***
Мальчики встали вокруг стола папы и внимательно следили за его действиями. Гарри взял перо, подаренное детьми. Оно было немного тяжелее, чем привычное ему орлиное, и длиннее того. Осмотрев внимательно кончик пера, Гарри довольно кивнул, очинено оно было очень аккуратно, и расщеп был точно таким, какой и сам Гарри делал на своих перьях. Макнув кончик пера в чернила, Поттер вывел на приготовленном пергаменте: «Здравствуй, Джордж! Видел твое колдофото в газете. Ты вышел очень даже неплохо. Теперь ты будешь известным во всем магическом мире. Привет тебе от Драко. Твой друг – Гарри Поттер». – Прекрасное перо! Смотрите, как красиво оно пишет. И чернила на него набираются хорошо. Этому перу цены нет, ведь это ваш подарок, – Гарри от души расхваливал детей. Перо и в самом деле было отличным. – Когда вырастете, сможете заниматься выпуском необычных писчих перьев. Таких, как это. А теперь бегите играть. Только Кассия больше не ощипывайте. Он хороший гиппогриф, но может обидеться на вас. Мальчишки переглянулись – и это весь нагоняй от папы за то, что они лазили в загон к Кассию? Не испытывая судьбу и не ожидая, что еще решит сказать папа, они выбежали из библиотеки.***
– Мы будем самыми крутыми производителями перьев для письма. Для этого нужно изучить, у каких птиц перья самые лучшие, – Джеймс уже мечтал о собственной маленькой перьевой империи. – Кассия больше трогать не будем, – Скорпиус встал на защиту своего питомца. – Мы уже знаем, что из его пера получилось отличное орудие для письма. Теперь нужно других птиц опробовать. Будем экспериментировать, – авторитетно заявил Джеймс. – С кого начнем? – подал голос практичный Северус. – У нас еще есть совы, филин, в хозяйственной загородке петухи и гуси, – перечислил Скорпиус. – С кого начнем? – У петуха перья короткие, в десять раз меньше, чем у Кассия, – Северус начал проводить сравнительную характеристику. – У гуся можно попробовать, но они не очень красивые. У сов тоже маленькие. А филин не дастся в руки, он только дедушек признает. Даже папы с ним не могут сладить. Он вредный, может и клюнуть. – А к гиппогрифу ты не побоялся лезть, – подначил его Джеймс. – Так то же – Кассий, – оправдался Северус. – Ой! Мы еще забыли про птичек. Павлины! У нас есть еще павлины. У них перья большие и красивые, – вспомнил Скорпиус. И мальчики помчались к вольеру с павлинами, которые были гордостью дедушки Люца.***
– Тибби, что случилось, – Поттер посмотрел на появившегося возле него домовика, заливавшегося слезами и заламывавшего руки. – Что-то с мальчиками? – Гарри уже вскочил с кресла, готовый бежать на помощь детям. – Не-е-е-ет! С ними все хо-о-орошо! – подвывал домовик. – Птичку жалко! – Какую птичку? – опешил Поттер. – Бе-е-елую! Они ее ощипать хо-о-о-отят! – всхлипывал эльф. Только теперь Гарри вспомнил, что Тибби ухаживал за птицами в их поместье, в частности за павлинами Люциуса. И тут догадка взорвала его мозг – павлины! Перья! Мальчики! Поттер почти успел. Павлин кричал дурным голосом, вырываясь из рук двух целеустремленных ребят, приговаривавших: – Это не больно. Кассий не плакал. – Мы только одно перышко, или два… Не кричи. – Три, чтобы каждому было по перу, – подвел итог Джеймс и дернул павлина за крыло. В этот момент и появился возле мальчиков их отец. – А что вы скажете дедушке, когда он увидит своего павлина в таком состоянии? Может, решите свои вопросы и без подобного варварства? Мальчики переглянулись и, вздохнув, отпустили птицу, смирившись, что эксперимент придется отложить.