Your Human and You / Твой Человек и Ты

      Самое забавное то, что когда твоя жизнь висит на волоске от смерти, то у тебя откуда-то появляются силы, чтобы бежать дальше. Ваш мозг работает на пределе, судорожно пытаясь зацепиться хоть за какую-то возможность спастись, используя все резервы организма. О да, я какого-то чёрта оказался в этом тёмному лесу, стараясь убежать от мрака.       Сделав глубокий вздох, я помчался меж растущих вокруг деревьев. Позади раздался глухой звук падающих деревьев, означающий, что это мчится за мной, и мне снова пришлось ускориться. Не обращая внимания на расцарапанное ветвями лицо, я мчался вдаль, пытаясь скрыться от смерти.       Я услышал, как в отчаянии ревёт Тьма, не в силах догнать меня.       — Тебе не скрыться от меня, Странник! — её голос заставил меня вздрогнуть, а сердце сжаться от страха. Мимо меня из-за спины пролетали щепки и веточки, сигнализируя, что Тьма всё приближалась ко мне. Однако ужас, охвативший мой разум, не заставил снизить скорость моего бега, а скорее наоборот — я уже буквально летел, двигаясь к своей свободе.       Я увидел небольшой просвет меж деревьев и свернул туда. Мне стало казаться, что деревья начинают меня окружать плотным кольцом, отрезая пути для отступления. Я стал прорываться сквозь хлеставшие по лицу ветви, мчась к поляне, окружённой стеной деревьев. Закричав во всё горло, я прыгнул в быстро сужающийся проход и, терпя боль от ссадин и порезов, оставляемых ветками, я проскочил и оказался на небольшой поляне. За спиной тут же раздался душераздирающий, холодящий жилы визг разочарованной Тьмы.       Отдышавшись, я понял, что нахожусь в ловушке. Голые ветви деревьев вокруг, переплетённые между собой, создавали некое подобие клетки, закрывающей все пути для отступления. Взглянув вверх, я увидел чистое ночное небо, полное смеющихся надо мною звёзд.       Тьма вновь завизжала, но уже где-то очень близко, и я, готовясь к неизбежному удару, развернулся в боевой стойке… но ничего не произошло. Тьма оставалась за деревьями, сверкая своими светящимися красными глазами. Я не знал, что это могло быть, но оно было огромно! Скрывающееся за деревьями чудовище что-то шептало и грозно щёлкало зубами.       — Ты не укроешься от меня, Странник! — прорычала своим глухим голосом Тьма, от каждого её слова земля под моими ногами содрогалась. — Я… вижу… тебя!       — Что ты от меня хочешь?! — со слезами на глазах прокричал я. — Что?!       Однако ответа не последовало — лишь ещё одно щёлканье зубами и яркие глаза, выдающие своего владельца, стоящего прямо у стены деревьев. Я от страха сглотнул и стал пятиться к центру поляны.       Повисшую над поляной тишину внезапно прервала неожиданно громко хрустнувшая веточка. Я вновь резко обернулся, взгляд мой метался туда-сюда в поисках врага. Но то, что произошло далее, повергло меня в шок.       В центре поляны стоял большой бледный конь. На лбу у него красовался длинный и тонкий заострённый рог. Спину его украшали большие крылья, размах которых, распахни он их, составил бы порядка шести метров. Его длинная розовая грива свободно свисала на морду и шею, а взгляд глубоких пурпурных глаз лошади был направлен на меня.       Конь тихонько заржал и медленным шагом подошёл ко мне. Я стоял неподвижно, пока он приближался. Одной лишь длины его рога было бы достаточно, чтобы проткнуть меня насквозь. Подойдя вплотную, конь понюхал меня и фыркнул, его ноздри сжались, а зрачки расширились.       Резко повернувшись, конь направился к дальнему краю поляны. Оглянувшись на меня, он вновь заржал. Он зовёт меня? Ну, ладно.       Последовав за идущим обратно в тёмный лес крылорогим конём, я кинул взгляд назад. На противоположной стороне поляны за стеной деревьев всё также неподвижно стояла Тьма. Она сверлила взглядом меня и лошадь, а её красные глаза вспыхивали адским огнём. Несколько мгновений спустя поляна скрылась с моего взора сомкнувшимися за мной ветками густого подлеска.       «Помоги ... им… ведь только ты можешь» — вдруг донёс до меня ветер чей-то тихий голос.

* * *

      Сегодня в Понивилле стоял солнечный и очень жаркий день — температура за окном уже была где-то около сорока градусов по Цельсию. В принципе, всё не так плохо, если бы не одно «но». Один из приборов контроля микроклимата в доме, что-то вроде наших кондиционеров, вышел из строя, отчего влажность в библиотеке составляла восемьдесят процентов, поэтому в доме казалось не сорок градусов, а все шестьдесят.       Именно в этот день я понял, что значит «потеть как лошадь». Пот лился с меня градом даже когда я просто лежал на диване. Я истратил несколько полотенец, однако суше и свежее я от этого себя нисколько не чувствовал, отчего тихо стонал, не в силах встать с кровати. Мне приходилось выпивать один стакан воды за другим, страдая от жуткого перегрева.       Да, Понивилль сегодня стал филиалом Эквестрийского Ада, притом что было сейчас… я с трудом перевёл взгляд на часы… лишь без четверти девять, чёрт подери.       — Фух, ну почему погодные пегасы решили устроить такую погоду именно сегодня? — застонала Твайлайт, лёжа на диване рядом со мной.       Её крылья были полностью расправлены, а перья торчали во все стороны в попытке хоть как-то остыть. Обычно аккуратная прямая расчёсанная грива кобылы была взъерошена, а мордочка раскраснелась и напоминала свёклу. В целом, она выглядела совершенно разбитой.       — Да и вообще зачем устраивать такую жару? — добавила она, обмахиваясь крылом. — Вот как они могли такое допустить, Макс?       Я не ответил, продолжая валялся на деревянном полу, пытаясь отыскать хоть какое-то прохладное место, но безуспешно.       Самым ужасным было то, что жара продолжалась в течение пяти дней. В первые сутки этой пытки, устроенной криворукими пегасами, мы пошли в Сахарный Уголок, в коем было достаточно прохладно, да и запасов мороженого там полно. Мы тогда посчитали, что из-за выходного дня никто ничего не делает, поэтому надеялись, что на следующий день уже всё наладится.       Но мы ошиблись, и стало ещё жарче. В итоге мы весь день просидели в библиотеке, и чтобы хоть немного остыть, Твайлайт выкрутила кондиционер на середину, стараясь не перегружать его. Погодные пегасы заявляли, что они во всём разбираются и пытаются устранить проблему. Но самое забавное заключалось в том, что вся эта чехарда с погодой произошла после того, как этим недосиноптикам не выделили денег на какой-то новый агрегат, и вполне возможно, что это лишь способ отмывать деньги.       На третий день влажность стала расти, и больница Понивилля вскоре переполнилась местными, пострадавшими от теплового удара. Именно в этот день я на всё забил и стал ходить полностью обнажённым. И в тот день произошло немыслимое — Твайлайт отказалась от своего списка дел и просто лежала на диване, стараясь придумать что-то от жары, ибо кондиционер начал медленно умирать. Я, пожалуй, запишу этот день в анналы истории, ведь принцесса забила болт на свои дела — немыслимо!       На четвёртый день началась гроза, ведь какой-то урод из Фабрики Радуги предложил использовать дождь для охлаждения, а получилось всё через сами-знаете-какое-место. Влажность от этого стала лишь ещё выше, а местные пони уже были за гранью добра и зла, проклиная пегасов.       Нам оставалось лишь молиться, чтобы этим крылатым гадам выделили деньги на их агрегат, ведь я уверен, что это лишь попытка своровать лишние деньги из государственной казны.       И сегодня было утро пятого дня этого ада.       — Лягать… почему… так… жарко?! — жалобно проскулила принцесса, лёжа на диване, по-собачьи высунув язык. Вместо ответа я лишь негромко застонал из-за того, что так и не мог найти прохлады даже на полу.       — Как ты это терпишь? — спросила Твайлайт, не поворачивая головы, а лишь скосив на меня взгляд. Я снова застонал и, лениво подняв руки, ответил:       «Я словно живьём жарюсь в…» — я задумался, как бы правильно показать это слово, в итоге решил показать по буквам: «…А-Д-У»       — Ад? Так называют Тартар в вашем мире? — всё же повернув голову спросила принцесса. В её глазах вновь появилась искра, хотя, скорее, тень искры, как бывало всегда, когда она начинала сравнивать наши миры.       «Да, и давай забудем об этом» — с трудом ответил я.       — Но я хочу узнать подробнее, — заныла Твайлайт и, приподняв голову с дивана, посмотрела на меня, но поняв, что ответа не будет, вновь упала на свою лежанку, закрыв глаза. — Ух, ты прав, лучше не будем сейчас об этом. Лучше в следующий раз у тебя узнаю.       — Тва-а-а-айла-а-а-айт! — Мы с Твайлайт обернулись на голос и обнаружили Спайка распростёршимся на верхней ступеньке лестницы на второй этаж. — Сли-и-ишком жа-а-а-арко, помира-а-а-аю!       «Зашибись, от этой грёбаной жары даже чёртов дракон стонет!» В унисон с моими мыслями фиолетовая аликорна громко застонала, уткнув мордочку в копыта.       — Дорогая принцесса Селестия... мы все умрём! — простонала она. — Мы будем медленно поджариваться, пока от нас не останутся лишь угольки!       Пока Спайк стал буквально сползать по ступеням, я повернулся к кобылке.       «Разве ты не говорила, что Селестия контролирует солнце?»       — Принцесса Селестия, — поправила Твайлайт, не открывая глаз. — Да, она. А что?       «А разве тогда эта жара не по её вине?»       — Нет, конечно, принцесса лишь поднимает и опускает солнце, — фыркнула Твайлайт. — Она не управляет жарой. Тепло делают на Погодной Фабрике.       Да что за бред?! Да у нас каждый ребёнок знает, что это Солнце греет планету, а не какой-то там проклятый завод. Хотя… не, спорить с ней насчёт солнца и её наставницы я сейчас не буду — мне и так плохо от жары.       Глухой удар у подножия ознаменовал о том, что Спайк таки достиг её конца и сейчас развалился прямо возле первой ступеньки, явно не желая хоть куда-то двигаться оттуда. Библиотека внезапно погрузилась в тишину, пока мы трое лежали, стараясь не шевелить ни мускулом, чтобы вновь не ощущать действия этой жары.       — ДА КАКОГО СЕНА ОНИ НЕ МОГУТ ОТДАТЬ ПОГОДНОЙ ФАБРИКЕ ЭТИ СЕЛЕСТИЕЙ ПРОКЛЯТЫЕ БИТЫ???!!! — вдруг буквально взорвалась криком Твайлайт, отчего мы со Спайком аж подпрыгнули с позиции лёжа. — ЛИБО ДАЙТЕ ИМ ЭТИ БИТЫ И ПУСТЬ ОНИ ИМИ ПОДАВЯТСЯ, ЛИБО ЗАСТАВЬТЕ ПОГОДНУЮ ФАБРИКУ ПРЕКРАТИТЬ ЭТУ НЕСНОСНУЮ ЖАРУ!!!       «В принципе, ты тут права» — я вздохнул, с трудом шевеля руками. — «Отправь письмо Селестии, пусть разберётся с этим».       — Я не беспокою её по пустякам, — проговорила Твайлайт. — Тем более это она отказалась выделять фабрике средства.       «О господи, Твайлайт, их действия переходят границы разумного!» — я начал злиться. — «И уверен, что они нарушают закон! В конце концов, ты и сама принцесса!»       — Я не буду пользоваться своим положением лишь для того, чтобы заставить других пони делать, что мне хочется, — возмутилась та.       — Тогда не жалуйся на свою беспомощность! — простонал Спайк, лёжа у лестницы.       Я кивнул, соглашаясь с чешуйчатым, на что аликорна фыркнула и отвернулась. Закатив глаза, я перевернулся на живот и медленно встал, но даже так из-за жары у меня в глазах потемнело.       — Куда ты идёшь? — спросила Твайлайт, взглянув на меня через плечо.       Я не стал ей отвечать, лишь вяло побрёл на кухню. Линолеум пола прилипал к моим ногам, пока я, шатаясь, продвигался к кухонной раковине. Я схватил рукой кран и включил его, выкрутив его до упора на холодную воду, ожидая, пока та потечёт. Затем вставил пробку в слив, подождал несколько секунд, пока раковина заполнилась, после чего окунул в неё голову.       Я старался пробыть под водой как можно дольше, наслаждаясь ощущением прохлады на моей коже. В конце концов, когда мои лёгкие начали гореть от недостатка воздуха, я был вынужден вытащить голову из объятий спасительной прохлады. Я наслаждался тем, как тонкие струйки ледяной воды стекают по моему телу, заставляя вздрагивать от холода. Набрав полные лёгкие воздуха, я снова нырнул.       Я несколько раз повторил этот процесс и лишь после этого слил воду из раковины. Откинувшись на кухонный стол, я закрыл глаза и просто наслаждался временным отдыхом от убивающей жары.       Тяжело вздохнув, я встал и открыл глаза, собираясь уже вернуться в гостиную, когда один агрегат попал в моё поле зрения. Этот механизм был моим спасителем, моим господином… Это был холодильник.       Подойдя к этому дару инженеров, я открыл дверь механизма. Так, как холодильник разрабатывался для пони, то мне пришлось встать на колени. Не обращая внимания на всё ещё мокрые волосы, я засунул голову в агрегат и стал получать удовольствие, смешанное с лёгкой болью от мороза. Мой разум стал оживать после пытки жарой, а все чувства обострились. Казалось, жизнь возвращалась в привычное русло и всё налаживалось.       И почему я этого не сделал раньше?       Я оставался в такой позе уже несколько минут, наслаждаясь божественной прохладой, пока не услышал шаги за спиной. Секундой позже в холодильнике показалась голова дракона, который пролез у меня под рукой, издав стон облегчения. Улыбнувшись про себя, я лишь похлопал его по спине.       Спустя минуту послышалось цоканье копыт, а затем Твайлайт прямо над моим плечом засунула свою голову в морозильник, царапая рогом поверхность льда. Я почувствовал, как она опирается на меня своим крылом, стараясь пробраться в глубины этого ледяного рая. Мы одновременно с облегчением вздохнули.       — Вот это совсем другое дело, — выдохнул драконыш.       «Я себя чувствую замороженным мясом» — выдал я и почувствовал, как опирающаяся на меня Твайлайт вздрогнула. Лишь пару секунд спустя до меня дошло почему. — «Извини, хотел сказать, я себя чувствую сосулькой» — поправился я.       Аликорна расслабилась, выдыхая облако пара. Спайк хихикнул и тоже выдохнул.       — Смотри, вместо огня я дышу водой! — рассмеялся дракон, выпуская ледяной пар из своей пасти. Это было действительно забавно, отчего я и сам рассмеялся, выдыхая ещё больше пара.       — Ты понимаешь, как мы глупо сейчас выглядим? — рассмеялась Твайлайт, понимая всю абсурдность данной ситуации. — Мы трое торчим головой в холодильнике и смеёмся на весь дом.       Смех оборвался, словно его и не было.       — И как мы докатились до такого? — фыркнул Спайк.       — Это всё жара, Спайк, — ответила кобылка.       Я молча кивнул, коснувшись подбородком головы Спайка, при этом щекой потёрся о шёрстку Твайлайт. Неожиданно та слегка зарумянилась.       Повисло неловкое молчание, вдобавок я уже стал чувствовать дискомфорт от переохлаждения, а мои волосы стали покрываться инеем.       — Если бы мы могли что-то изменить, — простонал дракончик, на что я вновь кивнул, снова коснувшись щекой Твайлайт, отчего она покраснела сильнее.       «Или кто-то мог попросить о помощи» — жестами сказал я.       Принцесса отвернулась, стараясь не смотреть на наши возмущённые взгляды. Кашлянув, я привлёк её внимание. Она смотрела на нас долгих несколько секунд, после чего выдохнула, сдаваясь.       — Хорошо, я поговорю с принцессой Селестией, — проворчала Твайлайт.

* * *

      Одним письмом спустя мы втроём вышли на улицу, смотря в сторону Клаудсдейла. И хоть самого города мы не видели, но устроенный вокруг него фейерверк был незабываемым. Принцессе потребовался весь остаток дня, прежде чем проблема была решена, но в награду мы, наконец-то, получили долгожданную вечернюю прохладу. Зато яростные вспышки в вечернем небе выглядели красиво и впечатляюще, напоминая салют в новогоднюю ночь.       «Она ж там никого не прибьёт ненароком, не?» — спросил я, не сводя глаз с этого светового шоу.       — Нет-нет, она просто «объясняет» им, что они поступили плохо и должны исправиться, — ответила Твайлайт.       «Как скажешь» — я пожевал губу, продолжая наблюдать светопреставление.       — Знаю, выглядит страшно, но это действо скорее направлено на то, чтобы внушить шок и трепет некоторым излишне самоуверенным личностям. Принцесса редко когда злится, но уж если разъярится… — она как-то зябко поёжилась, не заканчивая фразы.       «…то поступает так, чтобы потом не возникло желания её злить опять» — кивнул я.       — Именно.       Мы продолжили наблюдать за шоу вместе с другими обитателями Понивилля, что то тут, то там виднелись на улице. Как только в небе засияли первые вспышки, температура и влажность резко опустились, и через какие-то пять минут жары словно и не бывало. Многие жители города покинули свои дома, наслаждаясь полученным раем. Жеребята носились вокруг, смеясь и играя с друзьями. Я лишь улыбнулся, понимая их чувства и эмоции.       — Кажется, ближайшие недели будет стоять отличная погода, — рассмеялась Твайлайт, отхлебнув захваченный с собой охлаждённый чай.       — А всего-то и стоило написать принцессе, — резонно заметил сидящий на спине Твайлайт дракончик и хихикнул. Твайлайт проигнорировала заявление Спайка, продолжая наслаждаться отличной погодой. Я лишь улыбнулся, вдыхая прохладный воздух и ощущая лёгкий прохладный бриз, что подул над Понивиллем.       — Что ж, — начала юная аликорна, прикрывая копытом зевок. — У нас завтра будет ещё куча дел, поэтому нам пора домой, ведь я бездельничала все это время.       Мы с дракончиком лишь застонали при виде заходящей обратно в библиотеку, в которой ещё было достаточно жарко, лавандовой кобылки. По выражению морды Спайка я понял, что он не особо рвётся помогать своей хозяйке.       Заходя в библиотеку, я ещё раз обернулся на полыхающее всеми цветами радуги небо. Мда, забавно, что нечто столь прекрасное вызвано яростью одной пони. Тряхнув головой, я уже стоял на пороге и собирался войти внутрь, как увидел точку, летящую в небе. Я прищурился, стараясь её рассмотреть. Точка была небольшой, но двигалась довольно быстро, пробивая и рассеивая белые пушистые облака, сквозь которые пролетала.       Я невольно расширил глаза, когда признал в лазурной точке, оставляющей за собой радужный след, Рэйнбоу, что мчалась от Радужной Фабрики прямо на меня. Я застонал и приготовился к неизбежному столкновению.       Удивительно, но полёт по небу в компании с помешанным на соревнованиях и скорости пегасом не очень помогает остыть после жары.

* * *

      Я медленно спускался по лестнице, ведущей в подвал. После очередной потасовки с Рэйнбоу моё тело снова было в синяках, и я уже готовился свалиться на кровать от усталости. К счастью, теперь, когда в доме прохладно, я уверен, что мой сон будет великолепным, и я смогу отдохнуть и отоспаться. Тем более, Твайлайт меня завтра заставит работать.       Завтра будет длинный день, подумал я, подходя к своей кровати. Застонав, я свалился на мягкую простынь. Сегодня я буду спать в обнажённом виде. Я немного покрутился, устраиваясь поудобнее и готовясь отправиться в мир сновидений.       Я находился между сном и сознанием, слушая расслабляющие звуки окружающего меня мира. С улицы доносился приглушенный стрёкот сверчков. Наверху заухал и вновь замолчал Совелий. Периодически слышалось негромкое цоканье копытец Твайлайт, готовящей всё необходимое к завтрашнему дню. Негромкое царапанье донеслось из моего стенного шкафа.       …       …царапанье из шкафа…       …       Меня словно окатили ледяной водой: я мгновенно проснулся, сел на кровати и уставился на дверь шкафа, чувствуя, как сердце гулко забилось быстрее от продолжавших раздаваться оттуда скребущих звуков. Я медленно и беззвучно поднялся и стал осторожно приближаться к издающему столь подозрительные звуки предмету мебели.       «Надеюсь, это просто какое-то мелкое животное — попытался себя убедить я, подходя к двери. — Может, это енот пробрался внутрь через дырку в стене, спасаясь от жары. Или мышь».       Подойдя к шкафу, я начал медленно поворачивать ручку, готовясь открыть дверь. Царапанье вдруг прекратилось, и я открыл дверь. С готовым выпрыгнуть из груди сердцем я уставился в пустой шкаф. Там ничего не было. Вообще ничего. Мои глаза оглядели нижнюю часть шкафа, ища хоть какие-либо доказательства того, что мне это не померещилось.       Однако я ничего не нашёл. Я уже собирался закрыть дверцу и пойти спать, но напоследок я решил кое-что сделать и, пригнувшись, провёл рукой по полу шкафа. Посмотрев на свою ладонь, я заметил, что она была покрыта пылью и… опилками? Потирая пальцы, я медленно заскользил взглядом по внутренней стенке шкафа. У меня перехватило дыхание, и я замер, когда мои глаза заметили то, чего раньше не было. Меня бросило в холод, пока я с трудом поднимался на ноги. Не знаю, как я пропустил это раньше, но теперь не мог оторвать взгляд.       Выцарапанные глубоко, словно кинжалом, на стене были всего два слова. Два слова, которые заставили кровь стынуть в жилах. Два слова, от которых сердце ушло в пятки. Два слова, которые пришли из моих самых мрачных ночных кошмаров.       «Помоги им!»       Я промчался по лестнице и нырнул в кровать Твайлайт, прежде чем она даже успела меня заметить. Излишне упоминать, что сегодня я не возвращался в свою обитель.