В лабиринтах памяти

День Евы начался ужасно. Заигравшись ночью в монополию, они с Себастьяном едва не проспали занятия в школе. Потом девушка упустила выкипающий кофе, залив темной гущей всю кухню. В довершении всего только в школе заметила, что на ее белой рубашке красуется пятно от вишневого джема, которым она мазала тосты брата. С большим трудом Ева отыскала в своем кабинете забытый кем-то шарф и прикрыла им испачканную сорочку. Вот только ей постоянно казалось, что ее ученики видят алое пятно прямо на часто вздымающейся груди и хихикают за ее спиной. Как на зло, сегодня у нее были уроки только в старших классах, и отличающаяся изящной фигурой Ева выглядела почти ровесницей своих семнадцатилетних учеников. Только к обеду она смогла немного перевести дух, присев в школьном дворе с чашкой чая. Себастьян играл со своими друзьями совсем рядом, и Ева на мгновение отвлеклась, покружившись в собственные мысли. До работы в школе девушка никогда не задумывалась о детях. Погруженная в постоянные заботы о младшем брате, Ева и не мыслила о возможном потомстве. Но сейчас, проводя уроки в начальных классах, она невольно любовалась своими маленькими учениками. Вот только ее радостные мысли всегда омрачал один и тот же неизменный факт. Только одного человека Ева видела в качестве отца своего ребенка. Именно того, кто никогда не смог бы ей его дать. Однако, к собственному удивлению, девушка осознала, что это обстоятельство ничуть не умоляет ее желания быть с древним вампиром. Не смотря на то, что с его отъезда прошло больше недели, Ева до сих пор иногда ловила себя на мысли о том, что стоит ей прийти в его дом, Элайджа встретит ее на пороге. Поэтому она ни разу и не ходила туда. Ей не хотелось лишаться последних иллюзий. Жизнь продолжалась, Ева это понимала. Он не вернется — она признавала и это. Но все эти доводы разума разбивались о чувства, сжигающие ее сердце. Ева взглянула на часы, и, обнаружив, что обеденный перерыв близился к концу, окликнула брата, и они вместе направились в школу. Оставшиеся уроки прошли без особых происшествий, и вечером Ева и Себастьян не спеша брели домой, обсуждая прошедший день. — Тебе нравится в школе? — спросил Себ, потянув сестру за руку. — Конечно, милый, — с улыбкой отозвалась Ева, — к тому же, я всегда рядом с тобой. — Но разве ты не хочешь…хм… встречаться с кем-то еще? — Что ты имеешь в виду? — нахмурила брови девушка. — Например, с доктором Габеном — смущенно отозвался мальчик. — Я не думаю, что мы должны обсуждать это, — твердо проговорила Ева, бросая на брата строгий взгляд. — Он тебе не нравится? — продолжил Себастьян. — Себ! — скривила губы девушка, — я сейчас не хочу думать о… встречах с мужчинами. — Вот и останешься старой девой, — обиженно пробормотал мальчик. — Что? — рассмеялась Ева, — вот какое будущее ты мне прочишь? — Но ведь ты ни с кем не встречаешься, — веско отозвался Себастьян, — а тебе уже двадцать три года. — Так может, я уже стара для этого? — попыталась перевести все в шутку девушка, — или недостаточно привлекательна? — Игроки футбольной команды так не думают, — вырвалось у мальчика, и он округлил глаза, видя, как сестра онемела от его слов. — И что же, позволь узнать… — Я пошутил! И с этими словами Себастьян побежал к их дому, тем самым прекращая разговор. Ева лишь покачала головой, поражаясь его словам, но стояло ей оказать дома, и оценить ущерб нанесенный кухне ее утренним кофе, все лишние мысли вылетели у девушки из головы. Прошло больше часа, прежде чем она закончила уборку, и Себастьян заглянул в тесную кухню, со смущенной улыбкой глядя на сестру. — Мы будем ужинать? — А что ты хочешь, маленький сводник? — сузила глаза девушка, откладывая в сторону полотенце. — Ева! — Ладно, я шучу, милый, — рассмеялась она, не отрывая глаз от раздосадованного лица брата, — так что же? — Луковый суп! — Только как у мамы у меня не получится, — предупредила брата Ева. — Я уже привык к твоей стряпне, — невозмутимо отозвался мальчик, и, видя как лицо сестры пошло красными пятнами от злости, заливаясь смехом, убежал в гостиную. — Ну, ты у меня дошутишься, — процедила девушка и принялась за готовку. После ужина Себастьян отправился в свою комнату, и зашедшая туда, спустя несколько минут Ева, обнаружила, что ее брат крепко спит, обняв подушку. Она улыбнулась, и отправилась в свою спальню. Но сон не шел. Ева крутилась с бока на бок, пытаясь устроиться удобнее, но мысли, не отпускающие ее после разговора с братом, никак не давали девушке уснуть. Дело было не в старшеклассниках, обсуждающих ее прелести. Как раз на это Еве было абсолютно плевать. Но то обстоятельство, что она действительно не рассматривала даже возможность сближения с мужчинами, немного пугало. Элайджа уехал, но жизнь продолжалась дальше. Ева должна была принять это, вычеркнуть его из своей памяти. И она знала лишь один способ это сделать. Накинув на себя рубашку и джинсы, девушка очень тихо прошла к входной двери и исчезла за порогом, скрывшись в темноте ночного Маноска. Очень быстро, почти переходя на бег, она шла к одинокому дому на краю коммуны, который пустовал уже не первый день. Но она должна была лично убедиться в этом. В том, что его нет, и не будет больше в ее жизни. Дойдя до нужной улицы, Ева замедлила шаг, кусая губы. Одинокий дом темнел в нескольких шагах, и казался спящим. Но девушка знала, что он просто пуст. Вот только одного знания ей было недостаточно, и тяжело вздохнув, она решительно потянула за массивную ручку. Прикрыв за собой дверь, Ева шагнула в темноту просторной гостиной. И горячие слезы наполнили ее глаза. Дом был пуст, но все в нем напоминало о его ушедшем хозяине. Девушка поднялась по лестнице, распахнула дверь в спальню. Ту самую, где она лишилась невинности. Где впервые познала страсть. Здесь совсем ничего не изменилось. Даже легкий морской запах, смешанный с нотами цитруса до сих пор витал в воздухе. Чувствуя как последние силы, покидают ее измученное тело, Ева опустилась на широкую кровать, притягивая к себе подушку. Она сама не заметила, как прикрыв глаза, погрузилась в беспокойный сон. Ей снилось, будто она шла по темному узкому коридору, тщетно пытаясь найти выход. Покатый потолок опускался все ниже, пока Ева не остановилась, замирая от страха. В темноте мелькнула тень, и девушка уже собралась закричать, но знакомый низкий голос, прозвучавший совсем рядом, прервал ее странное сновидение. — Привет, птичка!