В Браке с Дьяволом.

Что такое счастье? На этот вопрос нет и не было никогда однозначного ответа, у каждого человека счастье — это что-то своё. Для многих оно заключается в моментах, которые заставляют нас петь, плакать, танцевать или мечтать. И по этим крупицам складываются лучшие времена нашей жизни. И вот сейчас, одним из лучших моментов, произошедших со мной когда-либо, было видеть, как моя подруга детства Эшли Макгонагалл открывает глаза. *** Атмосфера в палате Эшли мгновенно переменилась. Все, кто был здесь — Адам, я и Джейк — ждали чуда. Кто-то, увидевший эту картину со стороны, фыркнул, подумав, что это «всего лишь». «Подумаешь, девчонка попала в аварию, бывают моменты и похуже». Так бы подумал тот, кто никогда не терял близких или не думал, что потеряет. Но для нас троих это не было «всего лишь». Мы с трепетом ждали этого момента, переживая каждую секунду. Хоть врачи и обещали скорую поправку, с уверенностью заверяя, что состояние Эшли стабильно, но мерзкий страх, что что-то может пойти не так, все равно грыз меня изнутри. Хотя я знала, что Эшли всегда была сильней меня, переживая тяжёлые моменты жизни с оптимизмом и верой в будущее, когда я утопала в бесконечной жалости к себе, противный червяк сомнения постоянно все равно нашептывал мне: «А вдруг она не справится? Вдруг выжить после такой страшной аварии будет ей не по силам?». Но я гнала свои страхи прочь, желая больше всего на свете, чтобы жизнь моей подруги заискрилась новыми яркими красками. Думаю, парни, находящиеся в этой же палате, хотели того же. Я обвела их взглядом. Джейк, сгорбившись, сидел у койки Эшли и бережно держал ее руку в своей, что-то ей нашептывая и мимолетно целуя. У меня защемило сердце от этой картины. Когда-то я и подумать не могла, что для Джейка всё обернётся именно так — он влюбится без памяти в мою лучшую подругу, которая терпеть не может бабников. И Джейк был им когда-то. Но не одна я видела то, как он преобразился после встречи с Эшли. Это видел и Адам. И даже сейчас, когда я обернулась на него, он тоже стоял и с удивлением наблюдал за этой картиной. Адам впервые видел своего друга таким. Джейк не обременял себя долгими отношениями, считая, что такая ответственность ему не нужна, но Эшли изменила это. У него была мрачная судьба, лишенная родительской любви и ласки, как и у Адама, и Джейк получал эту любовь и ласку от мимолетных красоток, с которыми он проводил максимум пару ночей, после которых навсегда прощался. Ему нравился этот уклад жизни, но ради Эшли он готов был пойти наперекор себе. И я видела, как светились глаза Адама, когда он наблюдал за отношениями Джейка и Эшли. Парень постоянно доставал ее своими шутками и несерьезностью, но я-то знала, что сердце подруги, много раз израненное неудачными отношениями, все равно тает под воздействием обаяния Джейка Блэйка. Я была рада за них, как и Адам за своего друга. В глазах Адама то и дело проблескивала радость и гордость за него, хоть он и максимально старался этого не показывать, но я замечала многое. Вдруг приборы запищали. Мы с Джейком одновременно встрепенулись. — Я схожу, позову врача, — прошептал Адам и, чмокнув меня в макушку, быстрым шагом вышел из палаты. Я кивнула и, пододвинув ещё одно кресло вплотную к Эшли, села на него и взяла руку подруги в свою. Она уже не была такой хрупкой и безжизненной, как пару дней назад. Наоборот, ее рука стала чуть тяжелее, теплее и более живой. Я ободряюще улыбнулась Джейку, одними губами сказав, что всё будет хорошо. Он растерянно кивнул, и в этот момент в палату вернулся врач, а позади него Адам. Я наблюдала, как врач подошёл к приборам и нажал на какие-то кнопки, после чего подошёл к Эшли и аккуратно высунул катетер из ее носа, позволяя ей дышать самостоятельно. Ее грудь стала подниматься медленнее и тяжелее, и на этот моменте я задержала дыхание. Джейк прикрыл глаза и прижался губами к руке Эшли, будто мысленно читая молитву. Я почувствовала, как руки Адама нежно, но твёрдо легли на мои плечи, даря мне немую поддержку. Я хотела поблагодарить его, но понимала, что сейчас не время для этого. — С возвращением, Эшли, — тепло улыбнулся врач, когда подруга сонно поморгала, будто отходя от долгого и сладкого сна. Он поднёс к ее губам стакан воды и, мягко схватившись за заднюю часть шеи, приподнял ее голову и помог сделать несколько глотков. По лицу Эшли прошло облегчение, и она благодарно кивнула. Она уже не моргала так медленно и сонно, но все равно ее расфокусированный взгляд блуждал по нам, пытаясь зацепиться за что-то или кого-то одного. — Как вы себя чувствуете? — Немного… — прохрипела она, но потом прочистила горло и продолжила. — Вымотанной. — Это нормально, — заверил и её, и нас врач. — С вами уже почти все в полном порядке, но болеутоляющее все ещё действует, поэтому вы будете чувствовать усталость и сонливость. Сможете пообщаться с друзьями? Она кивнула, и ее взгляд уже стал чётче. Она посмотрела сначала на меня, потом на Адама, стоящего позади, и затем на Джейка. — Тогда я ненадолго оставлю вас, — произнёс врач и, подмигнув мне, пошёл к двери. Уже взявшись за ручку, он обернулся и строго произнёс. — А потом покой и только покой! Мы одновременно кивнули. Как только за ним закрылась дверь, Эшли произнесла: — Привет, ребята. Джейк со свистом выпустил воздух и, подскочив со своего кресла, ринулся к Эшли. Нежно обхватив её лицо двумя руками, он аккуратно, но крепко поцеловал её. — Я так боялся за тебя, малышка, — отчаянно прошептал он и прислонился своим лбом к её, прикрыв глаза. Эшли удивленно поморгала. — Ух ты… а ты кто? — спросила она. Мы все застыли. Джейк пораженно отодвинулся от неё и пошатнулся, не крепко стоя на ногах. Руки Адама на моих плечах напряглись, а я во все глаза уставилась на подругу. Должно быть, в наших головах одновременно проскочила мысль «Только бы не амнезия». Эшли нахмурилась, снова обводя нас взглядом, а ее губы сжались в плотную линию. Джейк упал в кресло, закрыв лицо руками. — Ты нас не помнишь? — прохрипел он, полностью поникший. — Помню, — ответила она, издав смешок, и слабо улыбнулась. Мы все выдохнули с явно ощутимым облегчением. — Просто хотела увидеть вашу реакцию. Джейк снова подскочил с кресла и принялся неистово целовать лицо Эшли во всех местах. Она зажмурилась, но улыбка с ее лица не пропала. — Как только ты выздоровеешь, я тебя убью, — пригрозил он, продолжая смачно чмокать ее. — Не сможешь же, — ответила она с вызовом. — Ты права, но смогу зацеловать до смерти. — Хорошо-хорошо, только сейчас перестань мое лицо слюнявить, прошу тебя. Джейк наконец-то успокоился и сел, и подруга выдохнула, переведя свой взгляд на меня. — Привет, Эшли, — тепло улыбнулась я ей. — Привет, — также тепло улыбнулась она мне. — С возвращением, — я не смогла сдержать порыва чувств и аккуратно обняла её, прошептав. — Я скучала. — Тихо-тихо, — она подняла руку, и я заметила, как она слегка тряслась, когда она погладила меня по волосам. — Всё в порядке, я снова с вами. Вы ещё пожалеете, что так скучали по мне, ибо я вам ещё кучу раз успею надоесть. — Ну и дурочка ты, — я села обратно, и Адам, пододвинув своё кресло, сел рядом. — Привет, Адам, — обратилась она к нему. — Здравствуй, — ответил он, но когда больше слов не последовало, я незаметно стукнула его локтем. — Я рад, что ты вернулась, Эшли, — спохватился он. Слова прозвучали искренне и мягко. — Сегодня должен снег пойти или ты меня впервые назвал по имени? — удивленно спросила она, и ее брови взлетели вверх. — Не удивляйся так, я же действительно рад, что ты очнулась. — Эй, я сейчас ревновать начну, — шутливо вставил своё слово Джейк. — Не мешай, дай мне насладиться моментом серьезности, — она слабо махнула на него рукой. Адам взял мою руку в свою, нежно поглаживая кожу большим пальцем. — Вижу, ребята, ваше первое свидание прошло успешно, — улыбнулась она нам, наблюдая за нашими руками. — Ну… почти, — я вспомнила звонок матери Эшли и новость об аварии, и мелкая дрожь пробежалась по моему телу. — Как только оно началось, позвонила твоя мама. И сообщила нам о том, что случилось. Эшли виновато потупила взгляд и поникла, но я поспешила ее успокоить. — Не вздумай даже винить себя, — строго сказала я. — Ты абсолютно ни в чем не виновата. Главное, что сейчас с тобой все хорошо. — Ладно, — она кивнула, но затем вперила взгляд в Адама, прищурившись. — Но если ты ещё раз обидишь ее, я увезу Андреа так далеко, что ты ее не найдёшь. — она перевела взгляд на Джейка. — А ты — меня. — Пусть только попробует, — угрожающе бросил Джейк, кинув взгляд на Адама. — Я не выдержу, если потеряю тебя второй раз. — Чего вы все так на меня накинулись, пираньи, — издал смешок Адам, но затем ее голос стал серьезным. — Клянусь вам, если посмею ее хотя бы раз обидеть, то можете убить меня. — Очень смешно, Адам, — цокнула я, закатив глаза. — Это новый прикол какой-то? — поинтересовался Джейк, нахмурившись. Эта реплика была в точности похожа на слова моей мамы, которая находила в интернете смешные картинки, но не могла никак понять, что в ней смешного. — Нет, — серьезно ответил Адам, стойко встретив подозрительные взгляды Эшли и Джейка, а затем спокойно пояснил. — Без неё мне в этой жизни делать нечего. Мое сердце забилось быстрее. — А со своими адвокатами договоришься, чтобы меня за решётку не упекли? — спросила Эшли, выгнув бровь, и тоже ища какой-то подвох. — Договорюсь, — кивнул Адам. — А с бизнесом что будет? — спросил Джейк с сомнением. — Всё достанется ей, — Адам мимолетно взглянул на меня, но даже этот секундный взгляд означал слишком много. — Тогда чур долю мне, — разбавила атмосферу Эшли, и мы одновременно усмехнулись. — Так уж и быть, живи пока, Ромео. Я даже благословляю Вас, дети мои. Мы засмеялись. Как же приятно было слышать, что она снова шутит. — Я тебя прощаю, — вдруг серьезно сказала она, обратившись к Джейку. — За что это? — не понял он, от удивления смотря на неё во все глаза. — Не знаю, — она слабо пожала плечами. — Просто подумала, что звучит в тему. — А я подумал, что успел уже накосячить в чем-то. Умеешь же ты пугать, детка, — фыркнул он, расслабившись. Эшли вдруг встрепенулась, мгновенно посерьёзнев, и улыбка пропала с ее лица. — Погодите. Я вспомнила, что прямиком из аэропорта поехала к бабушке, — прошептала она взволнованно. — У неё же был инсульт, верно? Я медленно кивнула. — Господи, умоляю вас, скажите, что сейчас с ней всё в порядке, — взмолилась она, с надеждой смотря на меня. — С ней все хорошо. Врачи успели ее спасти, и сейчас её здоровью ничего не угрожает. Эшли громко выдохнула, расслабляясь. — Отлично, — кивнула она, а затем спросила. — Сколько я была в отключке? — В коме, — поправил её Адам. — Несколько дней. — Ого, — удивилась она. — Не мало. Родители должно быть там места себе не находят. Как они? Вы им сообщили? — Да, — ответила я. — Они очень переживают, но уже скоро будут тут. Эшли кивнула, после чего спросила: — Тогда скажите мне, насколько я плохо выгляжу, пожалуйста. Не хочу, чтобы мама, увидев меня, слегла в больницу от сердечного приступа вслед за бабушкой. — Ты вовсе не выглядишь плохо, — возразил Джейк, нахмурившись и покачав головой. — Правда? — искренне спросила она. — Правда. Ты безумно красивая даже сейчас, — улыбнулся он, любуясь ей так, будто она была настоящим произведением искусства. Щеки подруги порозовели, и я мысленно хихикнула. Джейк знал, что нужно сказать. — А у меня серьезные травмы? Я просто ничего сейчас не чувствую из-за лекарств, которыми меня напичкали. — Удивительно, но кроме черепно-мозговой — ни одной, — ответил ей Адам. Эшли подняла руку и аккуратно пощупала свой затылок, после чего тихо ахнула. — Ауч. Да уж, прям удивительно, — пробурчала она, убирая руку. — А я смотрю, тебе прям жалко, что я себе пару костей не сломала, да, Адам? — Очень жалко, — театрально вздохнул он, но продолжил уже серьезно. — На самом деле, авария была очень страшной, и выжить в ней шансов у тебя было минимально, и да, можно сказать, что ты очень легко отделалась. — Спасибо за информацию, — хмуро ответила она. — В чём была причина ДТП? Адам переглянулся с Джейком, видимо, не зная, стоит ли говорить Эшли правду. Заметив это, Эшли сильнее нахмурилась и напряглась. — Ей нужно знать, — мрачно кивнул Джейк. — ДТП было спланировано моими конкурентами. Мои люди пока не выяснили, кто стоял во главе этой идеи, но мы нашли сообщников и узнали от них некоторую информацию. Ублюдку, который сидел за рулем автомобиля, влетевшего в твоё такси со скоростью 110 км/ч, когда вы стояли на перекрёстке, предложили кругленькую сумму за эту аварию. Но он не рассчитал все детали, и в итоге это ДТП его самого привело к летальному исходу. Водитель твоего такси тоже умер до приезда скорой. Тебе очень повезло, что ты была пристёгнута в этот момент. Эшли ахнула, прикрыв глаза руками. — Вы связались с его семьей? — приглушенно спросила она. — Разумеется. Хоть и никакие деньги не помогут им пережить эту утрату, тем более двум маленьким детишкам, что у него остались. Но я позаботился о том, чтобы больше они никогда ни в чем не нуждались, — ответил Адам. Мысль о двух наполовину осиротевших детях больно кольнула в сердце. Когда я взглянула на Адама, то увидела, что в его глазах тоже сквознула боль, ведь он, как никто другой знал, какого остаться без родителей. Я сжала его руку, мысленно стараясь поддержать. Он ободряюще улыбнулся мне. — Мы будем их навещать, — решительно сказал Джейк, и Эшли удивленно взглянула на него. Видимо, с такой стороны она видела его впервые, как и я Адама со стороны щедрого и сопереживающего человека. Джейк постоянно доставал Эшли и вёл себя с ней несерьезно, из-за чего она не подпускала его близко к себе, боясь снова ошибиться, но сейчас подруга видела, с какой серьёзностью он к ней относился, и ее это сбивало с толку, я была в этом уверена. — Спасибо. Я чувствую некоторую вину перед его семьей. Он не должен был умирать, единственной их целью была я. — Нет, Эшли, единственная их цель — это я и мой бизнес, а вы лишь пути, по которым они очень просто могут подобраться ко мне, — сказал Адам, сильнее сжав мою руку. — Но я больше никого не намерен подвергать риску, и поэтому с этого дня к вам ко всем приставлена охрана. И да, девочки, — он взглянул сначала на меня, а потом на Эшли. — Я хочу, чтобы вы прошли курс самообороны и стрельбы из огнестрельного оружия. — Всё настолько серьезно? — спросила я. — Пока нет, но, как я уже сказал, рисковать вами я не могу себе позволить. Эшли уже хотела что-то возразить, как Джейк перебил ее. — Я тоже думаю, что это хорошая идея. Удивительно, что она вообще пришла в голову Адама. Хорошие идеи редко его посещают, — хмыкнул Джейк, и Адама кинул в его сторону убийственный взгляд. Джейк не обратил на это внимание, переводя свой взгляд с Эшли на меня. — Уметь постоять за себя и обращаться с огнестрельным оружием никогда никому не мешало. Эшли послушно кивнула, и Джейк строго взглянул на неё. — Только чур в мою сторону свои навыки не применять, — он пригрозил ей пальцем. — Всё будет зависеть только от тебя, красавчик, — усмехнулась она, после чего зевнула, сонно заморгав. — Ребят, я вас безумно рада видеть, но вы не будете против, если я посплю немного до приезда родителей? Мне нужно будет набраться сил, чтобы объяснить им всё. — Конечно, — сказала я и поспешила встать. Чмокнув подругу в лоб, я пожелала ей скорейшего выздоровления. — Пожалуй, я останусь ещё ненадолго, — задумчиво сказал Джейк, наблюдая, как Эшли медленно впадает в сон. — Только не доставай меня, — сонно пробормотала она. — Не посмею, госпожа, — широко улыбнулся он, но Эшли уже уснула. Уже почти выйдя из палаты, я обернулась и тихо обратилась к Джейку. — Если что, ее отец, Дэвид, военный на пенсии, так что советую тебе быть осторожнее с ее семьей и с ней, — я подмигнула ему, и услышала, как за моей спиной из Адама вырвался смешок. Джейк растерянно кивнул и громко сглотнул. Я хихикнула и вышла из палаты. Упав в кресло, я глубоко вздохнула, мысленно сбрасывая с себя всё напряжение, что было до того, как Эшли вернулась. — Устала? — аккуратно спросил Адам, присаживаясь рядом. — Не знаю, — честно ответила я. — Ожидание было морально тяжелым, но сейчас всё отлично. — Тогда пойдём, — он протянул мне руку, помогая подняться. — Куда? — Увидишь, — загадочно ответил он и повёл меня прочь. *** — Ты привёл меня в бойцовский клуб? — я сложила руки на груди, осматривая огромное помещение. Тут было несколько рингов, на которых дрались крупные накаченные парни, другие же колотили груши или просто тренировались. — Боксерский, — поправил меня Адам, но все равно довольно кивнул. — Я тут был частым гостем до того, как встретил тебя. — И что, мы драться будем? — я выгнула бровь и уставилась на него. — Нет, детка, просто тренироваться, — ухмыльнулся он. — Мне кажется, кто-то подрастерял свою физическую форму. — Если говоря «кто-то», ты имеешь в виду себя, то я полностью с тобой согласна, — хмыкнула я, а затем специально пощупала его бицепс. — Вон какой хлюпенький стал. Ай-ай-ай, ты совсем распустил себя, Адам, так нельзя. — Не нарывайся, Котёнок, — издал смешок он. — А то что? — подначила его я. — А то… — он сделал вид, будто думает, а затем сильно хлопнул меня по пятой точке. От неожиданности я подпрыгнула и вскрикнула, и в этот момент поймала несколько заинтересованных взглядов парней на себе. Они осмотрели меня с ног до головы, а я поёжилась под их пристальными взглядами. Видимо, женщина в этом клубе не особо частый гостей. — Одна я сюда не приду, — оповестила я Адама. — Конечно, не придёшь, — хмуро ответил он, тоже заметив все эти взгляды. Он взял меня за руку и повёл на второй этаж. — Пойдём, потренируемся в отдельном зале. Отдельный зал? Да уж, тренировка, похоже, долго не продлится. У стойки информации на втором этаже он взял два комплекта спортивной одежды и ключ. — У тебя всегда все наперёд продумано? — поинтересовалась я, когда мы подошли к массивным дверям. — А как по-другому? — он пожал плечами с невинной улыбкой и открыл дверь. — Я всегда на шаг впереди, детка. Открыв дверь, мы попали в большую балетную студию, увешанную зеркалами, возле которых стояли станки для разминки танцовщиц. Я ахнула, вспоминая своё детство и юность, проведённое в подобной студии. Проведя рукой по станку, я с нежностью вспоминала, как больно иногда было разминаться, но как приятно потом танцевать. Я обернулась и поймала загадочный взгляд Адама, направленный прямиком на меня. — Ты знал, верно? — спросила я. — Знал что? — он выгнул бровь, но продолжал улыбаться. — Что в почти такой же студии я провела много лет своей жизни. Именно поэтому ты меня сюда и привёл. — Может быть знал, а может и нет, — он снова пожал плечами, все ещё улыбаясь. — А может я просто везунчик. Я подошла к нему и, закинув руки на его шею, поцеловала. Он обнял меня за талию, углубляя поцелуй. — Просто везунчики не управляют огромной бизнес-империей с каждодневным оборотом в миллиарды долларов, — прошептала я, а затем искренне сказала. — Спасибо тебе. — За что? — За то, что помог на секунду вернуться в детство. Для меня это очень дорого. — Любовь моя, не нужно меня благодарить, я не сделал ничего такого, — ответил он, после чего кивнул на женский спортивный комплект. — Иди, переоденься. — А со мной не пойдёшь? — игриво спросила я, задев его бедром. — Если пойду, то до тренировки дело точно не дойдёт. Иди и не испытывай моё терпение, женщина. Я хихикнула, после чего зашла в раздевалку и переоделась. Это был самый обычный спортивный костюм: чёрные штаны, белая майка и чёрная жакетка. Когда я надела майку, то невольно покачала головой: вырез был слишком большой, что было дело рук, конечно, Адама. Хорошо, если он хочет просто тренировку и ничего больше, то получит. Я застегнулась и вышла к нему. Он тоже был уже в таком же спортивном костюме и уже делал наклоны влево-вправо-назад-вперёд. Только на нем была майка, без жакетки. Вот… говнюк. Его сильные накаченные руки было прекрасно видно, а также майка так плотно облегала пресс, что было видно и кубики. Я чуть полюбовалась красотой тела этого мужчины и встала прямо перед ним, завязывая волосы в хвост и прекрасно осознавая, на что у него в голове в этот момент возникнет ассоциация. — Андреа, — предупредил он. — М-м? — я невинно похлопала глазами. — Не играй с огнём. — Хорошо-хорошо, — примирительно сказала я. — Руководи, тренер. — Тридцать отжиманий. — Что? — я опешила, во все глаза уставившись на него. Никогда не умела и ненавидела отжиматься. — С ума сошёл? — Спокойней, детка, я же шучу, — он широко улыбнулся, и я стукнула его по плечу. — Просто повторяй за мной. Он показывал, что нужно делать, а я повторяла. Да уж, моя физическая форма действительно оставляла желать лучшего. Я подзапустила себя, и многие лёгкие упражнения мне давались с не сильно ощутимым трудом. Но Адам же выполнял их легко, будто и не было у него перерыва в занятиях спортом. Мы размялись, постоянно подкалывая друг друга и как бы невзначай касаясь. Наши взгляды то и дело пересекались в зеркалах, и мы улыбались друг другу, чисто и невинно, прямо как подростки во время конфетно-букетного периода. В моей груди разливалось тепло, и я допустила мысль, что вполне могла бы проводить так время постоянно, если он рядом. Но когда дело дошло до приседаний, Адам стушевался. Он немного понаблюдал за мной в зеркале, и я заметила, как его глаза слегка потемнели. — Закончишь сама? — спросил он. — Мне нужно принести кое-что. — Конечно, — засмеялась я, наблюдая, как он быстро вышел из комнаты. Он вернулся ровно в тот момент, когда я закончила приседать, и в его руках было две пары боксёрских перчаток. Одну пару он бросил у стены, а со второй подошёл ко мне. — Вытяни руки, — скомандовал он. — У тебя что, прелюдия такая? Или же секс-игры? — я нахмурилась, но выполнила то, что он сказал. — А ты как думаешь? — усмехнулся он, надевая на мои руки перчатки, которые были точно моего размера. — Не знаю, от тебя можно многого ожидать, — честно ответила я. — Многого, — согласился он. — Но уж точно не это. Буду учить тебя боксу. — Зачем? — Чтобы ты всегда могла прописать какому-нибудь извращенцу хук справа в лицо или в печень, если вдруг меня рядом не окажется, — серьезно ответил он. — Окей, умение полезное, спорить не буду, — кивнула я, наблюдая, как ловко его руки орудуют с застежками перчаток. — А слова «какому-нибудь извращенцу» на тебя случайно не распространяются? — Лишь в той мере, которую ты сама допускаешь, — он подмигнул мне. — Но так уж и быть, если так захочется, можешь когда-нибудь меня стукнуть. Разрешаю. — Ох, как великодушно, — передразнила я его. — Погоди, тут же даже груши нет. Кого мне бить? — Меня, — улыбнулся он. — Сегодня я буду твоей грушей. Адам закончил с перчатками и отошёл, но перед этим нежно чмокнул меня в лоб. Я постаралась скрыть, как в этот же момент от затылка до пяток по мне пробежал табун мурашек. — Ты уверен? — спросила я с подозрением. — Не боишься? — Тебя? — усмехнулся он, но когда заметил мой злобный взгляд, спохватился. — Ой. Конечно боюсь, но думаю, что сильно я не пострадаю. — Смотри, я же говорила, что в гневе бываю страшна и опасна. — А у тебя есть сейчас причины для гнева? — поинтересовался он. — Сейчас нет, но могут появиться, так что будь осторожен, — предупредила я. — Разумеется, Котёнок, — пообещал он и развёл руки в стороны, как бы говоря «Я весь твой, делай всё, что только в голову взбредёт». — Давай, покажи на что ты способна. Я вспомнила все фильмы, где каким-либо образом видела боксёров, и встала в стойку: согнула ноги в коленях и руки в локтях, а ноги поставила на ширине плеч. Адам молча наблюдал за мной, но когда я закончила, он не выдержал и засмеялся. Должно быть, выглядела я сейчас совсем нелепо. — Почти правильно, — поспешил он меня успокоить и подошёл, чтобы помочь. Он повернул мой корпус в нужную сторону, помог правильно поставить руки и слегка пнул под коленку, чтобы я ещё больше присела. Затем он отошёл, обвёл взглядом меня, оценивая результат, и довольно кивнул. — Запоминай. Он медленно ударил несколько раз в воздух, показывая, как правильно. Я же не могла сосредоточиться, наблюдая, как во время действия напрягаются его руки и спина. Адама поймал меня на бессовестном разглядывании, но не стал заострять на этом внимание. — Не отвлекайся, — лишь сказал он, повторив все ещё раз. — Я поняла, поняла, — отмахнулась я. — Теперь мне тебя так же надо? — Ну так же у тебя навряд ли получится, но попробовать ты всегда можешь, — он ободряюще мне улыбнулся и снова принял позу груши для битья, то есть стоял ровно и не двигался. Когда я помедлила, все ещё сомневаясь в правильности этой идеи, он подбодрил меня. — Ну давай, Котёнок, смелее. Нужно узнать, с чем нам работать дальше. — А куда бить-то? — спросила я, обводя его тело взглядом и прикидывая варианты. — Куда твоей душе угодно, — ответил он, но немного поразмыслив, добавил. — Лучше в торс, конечно. Только прошу тебя, не ниже пояса. — Заманчивая идея, — я сделала вид, будто действительно задумалась. Я попыталась призвать все силы, что есть в моем теле, и перенести их в кулак. Показать, что я ещё не совсем безнадёжна. Замахнувшись, я ударила Адама в живот, и по моей руке сразу же даже через перчатку прошла вибрация, как будто я не живого человека ударила, а стену. Лицо Адама оставалось непроницаемым, он не то, что не пошатнулся, ни один мускул даже не дрогнул на его лице. — Я танцовщица, Адам, а не боксёр, — расстроено выдохнула я. — А ещё у тебя там стальная вставка под кожей, точно тебе говорю. — Не расстраивайся, малышка, просто попробуй ещё раз, — ответил он. — Подумай о том, что тебя злит, раздражает или же приводит в ярость. Сосредоточься на этом ощущении и представь на месте меня кого-то, кому ты бы точно захотела врезать и не раз. — А если и представлять не нужно? — пошутила я. — Тогда я ранен глубоко в сердце, — ответил он, прекрасно понимая, что я шучу. Я попыталась последовать его совету, но ничего плохого первые пару минут не приходило в голову, а Адам терпеливо стоял и ждал. Настроение у меня было слишком хорошее: Эшли очнулась, отношения с Адамом стали похожи на совершенно здоровые и счастливые отношения. Но тут в голове возник расплывчатый образ продажного урода за рулем автомобиля, который со скоростью 110 км/ч пролетел на перекрёстке через красный свет и влетел в такси, где на водительском месте был отец двух маленьких детей, а на заднем сидении находилась ни в чем невиновная Эшли. Я почувствовала в своих руках силу и ударила Адама. — Ух ты, — удивленно сказал Адам, буквально на миллиметр пошатнувшись. Я заметила, как его глаза заблестели гордостью. — Это было неплохо. Ты умничка. Боюсь спросить, о чем ты подумала, прежде чем ударить. — Об ублюдке, который решил, что может распоряжаться чужими жизнями и чуть не угробил мою подругу, — отчеканила я сквозь стиснутые зубы. Адам понимающе кивнул. Мой кулак зачесался снова, и я бросила. — Ещё раз. Я ударила ещё несколько раз, вымещая на нем всю накопившуюся злость и несправедливость. Когда моя рука уже болезненно ныла и вибрировала, требуя остановки, зазвонил телефон Адама. — Я скоро вернусь, отдохни пока, — сказал он и, взяв телефон, вышел, чтобы ответить на, видимо, очень важный звонок. Я сбросила перчатки со своих рук и подошла к зеркалу. Мое лицо раскраснелось, волосы растрепались, но в целом я выглядела не так уж и плохо. Я закинула ногу на станок, вспоминая всё, чему меня обучали много лет. Странно, что пластичность и растяжку я ещё не растеряла. Я прикрыла глаза, разминая шею. Затем встала на носочек и потянулась к другой ноге. Когда напряжение с рук чуть ушло, я встала ровно, но нога все также была на станке. Все ещё с закрытыми глазами я сняла с себя спортивную куртку и откинула ее в сторону. Капельки пота стекли вниз по шее, и я провела по ней рукой, убирая их. Откинув прилипшие ко лбу волосы, я потянула за резинку, чтобы распустить их. Волосы волнами рассыпались по плечам, и я чуть помассировала голову, наслаждаясь этим ощущением. — Ты такая красивая, — я резко распахнула глаза и сразу же встретилась со взглядом двух потемневших в шторм океанов. — И давно наблюдаешь? — лениво поинтересовалась я, убирая волосы на одно плечо. — Достаточно, — ответил Адам, и я заметила, как дернулся вверх-вниз его кадык. Он все ещё пристально наблюдал за мной. Я убрала ногу со станка и развернулась к нему. Он в два широких шага преодолел разделявшее нас расстояние и впился в мои губы настойчивым и требовательным поцелуем. — Хочу тебя. Сейчас, — тоном, не требующим возражений, произнёс он. У меня сперло дыхание от его голоса и того, как именно он произнёс эти три простых слова. Я почувствовала, как внизу живота с бешеной скоростью начинает разгораться пламя. Одним легким движением он подхватил меня на руки и усадил на станок, не отрываясь от моих губ. Я обвила его талию ногами и обняла за шею, прижимаясь ближе к нему, желая слиться в одно целое. Когда я слегка укусила его за губу, он зарычал и пришпорил меня к зеркалу. — Что же ты со мной делаешь, — прохрипел он, перейдя поцелуями от моих губ к шее. Я дала ему полный доступ к ней, откинув голову назад и уперевшись затылком в зеркало. Он языком описывал на моей шеи круги, заставив меня прогнуться в спине и открыть его взору своё декольте. — То же, что и ты со мной, — выдохнула я, царапая его плечи. Он прижался к самому главному месту моего тела всем своим желанием, и я глубоко втянула в себя воздух. Как же мне сейчас хотелось, чтобы вся лишняя ткань, которая была на нас, волшебным образом испарилась. Адам, будто прочитав мои мысли, с трудом оторвался от моей шеи и медленно снял с себя майку. Затаив дыхание, я туманным взглядом наблюдала, как на этом действии сократились мышцы его живота и рук. Последовав его примеру, я стянула с себя майку, оставшись в одном белом кружевном лифчике, и бросила ее в сторону.  Откинув волосы назад, я прикусила губу и наблюдала, как в его темно-синих глазах горел пожар. Грудь Адама тяжело вздымалась и опадала, и я была уверена, что моя делала тоже самое. Не выдержав больше эти чертовы, но такие возбуждающие гляделки, я схватила его за шею и резко притянула к себе. Мы снова встретились в яростном противостоянии наших губ. — Хочу тебя всю, — прошептал он мне, после чего прикусил мочку моего уха. Я вскрикнула, уперевшись пятками в его ягодицы, и почувствовала его пальцы на точке моего тела, которая уже давно жаждала его прикосновений, но не через ткань штанов. — Так бери. Наощупь найдя его изнывающий от желания член, я погладила его через ткань штанов, мечтая, чтобы он быстрее оказался во мне. Из Адама вырвалось утробное рычание, и он, просунув руку под резинку моих штанов и не забыв при этом нежно погладить мой напрягшийся живот, ввёл в меня один палец. Я снова вскрикнула, уперевшись лицом в его шею. — Боже, Адам, не мучай меня, — прохныкала я, когда он ввёл второй свой палец в меня и тихо простонал. — Разве я тебя мучаю? Как? — спросил он. — Своими пальцами, — простонала я, когда он усилил давление. — Да? — хрипло спросил он. Я продолжала поглаживать его член через ткань штанов и вслед за ним сжала его сильнее. — Что ты хочешь, Андреа? — Хочу тебя. Во мне. Сейчас, — простонала я, чувствуя, что ещё немного, и не выдержу. — Придётся потерпеть, милая. Он ускорил свои движения, и я укусила его за шею, даже не пытаясь сдержать своих чувств. Пик приближался, и когда я хотела закричать от переизбытка наслаждения в моем теле, он грубо заткнул меня поцелуем. Я упала на его грудь, тяжело дыша. Господи, почему каждый раз с Адамом заставлял меня чуть ли не умирать от удовольствия? — Теперь твоя очередь, — сказала я и, прежде чем Адам успел возразить, легко толкнула его в плечи. Адам отшатнулся, не ожидавший таких действия, и я воспользовалась шансом. Спрыгнув со станка на ватные после оргазма ноги, я опустилась на колени и уже взялась за резинку его штанов, когда в дверь настойчиво постучали. — Мистер Коллинз, скоро начнётся занятие у девочек, освободите студию, — послышался женский голос за дверью. — Мы успеем, — прошептала я, не обращая ни на что внимания, и уже потянула его штаны вниз, как Адам перехватил мою руку и поднял меня. Я непонимающе взглянула на него. — Хочу оказаться в тебе, любовь моя, но дома, в нашей кровати, — улыбнулся он и, взяв мою майку, надел ее на меня и чмокнул в губы. Затем он надел свою и пригладил сначала мои, а потом и свои волосы. Взяв меня за руку, он пошёл прочь из студии, в которой на одно приятное воспоминание стало больше. — А наши вещи? — спросила я. — Плевать, — бросил он, ведя меня вниз по лестнице. Почти уже на выходе из здания мы вдруг столкнулись с мужчиной. Он был похож на бодибилдера и, видимо, переборщил с протеинами и тренировками — все мышцы его тела натягивали кожу так, что казалось вот-вот, и она лопнет, как воздушный шарик. Мужчина походил на мутировавшую гориллу. Он вперился взглядом в Адама, затем, заметив меня, прошёлся и по мне плотоядными глазами. Я поёжилась, и Адам в защитном действии завёл меня за свою спину. Я почувствовала, как он весь напрягся, и возбуждение покинуло его тело. — Коллинз, — хмыкнул мужчина в знак приветствия. — Мартов, — ответил Адам холодно, презрительно смотря на него сверху. — СМИ не врут, оказывается. Жена у тебя действительно красотка, — Мартов попытался заглянуть за спину Адама, но он не дал ему этого сделать. — Даже не смотри на неё, — бросил с угрозой Адам. — Почему же? Не жадничай, такой красотой нужно делиться, — ядовито усмехнулся он. — Давно я тебя тут не видел, кстати. Неужели ты пришёл за реваншем? Унизительно, наверное, проигрывать столько боев мне. Что тут, черт подери, происходит? Я напряглась, крепче сжимая руку Адама. — Не сегодня, Мартов, — ответил он и развернулся, чтобы уйти. Я уже выдохнула с облегчением. — Черт, да ты хоть при такой красотке жене не позорился бы, Коллинз. Признай просто, что ты слабак, и так уж и быть, разойдёмся полюбовно, — мерзко загоготал мужчина. Адам остановился. Я аккуратно коснулась его плеча и с надеждой посмотрела в его глаза, ожидая увидеть там спокойствие и безразличие, но ошиблась. В его глазах плескалась ярость. — Адам? — тихо позвала его я. — Поехали домой. Он взглянул на меня и попытался ободряюще улыбнуться, но не получилось. Я застыла как вкопанная, прекрасно понимая, что будет дальше. — Котёнок, мне нужно решить одну давнюю проблему, и потом мы поедем домой, хорошо? — мой ответ ему не требовался. Он развернулся к Мартову, который молча, но с противным оскалом ожидал дальнейших действий. — Что? Передумал и решил попытать удачу? — с наигранным удивлением спросил он, а потом взглянул на меня. — Хочешь, после того, как я уделаю твоего мужа, помогу тебе успокоиться, сладкая? Я уже открыла рот, чтобы послать его куда подальше, как Адам опередил меня. — Закрой свой паршивый рот и не смей даже разговаривать с ней, — прорычал он. — Жду тебя на ринге через пять минут. — Отлично, — хмыкнул Мартов и ушёл вглубь здания.  — Адам, ты чего, с катушек слетел? — накинулась я на него, когда он повёл меня к скамейке, находящейся у стены. Парни, сидевшие там и отдыхающие после тренировки, быстро ретировались, стоило Адаму кинуть на них один единственный взгляд. Он усадил меня и взял боксерские перчатки, а во мне клокотало негодование. — Он же специально провоцировал тебя, разве ты не понял? — Конечно, понял, — закатил глаза Адам, но его лицо оставалось непроницаемым, лишь губы были сжаты в плотную линию. — Этот ублюдок давно уже моя заноза в заднице, но сегодня он перешёл черту. — О чем ты говоришь? — не поняла я. — Он посмел задеть тебя, — Адам уже начинал надевать перчатки, когда я подскочила и крепко схватила его руки, заставив посмотреть на меня. — Адам, да плевать я хотела, что он там сказал. Пожалуйста, давай уйдём отсюда, — взмолилась я к его рассудку. — Мы уйдём отсюда, Котёнок, но только после того, как я выбью из него всю дурь, — отчеканил он и сбросил мои руки со своих. — Адам, пожалуйста, я не хочу, чтобы ты пострадал, — мой голос уже срывался. — Не пострадаю, — заверил он меня, после чего сухо поцеловал. В этом поцелуе не было и доли тех чувств, что были буквально десять минут назад. Он снова усадил меня на скамейку и напоследок сказал. — Куча народа набежит посмотреть на мордобой, так что не суйся близко к рингу и закрывай глаза, когда понадобится. Будь умничкой, Андреа.