School everyday life

Я не заметила, как пролетели каникулы. Но вот я уже иду в школу. Медленно тянется урок географии. Слишком медленно. Училка рассказывает общую характеристику Азии, а я думаю только об одном: как приду домой и лягу спать. Я уже раз двадцать зевнула. А ещё у неё такой монотонный голос, что спать хочется ещё больше. Английский прошёл быстро. Финч похер, что мы целую неделю деградировали, она нам сразу дала самостоятельную, а когда пишешь какую-либо работу, время всегда летит быстро. Перемена была большая, и я направилась на улицу, где должны собраться все и заказать пиццу. Уже прошло полперемены. Это всё из-за того, что я дописывала грёбанную самостоятельную по английскому. Ох, надеюсь, они хоть кусочек мне оставят. На первом этаже я встретилась с Лорен, по-моему, она специально меня поджидала, потому что все её дальнейшие действия были явно продуманы и мысленно отработаны - схватила меня за руку и затащила в туалет для инвалидов, который три месяца не работает, и сюда было запрещено входить. Стоило нам остаться один на один, не успела я ничего сделать или сказать, как губы Лорен были на моих. Всё было так неожиданно, и тем более ко мне вернулась моя сонливость, так что я попросту стояла и ничего не предпринимала. — Так что происходит? — Лорен немного отстранилась, держа меня за талию. — Ты на что-то обиделась? — Что? Нет. С чего такие выводы? — Девушки часто обижаются по поводу и без повода. — Это ко мне не относится. Я просто не выспалась. Наша соседка напротив, та сумасшедшая бабулька, завела петуха. Реального петуха! И он в пять часов утра давай, блять, кричать и разбудил меня, а потом я не смогла заснуть, — и для пущей убедительности я зевнула. — Ты можешь жить в моей квартире, всё равно я в конце этой недели уезжаю, а аренда заплачена до июня. — Так, постой, куда это ты уезжаешь? — вся дремота тут же ушла, на смену ей пришло дикое любопытство и паника. — Моя практика заканчивается. Я разве не говорила?! — Нет. — Упс, — Лорен отвела глаза в сторону. Я заметила одну её особенность: когда ей стыдно, она не смотрит в глаза. — Ну теперь-то ты знаешь. — Да. Легче как-то не стало, лучше бы не знала. И... мы... расстанемся? — последние слова мне дались с большим трудом. Мысль о скором расставании угнетала меня. А какой мог быть ещё выход из ситуации? Она уезжает, а в отношения на расстоянии я не очень-то и верю. Попробовать, конечно, можно, но какой в этом смысл, если исход один - разрыв. Лучше уж сразу, пока мы не так сильно привязаны друг к другу. — Нет, конечно. Тебе осталось отучиться два месяца, мне три, в июне у меня защита дипломной. И всё, я свободна. Тем более я смогу приезжать каждые выходные. И если захочешь, ты можешь приехать ко мне. — Всё как-то стало сложно. — Отношения сложная вещь. — Я, наверное, на интуитивном уровне раньше не ввязывалась в это дерьмо. — Любые отношения должны пройти проверку временем и расстоянием. Ничего же такого не происходит. — Возможно в любое другое время я бы возразила, но я так сильно хочу спать, что готова согласиться с тобой. Мы просидели в туалете всю перемену, а потом после звонка по очереди вышли и пошли на урок. У меня как раз была математика у неё. Лорен раздала листки А4 с заданиями из экзамена для самостоятельного решения. Это была не её прихоть, а мисс Брук, сама она где-то пропадала и лишь только спустя половину урока пришла – раскрасневшаяся, растрёпанная, с искрящимися глазами. — Сидим. Ноги со стола убрала, — были первые её слова. Последняя фраза была адресована конкретно Лорен. Ей на столько было посрать на нормы этики и вообще школы, что она спокойно закидывала ноги на край учительского стола и залипала в телефон. — У меня хорошие новости. В четверг и в пятницу не учимся. — В чём подвох? — выкрикнул Калеб. — Мы едем в поход до субботы. — Ха, лохи, — озвучила свои мысли вслух мисс Хурэги, всё также сидя закинув ноги на край стола. — Ты тоже едешь. — В смысле? Моя практика заканчивается в субботу. — Ты как мой придаток, и отмазаться ты не можешь. Кто едет, получает пять по ОБЖ и биологии. — А по математике? — решил уточнить Дэн. — Обойдётесь. В походе я была один раз в начальной школе. Что-то я больше не горю желанием туда отправляться. Я не помню, что именно произошло, детские воспоминания стираются с возрастом, особенно плохие. Спать на сырой земле, где ползают всякие букашки, есть непонятно что из общего котелка. Совершенно никакой гигиены. О нет! Избавьте. И как же душ? Три дня без душа, горячей воды, мыла, шампуня! Вы издеваетесь? Я слишком привыкла к современным благам. И сто процентов там не ловит интернет. Как же мемы? Как же моя деградация? Так походу думала только я. Потому что лица остальных были озарены азартом и интересом. Даже Люси, сидевшей рядом, пришлась идея по вкусу. Вообще за последние шесть лет поход стал традицией школы. Весной и осенью, классы (каждый в определённый день) отправляются за хуеву тучу километров и проводят там три дня. И всегда в это время я болею. Мой организм необычайным образом чует опасность похода и всегда вовремя подхватывает грипп. Я ни разу не ходила в поход в старшей школе. Сейчас всё пошло не так - я здорова. В конце недели поход, а у меня ни признака болезни. — Ну наконец-то, я ждала этого с осени, — сказала Люси. — Хочу тебе напомнить, у тебя сломана нога. — Так даже лучше. Никто не заставит меня собирать хворост или ещё что-нибудь. Ты поедешь? — Нет. — Поехали, ты ни разу не была. Поход – реально крутая вещь. Ты едешь и точка! И мы будем спать в одной палатке. Будет весело. Ты же знаешь, если я говорю, что будет весело, значит будет весело. Верь мне. Сопротивляться обаянию Люси очень трудно – эти её взгляды, лёгкие прикосновения, тембр голоса. Всё притягивало и сбивало с мысли, в ней была какая-то внутренняя харизма. Без особых усилий ей удавалось уговорить самого непоколебимого человека, однажды она убедила продавщицу в палатке продать нам несовершеннолетнем пиво. И дело вовсе не в словах, которые она говорит, а в том, как это делает. Ты опомниться не успеваешь, как уже на что-то подписался. Думаю, поэтому чуть ли не все девушки школы готовы с ней замутить. — Разделитесь, кто с кем будет в палатке спать, и сейчас мисс Хурэги раздаст листки, что необходимо с собой взять и... — Мне лень вставать, давай сама, — вальяжно перебила Лорен. — Пойдём выйдем, поговорим, — видно было, что они играют друг с другом. — Воу, воу, опасная женщина, — Лорен подняла руки вверх в знак капитуляции. — Я лучше листочки раздам. Чуть позже в этот день произошло ещё одно событие, которое твёрдо въелось мне в память. Был урок испанского. Мы сидели как обычно четыре подруги и обсуждали последние сплетни школы: кто, с кем, когда. Вошёл Мистер Диас. — Здравствуйте, садитесь, — сказал он, кладя журнал на стол. — Камила, тебя директор вызывает к себе. По какому вопросу не знаю. Я переглянулась с Дайной, она сидела рядом, а мне срочно требовалось найти поддержку в ком-то. Тут же я стала припоминать, что могла натворить. За мной никаких грешков не числиться... кроме... Нееет. Кровь отхлынула от сердца, как только я подумала, что он знает про мои отношения с Лорен. Других причин попросту нет. Ладошки мгновенно вспотели, а щёки адски вспыхнули. С трудом поднявшись, я вышла из класса. Что-то больно сдавливало грудь, мне было тяжело дышать. Нужно успокоиться, нужно успокоиться, — мысленно повторяла я, но это не помогало, наоборот, только ещё хуже становилось, и я больше паниковала. С чего я вообще взяла, что это по поводу меня и Лорен? Откуда ему знать? Мы были осторожны. В беспамятстве я дошла до двери директора, постучала и вошла к секретарю. — Проходите, — сказала женщина, печатая на компьютере. — Мистер Дэвис сейчас подойдёт. Всё моё тело охватил жар, хотелось выйти наружу и сбежать от всего. Но вместо этого я неуверенным шагом пересекла кабинет секретаря и вошла в кабинет директора. На одном из кресел напротив огромного стула директора, который в данную минуту пустовал, спиной ко мне сидела Лорен. Всё-таки моя первоначальная догадка оказалась верной. Она обернулась, увидев меня, тут же подскочила и, оказавшись возле, схватила под локоть и усадила в соседнее кресло. — Как себя чувствуешь? — она приложила холодную ладонь к моему лбу. — У тебя походу температура. — Это всё от волнения, — ответила я не своим голосом. — Не парься, — Лорен села на корточки и взяла мои руки в свои. Как вовремя у неё были холодные руки. — Ничего страшного не произойдет. И я поверила ей. Возможно, её голос на меня так действовал, что я немного успокоилась. Биение моего сердца вернулось в норму, но краска не отходила от лица, и я чувствовала, как пылают мои щёки. — Неожиданный финал нашей истории, — только мне пришла эта мысль, как я её тут же озвучила. — Ты думаешь, это конец? — уголки губ её чуть приподнялись. — Да, а что же ещё? — Начало. После её слов вошёл директор. Он шумно покашлял и, пройдя к столу, сел на стул. Лорен, поднявшись, села напротив него в соседнее кресло. — Так, — начал он, прощупывая нас своим хмурым взглядом. — Вы знаете, по какому вопросу я вас вызвал? — Догадываемся, — спокойно и холодно ответила Лорен. — Вот, прошу, взгляните, — он протянул нам телефон. Я, придвинувшись на край кресла, взглянула на экран. О боже, да это мы на фотке целуемся в туалете. О, а я неплохо получилась. Моя недошутка подняла мне на чуть-чуть настроение. Фото явно сделано сегодня. Мда... — Как вы это объясните? Лорен молчала. Тогда я решилась что-то сказать. Мне как раз пришла гениальная идея. — Мистер Дэвис, тут всё просто. Мне стало плохо, и мисс Хурэги сделала мне искусственное дыхание. Я прям чувствовала, что Лорен готова разразиться смехом и еле сдерживала себя, прикусывая щёки. Страх, затуманивший мой разум, прошёл, передо мной открылась вся картина. Сама не знаю, почему так распереживалась несколько минут назад, что готова была упасть в обморок. Ничего плохого не случилось. Подумаешь, спалили, и что? — Мисс Кабелло, это не шутки! — директор весь покраснел. — Есть закон, запрещающий отношения ученика и учителя. — Вообще-то я практикантка, а Камила скоро закончит школу, так что давайте сделаем вид, что ничего не было и... — Сделать вид, что ничего не было! — вспылил Дэвис, резко вставая со стула, что тот откатился назад. — Да как вы... — Камила, оставь нас, — спокойно сказала Лорен. Я вышла из кабинета директора к секретарю. Возможности подслушать, к сожалению, не оказалось, тут всё время ошивалась страшненькая секретарша. Не знаю, что происходило за закрытой дверью, абсолютно ничего оттуда не доносилось, как бы я ни прислушивалась, только постукивание по клавиатуре нарушало тишину. Я сидела на диванчике и нервно трясла ногой в ожидании приговора. Некто нас сфоткал в туалете, следовательно, мы там были не одни. Это точно не директор, тогда бы он сразу ещё на месте заявил о себе. Значит, это кто-то из учеников. Кто-то, кто недолюбливает меня или Лорен. Или какой-нибудь жопализ, готовый на всё ради похвалы. Ближе к концу урока вышла Лорен. Я так и не смогла составить список подозреваемых. Это может быть любой ученик, за исключением моих друзей, им я доверяю. — Ну? — вскочила я с дивана, бросаясь к ней. — Всё в порядке. Он никому ничего не скажет. Но в школе нам, за исключением уроков, общаться не желательно. Если что, мы всё ещё вместе. — О чём вы говорили? Ты ему угрожала? — Совсем чуть-чуть.