Купидоны

Сердце имело две положительные функции. Первая - остановиться вовремя. Отжил своё и хватит. Вторая просто поддерживать жизнь, стандартно помогая организму. Но почему же оно доставляет ненужный дискомфорт? Заставляет сравнивать его с птицей, что оказалась в неволе. Они тоже так болезненно бьются об клетку? Если да, то его сердцу больно вдвойне. Тюрьма из костей скоро вовсе не выдержит, и эта птица сломает её и разорвёт кожу, вырываясь наружу. Слава чертыхается про себя и отводит взгляд от Мирона, с которым сейчас записывали видео о его мыслях насчёт сегодняшнего баттла. "Блять, почему он выглядит, будто обетрола обожрался?" - подумал Карелин, но сидевшему рядом Замаю сказал иное: - Возбуждён, как четырнадцатилетка. Скоро кончит от мнения, что его текст охуенный. И Андрей ничего не ответит ему. Не потому, что захотел игнорировать своего друга с его глупыми мыслями вслух. Просто Хан знал, что на самом деле думает Слава. Тот же его фанат, он как раз-таки сам и считал невысказанный текст - охуенным! Но баттлер и вовсе забыл про отсутствие ответа. Его позвали на площадку.* - ... пошумим, блять! * - Пятьдесят восемь раз. Блять, да меня суки столько не лапали, как он. Тихая музыка, раздражающий неоновый свет, три пустых кабинки туалета, зеркало, под которым неровно и корявым почерком написано "Забаттлись ноунеймом и стань неймом". Кто-то бы мог подумать, что написал собственно он, но ему не до этого было сейчас. Слава зачерпнул в обе ладони воды и опрокинул себе на голову. Чистая вода смешалась с потом, и кожу с лица хотелось содрать. Но он лишь прибавил холодной температуры и ещё раз попробовал смыть с себя грязь. Каштановые волосы мешались перед глазами, колко прикасаясь кончиками к векам. - Сбрею нахуй. Стану Окси номер два. Хотя та же фраза "Лучше я сдохну ебучим ноунеймом, чем прославлюсь и стану тобой" не особо располагала к этому. Да и не прославился он. Пока что. Его аудиторией сейчас было только зеркало. Оно передавало ему все эмоции, понимало его, но не выражало собственные мысли. И это лучший для Славы вариант, так как мыслей у него было, будто рой пчёл. "Почему я ощущаю себя легкодоступным подростком? Почему теку как баба? Карелин, блять, соберись. Пожалуйста. Я заебался терпеть это." - он грубо ткнул пальцем зеркало, отчего оно пошатнулось. - "Почему ты не можешь действовать? Ты ж, бля, самец, чего тебе эта Оксана стоит? Ты творишь хуйню каждый день, так чего сейчас не можешь? Давай, действуй. Пидор..". Даже сознание его оскорбляло. Собственный "Я" внутри назвал его пидором. Будто это был не его голос, а Замая. Во всяком случае, он к нему прислушался, как бы глупо ни было. В каком бы возрасте ты сейчас ни пребывал, ты пополнишь статистику "Влюбись в того, в кого не следует". Ну или "смени ориентацию". Слава попал в эту страшную статистику два раза. - Какой молодец, - похваливал себя Слава, выходя из уборной. На самом деле, это даже для него было комично. Ну, ровно до того, как он заметил розовую рубашку. И самого её обладателя. Мирон не хотел оставаться здесь долго. Это не из-за того, что он проиграл, просто ему нужен был покой. На него, словно на праздничный торт, набросилась толпа с поддержкой, после того, как ему пожал руку Слава, который как раз сейчас любопытно за ним наблюдает. Понимая, что Карелин не просто так глазеет, он ускорил шаг к чёрному входу. И вот, будучи на свежем летнем воздухе, в сквозном переулке, он готов был поспорить, что затылком чувствовал чужое приближение. Чутьё, как говорится, не подводит. Пиздец может наступить в любое время. - Уже уходишь? - обратился к нему "мармеладный", который поспешно закрывал за собой стальную дверь. Он выглядел нервозным, а брови были сведены к переносице. - Карелин, ты выглядишь так, будто идёшь на бой со смертью. Зачем увязался? Панчлайны не все рассказал? Иди нахуй, поздно уже. - Ранее смотревший на него Янович, ухмыльнулся и отвернулся, продолжая свой путь. Серые тучи сгущались, что уже не сулило приятной дороги. - Никогда, Арнольд Янович, поздно не бывает. Ты мне руку не пожал. Обидно. Поправляя свой красный свитшот, теребя его рукава, он увязался за Мироном, который морщился. Очевидно было, с чего, и это до остервенения противно. "Не хочет даже говорить? Ненавидишь? Или Оксана обиделась?". - Слушай, чего ты хочешь? Я направляюсь к себе домой, в мои планы не входил разговор с тобой. Оксимирон не выглядел обиженным. Не был таким. Его стеклянно-пустые глаза только и выражали усталость. Слава даже подумал, что зря он это всё затеял, но Слава бы не был Славой, если не наплевал на это. Преодолев три больших шага, он одёрнул Мирона за локоть. Тот ещё секунд двадцать разглядывал перед собой асфальт, а затем резко поднял голову к парню. И тот, поймав наконец чужой взгляд, впился в тонкие губы поцелуем. Он не был впечатляющим для кого-то, но вот Карелину было охуеть как больно от своего же действия. Хотелось творить несколько дел сразу: кричать, срывая себе глотку; прижаться к мужчине так, чтобы получить тепло, чтобы самому себе стало легче; хотелось убить себя, чтобы не чувствовать это колебание в районе солнечного сплетения. Прострелили бы ему колено - не так было бы больно, как сейчас. Когда Янович тяжёлым ударом оттолкнул от себя рэпера и ,пошатнувшись, отошёл, вытирая покрасневшие губы. С такой жёсткостью он стирал с них вкус поцелуя, что содрал в кровь. А Слава так и стоял, наблюдая за этим. То самое колебание ушло куда-то вниз, будто корабль пошёл ко дну. - Слав. Славушка. Я не гей, понимаешь? Сколько людей меня таким ни называло, я ни на йоту не отошёл от собственных предпочтений. Так что, иди нахуй, Слав, ладно? Я забуду это, просто потому, что ты долбоёб. Как-то ещё свидимся. - Никаких эмоций не выражало лицо Яновича во время его тирады, ровно как и после неё, Он просто махнул ладонью, будто попрощался, и наконец-таки смог уйти. - А чего ты ожидал, Карелин? Что у него коленки дрожать начнут? Тогда нахуя так много прикасался ко мне? Сука... Холод пробирался под самую кожу, всё замораживал. Занемевшие пальцы нервно теребили волосы, а самого Славу трясло. Что бы чувствовал другой, будь он влюблён в кого-то, кто никогда не ответит ему хотя бы симпатией? Все ли люди чувствуют это одинаково? У всех так же болят глаза от попытки выплеснуть воду; всех так же трясёт изнутри; это нормально, что он хочет сейчас закричать? "Никогда не отказывай себе" - гласило одно из его кредо, и он закричал. Закричал так громко, насколько хватило сил. Как-то отчаянно и зло. Даже с ненавистью. Скорей на себя, чем на Мирона. Тот виноват только, что попался Карелину на глаза. Это было два-три года назад, когда он был по сути никем. Что-то начинал, что то забрасывал, искал нужные пути. И знаете, кто дал веру в себя? Янович, кто же, если не он. Слава не шёл по протоптанной Мироном дорожке, но активно наблюдал за тем и делал заметки. В какой-то момент это дело надоело, и он записал дисс. Ещё, и ещё, привлекая внимание Фёдорова, считая, что он уже достоин показать, на что способен. Что уже не уступает ему. Да так "допривлекался", что стал одержимым им. Все, кстати, заметили это. Считай, нашли уязвимое место. Но, когда шутили про его отношение к рэперу, Слава только кричал "Да", и скалился. Сейчас так же будет. Как только выйдет выпуск Версуса, то все активно начнут обсуждать их гляделки, напишут фанфиков на тему прикосновений. А Карелин тогда черканёт в твиттере "Я новый Окси", и будет смотреть на себя, на Славу со стороны и смеяться над его любовью. Он никогда не влюблялся сам. Были те, с кем хорошо, но не более. Теперь он может только вспоминать об этом "хорошо". Влюбиться в парня, не получить взаимность - что может быть хуже? - Ну да.. - прошептал Карелин, почувствовав, как одинокая капля дождя спустилась к нему на щеку.