Быть вместе

~~~фраза: Я тебя поцелую… потом… если захочешь…~~~ Снейп понимал, что по большому счету сам виноват в казусе с заклинанием, но он не мог простить Поттеру, что тот допустил их с Нарси поединок. Ведь мог же он поставить щит между ними, да, в конце концов, просто запереть дверь тренажерного зала перед их носом. Так нет же. Он дождался, пока Северус получил болезненный привет от мерлинового Зонтика, а потом еще и мораль ему прочитал. Снейп не мог вот так просто остаться в дураках. Поттер был виновен и должен понести наказание – таков был вердикт попранной чести и ущемленного самолюбия. Как отомстить Северус думал долго – часа два. Он любил красивые решения поставленных перед ним задач.

***

Октябрь в этом году отличался повышенным желанием магов устраивать приемы. Причины придумывали разные: от празднования дней рождения до проведения сбора средств на покраску забора возле «Дырявого котла». А еще все почему-то очень хотели видеть у себя на приеме чету Малфой-Поттер. Драко любил такие мероприятия, потому что в неформальной обстановке можно было, умеючи, решить многие вопросы бизнеса. А Гарри по-прежнему раздражали толпы людей, каждый из которых считал своим долгом пожать ему руку, рассказать о себе или начать расспрашивать о планах самого Поттера. Первые два приема прошли как обычно: скучно, нудно, в тесноте, с кислым шампанским и муторной музыкой. А на третьем случилось что-то странное. Стоило Гарри сделать глоток шампанского, как его начало тошнить с такой силой, что он еле успел добежать до туалетной комнаты, чтобы освободить свой желудок от всего лишнего. До конца приема Поттер не прикасался ни к напиткам, ни к бутербродам. На следующем приеме все повторилось. И на двух после этого. И тогда Драко сдался. Он уже не мог смотреть на зеленоватое лицо мужа. Между приемами все было хорошо, а стоило им войти в любой зал с толпой людей, как у Гарри начинала кружиться голова и сжиматься желудок в предчувствии неприятностей. А первый же глоток шампанского отправлял на встречу с фаянсовым другом.

***

– Что-то ты бледненький сегодня, – Снейп за завтраком наблюдал за Поттером, который вчера вместе с Драко был на приеме, поставившем точку в его мучениях. – Что, много выпил на встрече с министром? Гарри внимательно присмотрелся к Северусу. Тот почти каждый раз после неудачных выходов Поттера в свет, интересовался его здоровьем. Догадка сначала забрезжила где-то на периферии сознания, но уверенно двинулась к центру. Складывавшаяся на каждом приеме ситуация становилась ясной и понятной. Драко твердил, что у Гарри развилась какая-то фобия против толпы людей. А это, оказывается, некий зельевар порезвился. Поттер ухмыльнулся. Снейп, сам того не понимая, сделал ему одолжение. Драко теперь не будет тащить его на эти противные вечера. Несколько принудительных очисток желудка стоят такой роскоши. – Спасибо, Северус, что заботишься о моем здоровье. Нет, я не перепил. Мне почему-то шампанское не туда ударяет в последнее время, – Гарри удовлетворенно посмотрел, как на лице Снейпа разлилось неподдельное удовольствие. – Драко решил, что мне не стоит больше издеваться над собой. Приемы обойдутся без меня. Северус немного скис, ведь он больше не сможет наблюдать действие на Поттера легкого яда, срабатывавшего только при употреблении шампанского. Он зельевар – и его месть была соответствующей. Неприятно, но здоровью не вредит. Как и то заклинание, которое по вине Поттера Северусу пришлось опробовать на себе. Когда почти все разошлись из-за стола, Гарри подошел к еще сидевшему Снейпу и, наклонившись, прошептал тому в ухо: – Спасибо, Сев. Ты мне очень помог отбиться от этих приемов. Не знаю, как и благодарить тебя. Я даже готов… Я тебя поцелую… потом… если захочешь… Только сначала шампанского хлебну, – в глазах Поттера кувыркались смешинки. Снейп спокойно вытер рот салфеткой, небрежно бросил ее на стол и сказал: – Тогда поторопись. Действие яда в твоем организме прекратится через пару дней.