i want

             — не думаю, что это —             хорошая идея, хён.       ёнкюн задумчиво чешет белый затылок и внимательно наблюдает, как старший входит в чужую квартиру. и не то чтобы киму не нравилась идея отсидеться дома, пока на улице — дождь. просто он против мысли, что в съёмной квартире может быть кто-нибудь ещё. кто-то кто их может — заметить.       — ты сам сказал, что твои соседи ушли ещё с утра, — на лице чэюна спокойная улыбка; тянет мальчишку на себя, заставляя зайти внутрь. он ведёт себя так, будто далеко не первый раз в квартире ёнкюна — скидывает с себя влажную после дождя джинсовку и стягивает кеды, ставя их куда-то между другой мужской обувью. чёрт, сколько тут вообще человек живёт? — тем более вы можете же приглашать к себе друзей, верно?       ёнкюн согласно кивает, сдерживая тяжёлый вздох. этот хён неисправим. младший не комментирует тот факт, что чэюн — довольно улыбается; в его красных волосах капельки дождя; щеки с небольшим румянцем. он дышит немного шумно и тяжело, будто пытался сбежать от дождя, а на деле — просто счастлив. весь такой немного глупый — нелепый — старший со своим очарованием.       именно его — со всеми изъянами — ким и —             полюбил.       — только ты не мой друг, а — парень.       ёнкюну до сих пор странно проговаривать эти слова вслух, но он ловит на себе благодарный взор ли — тот идёт на кухню, чтобы поставить греться чайник. младший же снимает с себя обувь; смотрит на вещи своих соседей. кожаной куртки тэяна нет — тот ещё утром сбежал на свою тренировку со словами, что, мол, ещё немного и он наконец-то выучит какой-то заумный танец. странный парень. но именно с ним ёнкюну и приходится делить комнату.       второе же помещение занимают ещё более безумные люди. не то чтобы ким был на их фоне — самим понятием нормальности, но... один из ребят — это замкнутый социофоб джухо. и если бы ёнкюна попросили описать соседа, то он бы сказал лишь несколько важных вещей: розовые волосы, музыкант и любитель кофе. а ещё с ним так сложно столкнуться в маленькой квартире — джухо выходит из своей комнаты лишь для того чтобы сделать кофе или, быть может, иногда зайти в ванную.       последним жильцом, снимающим свою законную половину комнаты, является самый старший хён — ёнбин. и ёнкюн до сих пор не понимает, как такой общительный и жизнерадостный человек может делить комнату с джухо — полной противоположностью. наверное, им тяжело там вдвоём. помимо этого у ёнбина — нет, не семь пятниц на неделе, — у него ординатура... патологоанатома.       так что у ёнкюна бывают ещё те весёлые будни с красивым танцором, затворником-музыкантом и дружелюбным патологоанатомом.       а ещё он влюблён в —             парня.       — эх-х, у тебя даже печенья не осталось, — чэюн стоит около распахнутого кухонного шкафа и внимательно смотрит на пустые полки. в принципе, что ещё можно было ожидать от квартиры с её дурными жильцами. ли просто шумно закрывает дверцы и оборачивается к младшему, как — застывает на месте.       ёнкюн стоит совсем рядом — почти впритык к нему, явно о чём-то задумавшись. взгляд тёмных глаз — в пустоту. ладони — в задних карманах джинс. мальчишка даже не улыбается — чэюн же не может оторвать от него взора. изучает в тысячный раз аккуратные черты лица; довольно светлую по их меркам кожу; еле заметные реснички, которые так интересно разглядывать во время поцелуя.       точно.             почему бы и нет.       ли слабо улыбается и делает шаг навстречу — опускает руки на плечи ёнкюна, приобнимая. в его голову лезет несколько неприличных мыслей — например, они одни в пустом доме, а не где-то на улице или в общежитие чэюна, где вообще не бывает покоя; например, перед ним стоит такой красивый младший, который — весь его. с этим растерянным взглядом вдаль; с тёплыми ладонями; с мягкой кожей, которой так классно касаться губами.       именно это и делает чэюн — чуть склоняется и легко целует кима в щеку, просто потому что ему нравится идти издалека — постепенно; не торопясь. кажется, так они и стали вместе — официально. взгляды-переглядки; совместные знакомые в лице человека-оркестра санхёка; случайные встречи — касания. терпение всегда — вознаграждается. ли знает это по собственному опыту.             ведь.       — вновь думаю, какой ты классный, хён, — произносит ёнкюн своим низким голосом, и наконец-то его взгляд становится не таким потерянным. мальчишка возвращается в реальность вместе с тёплыми ладонями, которые кладёт на талию старшего. тот — прячет своё худое тело под просторной одеждой, и только ким знает, насколько он красив — без. — мой хён.       он делает один шаг; чэюн чувствует своими ногами столешницу, но даже не обращает на это внимания, потому что ёнкюн — целует его. сам. немного лениво, как если бы сейчас была не середина дня, а — ранее утро воскресенья, когда не существует никого кроме них двоих. такие поцелуи для ли — самые любимые, потому что он ощущает влажный язык мальчишки — у себя во рту; ладони — под футболкой; колено — упирается меж ног, несильно давя.       вообще на людях ёнкюн — куда тише; спокойнее; смущеннее. он не позволят себе многое — иногда сам берёт старшего за руку, но не более. может, потому что он до сих пор не способен принять тот факт, что теперь его сердце принадлежит — парню; может, потому что ким просто не хочет делить чэюна с кем-либо. но — их любовь просто секретна. тайна одна на двоих, и пусть весь мир — особенно санхёк — подождёт.       — люблю, когда ты смелеешь, — ли смеётся в чужие губы и лишь удобнее обвивает шею младшего, словно боится, что тот может пропасть в любой момент. но ёнкюн, кажется, и не собирается — просто мажет тёмными глазами по лицу чэюна. не улыбается; не смущается; смотрит — чуть строго.       от чего внизу живота у чэюна что-то болезненно —             сжимается.       ли шумно выдыхает, когда чувствует пальцы ёнкюна на своём теле. мальчишка чуть царапает, проходясь по очертанию пресса; другой рукой сжимает бок, показывая свою — настойчивость. и нет, хён, я всегда смелый. ты не подумай. просто — я люблю показывать свои настоящие чувства лишь наедине. как, например, сейчас.       — думаю о том, что хёны вернутся нескоро, — губы ёнкюна чуть подрагивают в приятной улыбке. всё же забавно, как он быстро меняет своё мнение, стоит лишь чуть-чуть проявить нежность; интерес. — ты не хо... — ким на секунду запинается, а затем, словно что-то решив для себя, усмехается. — я хочу тебя.       чэюн еле сдерживает эмоции — этот громкий вой — в своей душе от низкого голоса мальчишки. он пытается вспомнить и понять, почему этот ребёнок может вытворять с ним такое одними своими словами, но — безуспешно. лишь шумно выдыхает, когда ёнкюн двигает коленом меж чужих ног и сильнее прижимает к столу.       его даже не спрашивают — наверное, потому что ответ ли до смешного был бы очевиден. ёнкюн просто резко отступает от старшего и ловит его ладонь, переплетая пальцы; выводит с кухни; бросает взволнованный взгляд на отсутствие вещей своих соседей; тянет чэюна в свою комнату, которую приходится делить с другим парнем. но сейчас это не так важно.       киму просто нравится мысль о том, что сейчас они могут побыть друг с другом, не думая ни о ком — чём — на свете. потому что сейчас им никто не помешает — совсем. потому что чэюн — лежит спиной на его не заправленной из-за лени кровати среди одеяла и мягкого пледа — подарка матери. весь такой довольный — с мягкой улыбкой и ладонями, которым он притягивает к себе ёнкюна ради ещё одного поцелуя. влажного; желанного.       когда-то во время вечерней прогулки — одного из миллиона красивых свиданий — чэюн признался, что никогда не встречался с девушкой; что ему нравится быть с кем-то, кто понимает его — пускай и не с полу слова; что ему нравятся скорее парни — дело даже не во внешности, а в чужом характере. ли — словно котёнок, который ластится к тому, кто может подарить ему нежность; тепло; много сладких поцелуев и обещания о целой вечности.       ёнкюн чувствует гордость внутри, когда видит то, насколько зависим от него —             хён.       потому что чэюн смотрит на него каким-то блестящим и влюблённым взглядом. его красные волосы с тёмными корнями растрёпанны — отчего он ещё красивее; желаннее. старший поджимает свои пухлые губы и ведёт пальцами по шее ёнкюна, мол, что тянуть время, малыш. просто давай не думать ни о ком — лишь о друг друге. давай дарить поцелуи и драгоценные минуты. давай будем ближе, чем мы есть сейчас.             и.       — я так люблю тебя, кюн-а, — тянет чужое имя, тогда как младший удобнее садится на него, обхватывая вкусные бёдра старшего коленями; держит на месте; вжимает в кровать, соприкасаясь пахами; смотрит тёмными глазами так, будто среди двоих хён — сам ким.       а чэюн плавится в его руках с одних поцелуев — влажного языка. слишком чувствительный; послушный. кажется, скажи ему ёнкюн какую-нибудь команду — тот выполнит её без лишних вопросов и упрёков. например.       — хочу слышать тебя,                   чэюн-а.       и старший — на самом деле послушно — стонет прямо в поцелуй; жадно облизывает губы ёнкюна, когда тот — вновь углубляет; проникает горячим языком в приоткрытый рот. кажется, им хорошо с одних таких вот мелочей — кажется, они могут целую вечность целовать друг друга.       чэюн тянет руку вперёд, цепляясь пальцами за ткань футболки кима; приподнимает её; сразу лезет непослушными пальцами за пояс джинс. будто бы у хёна нет никакого стыда, ха. и ёнкюну вдруг становится безумно интересно — старший также вёл себя со своими бывшими или был более напористым? может, наоборот, покладистым? был ли он всегда снизу или когда-то у него был свой маленький мальчик, которого он —             любил?       то есть.       как те люди вообще посмели уйти от чэюна? бросить его одного; возможно, разбить сердце этому человеку, у которого в глазах всегда написаны все эмоции. иногда — настоящая радость. в пасмурные дни и неудачи — грусть, с которой он пытается бороться всеми силами. а вот сейчас в глазах ли — самое настоящее желание. старший хочет почувствовать на себе вкусные губы ёнкюна; его пальцы, сжимающие до синяков; хочет ощутить кима — всего; до самых ярких эмоций.       чэюн —             призывно стонет.       ему —             совсем не стыдно за себя.       они на миг разъединяют поцелуй — ли видит перед своими глазами тонкую нить слюны; замирает, завороженной этой картиной, а когда несколько раз моргает — замечает красивый голый торс ёнкюна. и не скажешь, что этот ребёнок недавно поступил в университет — носит форму жёлтых цветов; ходит на пары, с которых так часто шлёт сообщения чэюну. хён — вытягивает одну руку вперёд, проводя пальцами по животу мальчишки; царапает ногтями и заставляет себя поднять взгляд.       — я очень хочу тебя.       ёнкюн —             усмехается.       он кладёт свою ладонь на пах старшего, чуть сжимая, а сам склоняется — ведёт губами по шее чэюна; касается вен; затем — спускается ниже, насколько это позволяет чужая футболка. мальчишка лишь чуть прикусывает ключицы, оставляя еле видный след зубов, а ли уже — скулит.       эти долгие прелюдии убивают его, тогда как ёнкюну только нравится — тянуть время, предназначенное лишь для них двоих. наверное, поэтому он раздевает старшего — сам; неторопливо; даря короткие поцелуи чэюну на каждую новую открывшуюся часть тела. касается губами живота, когда стягивает футболку и бросает куда-то к своим вещам; целует вкусные бёдра после того, как победил чужие джинсы, не желавшие так легко уходить. и вообще — ким ведь раньше был по девушкам. у него было несколько ещё во времена старшей школы.       но.       чэюн не похож ни на кого из них. можно ли его вообще сравнивать с девушкой? быть может, только характером — слишком мягкий для того человека, который мог бы быть натуралом. и ёнкюну нравится мысль, что именно он — а не кто-нибудь другой — делает своему хёну приятно. нежно целует; заставляет шумно дышать; краснеть от желания. с девушками киму не было настолько хорошо.       — оближешь для меня пальчики?       с девушками мальчишка не позволял себе —             такого.       он вновь садится на старшего — уже полностью раздетого; тянет руку к лицу чэюна, сначала проводя ладонью по мягким щекам — пухлым губами, а после — проталкивает в тёплый рот. ему безумно нравится, как чэюн сосёт его пальцы — прикрывает глаза так, что не видно этого пошлого взгляда. он просто обводит влажным языком сразу несколько фаланг; призывно двигает головой; стонет так, будто в его рту — член, а не какие-то там красивые пальцы.       ёнкюн вглядывается тёмными глазами в такого чэюна — хочется запечатлеть этот момент в своей памяти навечно; хочется каждому встречному рассказывать, насколько его хён — прекрасный; послушный; податливый. вот ким — углубляет свои пальцы, заставляя старшего заскулить. он ловит влажный язык и сжимает меж фаланг — чэюн резко распахивает глаза и всем своим видом просит перестать его мучить и сделать уже хоть что-нибудь, чёрт.       — пожалуйста.       ёнкюна не нужно просить —             дважды.       младший, не произнося и слова, просто спускается чуть ниже — раздвигает колени чэюна в стороны. и скажи ему кто полгода назад, что он будет встречаться с парнем — спать с ним, то он бы послал куда подальше. сейчас же — ёнкюн проводит своими пальцами меж ягодиц ли и заставляет того задохнуться от ощущений. это уже не первый раз мальчишки — чэюна уж тем более. сейчас у них всё нежнее и аккуратнее; спокойнее, чем было раньше.       теперь ким позволяет себе дразнить своего парня — надавливает слабо; наблюдает, как ли недовольно поджимает губы и хочет возмутиться, но — не может. он уже признал в своё время, что ёнкюн в их паре — доминирует.       — чэюн-а, — тянет имя ёнкюн. ему бы такую смелость и наглость среди людей; шумной толпы. но — на самом деле старший рад, что он хотя бы дома проявляет себя вот так настырно; игриво — вводит сразу два пальца; ощущает, насколько тугой его хён и как же давно у них не было секса. — ты помнишь правило? я должен тебя слышать.       конечно же, он —             помнит.       поэтому ли лишь поджимает свои пухлые губы, чуть прогибаясь в спине. он, кажется, вправду балдеет от одних только пальцев — поскуливает, при это смотря своими мутными глазами прямо в лицо ёнкюну. старший на самом деле плавится под ним — таких парней, как чэюн, нужно отправлять куда-нибудь сниматься в порно, чтобы затем люди дрочили на его реальную красоту. на эту миндалевую кожу, которой так идёт и румянец и следы укуса; на эти влажные у висков красные волосы, что будто требуют, чтобы в них зарылись пальцами с сильно сжали.       просто.       ёнкюну нравится, что ли принадлежит —             только ему.       и он не посмеет никому отобрать у него чэюна; лишь через его труп. старший — только его; весь. каждый миллиметр мягкой кожи; его пухлые губы, что предназначены чтобы сосать. и — ёнкюн вводит третий палец под достаточно громкий стон своего хёна. да, этот медовый голос. его можно слушать вечно — особенно, когда старший не сдерживает свои эмоции.       обе ладони мальчишки —             на худых боках ли.       чэюн —             ловит нежный поцелуй.       его глаза — красивые. ёнкюн смотрит в них и сам чувствует тепло в груди — желание, которое совсем не похоже на безумную страсть. скорее уж — желание близости. поэтому младший убирает влажную чёлку с чужого лба, вновь касаясь губами; поэтому ким проводит ладонями по гладким ногам старшего, закидывая к себе на плечи; поэтому мальчишка — короткий поцелуй в щиколотку, оставляя невидимый след.       он входит в старшего — аккуратно; спокойно; не делая резких движений — не то чтобы он не хочет сделать больно или принести дискомфорт. просто с чэюном невозможно по-другому — ли приоткрывает свои покрасневшие губы и стонет от ощущения заполненности. громко — как того и хочет его парень.       — кюн-а...       простынь мнётся под ладонями старшего; он в эмоциях задирает голову — оголяет кадык, которому так не хватает ярких сине-фиолетовых цветов. но времени у них — много. ким ещё успеет поставить не только там следы. если, конечно же, не забудет — он просто смотрит на то, как удивительно сильно прогибается ли и не сдерживает самодовольную улыбку. плавный толчок — ещё один; а чэюн —             стон.       киму кажется, что он может говорить вечность о том, как ему нравится хён — как его хочется трахать; как хочется чэюна ставить на колени с этим мутным взглядом и полным послушанием; как хочется заставлять его брать в рот — пальцы; член. ли — словно сгусток всего того, что любит ёнкюн. кинки, собранные в одном прекрасном человеке, который — его.       пьянит один лишь взгляд на это создание под ним.       — тебе хорошо, — мальчишка удобнее перехватывает ноги и тянет на себя; входит в старшего под немного другим углом, а сам дарит поцелуй в аккуратную щиколотку, — юн-а?       глупо даже спрашивать.       потому что чэюн, привыкнув, уже сам двигается навстречу члену; рот — пошло приоткрыт. он стонет, заполняя комнату громкими звуками, что, наверное, услышат и соседние квартиры. но ёнкюн — без разницы на это. он лишь делает движения бёдрами — резче; грубее; быстрее. его тёплые руки перемещаются на бёдра, проводя пальцами по торчащим тазовым косточкам. ким — одной ладонью на возбуждённый член старшего, собирая капельки вязкой смазки; очерчивая тонкие венки.       ли —             дурно.       у него в лёгких так мало воздуха — всё уходит на эти громкие стоны; перед глазами — целые звёзды от того, насколько ему хорошо. слишком. ёнкюн — склоняется куда более низко, прижимая колени к груди чэюна; входя — намного глубже. он двигает своей ладонью по члену своего хёна, который только и может что прогибаться в пояснице, принимая в себя всего мальчишку.       который — чёрт возьми — ведёт себя слишком по-взрослому.       — я... я не могу больше, — хнычет чэюн, сильно прикусывая нижнюю губу; он смотрит на кима; тянет к нему одну из ладоней, зарываясь в жёсткие белые волосы. хочет притянуть к себе за поцелуем, но — стон. — чёрт...       тепло разливается по всему телу ли — он жмурит глаза, окончательно плавясь в крепких руках мальчишки — всё ненормально. совсем. чэюн задыхается в своих эмоциях, изливаясь прямо в ладонь ёнкюну, тогда как сам парень — двигается дальше; резче; даже — больнее. он задевает все остатки реальности у старшего и мажет губами по красным щекам человека, которого —             любит.       всем сердцем.       — ты моё всё,                   чэюн.       у ёнкюна самого — в душе слишком много всего, что он не может выразить; просто делает последние рваные толчки в податливое тело; совсем не думает, что — кончает прямо внутрь старшего. он лишь смотрит в такое родное лицо, без которого уже и не видит свою жизнь — без всего чэюна. без их вечных переписок во время пар; без прогулок по вечерам или даже ночью; без поцелуев, которые они могут дарить друг другу, пока их никто не видит. так — тяжело, но без любви ким, кажется, уже и не протянет.       он нежно целует влажный висок старшего.       в комнате становится намного тише; лишь тяжёлое дыхание парней — ёнкюн берёт какую-то свою вещь, что валяется у кровати; вытирает свою ладонь и следы на теле чэюна, тогда как сам хён прикрывает глаза и расслабляется на кровати мальчишки. просто — хорошо. спокойно. и сейчас бы в сон провалиться, не думая ни о чём, — лишь чувствовать под боком тепло кима.       — спасибо, малыш, — смеётся очень тихо; думает о том, что идеей прийти домой всё же была — хорошей. он тянет ёнкюна на себя, чмокая в губы, и крепко обнимает поперёк спины. — я тебя очень люблю и-       старший резко замолкает, прислушиваясь к откуда-то появившимся голосам. сердце же ёнкюна, что сразу узнаёт высокий голос ёнбин-хёна, начинает биться как ненормальное. потому что, очевидно, соседи-хёны возвращаются в съемную квартиру. чёрт-чёрт. как же — блять — не вовремя. мальчишка может лишь вскочить и натянуть на себя джинсы, как входная дверь шумно распахивается, впуская домой своих хозяев.       чэюн же не сдерживает смеха, укрываясь одеялом по грудь, даже не обращая внимания на несколько укусов в районе ключиц. всё равно они уже ничего не успеют сделать, жаль, ким это не понимает и, наверное, сейчас будет так мило оправдываться.       — мы вернулись! — обладатель того звонкого голоса — ёнбин — сразу заглядывает в чужую комнату и улыбается своей солнечной улыбкой. в его руках пакет, видимо, с едой. он встречает ёнкюна дружелюбным кивком, а затем переводит взгляд на лежащего в кровати. — о! ты привёл своего друга? а чаем угощал? я купил тут вкусное шоколадное печенье...       господи,             ёнбин...       он неисправим. ким, стараясь скрыть смущение, прячет лицо за ладонью и обречённо садится на край кровати. потому что в комнату — на свою половину — заходит тэян, подозрительно изучая гостя; потому что сам чэюн привстаёт, обнимая ёнкюна за голый торс и не сдерживая спокойной улыбки. не то чтобы его раньше ловили вот в таком положении, но — забавно.       всё становится хуже, когда появляется —             бэк джухо.       этот человек почему-то решает тоже зайти в комнату, видимо, не может пропустить такое представление. только вот приходит он почему-то не со стороны входной двери — он треплет себя по на самом деле розовым волосам и устало вздыхает. ёнкюн сам не знает почему, но чувствует, как ему хочется провалиться сквозь землю от стыда, а затем слышит басовитое-       — знаете, у нашего малого личная жизнь лучше, чем у нас всех вместе взятых, — этот жуткий парень в домашней растянутой футболки давит в себе зевоту и равнодушно смотрит на сидящий на кровати. — если честно, я до середины вашего секса думал, что ты привёл девушку. — джухо резко замолкает, а затем переводит взор на старшего ёнбина; говорит уже намного тише. — а вторую половину задавался вопросом, почему актив кюн, а не — чэюн, верно?       — ага.       ёнкюн чувствует, как ему хочется срочно съехать с этой квартиры, потому что ему постепенно доходит происходящее. например, то что всё это чёртово время джухо был в квартире. например, потому что ёнбин — слишком радуется за их макнэ, воркуя о том, что наконец-то мальчик повзрослел и решил познакомить их со своей второй половинкой. например, то что тэян пристально смотрит на чэюна — оценивает, как бы ли смотрелся вместе с ним. просто потому что — почему бы и нет.       — ну, так что? — ёнбин прерывает неловкую тишину и шумит пакетом в своих руках, собирая на себе взгляды присутствующих. — пусть чэюн сходит в душ, а я пока заварю чай, и — бэк, хватит тут стоять сонным столбом! иди принеси чистое полотенце!       джухо — тот розоволосый парень — лишь недовольно закатывает глаза.       — у тебя чудесные соседи, — смеётся ли на ухо младшего и, совершенно не смущаясь чужого присутствия, легко целует ёнкюна куда-то в шею. он находит тёплые пальцы мальчишки, переплетая их со своими. — но ты — куда лучше.       а ёнкюн лишь давит в себе смущённую улыбку, чувствуя поддержку старшего. что ж. может, стоит найти в этом свои плюсы? например, теперь они могут быть чуть раскованнее в съемной квартире и, ах, —             к чёрту.       — я тоже тебя люблю, юн.       

— ммм, а можно твой номерок? — тэян-хён, если ты сейчас не отойдёшь от моего чэюна, то я тебе врежу.