Заболел

– Вот скажи мне: как ты умудрился? Зоро, проигнорировав тяжёлый взгляд блондина, лишь фыркнул и отвернулся к стене. Объяснять истеричному повару что, как и почему не было желания. – Нет, ты всё-таки ответь! – нервно прорычал Санджи, туша сигарету в пепельнице. Не до неё сейчас. – Как-как? Вот просто взял и заболел. Что удивительного-то? Действительно, что удивительного? Зоро тоже человек, и он тоже может простудиться. Вот только факт того, что заболел он первый раз в своей жизни, немного смущал блондина. Ибо, как поступать ему в такой ситуации, он не знал. Ничего не скажешь, замечательный подарок прямо к приезду повара из командировки! – Просто, говоришь? – дёрнувшись от хриплого, надрывного кашля Зоро, злобно прошипел Санджи. – А мне от этого «просто» что теперь делать? – Чоппера позови. – Он сегодня уехал на симпозиум в Лондон, ты же знаешь, – резонно заметил начавший нервничать блондин, начиная искать по всему дому аптечку. – Врача вызови. Санджи резко выдохнул, устало потерев виски. Волнение начало прорываться сквозь плотину отчужденности и показного равнодушия. – А то я, дорогой мой и любимый, не догадался до этого! – прорычал недовольно блондин, балансируя на стуле и пытаясь вытащить коробку с лекарствами из-под завалов одежды на антресолях. – Но кто решил купить домик за городом, на самом отшибе, к которому ведёт всего одна дорога, да и ту до такой степени замело снегом, что даже скорая приехать не может? Правильно, ты! Мне ещё повезло, что я успел… Договорить он, к сожалению, не смог. Стул опасно пошатнулся и накренился, с душераздирающим скрипом роняя на пол разоравшегося парня. С неловким криком свалившись с деревянного недруга на пол, он пребольно ударился коленкой об открытый ящик шкафа. Зоро мигом развернулся от стены, уставившись на блондина, и тут же застонал от резкой головной боли. – Эй, Поварёшка несчастная, ты чего творишь-то, а? – несчастно промычал он, со стоном завалившись на подушку и массируя холодными пальцами гудящую голову. Блондин ответил что-то не особо лицеприятное, витиевато ругаясь и проклиная все водоросли, находящиеся в непосредственной близости от него. Но резко замолкнул, сопроводив открытие пыльной аптечки оглушительным чихом. – Будь здоров, что ли, – грустно протянул зеленоволосый со своего, как он считал, смертного одра. – Эй, Зоро-кун, – подозрительно тихо произнёс блондин, игнорируя пожелание любовника. – Какого чёрта в нашей аптечке есть только бинты и угольные таблетки? Где все остальные наши лекарства, которые я покупал прямо перед отъездом? По мере поступления вопросов Зоро скукоживался в один большой кокон, кутаясь в одеяло и не желая отвечать на вопрос Санджи. Когда повар называл его так, стоило опасаться мини-апокалипсиса. – Откуда я знаю? – прохрипел он. – Куда ты положил, там и лежат. Вообще не понимаю, зачем ты их покупал… – Чтоб ты здесь не сдох, радость моя, – едко заметил Санджи, отряхивая брюки от пыли. – Тебе же вообще ничего доверить нельзя. Только посмотри, меня не было всего неделю, а ты умудрился и заболеть, что само по себе странно, и засрать абсолютно весь дом! Интересно, правда, куда я все лекарства дел… Зоро вскинул на блондина удивлённый взгляд. Подозрительно быстро он успокоился, даже истерику полноценную закатывать не стал. Обычно его тирады длились полчаса, а то и больше. А сейчас? Странно… – Эй, Санджи, всё в порядке? Повар на его вопрос не ответил, лишь с каким-то потерянным видом положил аптечку на стол и подошёл к больному. – Очень плохо? – с нескрываемой заботой спросил он, касаясь тёплыми губами лба любовника и взъерошив его короткие волосы. Ророноа удивился. – Нет, но всё равно себя погано чувствую… – чуть скривился. Показывать свои слабости, даже любимому человеку, – не его прерогатива. Тут что-то щёлкнуло, и настенные бра погасли. – Какого чёрта, а? – воскликнул Санджи. – Неужели из-за бури пробки вышибло? И ринулся в подвал проверить это, но чужие горячие руки удержали его на месте, и от неожиданности блондин повалился прямо на постель. – Чего творишь, а? – удивлённо выгнул бровь и перевернулся на живот. – Я без света не смогу найти тебе таблетки, и тебе придётся мучиться с этой головной болью. – Но ведь тебя-то я терплю, – усмешка, тут же перешедшая в ужасный кашель. – А ты, хочу заметить, та ещё головная боль… Блондин, фыркнув в ответ, лишь прильнул к любовнику, прижимаясь к нему сильнее, и сжал в объятиях. На колкость можно будет ответить и после того, как Зоро вылечится… – Ты такой горячий, – прошептал Санджи, даже сквозь тонкую ткань рубашки чувствуя жар любимого тела. – Точно всё в порядке? Зоро крупно вздрогнул, ощущая теплое дыхание блондина на шее, и стиснул его в объятиях на манер плюшевой игрушки. – Хочешь проверить? – Неплохая идея, – хмыкнул повар, резко подминая зеленоволосого под себя, и уселся на его бёдрах. – Очень неплохая… Прикосновение горячих губ разнесло по всему телу удовольствие, и Санджи зашипел, словно обжегшись. Тёплой волной по всему его телу разнеслось возбуждение, концентрируясь, чего греха таить, там, где было жизненно необходимо. Широкие, чуть шершавые ладони забрались под рубашку, огладив впалый живот. Блондин прогнулся, пытаясь продлить приятные прикосновения. Застонал в чужие губы и оторвался, прижавшись к щетинистому подбородку. Зоро зашёлся в кашле. – Эй, – немного пьяно. – Всё в порядке? Зеленоволосый, тихо рыкнув от накатившего жара, перевернул блондина на спину и прижал к постели. В темноте комнаты его и без того светлая кожа буквально светилась изнутри, заставляя прикоснуться, провести кончиками пальцев по выступающим косточкам, целовать каждый миллиметр бледного шёлка… – Нет, – с надрывом. – Я тебя неделю не видел, естественно, что не всё в порядке. И блондин растворился в ощущениях. Чужие руки, доводящие до исступления, оглаживающие бёдра, касающиеся всех чувствительных точек на разомлевшем теле. Его буквально подбрасывало на постели от волн наслаждения, затапливающих не только тело, но и душу. Он отдавал всего себя без остатка и получал в ответ даже больше. Притягивая к себе горячее тело, Санджи зарывался пальцами в чужие волосы, шепча с придыханиями. И тёплой волной растеклось по венам разъедающее кровь удовольствие. Это, наверное, и есть его счастье. *** – Да что бы я ещё хоть раз согласился! – прогнусавил блондин, пытаясь согреться под несколькими одеялами. – Да-да, я слышал это уже сто раз. – И ещё двести услышишь, если не поторопишься! Раздалось чужое недовольное бурчание, и в комнату вошёл Зоро, держа в руках поднос с чашками горячего чая. – Вот почему я заболел, а? – еле слышно проговорил повар. На большее его простывшее горло, к сожалению, не хватило. – Судьба такая, – промычал зеленоволосый, поставив поднос на столик и чмокнув Санджи в макушку. Ему повезло, что голова на утро болеть перестала, но благодаря стараниям одной истеричной блондинки искомая вновь начинала раскалываться. – Уж кто бы говорил, Маримошка. – Пей уже свой чай, раз так просил! – Как скажешь, милый… За окном бушевала метель, словно пытаясь пробиться сквозь стеклянную преграду окна и своим холодом остудить жаркие отношения влюблённых. В коридоре на тумбочке сиротливо стоял забытый всеми пакет с лекарствами.