Тот день с тобой...

- Николай? Вы дома? – Виктор стоял на лестничной площадке и уже минут 15 безуспешно стучался в дверь к Николаю Плисецкому - дедушке Юры. По просьбе самого Юры, Виктор пришел сюда, чтоб все рассказать, как есть, и просто проедать его, ведь ему уже немало лет. -Николай? Вы меня слышите? - но ответа так и не последовало. «Странно… - подумал Виктор – … а хотя, может он просто ушел в магазин, а хотя какой магазин в десять часов вечера?» Прислушавшись, Виктор услышал звук работающего телевизора. «Значит, он все-таки дома - пронеслось в голове у Виктора – но почему тогда он не открывает? Что, черт возьми, происходит?!» -Если вы мне сейчас не откроете, то я выломаю дверь! – как можно сдержаннее крикну Витя. Нервы уже сдавали. Он прислонился ухом к двери и ждал ответа, но ответа не было. - Эй, ты чего тут кричишь? – на лестничную площадку вышла уже пожилая женщина. Соседка Николая. По ее виду можно было сказать, что она уже спала и крики Виктора разбудили ее. Подавив зевок, она сказала – Да ты же Виктор Никифоров! Я тебя знаю, ты фигурист! Зачем тебе Коля? - Он дедушка моего друга. Вы не знаете что с ним? Почему он не открывает? Я ему и по телефону звонил и вот сейчас в дверь звоню, звоню, а он не отвечает. Женщина задумалась: - Нет. Я его уже давно не видела. – усмехнувшись, она скрылась за дверью еще раз зевнув, в шутку бросив на прощанье – Хе, может помер там. Глаза Виктора округлились, а в голову пришло озарение. Он не раздумывая ринулся к двери. Несколько раз толкнув, он вышиб ее. Увиденное повергло его в шок. На полу лежал Николай с баночкой корвалола в руке. Телевизор был включен и по нему шли вечерние новости. Виктор все понял. Никифоров сразу подбежал и припал на колени перед ним. Нащупав пульс на шее и послушав сердце, Виктор ужаснулся: «Не дышит…неужели правда умер?..» Виктор сразу набрал номер скорой помощи. «Надежа умирает последней…» *** Утром Юрий не хотел просыпаться, вспоминая события вчерашнего дня и дня аварии. Жить больше не хотелось. Без него никак. Ни дедушка, ни Виктор, ни кацудон не приходили уже два дня, а дедушка и вовсе не появлялся. Происходило что-то неладное и Юра это чувствовал. Но особо думать об этом не хотелось. Мысли были заняты только им. В соц.сетях сразу распространилась новость о смерти фигуриста, героя Казахстана, Отабека Алтына. Многие были в ту злосчастную ночь на месте происшествия. Многие выкладывали фото и видео с места аварии. Зачем? Просто похвастаться. Все фанаты Отабека были в трауре, а Ангелы Юрия молились и благословляли всех и вся, что их Юрочка жив. Желали ему скорейшего выздоровления и удачи на тренировках и ближайших соревнованиях. Но они не знали, что Юра уже навряд ли выйдет на лед. Все слишком быстро перевернулось в его жизни… *** Виктор никак не мог смириться с увиденным. Он не знает, как это рассказать Юре, а главное: как после этого Юра будет жить? Никифоров все это время ходил сам не свой. Ни разу не улыбнулся, отталкивал постоянно Юри, с Мишей не играл, а каток забросил и вовсе. Виктор схоронил Николая в одиночестве. О месте нахождения могилы рассказывать не собирался (по крайней мере сейчас, а может и потом тоже). Он приходил к нему каждый день на могилу со свежими цветами. Виктор сидел там и думал: «что же будет дальше?.. Как теперь всем нам жить?.. особенно Юре…» Слезы лились сами собой и, приходя домой с красными от слез глазами, Виктор сразу направлялся в спальню и оттуда уже не выходил. О смерти Николая Юри ничего не знал. Пока через несколько дней хандры Никифорова, Кацуки психанул и устроил скандал Виктору. Тогда-то он и раскололся. Выдал все как есть: что умер Николай, и как Виктор каждый день навещает его на кладбище, как приходит весь в слезах домой, расстраивая тем самым своего мужа и ребенка. Обсудив все, они решили не рассказывать об этом Мише. Виктор, в тайне от Плисецкого, усыновил его, но об этом пока ему ничего не скажет. Еще рано. Никифоров не мог показаться в таком состоянии перед Юрой. Сейчас не мог. В таком виде никак. Поэтому он отправил Юри и Мишу проведать Юрия. *** - Здравствуй, Юрио! – с улыбкой произнес Кацуки, входя в палату. Миша пришел к Юрию впервые после аварии: - Юра! Привет! Как ты себя чувствуешь? – он подбежал к Юре и обнял его нежно, чтоб тому не было больно. Миша был счастлив, что Юра здоров и улыбался ярче солнца, как когда-то улыбался Виктор, чтоб взбодрить Юрия. - Привет – поздоровался Плисецкий, приобнял Мишу и улыбнулся уголком губ. Не хотел он, чтобы Миша увидел его таким потерянным. Тем более, когда Юра видит улыбку Миши становится как-то лучше на душе. - Я тебе приготовил свиных котлет по маминому рецепту. Поешь, ладно? – Юри улыбнулся и положил тарелку с едой на тумбочку возле кровати Юрия. Сейчас Кацуки был словно мамочка для Плисецкого. Но так было даже лучше. - Ладно...- выдохнул Юра и немного улыбнулся в ответ – Спасибо тебе. Кацуки сначала округлил глаза, но потом мило улыбнулся. Юре было сложно улыбаться после такого, но он пытался, хоть и выглядело не очень убедительно. Все знали, через что он прошел и понимали в какую ситуацию он попал. Но даже при всем этом Юра не хотел, чтоб о нем сильно беспокоились и слишком жалели. Юри сел на стул возле кровати Плисецкого, а Миша все так же обнимал Юру. И тут у Юры созрел довольно правильный вопрос в такой ситуации: - А где дедушка? Когда он придет ко мне? – в глазах виднелся какой-то страх. И он был правильным. Плисецкий смотрел прямо в глаза Кацуки, а последний не мог отвести глаз. Говорить правду было слишком тяжело, а не сказать еще тяжелее. Юри до этого момента улыбался милой улыбкой и его глаза были полны добра. Но сейчас, зная все, Юри не смог сдержать слез. Юра был в шоке от такой реакции на банальный вопрос. Кацуки не должен был показывать свои слезы Юрию, но не смог сдержать обещание, которое дал Виктору, когда уходил. Юри подорвался и рванул из палаты весь в слезах. Миша все еще был рядом с Юрой. Они оба проводили Юри непонимающим взглядом. У всех был шок. - Что это с ним? – спросил Юра. Это все было слишком подозрительно. Сначала Витя не пришел к нему, теперь слезы Кацуки без причины. Хотя может они просто поссорились? - Не знаю. Они с папой Витей в последнее время всегда такие. Везде грустные ходят, не улыбнуться даже. А папа Витя вообще на каток не ходит. Мы только вдвоем с папой Юри на каток ходим. А еще папа Витя про нас забыл вообще. Сидит все время дома. Никуда не ходит… _______ Юри тем временем стоял возле двери в палату и набирал номер Виктора. - …Да… - Виктор… я..я..н-немогу – захлебываясь своими слезами, Юри пытался хоть что-то сказать. - Что случилось? Что с Юрой? - Виктор сразу вскочил. Тема Юры была для него больной. -Все хорошо с Юрой… Н-но я не могу! – Юри все плакал и плакал. Выдохнув, восстанавливая дыхание и немного успокоясь, он продолжил уже более тихим тоном– Я не могу на него смотреть…не могу, зная все это, не сказать ему… - Юри… - в голосе Виктора послышались печальные нотки. – Держись…прошу… - Ладно…я постараюсь. _______ Вытерев слезы, Юри вошел в палату. Юрий сидел задумавшись, а Миша ему что-то рассказывал, смеясь. Юрий смотрел на Кацуки, как только тот вошел, не моргая и не отводя взгляда. Он был серьезен: - Юри, что происходит. Кацуки подошел к Плисецкому и, обняв его сказал: - Прости меня, но пока я не могу тебе ничего рассказать…- слезы полились сами собой и Юри уже ничего не может с этим поделать. Его голос дрожал - Прости... Юрио. Хоть как-то, остановив слезы, и пытаясь выдавить из себя улыбку, Юри взял Мишу за руку: - Ладно. Мы пойдем. Тебе нужен покой. Миша улыбнулся Юрию, и они вышли за дверь. Как только дверь захлопнулась, Миша решись спросить: - Папа Юри… - Да, мой маленький? – Юри попытался ему улыбнуться. Сквозь слезы, но как-то получилось. - Почему ты не сказал Юре что происходит? Он же волнуется…я тоже переживаю. С папой Витей точно все хорошо? А с тобой? – все это время Миша держал Юри за руку крепко, словно боялся чего-то, и смотрел прямо в глаза. а Кацуки шел и смотрел прямо, без эмоций. Юри, глубоко вздохнув, взял Мишу на руки и, улыбнувшись самой искренней улыбкой, сказал: - Конечно, все будет хорошо! Все обязательно наладится…