Обрезанные крылья

— Ронда, спускайся. Пора в школу! — Броки в очередной раз постучала в дверь дочери, надеясь вызволить её из комнаты. -Мама, я всё отлично слышу! Девушка ещё раз оглядела себя в зеркале — белое воздушное платье, уложенные волосы, макияж. На неё смотрела мисс безупречность. Как всегда. Но сегодня — не всегда. Тело не унималось от нервной дрожи. Помада выпала из рук. Ронда не знала, как появится в школе после вчерашнего позора. Волосы впервые не были уложены так, как надо. А макияж не закончен. Все отвернуться от неё скорее всего. Она же всегда была красавицей, поводом для зависти всех девочек школы, разбивательницей сердец и интриганкой. Где это сейчас? Вчера она убегала под громкий смех её одноклассников, обожателей, друзей (?). Неслась роняя слезы. Даже Надин не пошла за ней. А была ли она вообще там? Она помнит, как несколько раз споткнулась о длинный подол платья, пока не скрылась в своей комнате. Кто-то ещё кричал ей в след оскорбления и ехидные замечания. А она потом ещё долго отмокала под душем, отмывая волосы и кожу от вони. -Я не могу так. — девушка закрыла лицо руками и снова заплакала, уже который раз за утро. Кто посмел с ней так поступить? Её ведь все всегда любили. Даже больше — боготворили -А я знаю, кто! Это всё вы — завистливые твари! — издав нервный смешок, Ллойд снова посмотрела в зеркало. После пролитых слез на неё уже не смотрела идеальная принцесса, а лишь её тень с растекшейся тушью, растрепанными волосами и потухшим взглядом. Как же это всё жалко. Не было больше образа идеальной, безупречной королевы! Она ничтожество! -Ненавижу! НЕНАВИЖУ! НЕНАВИЖУ! — флакон с дорогими духами полетел в стену, косметика с трюмо оказалась на полу, беспощадно сброшенная взбешенной Рондой. По полу грустно зазвенели осколки. На зеркале появились первые трещины. Лицо в отражении теперь и вовсе исказилось. Девушка опустилась прямо в центр этого хаоса, не обращая внимания на острое стекло, которое имело шанс впиться в нежную кожу, чувство боли будто притупилось. Броки всё это время, стоящая за дверью неодобрительно покачала головой. Ронда всегда была немного несдержанной в своих эмоциях, но настолько сильная истерика была в первый раз за долгое время. Лишь из-за негласного запрета в их доме, она не могла зайти в комнату дочери, чтобы утешить её и узнать причины её грусти. Но материнское сердце разрывалось от тоски от каждого едва слышного всхлипа. Ронда жалела себя сама.

***

-Почему ты опоздала? — Большой Боб встретил её в коридоре, уже одетый в свой самый дорогой костюм. — Если ты не в курсе, у меня сегодня в школе был пожар и происходила эвакуация, я не могла забрать свои вещи, поэтому мне пришлось задержаться на полчаса, Ваше Величество, — Она не знала зачем всё это объясняла ему. Бобу было абсолютно всё равно на то, что его дочь могла сегодня погибнуть или попасть с ожогами в больницу, как это случилось с Сидом. Паттаки прошла мимо отца, слегка задевая его плечом. Жалкий способ показать свой протест. Она знала, что он сейчас ничего ей не сделает. Ему было крайне не выгодно портить презентабельный вид своего «товара». На втором этаже её уже ждала девушка-стилист. Её звали Венди. Довольно милая особа. Вся её натура так и излучала жизнелюбие и простоту. А то, что она профессионал своего дела, Хельга поняла, когда села в кресло. Она очень нежно перебирала её золотистые волосы, превращая их в красивые локоны и о чем-то щебетала. Это помогало Хельге немного расслабиться и не думать о том, что ждет её через пару часов. Она лишь изредка кивала, улыбаясь и смотрела на то, как из хорошенькой девушки она превращается в поистине прекрасного лебедя. Сделав последние штрихи, Венди восхищенно ахнула. -Вы такая красавица на самом деле. Просто картинка, мисс Паттаки. -Не стоит, — Хельга смущенно улыбнулась. Она не могла не согласиться. Через полчаса должен был состояться ужин. У нее еще было немного времени. Походив немного по комнате, она решила заглянуть в кладовку. Это место всегда её успокаивало. Там среди творческого беспорядка лежали очень памятные для неё вещи. Её книги со стихами, рамки с фотографиями, где она была ещё счастлива. Рядом ещё были Мириам и Ольга, да и Боб не относился к ней так, как сейчас. Точнее он вообще никак к ней не относился и уже хорошо. Но от озорной девчонки-задиры остался только блеск в холодных голубых глазах. Даже розовый бант занял своё почетное место на полке. От всего этого была лишь лёгкая печаль. Девочка выросла и стала девушкой с не очень завидной перспективой на будущее. -Хельга! — голос отца вырвал девушку из воспоминаний, — Хельга, доченька! По заискивающей интонации отца, она поняла, что гости пришли. Паттаки медленно спустилась вниз, стараясь не споткнуться на высоких каблуках. Боб смотрел на неё пристально, с легким восхищением, как на личную золотую антилопу. Девушка встала рядом с отцом, только сейчас обратив внимание на гостей. Тучный, лысый человек, в неприлично дорогом костюме — потенциальный партнер Большого Боба, на которого он возлагал такие надежды, масляным взглядом скользил по её фигуре, так и воображая, что, если бы не жена, он бы сам сделал её миссис Олбрайт. Хельгу почти передернуло от отвращения, но она вовремя сдержалась, продолжая мило улыбаться. Нужно было потерпеть совсем недолго. А вот сын. Его сын был настоящим красавчиком. Высокий, темноволосый с красивым телом, которое сложно было скрыть даже за костюмом и правильные черты лица. А главное исходящая уверенность, которая могла подавить кого угодно. Любая бы девушка была бы рада, если такой, хоть раз посмотрел бы в её сторону. Но Хельга не любая. А он смотрел на неё с интересом, но не таким масляным, как её отец. Он, казалось, смотрел прямо в душу. — Приятно познакомиться, мисс Патаки, — партнер Бена, поцеловал протянутую ему руку, — ваш отец говорил мне о Вашей красоте, но я даже не думал, что он мог настолько преуменьшить ваше великолепие. — Спасибо, мне очень льстят ваши комплименты, мистер Олбрайт, — несмотря на риск выслушать после ужина много хорошего от отца, Хельга не могла удержаться от яда в голосе. — О, что Вы ни капли лести, — мистер Олбрайт усмехнулся. Ему понравилась дерзость юной особы. Он любил приручать таких. Его сыну будет интересно, — Позвольте мне представить моего сына и, надеюсь, Вашего будущего мужа — Роберт Олбрайт. Конечно, будущего мужа Хельга хмыкнула. Этот цирк начинал её утомлять. -Кхм, отец, я мог бы и сам это сделать, — его сильная ладонь с уверенностью обхватила нежные тонкие пальцы Паттаки. В его огромной руке они казались просто крошечными и такими хрупкими. Сначала немного погладив, он притянул их к своим губам. Девушка замерла в ожидании, не отрываясь от лукавого взгляда, что был направлен на неё исподлобья. Ей было интересно, что будет дальше. Хотя Хельге и казалось, что за этим последует обычный поцелуй, но вместо этого чужой язык незаметно прошелся по нескольким фалангам. Девушка от неожиданности выдернула руку, тихо ахнув. Такого она, правда, не ожидала. На несколько секунд повисла неловкая пауза. Нахал продолжал нагло улыбаться. Но напряженную обстановку решил разрядить Большой Боб. -Что же, я думаю, что мы можем пройти за стол. Не стоит держать столь дорогих гостей на пороге. -Да, верно. Когда каждый сел на свое место, началась непринужденная беседа. Одна Хельга не участвовала в разговоре, она молча сверлила взглядом свою тарелку. Она чувствовала, что за ней наблюдают и даже знала, кто. Напряжение между ними росло. Она чувствовала смущение. Ее щеки покрылись легким румянцем. Нет, он ей не понравился. Точно. Гости выпивали, шутили, смеялись. И никто бы не трогал её до конца ужина, если бы Боб не попытался изобразить заботливого папочку. Черт бы его побрал. -Дочь, почему ты не ешь? Магда приготовила по истине потрясающее мясо. -Спасибо, папочка. Я не голодна, — сквозь зубы проговорила Паттаки. -О что Вы, мистер Паттаки. Возможно, мы смутили юную леди. Или это из-за внезапно воспылавших чувств к моему сыну у неё мог пропасть аппетит. Не стоит упускать и такую возможность, — мистер Олбрайт подмигнул. Хельга сильнее сжала столовые приборы так, что костяшки побелели. Медленно подняв свой взгляд, она приторно сладко улыбнулась. -Не стоит успукать, но я её уже упустила, мистер Олбрайт. Даже не знаю, что делать. -Ох, да что Вы. А вам палец в рот не клади, мисс Паттаки. — Я рада, что Вы это поняли, мистер Олбрайт. Будьте впредь аккуратней. Большой Боб поджал губы, со злостью взглянув на дочь. Эта мерзавка могла нарушить все его планы. Он еще устроит ей. Такое нельзя спускать с рук! -Кхм, я думаю, что нам стоит выпить за столь приятный вечер, — отец Паттаки налил виски себе и гостям, пропуская Хельгу. Но это её не капельки не оскорбило. Она не хотела напиваться, как свинья подобно ему. -Не откажусь! — Роберт привстал из-за стола, опережая реплику его отца, — но перед этим позвольте мне сделать кое-что для моей будущей супруги. Выйдя на несколько секунд, он вернулся с огромным букетом розовых гладиолусов — любимых цветов Хельги. Вот это да. Он узнал, что она любит перед тем, как подарить ей цветы. Это очень удивило. Ведь ей никогда не дарили цветы никто из парней. Но почему-то этот жест только ещё больше разозлил её. Она не вещь и её не купить обычным веником. Хельга уже не могла остановить эту бурю, которая зародилась в её душе с самого утра. Это давило на неё и готово было выплеснуться наружу. Девушка подскочила со своего места, чтобы оказаться на одном уровне с этим хамом. Благо рост позволял. -Я… Хельга запнулась, ловя на себе взгляд отца, в котором читалось, что её ждёт в случае неповиновения. Но злость сейчас была сильнее страха. Она итак сегодня слишком долго терпела! — Я ненавижу гладиолусы! Терпеть их не могу! — вся ненависть, поселившаяся в душе, выходила из неё посредством речи, — чертовы эгоисты! Вот так! Опрокинув свою тарелку, она выбежала из столовой неоглядываясь. А после покинула и дом. Она боялась оставаться там на ночь. Она знала, что её не ждет ничего хорошего в этом случае. Хельге нужна была помощь и поддержка. Руки судорожно печатали смс. Ей все время казалось, что за ней могли броситься в догонку. Но никто бы, конечно, не стал бы этого делать. Телефон скользил из рук из-за дождя. «Фиб, ты дома?» «Да, Хель. Ты хочешь прийти? Было бы здорово, мне как раз необходима поддержка после сегодняшнего. Родителей нет дома.» «Да, я скоро буду. Мне тоже нужно с кем-нибудь поговорить.»