Rev!Falls

В этот вечер шёл сильный ливень. Все сидели по своим домам, и только сумасшедший бы вышел сегодня на улицу. Но нашлись такие, кто даже в такую мерзкую погоду решили рискнуть своим здоровьем и пойти «прогуляться». По-крайней мере, так они сказали своим родителям. Недавно закончился срок наказания Пасифики. Поэтому, у родителей просто не было другого выбора, как разрешить ей пойти. Ведь она прилежно приняла и отсидела своё наказание. И ушла она до ливня. Даже аргумент с погодой не прошёл бы. Гидеону отпроситься было намного легче, ведь родители уехали по делам в соседний город, а с бабушкой договориться намного проще. И вот, в 17:58 они вдвоём стояли у подножия огромного величественного особняка. Гидеон всю дорогу не замолкал о том, что, наконец-то, он узнает все тайны дневников и Пайнсов. Он даже планировал совместные путешествия и приключения. Он говорил, что обязательно когда-нибудь станет известным искателем приключений и охотником на монстров… и как только они подошли к особняку, все его смелые заявления испарились. И он молча стоял и глядел, с широко открытым ртом, на этот громадный, внушающий некий страх, такой загадочный особняк Пайнсов. Нет, это можно назвать замком! Пасифика легонько стукнула парня по подбородку и рот того захлопнулся. Она и сама чувствовала себя рядом с этим зданием… немного незащищенной, что ли. Не могла понять эмоции. Ну дом. Ну большой дом. Очень большой дом. Что же в нём такого? — Ну, — несмело начала девушка. — идём? — Гидеон посмотрел на неё пустыми глазами и медленно кивнул. Они вместе открыли массивные, высокие, железные ворота и попали на «землю Пайнсов». Никто. Никогда. Не был. Здесь. Даже банальные почтальоны обходили дом стороной. Никакие торговцы, никакие надоедливые люди, со своей рекламой… никто не открывал эти ворота. Это было странно, и некоторые не раз задумывались над этим, но вслух никто ничего не говорил. Разные слухи ходили о «земле Пайнсов». Будто привидение Стенли Пайнса, что уже умер давным-давно, бродит ещё в стенах особняка и убивает всех, кто ему не нравится. И люди верили. Ведь и при жизни этот старый злобный старикан мог и не такое учудить. Убить для него кого-то, словно плюнуть. Было. Пока не умер. Говорят, что это он убил своего брата, и выкрал бедных детей. И привидение его такое же. Лучше к особняку не подходить. Мало ли что… Но теперь вдруг тут оказались Пасифика Нортвест — обычная школьница, и Гидеон Глифул — её друг. Особняк был окружен каменным забором. Он будто защищал не только здание, но и все тайны, скрытые в нём. Ограда плотно заросла плющом, как и всё здесь. Особняк был трёхэтажным, деревянным и очень… мрачным. Подходя ближе, на душе становилось всё неспокойнее. Странная тревога. Что же это такое? Вокруг дом окружало нечто, похожее на сад. Он выглядел таким, будто им давно не занимались, но и на заброшенный не очень смахивал. Несколько деревьев, кусты роз… Роз. Девушка взглянула на розы, и на миг ей показалось, что они пугающе-чёрные. Но, моргнув несколько раз, она поняла, что это ей всё-таки показалось. На неё смотрели обычные красные бутоны. Обычные? Всего шесть часов вечера, а так темно. Или же это влияние «земель Пайнсов»? Сколько жители себя помнят, на этих территориях всегда было мрачнее, чем в других уголках Гравити Фоллз. Оттого-то и показалось местным необычным (одна из причин), что семья, купившая эти земли, «странные ребята» — и это было первое упоминание о Пайнсах. — Погода портится, — заметил Гидеон, настороженно оглядываясь по сторонам. И правда, хоть дождь немного затих, небо не избавилось от туч. Оно готовило что-то более грандиозное. Глифул пытался казаться спокойным, храбрился. От этого Пасифике было, и смешно, и горько за друга. Ей самой было, мягко говоря, не комфортно. Поэтому она решила разрядить обстановку, хоть чуть-чуть: — А я не заметила этот сильнейший ливень. Спасибо, — хмыкнула она. Но парень не отвечал. Он вообще больше ничего не говорил. Только, как дурак, всё смотрел и смотрел на большие двери, ведущие внутрь, ко всем секретам. Девушка осторожно нажала на маленькую кнопку звонка. Какой же громкий звук! Неожиданно эти самые двери со скрипом открылись. Ребята одновременно вздрогнули. Гидеон задел плечо Пасифики, будто это поможет, в случае чего. А что за это мог быть случай, лучше сейчас не думать. На пороге стоял, элегантно одетый, молодой мужчина со светлыми волосами. Не только его одежда была изящна, он весь: его осанка, приятная доброжелательная улыбка, жесты — всё было изысканно. Он только открыл дверь и приятно улыбнулся, и всё напряжение куда-то исчезло. И… Что-что, но не это ожидалось, когда кто-то говорил про «землю Пайнсов»! Что-то уж совсем не страшно. Скорее наоборот. Мужчина в черном фраке поклонился и жестом пригласил пришедших войти. Те, конечно, зашли. Помещение, где они оказались, освещала только одна тусклая лампочка, так что обстановку было сложно разглядеть. На улице ужасно холодно и мокро! А здесь, будто сразу вся одежда высохла. — У нас очень тепло в этом помещении, — заговорил вдруг неизвестный. — Прошу прощения, мне следовало бы представится раньше, но на улице так холодно, что я был обязан вас сначала впустить, — он поклонился. — Я дворецкий мистера и мисс Пайнс. Мне поручили отвести вас, дорогие гости, к хозяину в кабинет. Пожалуйста, следуйте за мной, — и он открыл следующую дверь, ведущую уже, непосредственно, в сам особняк. Гидеон затаил дыхание. Ведь сейчас он первый из всех своих сверстников, увидит то, что скрывается за этой дверью! Пока дворецкий её открывал, казалось, что прошли часы. Время будто замедлилось. Створки двери в форме арки отворились, и перед взором двух молодых людей открылось великолепие, достойное какого-нибудь герцога, если не короля. Ничего общего с внешней стороной особняка внутри не было. Все вокруг блистало. Драгоценные камни, искусные витражи. Люстра в главном зале была настолько огромна, что и дома Пасифики не хватило бы, чтобы её уместить. Лестницу с, казалось, миллионом ступеней, покрывала, дорогущая на вид, алая дорожка. На стенах висели картины известных и неизвестных художников, в основном пейзажи моря. В зале преобладал нежный бежевый цвет, что очень успокаивал глаза. В основном, впечатление приятное. Пасифика выдохнула и улыбнулась. Думала, что будет хуже. А с чего бы? Ведь всё-таки, Пайнсы очень богаты. Почему бы не жить в роскоши? Нортвест осталась довольна, чего не сказать о Гидеоне. После потрясения от внешнего вида особняка, он был уверен, что внутри его встретят, в лучшем случае, стая летучих мышей под громкий звук горна, и морально подготовился. А здесь что? В общем, Глифул немного разочаровался. Они поднимались по ступеням вверх. В конце лестницы висела огромная картина, которая была занавешена плотной черной тканью. Интересно, что под ней? Семейный портрет или очередной пейзаж? Но почему его надо скрывать? После, дворецкий повернул налево. Там оказалась еще одна дверь, ведущая в освещенный лампами-факелами длинный коридор. Мужчина уверенно пошёл вдоль всех дверей, дети же молча следовали за ним. В конце коридора дворецкий остановился. Он осторожно, но достаточно громко постучал в дверь. И только после того, как из-за неё послышалось ленивое: «Войдите», слуга повернул ручку и впустил двух немного напуганных подростков в «обитель хозяина». *** В комнате оказалось просторно. Даже очень. На большом, обтянутым белой кожей, кресле, что очень контрастировало с черным ковром, сидел, закинув ногу на ногу, Диппер Пайнс. Рядом с ним, опёршись на спинку кресла, стояла Мейбл. Оба были серьёзные, у обоих в руках были демонические камни. Интересно, что может поразить больше всего, когда вы попадете в огромный шикарный особняк, где ещё и живет знаменитая семья? Варианты могут быть до безобразия разными, но что Пасифику всех больше удивило — Диппер сейчас был в обычной синей толстовке. Да. Да. Именно. Он был одет, как обычный нормальный подросток. И почему слово «нормальный» так ему не подходит? Эта синяя толстовка с большим капюшоном и джинсы ему необычайно шли! Пасифика зажмурилась. Что с ней опять не так? Мейбл, по мнению блондинки, была одета точно не по-погоде. Короткий топ и мини-юбка. Однако это никак не могло умалить её красоты. Близнецы выглядели сейчас совсем не так, как обычно, поэтому и камни держали в руках, не прикалывать же брошь к толстовке. — Нортвест, рот закрой, муха залетит, — насмешливо сощурившись, проговорил Диппер, вставая с кресла и подходя ближе. Мейбл хихикнула, но осталась на месте. Ну, вот снова и вернулся Диппер Пайнс. Такой же наглый, как в первую встречу с Пасификой. А как же? Брошь вернул, теперь ему ничего не страшно. Пасифика с удивлением обнаружила, что рот и правда чуть приоткрыт, и, чтобы никто не зацикливался на этом, быстро решила перевести тему. — Я смотрю, брошь снова с тобой. — Представляешь? Мы оба знаем, что это значит. Две пары глаз недоуменно уставились на Пасифику. Девушка взглядом показала другу, что объяснит всё позже. Пайнс же спокойно продолжал. — Итак, мы всё же здесь по делу. И очень бы не хотелось, чтобы посторонние шастали по моему дому. — По твоему? — возмутилась Мейбл. — По нашему, — примиряюще улыбнулся парень. — Присаживайтесь, пожалуйста, — его камень на миг засиял, и тут же, где только что была пустота, появились два стула. Точнее один чуть не раздавил Гидеона, но тот еле успел отпрыгнуть. — Эй! Ты мог его убить этим стулом! — нахмурилась Пасифика. — Ой, случайно вышло. Я правда не хотел, — что-то не очень верится. — Да всё нормально, Пас. Я в норме, — Гидеону, похоже, это пошло даже на пользу. Он немного оправился от впечатления, которое произвел на него особняк. Он сел на стул. Пасифика же, хоть и с опаской, но повторила за другом. — Должен признать, эта руна клятвы, что ты мне тогда нарисовал, — обратился Пайнс к Глифулу, — и правда работает. Я сначала сомневался, но проверил по книгам. А ты, оказывается, и правда можешь нам в кое-чём помочь. Очень. Какое-то нехорошее это его «очень». — Что? — очнулась Мейбл. — Ты нарисовал на братике руну клятвы? — Гидеон вспотел. Его сейчас будут бить? Но девушка только посмеялась. Парень облегчённо выдохнул. — Тебя обошли, братик! И ещё кто! — она подмигнула блондину. Тот же не знал как реагировать, но на всякий случай кивнул. Причем очень неуклюже. Пасифика усмехнулась. — Вначале я хочу стереть все недоразумения, — «Как же». — Сейчас, я надеюсь, вы поможете нам с поиском дневников. И в награду, как я уже говорил ранее, вы сможете спрашивать меня о чём хотите. — И получим один из дневников, — быстро добавил Гидеон. Пайнс, вздохнув, кивнул. — Да-да, конечно. Заключим договор. Уилл… — Подождите, — обратила на себя внимание Пасифика. — Можем мы сначала узнать, зачем вам эти дневники? — Ждал, когда спросите, — насмешливый тон сменился грустью. — Наш дорогой дядя, вы наверняка его знаете, — он посмотрел на друзей, выжидая, пока они кивнут. — Он завещал нам эти книги. Их всего три. И там скрыты очень важные сведения. Они нам очень нужны. — Эти сведения опасны? — Конечно нет. Они совершенно не повредят ни вам, ни обществу. Это связано только с нами. Но сказать, увы, мы не можем. Это семейная тайна. «Даже не соврал, братик», — усмехнулась Мейбл. — Почему мы должны тебе верить? — нахмурилась Пасифика. Уж очень печальной его мина была, когда он говорил о дяде. Совсем на него не похоже. — Пас, — улыбнулся Гидеон, — он сейчас не может врать. Эта руна не только на клятвы действует. — Огорчающая правда, — наиграно вздохнул Диппер. — Соврать я вам сейчас не могу, даже если захочу. Но в этом совсем нет необходимости. Зачем мне врать, если мы собираемся быть союзниками? — Действительно, — вслух сказала Пасифика, а про себя подумала: «Но недоговорить тебе никто не мешает». Диппер, словно прочитав её мысли, так посмотрел на девушку, будто говорил: «Вот именно». — Подожди, Гидеон, — заговорила вдруг Пасифика. Парень вскинул голову. — Ты правда этого хочешь? Подумай хорошенько, зачем оно тебе надо? И без этого дневника можешь прожить. Надо ли свою жизнь подвергать опасности? — Прости, Пас, правда хочу, — улыбнулся Глифул. — Не извиняйся, — вздохнула Пасифика. — Итак, Уилл! — брюнет позвал демона, и тот бесшумно появился ровно через секунду. — Почему так долго? — строго посмотрел Диппер на появившегося. Демон ничего не ответил, только в его единственном глазу появились слёзы. Пасифике стало так жаль его, что она чуть не накричала на Пайнса. Но сдержалась. А то снова услышать про себя «истеричка» не хотелось. А этот синий демон и правда плакса… Стоп! Плакса? Именно так и назвал его Билл. Билл. Ведь за этим и пришла сюда девушка — кое-что разузнать. И неплохо бы для начала поговорить, или хотя бы попробовать, с Уиллом. Он вообще разговаривает? Мысли Пасифики были прерваны. — Кто будет заключать договор? — произнес Пайнс. — Без разницы. Мисс истеричка или ты, Гидеон? Пасифика сжала кулаки. Даже не дав повод, он всё равно назовет её истеричкой. Да он же так просто стебётся. Просто не нужно обращать внимания. — Я буду, — вызвалась блондинка. — Нет, Пас, — остановил её рукой Гидеон. — Я заключу договор. — Но это же может быть опасно! — Поэтому я и буду! — Гидеон, не хочу, чтобы с тобой что-то случилось! — парень сердито посмотрел на неё. Ну почему она такая упрямая? Он уже хотел сказать что-то по поводу её до ужаса надоедливой несговорчивости, как голос подала, до этого молчавшая, Мейбл. — Да ладно, Гидеон, — она странно улыбнулась. — Наша Пас просто хочет подержаться с братиком за ручки. — Что? — не поняла Пасифика. Она же совсем не об этом думала! Она чуть заметно покраснела. А этот что? Сидит, ухмыляется. Противный Диппер. — Нет, нет! Совсем не это… — Чтобы заключить договор, — как ни в чем не бывало продолжала Мейбл, — нужно одной рукой держать руку того, с кем этот договор заключаешь, а другой — демона. Так всё и работает. И Пас, конечно, всё знала. Правда? — «Давай, откажись, Пасифика Нортвест». — Да нет же! — воскликнула девушка. — Это… Гидеон, хочешь — заключай ты. А ты, — обратилась она к Пайнсу, — не смей ничего плохого с ним сделать. — парень серьёзно посмотрел на девушку. Ей этого хватило. — Гидеон, будь осторожен. — Конечно! — улыбнулся Глифул и стал подходить к Дипперу. Мейбл же, почему-то шла напротив — к Пасифике. «Ничего я не знала о руках. И она прекрасно понимала это, просто подначивала. И я это поняла. Так почему тогда купилась?» — ругала сама себя блондинка. — Здесь будет опасно, когда начнётся процесс заключения. Выйдем? — вдруг предложила Пайнс. Пасифика была немного удивлена, но правда, это может быть опасно. Уж Мейбл-то точно должна знать. Поэтому девушка позволила себя увести. — А, Себастьян, и ты выйди. Я же говорю, здесь опасно, — специально громко произнесла брюнетка. Гидеон сразу вспотел, но пути назад уже не было. Он сам этого хотел. — Себастьян? — нахмурилась Пасифика. — А, это наш дворецкий, — улыбаясь, ответила Пайнс. Что-то она какая-то улыбчивая, изучает-таки позитив. Это точно сестра Диппера? — Дворецкий Себастьян? — вскинула брови блондинка. — А это не… — Да, да. Но это не настоящее его имя. Просто мне так нравится. — Но ведь, он не демон? — тихо спросила Пасифика. Ведь здесь всякое может быть. Мейбл рассмеялась. — Увы, но нет. Но он очень на него смахивает. Знаешь, какие дьявольски-вкусные пирожные он готовит? Обожаю, — они вышли из комнаты, дворецкий, на последок посмотрев на двух, стоящих друг напротив друга юношей, незаметно усмехнувшись, вышел сам, и закрыл дверь. *** Странные бывают люди. В один момент они весёлые до безумия, а уже через миг — неописуемо обеспокоенные. Именно такими глазами сейчас и смотрела на Пасифику Мейбл Пайнс. Она быстренько отослала дворецкого на кухню за его знаменитыми пирожными, и только тот скрылся, она прижала блондинку к стене. — Пасифика Нортвест, — волнуясь, начала она, — я ведь вначале, в школе, тебя не узнала, а потом… В общем, я сожгла эту картину, сожгла. Её больше нет. Я правильно сделала? Только брат вообще не в курсе… — Что ты… — освобождаясь, пропыхтела девушка. Это ей удалось быстро, ведь Пайнс совсем не сопротивлялась. — Что ты такое несёшь? Какая картина? — Ну та, которая ещё занавешена. — Я не понимаю тебя! — Мейбл так жалобно посмотрела, что её даже захотелось обнять. — Я ведь тогда всё правильно поняла? Семь месяцев назад, мы с тобой уже виделись. — Что? Семь месяцев? Мы тогда вообще не были знакомы. — Ну да. Тогда и познакомились. — Да нет, — вздохнула Нортвест. — Мы впервые увиделись в школе, когда вы перешли к нам в класс. — Нет, — уверенно произнесла девушка. Она говорила настолько твёрдо, что Пасифика казалось, что она говорит правду. Только вот, быть такого не может. — Семь месяцев назад мы встретились у нас в саду. Ты, а это точно была ты, рассматривала мои розы. Не помнишь? — собеседница сочувственно покачала головой. Бедная Мейбл. Что с ней такое? — Ааа! — зло выкрикнула она. — Чёрт, я заставлю тебя вспомнить! Я точно уверена, что не сошла с ума! Семь месяцев назад ты сказала мне, что если я уничтожу предмет, где скрывается дух, то я спасу Диппера, и в него никто не вселится! Ты мне сама это сказала! Я тоже сначала не поверила, но ты предоставила мне доказательства! Не помнишь? — блондинке стало не по себе. Мейбл смотрела на неё безумными глазами. — Ты несёшь какую-то чушь! Я даже не понимаю, о чём ты! — брюнетка было начала ещё что-то говорить, но тут из-за угла появился дворецкий с подносом. Мейбл пришлось замолчать. Мужчина шёл с обычной своей улыбкой, но было в ней что-то другое, что-то весёлое, будто он недавно смеялся. Он что, подслушал? Но то, что несла сейчас Пайнс, было правда забавно. Хоть она и выглядела серьёзной. — А вот и кексы. Мисс, — он протянул поднос, и обе девушки взяли по одному. Не успела брюнетка откусить, как из-за двери послышался крик Диппера: — Мейбл, помоги! Она улыбнулась, выдохнула. И взглянув на обеспокоенное лицо Пасифики, поспешила объяснить: — Не волнуйся. С твоим другом всё хорошо. Просто иногда нужна энергия двух камней. А один я по привычке захватила с собой, — Пасифика выдохнула. — Да и эта руна, ты же сказала, чтобы мы ничего плохого с ним не сделали. Мы не обманем. Себастьян, развлеки пока нашу гостью. — Мейбл, чёрт тебя дери! — Да иду я, иду! — крикнула она и убежала на помощь. Нет, это не сумасшествие, сейчас она более, чем адекватна. Это какая-то кратковременная паническая атака? Но и тогда, она была очень серьёзна и чем-то сильно обеспокоена. «Картина? Дух? Семь месяцев? Всё это очень странно». — Мисс, — раздался голос дворецкого. — Может, вам провести экскурсию? — Не нужно. Я лучше тут подожду, — лучше правда быть рядом, вдруг что? Конечно, Мейбл сказала, что всё будет в порядке, и эта руна… и всё-таки: доверяй, но проверяй. — А, нет. Где здесь туалет? — Следуйте за мной, — они двинулись по длинным коридорам особняка. — Скажите, а как ваше настоящее имя? Точно ведь не Себастьян, нет? — Конечно нет. Госпоже нравится, пусть называет. А настоящее имя моё не достойно ваших ушей. — Понятно, вы очень похожи на него. — На кого? — На Себастьяна. Вы тоже дворецкий, хоть и не демон. — Возможно, — тихо ответил мужчина, и только ему одному было заметно, как он чему-то усмехнулся. — Мы пришли. Пасифика зашла в комнату, осмотрелась. Просторно, как и во всех остальных комнатах. Большое зеркало, отлично. Интересно, как она сейчас выглядит, после всех потрясений? «Мда, не очень», — подумала девушка, поправляя сбившийся хвост. На миг ей показалось, что она видит в зеркале ещё кого-то. Она потёрла глаза. — Что? — она резко развернулась, ведь второе отражение не исчезло. Сзади никого не было. Пасифика нервно выдохнула. Собралась уже выходить, как на её плечо легла чья-то рука. Ну не своя же. Они точно в особняке одни? Никто не живёт у Пайнсов? Может, родственники? Нортвест судорожно соображала. Нет, ну… — Пасифика, — послышался знакомый голос. — Только не кричи. Блондинка кивнула. Ведь в таких ситуациях, учат ужастики, лучше соглашаться с угрозой. Она застыла на месте, а тот, кто был сзади, уже через секунду стоял напротив неё. Девушка не верила своим глазам. Перед Пасификой Нортвест стояла Пасифика Нортвест.