Мы собрали этот пазл

Бледные длинные пальцы стучали по клавиатуре, набирая текст новой песни, а Хосок так и стоял в дверях с большой коробкой в руках. Он сжал её так, что крышка помялась и через небольшую щелку упало два элемента. — М-м-м, — протянул рыжеволосый и со злостью поставил коробку на тумбу, — Хорошо, не буду мешать. Хосок не понимал, почему сейчас он разозлился. Ему действительно казалось, что вот он — человек, которого он искал всю жизнь, но именно этот, казалось, близкий ему парень, вонзает самый острый нож в спину. Дверь спальни закрылась и рыжеволосый тихими шагами направился в зал, лихорадочно ища книгу, в которую он смог бы погрузиться и забыть о всех проблемах, которые резко на него упали. " Мин Юнги, является-ли причиной твоего уезда то, что произошло на сцене? " На утро тёмноволосого уже и след простыл, будто бы его в этом доме никогда и не было. Хосок открыл дверь в светлую комнату и его взгляд сразу же упал на тумбу, где лежал наполовину собранный пазл. Всю ночь Юнги не мог уснуть, прокручивая в голове сцену с поцелуем. Он медленно проводил по своим сухим губам указательным пальцем и улыбался, не давая себе отчёта о том, из-за чего он это вообще вспоминает. Парень не знал, куда он поедет, где он будет жить, но лишь на секунду поддаваясь разуму, а не чувствам, осознавал, что ему нужно разорвать все отношения с Хосоком. Колёса чемодана стучали, попадая между тротуарной плиткой, и молодой человек, одёргивая вниз свои длинные рукава тёмного свитера, шёл к вывеске "Интернет-кафе". Комнатки из самой тонкой фанерки, вечный запах пота и всхлипы какой-то девчонки, что рассталась со своим парнем. Дёшево и сердито. — Юнги... — рыжеволосый провёл пальцем по картинке части пазла с его же изображением. В этот момент внутри Хосока словно что— то медленно пронзало. Какое— то необъяснимое чувство, похоже только лишь на боль. Он вдохнул ещё не выветрившийся аромат дорогого одеколона старшего и улыбнулся, — Я знаю, мы встретимся. Звонок менеджера вывел танцора из раздумий, и он, не задумываясь, ответил. — Да? Через два дня? Хорошо, я буду, — последняя фраза была сказана с особой радостью, ведь его и Юнги позвали на совместную фотосессию.