I swear

***

      Сегодня им по пять, и они стоят у качели с их другом — Арчи. Элизабет и Арчи — друзья уже как год. В дружбе этих детей царило добро и веселье, пока не появился, так скажем, третий лишний. Спустя пару дней после переезда семьи Джонс в Ривердейл, Бетти захотела познакомиться с Джагом поближе. Образ загадочного асоциального мальчика вселился в голову Элизабет. Каждую минуту рядом с Арчи она говорила о том, что было бы неплохо: пойти познакомиться с тем самым мальчишкой. Арчи заподозрил что-то, что не сулит ничего хорошего. Но он, конечно же, не отказался от предложения Купер. Через несколько часов на детской площадке, где играли Эндрюс и Купер, появился мальчик. Черные, как смоль, волосы, аккуратно уложенные назад, белоснежная кожа, задумчивый и потерянный взгляд — именно так он предвиделся им. Но кто бы знал, что Джагхед окажется довольно веселым и общительным мальчиком. Это и оказало плохое влияние на дружбу между Арчи и Бетти. Казалось, что Элизабет забывает об Эндрюсе, находясь рядом с Джонсом.

***

      Сегодня им по восемь и она впервые видит его в дурацкой шапочке. — Джагги, что это за штука у тебя на голове? — Шапка. Мне подарила ее мама. — Она прекрасна, Джаг! — смеется Купер, отбирая шапку у мальчишки. — Бетти! Ну-ка отдай! — Джонс со всех ног бежит за блондинкой, которая весело посмеивается, перепрыгивая через большие камни и, скатившись с невысокой горки, лукаво улыбается, показывая алый язычок. — Джагхед Джонс, ты не смог догнать какую-то девчонку! — произносит Элизабет, на что мальчик лишь улыбается, скрывая то, что он ей поддался, и резко схватывает шапочку, надевая ее на голову, вновь пряча свои волосы. — Но должна сказать, что она тебе к лицу, — говорит Беттс, улыбаясь во все тридцать два. Или, если быть точнее, двадцать девять, ведь ее зубки начали выпадать, а Купер до жути стеснялась улыбаться, показывая их. Но когда Джаг был рядом, ей было плевать на глупые детские комплексы.

***

      Сегодня им тринадцать. И это их первая ссора. Когда один из трех друзей начинает выталкивать одного из них из круга общения, начинаются частые ссоры. Все знали, что Эндрюс был небезразличен к Бетти. Каждый раз, когда она выходила из дома, весело припрыгивая, Арчи смотрел на Купер. Про себя он всегда отмечал, что ее волосы блестели на солнце, и были собраны в настолько идеальный хвост, что было бы по душе каждому заядлому перфекционисту, а легкое летнее платьице развевалось на ветру, будто эта девочка была не его соседкой, а знаменитой актрисой диснеевского фильма. Приходя к двум мальчикам, которые не могли и глаз оторвать от нее, она здоровалась с ними, обнимая каждого. Первый был всегда Джагхед; она буквально мчалась к нему, говоря о том, что прошло всего два дня после их последней встречи, но она уже жутко соскучилась. Эндрюс лишь смотрел на это как зритель, пришедший на спектакль, а Джонс замечал его презрительный взгляд. Когда Эндрюс остался наедине с Джагхедом, парень наговорил ему много гадостей, что повлияло на отношения Джонса с Купер. Разумеется, Эндрюс того и добивался. Он не хотел, чтобы человек, с которым он знаком чуть ли не с пеленок, забывал о нем. Тем более тогда, когда он успел влюбиться в нее.       В тот же день Джонс нашел Бетти в школе и, потянув ее в подсобку, осуждающе посмотрел на нее. — Смазливый чудик в странной шапке, Бетти? Я думал, что она тебе нравится, — начал он. — Ты о чем, Джагги? — Перестань делать вид, что не понимаешь меня, — продолжил Джонс, — ведь я же мальчишка с понятиями пятилетнего ребенка, у которого нет будущего? Верно? — Да что на тебя нашло? — хмурится Элизабет, толкая его в сторону, следом выходя из комнаты. Джагхед Джонс только что убедился в том, что Арчи — лживый лицемер. Но ссора с Бетти не стоила того, чтобы узнать это.

***

      Сегодня им семнадцать. Они стоят в комнате Бетти, даря друг другу первый поцелуй. Джонс появляется в комнате Бетти, зайдя через окно, перед тем назвав ее своей Джульеттой. Купер не знала, что всего через пару минут он станет ее Ромео. Элизабет бурно высказывается обо всем произошедшем, а Джонс, в свою очередь, слушает ее, тихонько хихикая, отмечая про себя то, что она ни разу не запнулась. Что же было дальше… Джагхед смотрит на нее тем самым взглядом. Тем взглядом, что дарят людям, которых любят. Этот нелепый взгляд, который содержит в себе всю любовь и страсть, взгляд, который принесет счастье человеку. А после он легко прикасается к ее губам, осторожно положив свою руку на шею девушки. Бетти не глупит; она притягивается ближе к Джонсу, отвечая на поцелуй, а парень углубляет его, стараясь сделать это немного нежнее. Сейчас не важно абсолютно ничего: ни то, что в соседнем доме Арчи выглянул в окно, а они стояли прямо напротив, ни то, что прямо сейчас в комнату Бетти могла ворваться ее мать. Какая, черт возьми, разница, если и х м о м е н т наступил прямо сейчас? Они нехотя отстраняются друг от друга, улыбаясь и прижимаясь лбами друг к другу. Они не хотели, чтобы эти секунды кончались. Они хотели целую вечность.

***

      Сейчас… им по двадцать четыре. И они стоят друг напротив друга у алтаря. С любовью всей своей жизни, надеясь, что это будет продолжаться до самого конца. Справа стоит парень, который совсем недавно был беззаботным мальчишкой, а сейчас стоит в черном смокинге, и на удивление, сняв свою шапку-корону, будто отложив свое одинокое королевство в сторону. Сейчас он находится рядом с девушкой, поправка: с женщиной, которую любит до безумия, любит до потери пульса. Человек, который смог изменить его жизнь, перевернуть ее с ног на голову, убрать лишние изъяны и добавить множество ярких красок. А слева стоит прекрасная дама; в этом пышном белом платье она выглядит потрясающе, будто сам Бог наградил ее этим образом именно сегодня. Она искренне улыбается, смотря на мужчину своей мечты, на мужчину, с которым собирается провести всю свою долгую жизнь, на мужчину, которого она любит больше неба, больше звезд, луны и солнца. В какую-то минуту, священник просит их произнести клятву и обменяться кольцами. — Спустя миллиарды световых лет, я обещаю, Элизабет, что буду любить тебя. Я клянусь, что буду с тобой, пока смерть не разлучит нас, — произносит Джагхед, с искрой в глазах смотря на свою возлюбленную. — Спустя тысячи лет, я обещаю, Джагхед Джонс, что буду любить тебя. Буду любить до безумия, до потери сознания. Я буду любить тебя, пока смерть не разлучит нас, — говорит Элизабет. Ее голос дрожит, глаза слезятся, а в горле будто образовался ком. Но она все так же смотрит на Джонса, на своего будущего мужа. К слову, это будущее настанет всего через пару минут. — Объявляю вас мужем и женой, — громко говорит пожилой мужчина, тем самым разрешая им поцеловаться. Джонс почувствовал сладкие губы Купер (точнее, уже Джонс) снова, как в самый первый раз. Будто они вернулись назад в прошлое, в школьное время, когда они были беззаботными подростками, когда они научились любить.       А завтра им будет шестьдесят два года. Он стоит с белыми розами, любимыми цветами Бетти, склонившись над ее надгробием. На мраморной плитке черного цвета можно было увидеть слова, сказанные ей Джонсом. Я обещаю, что буду любить тебя до конца наших дней. Перед глазами проносятся все счастливые моменты. Все то, что было у него с Элизабет. Начиная с их первого поцелуя, заканчивая последним. Слезы счастья, когда Джаг узнал, что они ждут ребенка, а именно девочку. И то, как они смеялись, когда выбирали имя их первенцу. Тейлор. Они остановились на этом. То, как Джонс целовал ее от макушки до пяток, то, как читал вслух ее любимые стихотворения и то, как безумно любил ее всем своим сердцем. Да. Джагхед Джонс определенно сдержал свое обещание.