Мой генерал

Всё, что ему было нужно - это надежда.

Джин сидел возле лазарета на земле, невзирая на холод, и грустно посматривал на весело смеющихся Чимина и Хосока возле костра. Им было хорошо вместе - это видно даже отсюда. И громкий смех тому лишь доказательство. Сокджин понимал, что должен придушить в себе это мерзкое чувство ревности, но ничего не мог с собой поделать. Ревность клубилась и извивалась в его сердце подобно злобно шипящей змее, которая буквально вгрызается в его душу, отравляя её своим ядом. Он любил Чимина и понимал, что если действительно любит, должен отпустить. Он не хочет портить жизни Чимина и Хосока из-за глупой ревности и собственного эгоизма. Он желает Чиму всего наилучшего, ибо тот заслужил. На душе сейчас было тоскливо и грустно. Смотря на чужие улыбки, Джин понял, что только Чимин мог заставить его улыбнуться искренне и беззаботно. На ближайшие несколько недель самобичевание станет его хобби, Джин был в этом уверен. -Что делаешь? - неожиданно прервал кто-то его мысли и, подняв глаза на пришедшего, Джин тихо фыркнул, поняв, что это Намджун. -Сижу. - лаконичности Джину не занимать. - Смотрю. Думаю. -На что смотришь? - присел рядом Джун, пытаясь дать этой мёртвой беседе вторую жизнь. Но, проследив за взглядом омеги, Джун понял всё без слов, увидев мило улыбающихся и обнимающихся Чима и Хосока. У Джина во взгляде было столько тоски, что Наму стало больно на это смотреть. -Как будто ты не знаешь. - тихо вздохнул Джин, смотря, как Чимин нежно целует Хосока в губы, ласково проходясь пальцами по чужой щеке. Сокджин попытался придушить зависть, но она всё равно вылезла наружу, отразившись в его глазах, да так, что даже Джун увидел. -Ты это... - замялся Намджун, не зная, как лучше выразить свои мысли. - Нужно жить дальше. Как бы больно не было. -Да что ты вообще знаешь? - вспылил Джин. - Оставь свои идиотские советы при себе! Ты не представляешь, какого мне! -Представляю. - тихо сказал Джун, осторожно сжимая чужое плечо. - Об этом мало кто знает, но когда-то я был влюблен в Юнги. -В Юнги? - ошарашенно выдохнул Сокджин, шокировано округлив глаза и приоткрыв рот. - Он знал о твоих чувствах? -Я признался ему, а он сказал, что я молодой глупый пиздюк, у которого взыграли гормоны и который не знает, чего хочет. - ухмыльнулся Нам, посматривая из-под полуопущенных век на омегу. - Я, между прочим, сейчас его процитировал. -А это не испортило вашу дружбу? - у Джина взыграло любопытство. -Как видишь, нет. - пожал плечами Намджун, вспоминая, как пять лет назад после его признания Юнги залепил ему подзатыльник и сказал, мол, не пройдёт и недели, а ты меня разлюбишь. Прошло полгода, а не неделя, но Джун действительно его разлюбил. Теперь у него к Юнги лишь тёплые дружеские чувства. -А ты... Как ты его разлюбил? - несмело спросил Джин, посматривая наконец на собеседника, а не на парочку у костра. -Просто, Юнги был прав, и я разлюбил его, поняв, что он не тот, кто мне нужен. - сказал Джун, внимательно смотря на омегу, который судорожно сжимал ткань брюк на коленях, пытаясь привести мысли в своей голове в порядок. - И теперь я очень хорошо понимаю, как чертовски Юнги был прав. -О чём ты? - нахмурился Сокджин, не понимая, о чём идёт речь. -Ты нравишься мне, Сокджин. - уверенно сказал Намджун, нежно взяв его за руку и переплетая с ним пальцы. - Я не прошу взаимных чувств и любви до гроба сейчас, просто... Мог бы ты дать мне шанс? - вопросительно посмотрел на омегу Нам, напряжённо ожидая ответа. -Я... - растерялся Джин, не зная, что сказать. -Не отказывай мне, прошу. Просто попробуй. Может, ты сможешь его забыть. - отчаянно воскликнул он, крепче сжимая холодную ладонь омеги в своей. -Я... - замялся Сокджин, нервно прикусив губу. Он подумал, что, может быть, Намджун прав, и ему стоит попробовать. Может, тогда его чувства к Чимину исчезнут. Может... - Ладно. Давай попробуем. - сдался он, смотря в карие глаза напротив и буквально утопая в искренней радости, благодарности и облегчении, которые так ярко читаются в глазах альфы. -Спасибо. - только и смог прошептать Намджун, оставляя нежный и трепетный поцелуй на щеке Джина и тут же ласково прижимая его к себе, внутренне боясь, что тот сейчас одумается и оттолкнет его, смешав его чувства с грязью. Но этого не случилось. Джин притих в кольце крепких рук, что так заботливо и нежно обнимали, утонув в этом чувстве нужности. Впервые в жизни он чувствовал себя любимым, и это не передать словами. Нежась в объятиях альфы и глядя на усыпанное звёздами небо, Сокджина вдруг подумал, что, возможно, совсем скоро Чимин перестанет терзать его мысли. И он снова будет испытывать к нему лишь дружеские чувства. Ведь их дружба так прекрасна, что не хочется разрушать её из-за мимолётной любви.