... Крыша едет не спеша...

Это странное чувство… Для него у меня нет описаний… А часы тикают, действуя на нервы… А из крана на кухне стекают капельки воды… В квартире пусто как и в голове… Медленно схожу с ума… Я аккуратно отрываю зубами кожу на пальцах… Она вкусная… Успокаивающая нервы боль искрой посылает сигналы в мозг о том, чтобы остановиться. Но я продолжаю сдирать свою плоть… Я чувствую боль, чувствую солоноватый привкус во рту. Это мои кровь и слёзы, смешанные воедино… Это уже стало привычкой. Кто-то скажет, что вредной, плохой и стоит уже остановиться, но это уже стало частью меня. И если я от этого откажусь, то стану на шаг ближе к каннибализму, пожиранию себе подобных… Хотя, те суетливые толпы, что постоянно куда-то спешат точно не похожи на меня, а я точно не похожа на них… Бережно разрезаю кожицу на руке… Не морщусь от боли, ничем её не высказываю, но от этого страха не уменьшается… Я не люблю боль, но мне необходимы эти порезы, как человеку воздух… Чтобы чувствовать себя живой, чтобы не сойти с ума окончательно, чтобы не подпустить кого-то слишком близко, чтобы выплеснуть все мои спектры эмоций на себе же… Чтобы я могла, почувствовав их, боль, кровь, слёзы и отчаяние, наполняющее каждую клеточку моего тела… Крыша со свистом может слететь в любую секунду… Это безумие… Это азарт чувств... Это страх и сумасшествие смешались, чтобы снова рассказать мне о том, как приятен треск костей на слух, как вкусен солоноватый вкус чужих слёз и крови на губах, как весело чувствовать страдания людей, несвязанных со мной и их остывающие тела с гримасами ужаса на руках... В доме не было особо звуков… Лишь тиканье в моей комнате часов… Звон капель из-под крана на кухне, что падают и разбиваются о посуду... Глухой стук моих крови и слёз о пол, которые будут отстукивать непонятный мне ритм вечно, сопровождая меня везде, точно зная, как свести меня с ума... Бесов в моей голове, чьи голоса были хриплыми, рычащими, заставляющими убивать... И мой собственный крик или смех, даже не разберёшь... Всё это хранится в моей черепной коробке, в моём маленьком чулане тайн и страхов, который я унесу с собой в могилу