Fallout: Хищник

2230 год, начало операции Ленинский проспект Хорошо, шо, я не забыл перед уходом из «Алой Звезды» приклеить к задней части КПК «Электроник-2000» лямки, чтоб в любое время снять его с предплечья или надеть обратно. Но только я мог позволить себе такую роскошь как «Электроник-2000». Шлемы скрывали лица рядовых и ефрейторов, я не знал, что они ощущали при подходе к вражеской базе. Мы не останавливались, ибо остановка чревата столкновением с тварями или шпионом буржуев или черносотенцев. Остановившись у здания с вывесками «Универмаг» и «МОСКВА» (последняя вывеска стояла меж двух «Универмагов») в старорусском стиле, благо никого пока не было, мы начали негодовать. Пулемётчик на Т-55 уставился в точку на третьем этаже. Стёкла давным-давно повылетали от ядерного взрыва, сам бетон покрылся копотью, местами встречались обломки арматуры. Я кинул АК-42 на башню танка, но танкист не пошевелился. Это пробудило во мне чувство дежавю (например, когда тебе кажется, что ты уже был в квартире, которую впервые видишь)… Ну конечно же! Нина тоже впала в ступор, когда ей показалось, шо в развалинах кто-то или что-то есть. Сейчас повторялась та ситуация. Я взобрался на танк, присел рядом с танкистом и спросил его: - Что там? Дальше – хуже. Раздался выстрел, и пуля пробила череп танкиста. Он закатил глаза и завалился головой о ДШК. Я крикнул: - Рассыпаться! Солдаты подчинились приказу, на ходу стреляя по неизвестному противнику. Я же вытащил тело убитого, бросил его на землю и занял пулемёт. Так, незнакомец на четвёртом этаже, бежит туда-сюда. А он пронырливый. Я вдохнул и выдохнул фильтруемый наспинным баллоном воздух и нажал на гашетку. ДШК ударил горизонтальной тяжёлой ровной строчкой. Сквозь вспышки выстрелов я мельком увидел убийцу: это был ящер! Вот оно что! Человек с жёлтой чешуйчатой кожей и ящерными глазами выпрыгнул из универмага и мягко приземлился. Я лишь хмыкнул. Ящеры не только невосприимчивы к радиации, как и гули, но и физически сильны (внешне это незаметно). Их головной болью является амнезия, стирающая память до мутации. Следовательно, ящеры одинаково не помнят самих себя то того, как им ввели Нову-11, созданную «Забытыми Ястребами» после Великой Войны. Эх, отправиться бы в прошлое и встретить создателей военной версии Новы-10… Мы б показали им кузькину мать! - Вы двое, - указал я стволом АК-42 после того, как покинул танк, на двух солдат с РПК-74 и ПП-19 «Бизон», облачённых в мотоброню, - принесите его нам. Посмотрим, кто это. Я верил, шо я только что подстрелил «языка». Бойцы не пыхтели, ибо нательный комбинезон усиливал физические возможности носителя. Он был ещё одним чудом советской инженерной мысли наравне со световыми батарейками, чьи возможности я ранее описал. Наконец, раненый ящер очнулся и вскрикнул. Крупнокалиберный патрон 12,7х108 длиной с ладонь оторвал кусок мяса. Мутант стиснул зубы в попытке сесть. У него это получилось. Вдруг он плюнул мне в лицо. Я молча протёр окуляр шлема. - Что, рад тому, шо я пойман?! – заговорил бывший человек. – Вы нихрена не делаете, только говорите, что всё будет хорошо! На деле вас нигде нет! Понимаешь, мальчишка? Нету! Мы ничё не делаем?! Да щас, ага. Ящер, по-моему, забыл, что в Москве много зон с высокой радиацией. Зеленоград, к примеру. Мы не можем рисковать, отправляя в опасные зоны наших ребят. Но что может понять ящер? Он плюёт на радиацию, пытаясь убедить других в неуязвимости к радиоактивному излучению… Я встал, подошёл к ящеру сзади и, к удивлению всех, огрел его прикладом. Тимур присел, снял с шеи мутанта жетон и предъявил его мне. - Потап Акулин, Служба Разведки Свободной России, - вслух прочитал я написанное. Тьфу ты! Это квазигосударство теперь называется «Свободным»! Да эти конченные либералы не хотят знать, шо настоящая свобода имеется там, где уничтожена эксплуатация человека человеком, где нет угнетения одних людей другими, где нет безработицы и нищенства, где человек не дрожит за то, что завтра может потерять работу, жилище, хлеб. Зараза, я говорю как товарищ Сталин! - Дим, ты как хочешь, а мы останемся здесь. Мы вас догоним, - подала голос Нина, слегка попинав ящера. Я кивнул, залез внутрь танка и приказал водителю: - Продолжай вести, - а сам занял ДШК вместо погибшего танкиста. За Т-55 теперь плелись 17 человек из 30, включая Тимура. С Ниной же остались двенадцать солдат. Зря я, конечно, разрешил гульше остаться. Но Тима говорил мне, что она упорная и никогда не остановится. Даже слово командира ей ничто. Удивляюсь, как уживались человеколюбивый Тимур и упрямая Нина. Улица Лебедева Вот и Московский Госуниверситет. Шпиль куда-то подевался, как и боковая пристройка, ставшая грудой щебня, бетона, стекла и прочих материалов. К нашему удивлению, охраны нигде не оказалось. Я, сидя за ДШК, взглянул на сопровождавшего нас китайца из Ся. - Как это понимать? - Они только ночью активны, - отмахнулся азиат. «Они что, совы, раз днём спят, а ночью бодры?» - гадал я, покидая танк и забирая свой автомат. С тех пор, как мы покинули «Алую Звезду», оставив 16 солдат Советской Армии охранять радиостанцию, меня не покидали сомнения насчёт того, не врали ли нам китаец. Может, он привёл нас на бойню? Как бы то ни было, мы должны освободить МГУ от лап капиталистов. А теперь мне стало не по себе. Как, может быть, и Нина, я почуял неладное. Какая-то странная угроза, притаившаяся в безмолвных руинах, витала в воздухе. Остальные, похоже, не замечали этого, хотя я видел, что Тима тоже озирается по сторонам… На кривой чёрной коряге, бывшей деревом, висел вниз головой труп с содранной кожей. В нос Тимура ударил запах разлагающегося мяса. Но он не зажал ноздри, как это сделали бы остальные, кто не носит мотоброню. - Мать моя женщина… - едва слышно выдохнул кто-то из взвода. Они, в отличие от нас с Тимой, впервые такое видели. Естественно, они превратились в людей, выбитых из привычной жизненной колеи. Первым опомнился агент Ся. Наклонившись к кровавым ошмёткам под деревом с повешенным и останкам мотоброни, он своим длинным трёхгранным штык-ножом извлек стальную цепочку с жетоном и, взмахнув клинком, бросил находку мне. Я поймал медальон, вытер перчаткой кровь и поднёс к глазам. - Леонид Демидов, - прочёл я и скомандовал: - Срезать его. Азиат обрубил верёвку, обмотанную вокруг дерева. Труп грузно упал на землю. Я отвёл его в сторону, чтоб выяснить, что тут делал советский солдат. - Я знал его, - сказал я, сжимая медальон и обводя взглядом то, что от осталось от Лёни, - он служил в КГБ. Что он здесь делал? - Понятия не имею, - помедлив, ответил агент. Он говорил так искренно, что я почти поверил ему, - впервые слышу про солдата Советской Армии в районе МГУ. Мне никто об этом не говорил… - он помолчал секунду, а потом дрогнувшим голосом добавил: - Ваши не должны были действовать тут. - Но кто-то ведь его послал, - хмуро заметил я и вернулся к ребятам. Они оправились от шока, но эта картина останется в их памяти надолго. Я скрипнул зубами. – Товарищи бойцы, мы продолжаем выполнять задание. Приготовить оружие. Соблюдать осторожность. Чтоб я не слышал даже писка. Принц выключил плеер, и песня «Anything Goes» оборвалась. Когда в районе МГУ появились тридцать советских солдат и танк, некогда слушать музыку. Речевой анализатор, записывающий фразы по желанию яутжи, воспроизвёл фразу, записанную некоторое время назад: - Кажись, там что-то есть. Эти что-то, точнее кто-то – будущие жертвы одного из лучших Хищников в клане. Помимо наручных лезвий, Принц имел сеткомёт, наплечную плазменную пушку, складное копье, метательный диск, бомбочки с дистанционным взрывателем и дротикомёт, внешне похожий на земную снайперскую винтовку. Миникомпьютер на левой руке снабжался устройством самоуничтожения, которое обязан активировать побеждённый Хищник в случае, если он проиграл. Принц не был бы самим собой, если бы не портативный восстановитель энергии. Яутжа взял его с собой незадолго до высадки на этой проклятой планете. Принц успел во время охоты посетить исторический музей ныне почившего государства Союз Советских Социалистических Республик. Подробности оказались пикантными, но они не удивили опытного охотника: капиталистическая сверхдержава по имени Соединённые Штаты Америки спровоцировала СССР и его брата – Китайскую Народную Республику, на вторжение в Аляску, где было дохрена нефти. Да опоздали буржуи с переоборудованием всего транспорта с нефти на альтернативное топливо. В итоге – обмен ядерными ударами, миллионы погибших, отсутствие победителя. Хотя, если учитывать, шо именно американцы выпустили усё, что у них было, то социалистические державы победили, несмотря на гигантскую цену, заплаченную за победу над империализмом. Элитный Хищник потряс головой. Чёрные дреды на голове закачались из стороны в сторону. Не, не стоило заходить в тот музей! Теперь ненужные мысли будут появляться чуть ли не каждую секунду! Улица Ленинские горы Мой отряд, в котором состояли я сам, Тимур, Артём, агент Ся и ещё четверо парней, продирался сквозь руины Москвы, стараясь не шуметь. Любой неверный шаг может стоить жизни всему отряду. В части оружия однообразия не было. Я и двое солдат в мотоброне пониже меня несли автоматы АК-42 с подствольными гранатомётами ГП-30 «Обувка», Тёма и Тимур предпочитали ТКБ-408 и АКС-42У из-за их компактности, полезной в городских условиях. Китаец, пошедший со мной, сжимал в руках Тип 93, который я раньше часто путал с АК, но потом стал различать китайский и советский автоматы. Для быстротечного ближнего боя или эффектного фейерверка некий Максим припас пистолет-пулемёт ПП-19 «Бизон» и револьверный гранатомёт РГ-6. А последний боец, чьё имя я так и не узнал, тащил РПК со сложенными сошками, да вдобавок носил на спине ПП-19-01 «Витязь». Я вскинул кулак, останавливая отряд. Перед нами тыльный вход в МГУ. Если не шуметь, то можно запросто подать сигнал скучающим сослуживцам к началу штурма. А сигналом будет взрыв. «База», - понял я и стал с остальным наблюдать за обороной здания. Её основу составляли пулемётные гнёзда с ДШК, СГ-43 или РПД. Сами гнёзда строили из ящиков и мешков с песком. У входа в университет армейская палатка, людей пока нету, целая гора бочек с горючим, склады внутри сталинской высотки, на автостоянке урчал ЗАЗ-965А. Пока я прикидывал план атаки, моё внимание привлекли громкие голоса у палатки. Мы укрылись за пулемётным гнездом. Двое буржуев избивали нашего в полевой форме сержанта. Потом один из капиталистов вынул из кобуры пистолет N99 и хладнокровно выстрелил бедняге в затылок. Дружок громко выругался, когда кровавые брызги полетели ему в лицо, и отскочил в сторону. Первый засмеялся, что-то сказал ему по-английски и ушел. - Только что убили заложника, - вполголоса заговорил я. – Действуем. Максим, расфигачь палатку. Азиат и Тимур, займите это гнездо. Остальные – за мной… Максим хмыкнул, видя, как Дмитрий и четверо бойцов укрываются за автобусом ЗиС-129. Сержант Леонов знает, что делает. Револьверный гранатомёт приподнялся. Остались считанные секунды до начала операции. - Макс, помоги-ка, - попросил гуль, намекая на пулемёт СГ-43 наверху. Гранатомётчик сложил приклад РГ-6, поставил его стволом вверх, сцепил пальцы ладонной стороной и подтолкнул поднимающегося Тимура вверх. Тот показал ему поднятый большой палец, мол, хорошо сработано. Китаец повторил то, шо сделал говорящий зомби, и тоже показал поднятый большой палец. Всё. Теперь приступаем к выполнению плана. Перед тем, как выстрелить, Макс заметил, что бойцы, кроме Артёма и Пети (пулемётчик), подняли автоматы с подствольными гранатомётами. Что ж, раз вместе – так вместе. Тем будет лучше. Отряд советских солдат, за исключением двух вышеупомянутых, дал единый залп. Три гранаты полетели в окна МГУ, а четвёртая в палатку. Чудовищный взрыв превратил всё вокруг в огненный ад…