Мой район

Новый год. Та пора, которой рады все. Естественно, найдутся люди, которые будут ныть, что их не устраивает праздник, все и всё заебало, но, если порассуждать, они радуются тому, что могут ныть о том, как их всё заебало. Небольшое философское отступление. Подготовка к этому празднику шла полным ходом. Люди закупали ёлки, гирлянды, шары, мандарины. Ведь времени не так много, чуть больше десяти дней. К счастью детей и к разочарованию дворников, выпало очень много снега. Так что атмосфера создавалась сама собой. Для местных, так скажем алкоголиков людей без высшего образования, постоянной работы и с необычным поведением и стилем общения, это был официальный повод пить весь месяц до нового года и ещё месяц после. На районе все было тихо и спокойно. С первого взгляда, естественно. Даня и Лиза продолжали совершать неправомерные сделки, Лера уже неделю жила с Егором, а о Свете все будто забыли, будто её и не было. Новый год Лера заставила всех праздновать в квартире Кашиных. Брата она отправила за елкой, а Лизу потащила в магазин. Нельзя сказать, что этому был кто-то рад, кроме самой Леры. — Ой, смотри, какая мишура. Какую лучше: розовую или синюю? — Ты че, серьезно? Ты потащила меня выбирать цвет этой хуйни? — Ладно. Я хотела поговорить, мы уже давно не разговаривали. — Ну, бля, естественно. Ты ж у зятька живёшь! — в глубине души Лиза держала обиду на подругу, считая это предательством. — Нет, не только поэтому. Ты постоянно в компании моего брата. А я не могу говорить при нем о вас. — О нас? Как можно разговаривать о нас? — говорила Лиза, выделяя это непонравившееся ей местоимение. — Давай только честно, ок? Вы вместе с утра и до вечера. Он просыпается, идёт к тебе, или ты приходишь. Вы уходите куда-то вместе, не говоря мне, а возвращаетесь бухие и радостные. Вечером. — Я не втыкаю. Ты хотела, чтобы мы не пиздились? Не пиздимся. Ты хотела, чтобы мы нашли общий язык? Мы нашли. Ты хотела, чтобы мы не делили тебя, как вещь? Не делим. Мы даже зятька не трогаем. — Не нравится мне все это. Как-то слишком все тёмно. Ну просто нельзя вот так, взять, и начать общаться. — Блять. Я хочу уйти. Позвони зятьку, вместе все купите. — Даня за елкой уехал, — крикнула вслед уходящей девушке Лера. Нельзя не отметить, что отношения этих двух людей действительно перешли на новый уровень. Они стали называть имена друг друга. Это большой, просто гигантский шаг. Все мысли Лизы были направлены только на то, не кажется ли окружающим, что это странно и подозрительно. Ей было страшно произносить слово любовь. Это проявление слабости. Чрезмерная привязанность к человеку, которая в итоге принесёт боль. Она не читала романов. Её первая любовь, начавшаяся в старших классах, с крахом развалилась. Это её сломало. Глупо. Но она не хочет больше давать своё доверие. Не хочет быть вновь отвергнутой. Не хочет вновь плакать всю ночь. Поэтому она стала местным пацаном. А у него было много девушек — пустышек. Иногда он и сам думал, что пустышка. Ведь он разбил много сердец. Для кого-то он был первой любовью. Ему нравится жить так, свободно, без обязательств. Но порой он думал о том, что его сестре может попасться такой же подонок. Страшно. Но не нравоучительно. На следующий вечер он опять пропадал с новой бабой… Так было. А сейчас ему трудно вспомнить, когда он в последний раз даже целовался. Что-то изменилось. Кто-то изменился. Он никогда не ощущал любви. Он не знает об этом чувстве. Но он и не стремился узнать. *** — Алло. Неред. Надо одному мужику машину разъебашить. — Куда подойти? Надо что-то взять с собой? — Ты просто чудо. В наше место. Через час. У меня есть все для тебя. Почему она тут же собирается и идёт к нему? Нет своих дел? Дружба? Помощь? Или… Почему он первым делом звонит ей, а не корешам знакомым? Доверие? Признание? Дружба? Или… Спустя час они уже битами били машину, дорогую, красивую. — Зачем? Чья это машина? — Тя ебать не должно. Просто бей. — Ок, — девушка продолжила со всех сил старательно бить стёкла, зеркало. — Лиза, блять, шухер! На горизонте появилась фигура крупного мужика с пистолетом в руках. А они тут же рванули в сторону подъезда, но через кусты, чтобы не оказаться пойманными. Было уже темно, поэтому неудивительно, что Лиза упала, с её-то везением! А попытавшись встать, она поняла, что подвернула ногу. Времени на раздумья не было, поэтому Даня попросил её просто не возражать и запрыгнуть к нему на спину. Наверно, со стороны это выглядело очень странно, но Лиза, несмотря на больную ногу и низкий рост, всё-таки сделала это. А завтра утром ей будет за это стыдно. — Ох, нихуя себе! Я уехала. Приезжаю. А тут это, — когда они уже были у своих родных лавочек, их встретила Света. — Ой, Свет. Привет, — Лиза здоровой ногой ударила парня, чтобы тот её отпустил. — Что-то тебя не видно. — Я приехала сюда за блокнотом с рисунками, оставила здесь. Я живу в другом месте теперь. Классные друзья! Хуй кто заметил, что меня нет. — Вот не надо! Иди нахуй. Ты будто не знала, что никому не нужна. Забирай свои рисуночки и съебывай. Я не буду скучать, — сказал Даня, аккуратно опуская Лизу на землю. — Даня! — она посмотрела на него злобным взглядом. — Свет, просто дела были… — Я вижу… С наступающим. Она быстрыми шагами удалилась в свою бывшую квартиру. — Не смей даже думать о том, чтобы её догнать. Пошли ко мне, ногу посмотрим. — Свет, пока! — прокричала Лиза. Она бы побежала за ней, но нога сильно болела. Опираясь на Кашина, которому пришлось сильно нагнуться, она поднялась к нему в квартиру. Лера ещё не пришла. Хотя… Может она и не придёт. — А Лера? Будет сегодня? — Не знаю. Давай не будем. Она поняла, что он имел ввиду. Просто не хочет снова расстраиваться. Поэтому Лиза замолчала. А Даня проводил её до дивана. Посадив девушку, он приказал не шевелиться и ничего не трогать. Но Лиза была бы не Лизой, если бы не потрогала все, до чего доставала. В руки ей попался альбом с фотографиями. Как удачно. Она пыталась не смеяться, глядя на его детские фото, чтобы не выдать. Но они закончились очень быстро. Несколько фотографий с детского дома и пустой альбом. Разве что, когда она его клала на место, из него выпала ещё одна фотография. На ней было два счастливых человека: парень и девушка. Он держал её за руку и они смеялись. А с обратной стороны была надпись: «В память о Свете». Тогда Лиза все наконец поняла. Когда он вернулся, она ничего не сказала. Надо быть умной женщиной. — Так. Я принес лед. Но если ты не просто пизданулась, а сломала ногу, то я предлагаю обратиться в больницу. — Нет. Все ок. Найди мне лист капусты. — А, ну да. Я забыл, что капуста лечит переломы. Даня не нашёл дома капусты, поэтому ушёл в магазин, оставив Лизу одну. Очень опрометчивое решение… Больная нога не помешала ей изучить его дом вдоль и поперёк. Она нашла ещё несколько интересных вещей, касающихся Светы. Непонятно, почему, но ей захотелось всех их сжечь. Почему он их хранит? Это казалось Лизе очень странным, он чувствует… Он… Нет, он не похож на любившего человека. Невольно Лиза вспомнила свою первую любовь. Каждое утро он присылал ей милое смс, провожал её до школы и со школы. Они вместе ходили в столовую, каждую перемену она проводила с ним. Возвращаясь домой, она переодевалась и вновь шла к нему. Казалось, они созданы друг для друга. Но вскоре любовь стала угасать, с его стороны. Он больше не хотел гулять с ней, друзья же важней… А потом он вообще перестал писать ей, заходить за ней перед школой. Не разговаривал с ней при встрече. Через общих знакомых он передал ей записку, в которой было сказано, что она нахуй ему не нужна. А он был ей нужен… Он был её жизнью… Он убил в ней самое дорогое — первую любовь. — Неред? Что случилось? Это слёзы? Она даже не заметила, как пришёл Кашин, как он повернул ключи в замке, снял куртку, подошёл к ней. — Нет. Все в норме, — смахнув руками слёзы, сказала Лиза с улыбкой на лице. Он хотел спросить, но не знал, к чему это приведёт. Что ему надо будет делать дальше, когда она ему все расскажет? Как успокаивать девушек? — Я купил капусту. Ты должна мне бабло. Много. *** 31.12 — 01.01 *** В чем заключается магия нового года? Квартира, полная людей, мандарины и алкоголь — эта новогодняя атмосфера царила у Кашиных. Вернее, у Кашина. Лера окончательно съехалась с Егором, они планировали свадьбу на весну. К удивлению Леры, Даня отнесся к этому довольно лояльно. Девушка решила, что он доверяет ей, считает её взрослой. Но дело было не в этом… Каждый ребёнок знает, что с просьбой к папе подходить лучше тогда, когда он чем-то сильно перегружен. А Даня перегружен своей жизнью, поэтому на Лерину ему было похуй. В доме пахло табаком, курили почти все десять человек. Лиза просто забилась в угол, надела на себя мишуру, много пила и ела мандарины, создавая свою атмосферу нового года. Обычно Лиза постоянно в компании, общается, шутит, но не сегодня. Сегодня у неё не было никакого желания сливаться, что-то съедало её изнутри вот уже несколько дней. Она хотела бы и уйти домой, но понимала, что там ей будет очень херово. В какой-то момент ей захотелось просто выйти подышать свежим воздухом, а поскольку и на балконе, и около подъезда были её знакомые-курильщики, она ушла на крышу. Там было особое место, где по ночам бухали малолетки, там было на чем сидеть и чем любоваться. Где-то постоянно светились огоньки — салюты. Где-то играла музыка. В окнах домов можно было увидеть семью, сидящую за столом и ожидающую речь президента. С того момента, как Лиза перестала жить с бабушкой, свои ночи нового года она не помнит, но надеется, что ей было тогда весело. У неё не было в планах выбиваться из графика, поэтому она пыталась собраться с силами. — Привет, Лиза, — раздался голос за спиной. Это был Даня. С шампанским в руках. Он подсел к ней, предложил выпить. — Почему ты здесь? — Мне не хватало свежего воздуха. — Что с тобой? Новый год! Как же твой настрой? Пить! Веселиться! Пиздиться со всеми! — Как-то не хочется. Даня, — она сделала небольшую паузу, ей было очень непривычно произносить его имя. — Видишь, там семья, мама, папа, трое детей. Им весело. Почему? Почему у меня не было этой семьи? Именно поэтому я бухаю в новый год так, чтобы ничего не помнить. Я просто не хочу жить с этим осознанием боли. Я не знаю, нахуя я тебе это говорю. — Все нормально, — он слегка приобнял её за плечи, но не ощутив на себе её сопротивления, немного осмелел. — Ты классный. Прости за все. Я просто тупая и не разбираюсь в людях. Ты — прекрасный друг. Лиза повернулась, высвободившись из его объятий. Теперь они сидели лицом друг к другу, каждый смотрел в глаза другому. Он робко протянул руку, касаясь щеки, убрал непокорный локон, спадающий на щёку. Даня боялся делать что-либо, но он не думал, он чувствовал. Лиза вздрогнула от прикосновения, с затаенным интересом ожидая, что же будет дальше. Он нагнулся к ней, коротко коснувшись большими уверенными губами ее полуоткрытых губ. Даня несколько раз провел по этим робким устам своими, лишь слегка дотрагиваясь. Они помимо ее воли затрепетали, отвечая на его прикосновения. Нет, этот новый год, она точно не захочет забыть.