Моя милая Княжна.

Словно в прошлом ожило, Чьих-то бережных рук тепло. Вальс изысканных гостей, И бег лихих коней...

Что может быть прекрасней танца? Или музыки? Прекраснее этого могли быть только её глаза. Серо-зеленые глаза, которые всегда тепло смотрели на Ивана, а он невольно смущался этому. Она всегда была так добра к нему... Она была ангелом во плоти. *** - А-ха-ха, - прекрасный звонкий смех наполнил комнату. - Иван, неужели ты настолько серьёзно относишься к этому? Девушка держала в руках холст и старательно уговаривала его о чём-то. А Брагинский, по всей видимости, был озадачен и находился в некой нерешительности. - Но, Ваше Сиятельство, это как-то не правильно. - Почему? - Анастасия наклонила голову на бок и улыбнулась Ивану. - Может, ты просто не умеешь танцевать? Россия принял творение Княжны... Это оказался парадный портрет. На нём был изображён он сам с довольно доброй улыбкой и ярким подсолнухом в руках. Россия улыбнулся и посмотрел на девушку. - Это очень красиво, Ваше Сиятельство. - Я рада, что тебе понравилось, - в её глазах было столько радости, словно ей хотелось подарить её всему миру. Она потянула Брагинского за рукав, ведя на середину комнаты, а он едва успел отложить её подарок. Заиграла музыка, и, словно на званном балу, двое закружились в прекрасном танце. Она была так счастлива, а он не мог насмотреться на её глаза. Всё было так волшебно: музыка, которую исполняли довольно-таки умелые музыканты, эти лёгкие движения, которые давались обоим без особого труда, и, конечно же, счастье, которое исходило от этой молодой особы и наполняло всю комнату, словно яркий солнечный свет. Музыка утихла, и двое остановились... - Ваня, всё всегда будет так волшебно, не правда ли? - Княжна смотрела на него с надеждой и всё так же мило улыбалась. - Я обещаю, Ваше Сиятельство. В тот день он дал клятву. Как ей... Так и самому себе. Вальс кружил и нёс меня, Словно в сказку свою маня, Первый бал и первый вальс Звучат во мне сейчас.