All too soon you'll awaken / Пробуждение памяти

Дин Винчестер скоро умрет. Так сказала та женщина с веселыми рыжими кудрями. Дин Винчестер. А ведь это его имя – тот парень так объяснял. Значит, ему скоро конец, отчего постепенно подкрадывался страх, в котором он никогда бы не признался вслух. Он встал и оперся о края прохладной… раковины, судя по надписи на листочке. Посмотрев в отражение в зеркале, он попытался уверенно улыбнуться – видимо, это хорошо у него получалось. - Меня зовут Дин Винчестер, - да, точно. Он помнил слова того человека. Своего брата. С… Сэма! - Сэм – мой брат, - он посмотрел в свои глаза, а через мгновение возник образ светловолосой женщины. – Мэри Винчестер – моя мама. А Каст… - он нахмурился, имя друга ускользнуло на середине. Он отчаянно пытался вспомнить, но слово было слишком длинным, и утекало, как вода сквозь пальцы. - Кас – мой лучший друг, - Дин кивнул и начал повторять, в надежде, что так не забудет. - Меня зовут Дин В… Винчестер, - запнулся он, чувствуя нарастающее беспокойство. – С… - какое имя он должен был помнить? Руки подрагивали, и он вздохнул, чтобы успокоить нервы. - Меня зовут Д… - Меня зовут… - Меня… Неистово перебирая воспоминания, Дин искал, за что зацепиться. В зеркале отражались широко раскрытые глаза и плохо скрываемая тревога. - Я не знаю, - прошептал он ломающимся голосом. Он сам не понимал, должен ли прятать эмоции. Он уже ни в чем не был уверен. Полминуты спустя Дин тщетно пытался вспомнить, почему стоит со слезами на глазах в крошечной ванной комнате. *** К своему удивлению, Дин знал, как стрелять. Понятия не имел, откуда, но, должно быть, кто-то научил его – оружие так привычно лежало в руке. Убивать ведьм оказалось здорово. Он только надеялся, что сделал правильный выбор со вторым ведьмаком. Голос парня, назвавшего себя братом, казался знакомым – все в нем казалось знакомым, даже когда память почти опустела. Он победно улыбнулся рыжеволосой, которая, взяв его под руку, отвела вверх по лестнице. Отчаянно хотелось посмотреть, что делает женщина, но та хлопала его по рукам всякий раз, как он пытался потрогать странные вещицы. Поэтому Дин принялся изучать многочисленные антикварные предметы, украшавшие комнату. Резко обернувшись, он выронил старинную фигурку, когда рыжеволосая тронула его плечо. Она со вздохом закатила глаза и позвала его в середину зала. - Больно не будет, - сказала она и бросила что-то в миску с фиолетовой жижей, крича непонятные слова. И боль накрыла его с головой. *** Тело словно окатило жидким огнем, когда перед глазами поплыла вереница образов. Отец приказывает ему бежать, когда дом объят пламенем. Сэм протягивает ему амулет в холодный канун Рождества. Адские псы рвут его на части. Голубые глаза и искры в старом амбаре Иллинойса. Изображения проносились все быстрее и быстрее, и Дин уже не различал, где заканчивается одно и начинается другое. Казалось, прошла вечность, когда он очнулся на полу, хватая ртом воздух. Дин осторожно встал, морщась от последствий ритуала. Ровена с интересом наблюдала за ним с противоположного конца комнаты. - На что вытаращилась? – проворчал он. - Не благодари, - нахмурилась она. – Я всего лишь спасла твою никудышную жизнь. - Как пожелаешь. Где мой брат? - Сэмюэль внизу, ждет не дождется увидеть, что любимый братец спасен. - Да неужели, - губы его тронула озорная улыбка. *** Дин сразу понял, что не стоило так глупо шутить. Сначала это показалось забавным, но по расстроенному виду Сэма было ясно: тот пережил слишком многое из-за дурацкого проклятия. Чувствуя укол вины, Дин улыбнулся, как в детстве во время их глупых приколов друг над другом. Вроде бы, усмешка помогла брату сбросить напряжение, но тот все еще наблюдал за ним, обдумывая все, что Дин говорил. *** - Я в норме, Сэм, правда, - успокоил Дин, когда брат разглядывал его в третий раз за десять минут. Сэм издал короткий смешок и, мотнув головой, повернулся к окну. – Чего? - Да так, просто… Ты правда не помнишь, что происходило, пока ты был под проклятием? Дин смотрел на дорогу, вспоминая тревожный взгляд Ровены, садящейся в такси. Ты убийца, Дин Винчестер. Ты творил ужасное. Если они не могут быть счастливы, или хотя бы довольны, стоит ли тогда говорить обо мне? Ты ведь не вспомнишь. Он пожал плечами. - Правда. Как и не было ничего.