелось выйти отсюда, как можно быстрей! Накидку забирать резко перехотелось. Проснулась Хельга уже ближе к полудню в своей комнате. Голова немного болела, а от сухости в горле уже было тяжело дышать. Заметив стоящий рядом с тумбочкой стакан, девушка мигом осушила его и постаралась встать, не вызывая ещё большей головной боли. Ей это почти удалось, но за таблетками спуститься всё-таки стоило. Несмотря на то, что она не помнила, как добралась до дома, и что было дальше, девушка обнаружила свои вещи аккуратно повешенными на стул, в то время, как она была переодета в домашние шорты и майку. Да уж. Вряд ли это дело отца, скорее всего Магда вчера услышала, как она пришла домой и помогла ей, за что Хельга была ей непременно благодарна. Если бы Боб узнал о том, что Хельга напилась, ей бы точно не поздоровилось. Спускаясь вниз по лестнице, девушка услышала внизу голос отца и работающих телевизор. Странно, что он был не в офисе. Ах, да, он же почти банкрот. Хотя Боба это не так уж сильно печалило. Он уже не первый раз был на грани банкротства, но каждый раз ему как-то удавалось вернуться в строй за очень короткое время. По пути на кухню Паттаки удалось проскочить мимо отца незамеченной, но на обратном пути ей повезло намного меньше. Увидев дочь, мужчина окликнул её чему-то довольно улыбаясь. Девушка устало вздохнула. Ей не хотелось сейчас говорить с ним. Обычно, когда Большой Боб вызывает её на разговор, это не предвещает для неё ничего хорошего. Но выхода не было. Ослушаться его она просто не могла. -Да? Что тебе надо? — зайдя в зал, она облокотилась об стену, с безразличием смотря куда-то мимо отца. -Кхм, Ольга. -Я Хельга! -А да, Хельга, — мужчина ухмыльнулся, задерживая взгляд на фигуре дочери. А смотреть было на что: тонкая талия, довольно-таки аппетитные бедра и немалого размера грудь. За последние несколько лет она превратилась из гадкого утенка, пусть не в лебедя, но в хорошенькую девушку уж точно. И несмотря на то, что Бобу в принципе была безразлична Хельга, как личность, но не замечать преображение собственной дочери он не мог, а также не мог этим выгодно не воспользоваться — Хельга, знаешь, а у меня для тебя есть хорошая новость. Можно даже сказать для тебя и для моего бизнеса. Как только отец упомянул свой бизнес в контексте с ней, Паттаки поняла, что попала. Ничего хорошего это для неё не значило. Оставалось только ждать озвучивания того, что породила «гениальная» голова её отца. -Слушай, я не буду опять участвовать в какой–нибудь очередной твоей дикой авантюре. Мне хватило и предыдущих разов. — О, нет, Ольга. На этот раз это не авантюра, а кое-что намного лучше. То, что принесет пользу и тебе и мне. Только подумай об этом — я наконец-то верну свой бизнес в строй и обзаведусь надежным партнером на долгие годы, а ты удачно выйдешь замуж! — лицо Боба светилось от счастья и осознания своей гениальности. Так и читалось на нем: «как здорово я всё придумал!». Услышанное было, как гром среди ясного неба. Хельга несколько секунд стояла в шоке, опустив голову и закуси губу. Ладони были сжаты в кулаки, она сдерживала себя, хотя хотелось врать и метать. Он хоть понимает, что только что сказал? Это переходило все границы. — Нет, отец! — всё презрение к своему отцу, копившееся в душе девушки, готово было выплеснуться наружу разрушительным цунами, — я не согласна. Ты несешь полный бред. Тем более, о каком замужестве может идти речь, если я ещё учусь в школе! Как он может так со мной обращаться? Как с вещью Я все могла стерпеть от большого Боба. Но или сделать вид, что терплю, но это стало последней каплей! Нет, нет, НЕТ!!! Внутри всё горело, но на лице Паттаки не промелькнула ни одна эмоция. — У тебя последний год в школе, тем более сын моего партнера твой ровесник. Вы сможете пожениться, когда оба окончите обучение. Кстати, он уже перевелся в вашу школу три дня назад. Правда, ты его ещё не видела так, как эти три дня сидела дома по болезни, — последние слова были высказаны с заметным упреком, — но завтра у тебя появится такая возможность. Я пригласил Бена к нам на ужин. И если ты умная девочка, Ольга, ты постараешься произвести хорошее впечатление. -Я не Ольга, отец. И я не собираюсь прислуживать перед какими-то типами, которых я даже не знаю. И также, я не даю согласие на твое предложение об «удачном» замужестве, — зло ухмыльнувшись, Хельга гордо развернулась и пошла прочь из зала. Чувство досады разъедало душу, хотелось плакать и кричать, хвататься за голову, рвать на себе волосы. Боб ей жизни не даст, если она ослушается. Несмотря на гордость, она это понимала. — Хельга! Ты сделаешь так, как я тебе сказал, иначе ты мне больше не дочь! Он хороший парень, лучший из тех, кто вообще когда-либо может позариться на тебя! — громкий бас отца разносился по всему дому. Даже поднявшись на второй этаж девушка могла услышать его. Хельга зашла в комнату, громко хлопнув дверью и давая тем самым понять, что разговор может быть закончен. Как бы Хельга раньше не относилась к Мириам, но, если бы она была здесь, девушке было легче. Пусть она бы не смогла перечить Бобу, но она хотя бы могла попытаться утешить. Да уж, мне тебя так не хватает мама… Хельга скатилась по стене на пол. Всё складывалось слишком плохо. Она была обычной девочкой подростком, которая мечтала об успешной сдаче экзаменов для того, чтобы поступить в университет и не зависеть от отца, мечтала о ее собственной машине с откидным верхом, на которой она будет ездить по городу и её светлые волосы смогут развивать на ветру, о первом поцелуе под луной, о карьере поэтессы, о том, чтобы научится игре на пианино и о светловолосом мальчике с солнечной улыбкой и ясными голубыми глазами, обо всём, что стало в один момент так недосягаемо, ведь завтра она познакомиться с человеком, который изменит всю её жизнь. С её будущим мужем. И ей придется принять это, как данность. Иначе её просто задавят, не дадут дышать. Хотя она уже давно не живет в душе. С той самой аварии. Головная боль уже забылась, но появилась новая. Цепь на шее, на которой висела фотография, будто раскалилась и жутко жгла. Хельга сняла её, взглянув на лицо, которое казалось ей прекрасней всех на свете. Как же хотелось сейчас коснуться этих улыбающихся губ, кинуться на шею, заплакать. Показать, что она может быть слабой, хоть и старается быть сильно. Показать, что ей тоже нужна поддержка и его любовь, и она ничем не хуже Лайлы. Но она ничего не могла поделать. Всё, что бы она не делала было бесполезно. Она любила его, а он…