Дикий плющ

Проснулся, а может пришел в себя, Эрик через целую вечность. Ему очень долго снился один сон, вязкий, серый. Он, кажется, видел людей во сне, но лиц их разглядеть не мог. Слова сливались в монотонный гул в голове и от этого звука хотелось по-детски закрыть уши. В какой-то момент он понял, что хочет проснуться, открыть глаза. Но с первой попытки не вышло. Веки были свинцово тяжелыми и от усилия боль в голове усилилась. Он решил, что не будет спешить, а просто полежит с закрытыми глазами. Прислушался. Было тихо. Темно и тихо. Воздух вокруг был сухим и чистым. Он почувствовал присутствие живого человека рядом. Он открыл глаза, и увидел родителей. Отец был сосредоточен. Мама сидела с опущенной головой, вся ее поза была напряженно озабоченной. Эрик решил привлечь их внимание и окликнуть. Но звук из горла вырвался сиплый, тихий. Родители подняли головы и оба ринулись к его кровати. «– фанатик сегодня организовал крупную террористическую акцию в нескольких городах нашей страны. Трагедии произошли в самом неудобном для оказания скорой помощи месте – метрополитен. Точное количество пострадавших неизвестно. Люди сотнями продолжают поступать, во все медицинские учреждения. Газ с сложным химико-биологическим составом был одновременно взорван в десяти самых крупных станциях. Виновник и организатор страшной трагедии покончил жизнь самоубийством, сегодня утром прыгнув с крыши собора в центре столицы. Последователи его секты взорвали пакеты с газом в час пик, в самом многолюдном месте. Все террористы умерли на месте свершения своего преступления… » - Выключи!!! Это невозможно слушать. Невозможно поверить, что это происходит. Господи, столько людей, столько смертей. – мама пребывала в шоке от происходящего. Отец выключил телевизор с пульта, повернулся лицом к Эрику. Под глазами у него залегли глубокие тени, он сам напоминал смертельно больного человека. - Что там произошло на самом деле? – Эрик услышал свой голос как будто со стороны и даже удивился, что вообще может говорить - настолько плохо он себя чувствовал. - Это Герхард Мюллер. Ученый. Химик-биолог. Гений и вундеркинд в недавнем прошлом. Спятивший террорист объявивший себя миссией. Спец. службы давно пасли его, но не убирали, потому что правительство союза стран не давало такой команды. А те всё надеялись использовать его мозги на нужные им цели. Он долгое время работал на фармакологические компании союза, придумывал и усложнял вирусы. Проводил эксперименты в странах третьего мира. Он утверждал, что планета перенаселена, что если сейчас не происходит естественного отбора, то мы должны делать его сами. Мы - это люди, которые живут в развитых странных, которые уже доказали свое превосходство над теми, что не способны выживать и создавать что-то новое и улучшенное. Он публиковал видеоролики со своим бредом в сеть и нашел своих последователей. - Что со мной будет? Когда я умру? – вопрос был вполне логичен из всего услышанного. Мама всхлипнула. Отец опустил голову и потер ладонями лицо. - Пока ты был без сознания, у тебя взяли все анализы. Сделали полный осмотр на магнитно-компьютерной аппаратуре. Мы ждем результатов. - Я прошу тебя, не скрывай от меня ничего. - шепотом произнес Эрик. – Пусть врач говорит при мне. В палату врач пришел не один, их было несколько. Они были в масках, поэтому лиц Эрику разглядеть было трудно. Они попросили отца выйти для беседы, но Хаузер старший сдержал слово, сказал, что будет беседовать с ними в палате при сыне, и жене. - Ну, что же. Исходя из той информации, которой мы владеем на данный момент, можно сказать, что вам очень повезло. Анализ вашей крови будет еще изучаться и мы поставим вас в известность о любом своем выводе. Итак, на данный момент, несмотря на общее тяжелое самочувствие, можно сказать, что всё хорошо. Произошла сильнейшая интоксикация организма, но благодаря тому, что вы были совершенно здоровы, полны сил и вовремя выбрались на свежий воздух, вы уже пришли в сознание и ваше самочувствие будет улучшаться с каждым днем. Постепенно ваш организм выведет все следы отравления газом. До этого времени вы пробудете у нас под наблюдением. - Я так понимаю, вы что-то недоговариваете? - спросил Эрик. Слово взял второй доктор. По голосу он был старше. - Дело в том, что мы не имели дело с подобными отравлениями ранее. Поймите, газ создавался не с целью отравления, а именно массового убийства. Состав нам неизвестен, анти-дота просто нет. Предугадать реакцию вашего организма мы не можем. То, что вы живы, видите, слышите, говорите, у вас сохранены все нейронные связи - это уже прекрасно. Газ имеет не только химическую составляющую, но и биологическую. Возможно, этот факт еще даст о себе знать позже. Эрику вдруг стало страшно. Паника накатила мгновенно. - Я опасен для своих родных? – он глубоко вдохнул и от этого его затошнило. Врачи и родители кинулись к нему. Блевать Эрику оказалось нечем, горькая зеленная жижа спазмами и толчками покидала его измученное тело. Его тут же привели в порядок. Мама обтерла его лицо прохладным полотенцем, а медсестра тут же ввела в капельницу препарат. Эрик уснул. *** Хотя новости Джо смотреть не любила, ведь правду там не говорят, а быть рабыней навязанного мнения она считала унизительным, так как считала себя трезво мыслящим человеком, но эту новость она пропустить не могла. Ужасные кадры массового убийства развернулись на экране. Беспомощность спасательных служб, властей, военных. Носилки с живыми и неживыми людьми мелькали на экране сотнями. В душе родился и увеличивался с каждой минутой страх. От неизвестности, от осознания ужаса происходящего. Хотя, наверное, всё это было вполне объяснимо в положении Джо. Вот уже два месяца она беременна. Она больше не одна. Но теперь ощущение безграничного и абсолютного счастья сменялось страхом за свою жизнь, ценность которой Джо стала чувствовать особенно остро. Ведь если с ней что-то случится, позаботиться о зародившейся в ней жизни будет некому. В голове стали появляться мысли о том, как можно рожать детей в этом опасном и нестабильном мире? Но потом, стоило ей коснуться своего живота ладонью, она чувствовала, что всё правильно, что так и должно быть. Она вернулась в столицу сразу, как только доктор подтвердил успешное оплодотворение. Её закружили бытовые дела. Она купила небольшой домик, за городом. Для этого пришлось продать машину. Накопления же пошли на ремонт, мебель и ещё много всяких необходимых мелочей. Очень кстати подвернулась дистанционная работа. Сомнения одолевали её всё чаще. Имеет ли она право? А может было бы лучше признаться во всем?