Земля покинутых душ

      Аллен еле запил таблетку водой, так как руки всё ещё дрожали. Даже рука акумы дрожала, под стать движениям хозяина. Странно, он недавно мог ей двигать, а сейчас нет. Такое чувство, что она читает мысли и двигается по желанию хозяина, но самостоятельно.       Например, если он хочет взять стакан воды, левая рука потянется за ним, но Аллен не может управлять ей физически, как правой рукой. Получается, она просто исполняет мысленные приказы.       Подросток хмыкнул, слыша от Лулу, что на ночь он может пить лишь одну таблетку. Для него было нормой выпивать две, а то и три штуки белых пилюль. Вряд ли ему будет хватать одной.       — Спасибо… — почти неслышно сказал Аллен, в ответ словам Лулу о том, что они смогут защитить его, и еле заметно улыбнулся.Её слова звучали очень обнадеживающе и уверенно.       Как только Аллен, сраженный усталостью и успокоительным, уснул, в дверях снова появилась фигура Неа. Он уже успел зайти к себе и взять нужные инструменты, чтобы забрать у подростка кровь на исследования. Закончив, он кивнул Лулу и снова ушел, а та осталась сидеть с подростком.       Но, как не странно, долго Аллен не проспал, что очень удивило Белл. Впрочем, он часто ее удивлял, так что надо бы уже привыкать.       И когда Аллен проснулся, он понял, что ужасно голоден. Такого дикого желания поесть никогда не было в его жизни. Да, Аллен отличался хорошим аппетитом, но сейчас он был готов сожрать большого и упитанного быка. Сожрать все запасы Ноев, оставив их вообще без еды. Особенно сильно хотелось сочного мяса, которое было бы приготовлено на гриле. Нет, даже сырого куска будет достаточно для его желудка. От всех этих мыслей о еде у мальчишки потекли слюни, но момент, что ему вдруг захотелось сырого мяса, немного напряг. Аллен даже нахмурился. Хотя в данный момент не до этого. Уолкеру нужно решить серьёзную проблему: как скрыть заражённую руку. Время сейчас, конечно, уже не обеденное и вряд ли кто-нибудь будет в столовой, но, а вдруг какой-нибудь Ной решит зайти в столовую? Что он тогда ему скажет? Естественно, не то, что его заразил акума, и вирус снова начнёт прогрессировать через три дня.       — Лулу, можешь дать мне бинты?       Тимкампи, услышав это, сразу взволнованно заметался, начиная оглядывать мальчишку с ног до головы. Голем пытался найти ранение на теле юноши, но как он не старался, никаких порезов отыскать не мог. Тогда зачем ему понадобились бинты?       Но Лулу сразу догадалась о намерениях Уолкера. Нельзя, чтобы остальные Нои прознали о том, что Аллен заражен, поэтому его руку придется скрывать. Она порылась в шкафчике с медикаментами и бросила Уолкеру самый широкий бинт, который только нашла.       Аллен что-то пробубнил себе под нос и начал обматывать руку бинтом. Получалось криво, так как Уолкер за многие годы так и не научился нормально себя перевязывать. Как он не пытался, получалось так, будто он накладывал повязку, держа бинт в зубах.       — Бля, — вырвалось у Аллена, когда несколько мелких шипов порвали бинт. Похоже, часть Акумы была против этой затеи.       — Я жрать хочу. Потерпи.       В ответ на прихоти хозяина заражённая рука всё-таки убрала шипы. Её состояние зависит от Уолкера, а если тот не будет кушать, он просто умрёт вместе с рукой.       Лулу обреченно посмотрела на худо-бедно завязанный бинт, но, по крайней мере, через него не видно темную кожу акумы.       — Ты помнишь, как дойти до столовой? — спросила она, отрезая ножницами лишнюю часть бинта и убирая его в шкаф.       — Да, помню, — Уолкер ещё раз оглядел бинт и, шатаясь в разные стороны, поднялся с койки. Успокоительное давало о себе знать, поэтому Аллен чувствовал сонливость, но поесть надо.       Подросток вместе с обеспокоенным Тимкампи еле дошёл до выхода. У голема даже появились сомнения о том, что Уолкер в целости и сохранности дойдёт до столовой, но останавливать его не стоит. Мальчишка слишком упрям.       Неа дошел до своего кабинета и сел за стол. Он ощущал себя опустошенным. Все-таки, эпизод с Алленом сильно вымотал его, но Кемпбелл стоически сел за микроскоп, но через несколько минут понял, что его мысли спутаны и туманны, а в голове будто бы шумит грузовой состав. Нет, так не пойдет. Разве сможет он работать, если его мозг отказывается даже связывать слова в предложения?       Неа принял таблетку, надеясь, что обезболивающее прочистит ему мозги, и он сможет начать исследования, но у его организма явно было иное мнение на этот счет. Едва Неа перестал чувствовать болезненное покалывание в висках, голова как-то потяжелела, глаза начали слипаться, и Кемпбелл, сам того не замечая, провалился в дрему, уткнувшись в скрещенные руки. Сработало что-то вроде автоматического выключения — едва Неа ощутил, что все в порядке, разум, работающий в аварийном режиме, просто отключился.       А в это время Тики медленно ходил по коридорам, пялясь в свой телефон и закуривая уже пятую сигарету. Недавно его посетило нехорошее предчувствие, и на ум пришёл именно Уолкер. Поэтому он как раз идёт в мед.отделение, дабы убедиться, что с Малышом всё в порядке. Но перед этим он заглянет к Неа в лабораторию, чтобы проверить и его тоже, а также спросить, как продвигаются его исследования. Тики не очень хотел отвлекать Кембелла от его работы, но узнать о том, сможет ли Неа что-то сделать с рукой подростка было сильнее.       Микк легонько толкнул дверь в лабораторию, боясь напугать учёного, что обычно углублён в свои работы.       — Эй, Неа как тво… — шёпотом проговорил Тики, останавливаясь на полуслове. Его взгляд упал на мирно спящего Неа. Опять переутомился? Боже, он неисправим.       — Блять! — в ужасе зашипел Кемпбелл, мгновенно просыпаясь от голоса Тики, напугавшего его до чертиков, и резко вскидывая голову.       — Не надо так делать, пожалуйста, — на автомате попросил он, зажмурился и снова уронив голову на скрещенные руки. В его сонном мозгу медленно появлялись мысли, сколько сейчас времени, откуда здесь Тики и…       — Тики?.. — снова спросил он, теперь просыпаясь окончательно.       — Большое спасибо, что разбудил, — пробормотал Неа и включил электронный микроскоп и компьютер, который стоял на столе, где он решил вздремнуть.       — Ты за чем-то конкретным зашел, Тики? — Кемпбелл не любил, когда кто-то стоял у него над душой, когда он работал, и поэтому сейчас Неа думал, как бы повежливее выпроводить Микка вон.       — Вообще я зашёл спросить насчёт твоих исследований. Но теперь у меня есть ещё один вопрос: ты уверен, что можешь нормально работать? Выглядишь очень утомлённым. Что-то случилось?       Тики волновался за Неа. Он пожалел о том, что разбудил Кембелла. Лучше бы Неа отдохнул самую малость, чем продолжил работать через силу. Но помочь Аллену с его рукой тоже нужно. Кстати, Аллен. Нужно не забыть проведать его, а то у Микка может и это вылететь из головы.       Неа дернул бровью, до глубины души оскорбленный выводами Тики.       — Я всегда могу нормально работать. Не выдумывай. Нет. С исследованиями пока ничего. То, что я узнал, мне не поможет в создании вакцины, — Кемпбелл сразу по порядку ответил на все вопросы Тики.       Тики недовольно сдвинул брови, оперевшись о дверной проём.       — Неа, давай начистоту. Что случилось? — Микк подсознательно чувствовал, что с учёным что-то не так.       — Дорогой друг, давай ты не будешь лезть ко мне в башку, — почти жалобно попросил Неа, просовывая образец крови Аллена под обычный микроскоп, стоящий у него на столе.       Тон Неа звучал не очень дружелюбно, а значит, и в правду что-то случилось. Тики досадливо цокнул. Похоже, Кемпбелл не расположен на разговоры, и докапываться до него не стоит. Психанёт ещё.       — Не хочешь — не говори. Прости за беспокойство, — Тики развернулся и вышел из лаборатории, оставив Неа одного. Пройдя немного дальше, Тики взял очередную сигарету и поднёс зажигалку к её кончику. Неа задолбал молчать, скрывая все свое недовольство. Бесит. Всё бесит.       Тики, докурив сигарету до фильтра, раздраженно потушил ее о стену. Он же просто пытается помочь, вот и все. Пройдя весь коридор Микк краем глаза заметил что-то белое, повернулся и увидел Аллена, который медленно куда-то шел, опираясь о стены.       — Малыш?       — Твою мать! — Аллен моментально повернулся, испугавшись резко раздавшегося голоса. Уолкер был напряжён, так как боялся объясняться перед каким-нибудь любопытным Ноем. Выдуманную историю он ещё не нафантазировал, а говорить дичь на ходу — рискованно. Но Аллен додумался прижать к себе руку так, словно он её сломал, дабы вызывать меньше подозрений.       Да что за день! Все его пугаются! Это, наверное, компенсация за то, что Граф неожиданно заявился и напугал его. Да, не только Аллен испугался до чёртиков.       — Ты куда? — Ной преградил дорогу Уолкеру, подумывая, не сбежал ли он из мед. отделения. Нет, такого не может быть, Лулу бы не позволила.       — Я? В столовую. Не видишь, что ли? — в подтверждение этого живот жадно заурчал, напоминая Аллену поспешить съесть хоть что-нибудь. Подойдет всё, что угодно, даже очень аппетитный Тики… Стоп, что с ним происходит? Почему он воспринял Тики, как еду? Аллен надеялся, что это просто сильный голод и из-за этого его мозг перестаёт нормально думать.       — Раз уж ты здесь, будь добр, проведи меня до столовой, а то я всё-таки забыл дорогу, — Аллен не хотел показывать свою слабость, но путь до места, где можно поесть, он и в правду забыл. Его голова была полна картинками различной и вкусной еды, а не тем, какие коридоры ведут к столовой.       — Ты, Малыш, шел почти в другую сторону, — усмехнулся Тики и повел Аллена в столовку.       Было три часа, посему столовая пустовала. Вернее, должна была пустовать. За столом сидела Роад и задумчиво ковырялась в тарелке. Увидев Тики и Аллена, она радостно улыбнулась и подсела поближе.       — Ты уже выздоравливаешь, Аллен? Я слышала, ты словил шальную пулю в той перестрелке с Орденом, но сейчас-то уже все в порядке? — защебетала девочка быстро-быстро, настолько, что Тики едва понял ее слова.       — А-ага, мне лучше, — Уолкер немного волновался за то, что Роад начнёт расспрашивать его насчёт руки, поэтому он на всё соглашался, пытаясь не вызывать подозрений.       Пока Аллен слушал болтовню Роад, он сам не заметил, как съел всё еду со своей тарелки и начал тырить её у Тики. Сначала помидорки, а потом уже и куски мяса. Это уже был совсем неприемлемо, и Тики неодобрительно посмотрел на Малыша, но тот будто не видел его пронзительного взгляда. После того, как Аллен съел последнее с тарелки Тики, он что-то пробубнил и облокотился на свою правую руку. В животе было так же пусто, и Уолкер захотел ещё порцию.       — Тики, можешь принести мне ещё три тарелочки. С курицей. Или свининой… — Аллен даже не знал, чего он хотел скушать больше.       — И как в тебя столько влезает… — озадаченно пробормотал Тики, подавая Уолкеру желаемое. На вид — кожа да кости, пушинка, а ест столько, сколько сам Тики не осилит.       — Я рада, что все в порядке, Аллен, — широко улыбнулась она и неожиданно обняла Уолкера, оплетя его своими тонкими руками.       Аллен нервно дёрнулся от такой приятной неожиданности. Обниматься, конечно, приятно, но не для Уолкера, который ощутил доселе неизвестный ему запах. Приятная дрожь прошлась по телу, как только этот вкусный аромат пощекотал нос. В одно мгновение мальчишка понял, что никакого мяса ему не нужно. Ничто лучше не утолит его голод, как сочная человечина. Особенно детское и нежное мясо девочки, которая так и лезет в его лапы.       Уолкер жадно разинул рот, чтобы откусить большой кусок от шеи Роад, но тут же в его голове что-то щёлкнуло и подросток в непонимании того, что он творит, закрыл наполненный слюнями рот. Сразу же захотелось отстранится от Роад, но совесть твердила, что ради приличия делать этого не стоит. Поэтому Аллен через силу старался остаться в сознании и не сожрать Роад заживо. Откуда такое дикое желание есть?       В тот момент, когда Роад обняла мальчишку своими ручонками, заражённая рука пожелала проткнуть её грудь острым шипом, но своё существование было дороже. Акума быстро развился от монстра, который безрассудно хотел убить хозяина, тем самым погубив и себя, до того, кто теперь защищает мальчишку и скрывает своё существование от посторонних лиц.       — Роад, может о-отпустишь меня? Я бы хотел доесть с-свою порцию, — голос дрожал, но Аллен всеми силами пытался это скрыть.       — Ну, Аллен, я же люблю тебя, — протяжно заняла девочка, положив свою голову ему на плечо.       — Чего это ты такой напряженный, — голос девочки стал вкрадчивым и сладким, как патока.       — П-пожалуйста, пусти, — жалобно прошептал Аллен, чувствуя, как монстр ломится в его сознание. Акума когтистыми лапами освобождал тяжёлый разум от мыслей, оставляя там лишь зияющую пустоту. Зубы уже начинали скрипеть от жгучего голода, призывая хозяина жевать хоть что-нибудь. Уолкер неимоверно хотел ощутить на зубах мягкую плоть, которую он будет жадно есть, одновременно перемалывая кости. Тело снова сводило, словно от непрекращающихся судорог, а конечности отказывались двигаться, оставляя всю энергию на пережёвывание пищи.       — Хей, ну я же любя, — девочка отстранилась и посмотрела на профиль Уолкера.       Внутри что-то тревожно звякнуло, и первой мыслью Роад было достать нож, направив его на Уолкера.       Что-то звериное мелькнуло в серебристых глазах мальчишки, и Камелот это очень не понравилось. Она задумчиво надула губы, пытаясь понять, почему углядела в Аллене что-то опасное.       Тики ничего этого не заметил, ибо сидел, пялясь куда-то в стену, погруженный в свои мысли.       А Неа уже начинал свои исследования. Вначале он капнул кровь Уолкера на предметное стекло, закрыл покровным и положил под микроскоп. Включив в нем подсветку, Неа склонился над столом, разглядывая кровь. Нет, ничего необычного в ней не было, как и следов вируса. Тогда он решил посмотреть, как кровь будет взаимодействовать с инфицированной слюной акума, которая тоже у него была. Когда ребята возвращаются с зачистки, они всегда приносят ему нужные образцы.       Неа взял пробирку и смешал там кровь Аллена и инфицинированную. Получившуюся жижу он тоже стал рассматривать под микроскопом, чтобы узнать, как будет происходить взаимодействие на клеточном уровне.       Неа имел честь наблюдать, как вирус проникает в клетки Аллена, переделывает и… Погодите, что?       «Акума-вирусные» лимфоциты Аллена не имели обычный вид клеток такого типа. И дело было не в их строении, а в их действиях. По логике своей, они, как зараженные, должны были погибать, но вместо этого они продолжали свою нормальную работу — защищали организм, уничтожая вирус.       Неа выдохнул. Все так просто? У него просто невосприимчивые к вирусу имунные клетки?       Но если так, то это никак не поможет в создании вакцины. Не может же он просто вычленять имунные клетки и вводить их в зараженное тело, страшно подумать, сколько крови ему для этого понадобится.       Да и сейчас Аллена все-таки смогли заразить, а значит, это перестало работать. Надо копать глубже — изучить структуру и принцип действия зараженных, но почему-то не погибающих лимфоцитов в Аллена. А для этого нужен микроскоп получше, посему Неа направился в свою лабораторию, где стоял электронный микроскоп.       Как в прошлый раз, он стал рассматривать смесь из Уолкеровской и зараженной крови, но под куда большим увеличением. Вот вирус проникает в лимфоцит, вроде как перестраивает, но иммунная клетка не умирает, а начинает уничтожать вирус, но не тот, что внутри нее, а где-то плавающий рядом. Почему? Такое ощущение, что акума-вирус и тот «зараженный лимфоцит» друг другу не мешают, а скорее… Содействуют? Ерунда. Неа потер глаза, подумывая, может прав был Тики и ему стоит начать завтра? Уже всякая дрянь на ум начинает приходить.       Но нет, Неа не ошибся, при повторном рассмотрении на другом лимфоците все повторилось. Это вообще возможно? Складывалось впечатление, что вирус, переделывая лимфоцит, натравливает его на своих же вирусных собратьев. Но как…       Уолкер даже на клеточном уровне был загадкой. Уж что говорить о его реальном теле. Рука акумы в его теле вызывала беспокойство. Акума-вирус — самый нестабильный, странный и необычный вирус из тех, которые были когда-либо известны человечеству.       А Неа печально продолжал свое дело, вновь и вновь наблюдая, как вирус уничтожается лимфоцитами Аллена в рекордные сроки. Почему они не разрушаются? Вирус должен выбрасывать особые ферменты, которые убивают иммунную клетку, так почему же этого не происходит?       Неа взял ручку и бумагу, решив что он здесь он будет пытаться записать все возможные причины сего странного действа. 1.Лимфоциты обезвреживают опасные ферменты вируса своими специальными веществами 2. Из-за особого строения иммунной клетки ферменты вируса не действуют должным образом. 3…       Неа писал новые и новые догадки, и не одна из них не казалась ему достаточно правдоподобной. Кемпбелл перечитал написанное и с досады перечеркнул. Ничего путного. Ни-че-го.       Неа все писал, все читал и все зачеркивал. Когда целый лист пришел в негодность, Кемпбелл на эмоциях смял его и бросил прямо на середину лаборатории.       В лаборатории Неа на полу являлось уже около пяти смятых исписанных вдоль и поперек бумажек, но Неа даже не думал останавливаться.       Неа печальным взглядом оглядел мусор на полу. Собрать бумажки? Он медленно поднялся, поднял с пола один комок и стал машинально разворачивать и разглаживать. Зацепившись взглядом за слово «перестраивает» Кемпбелл завис.       Вирус перестраивает лимфоциты, но что если посмотреть на ситуацию с другой стороны? Может ли такое быть, что это лейкоциты изменяют структуру вируса, а не наоборот?       Кемпбелл с волнением в душе уселся за микроскоп и включил еще большее увеличение.       Вот лимфоцит поглотил вирус. Кемпбелл приблизил картинку. Если не приглядываться, можно и не заметить, но только что Неа своими глазами увидел, как вирус под действием каких-то ферментов лимфоцита чуть-чуть меняется, и как бы подстраивается под иммунную клетку, все еще находясь внутри нее.       И внезапно до Кемпбелла дошло. Лимфоциты нормального человека не могут уничтожить вирус не потому, что не успевают, а потому, что не имеют возможности. Непонятно, почему, но это не главный сейчас вопрос.       Неа всего-то нужно выделить фермент, который ломает систему вируса и делает лимфоциты способным его обезвредить.       В столовой же все было не так спокойно. Роад пристально смотрела на Аллена, а тот не знал, что ей отвечать. — Да, я знаю, что ты ничего плохого не хотела… Но я… — он не знал, что говорить, и мямлил какую-то несусветицу.       Впрочем, всё внутри уже успокоилось, словно зверь трусливо запрятался в укромные уголки сознания, не смея больше беспокоить хозяина. Наконец, Уолкер смог привести себя в чувство после неизвестного приступа.       Мальчишка понял, что другое мясо не сможет утихомирит его голод, но он всё равно уныло принялся за три тарелки с едой. Аллен засовывал большие куски за щёки, лениво пережёвывая сочное мясо и смотря куда-то вперёд, как и Тики. Радовало только то, что жевание чего-то притупляло дикие инстинкты.       При взгляде на задумавшегося Микка Камелот прыснула. Редко увидишь его с таким сосредоточенным и умным выражением лица.       — Ты, случаем не заболел? — насмешливо спросила она, перевешиваясь через стол к Тики.       Тики всё размышлял о том, что же могло так утомить Неа. Он же вроде недавно сел за исследования, после того, как они разошлись около мед.отделения. А может его раздражает как раз таки сам Тики? Не, такого никогда не было, ну или Микк просто не помнит. Кемпбелла мучает совершенно другое… А ещё его беспокоил аппетит Аллена. Слишком он уж хороший для того мелкого экзорциста.       Услышав вопрос девочки, Микк лениво повернулся в её сторону, замечая не только Роад. Аллен сидел жутким выражением лица и медленно пережёвывал пищу; вот кто действительно выглядел неважно.       — Нет, я здоров, — тут до Тики допёрло, что он как какой-то дурак сидит и сверлит стену взглядом.        — Никогда не видела меня таким задумчивым?       — Мне вообще странно видеть тебя таким. Думать для твоего мозга — слишком сложно, — добавил своё слово Аллен, дабы как-то отвлечься от странного чувства голода.       — Уж от кого, а от тебя мне больно слышать эти слова Малыш, — наигранно-печально произнес он, манерно прикладывая руку ко лбу.       — Может, хватит тебе уже есть? Мы тут уже полчаса сидим.       — Я ещё не наелся… — как-то печально ответил Аллен. Живот до сих пор урчал от голода, но не так сильно. Может, большое количество еды наконец удовлетворит желудок? Уолкер искренне на это надеялся, но если это не поможет, придётся тащиться к Неа.       Тимкампи всё не унимался, видя, что мальчишка явно не в порядке. Он сел на голову подростку и начал вошкаться в его белоснежных волосах.       — Хорошо, — устало протянул Тики, подперев голову руками. И сколько еще сможет съесть этот мальчишка? Это не болезнь, случайно?       — Для тебя нормально столько есть? Это странно…       Теперь Тики начал думать о руке Уолкера, которая ни с того ни с сего чуть не проткнула ему шипом глотку. Микка передернуло.       Неа бился над извлечением фермента. После пяти неудачных попыток он бросил это неблагодарное дело, и решил попробовать рассчитать на бумаге, что это может быть.       Посмотреть, что могло бы войти в реакцию с вирусом и так его изменить.       Кемпбелл вышел из лаборатории и сел за свой нормальный рабочий стол. Теперь только дело времени и усердия, когда он закончит. Опять он исписывал бумагу, но бросал не на пол, а оставлял здесь же, на столе. Когда бумажек набралось уже приличное количество, Кемпбелл понял, что они ужасно его раздражают.       Мусорка была занята бумажками из лаборатории.       Недолго думая, Неа взял железный поднос и скинул туда весь мусор. Они все равно раздражали. И тут взгляд Неа упал на лежащие рядом с книгами спички.       Теперь делать скучную и однообразную работу, которая заключалась лишь в подборе нужного вещества, стало куда веселее. На столе у него в подносе полыхал небольшой костерок, куда Неа бросал скомканные листы.       Окно он предусмотрительно открыл.