Книга жалоб и предложений

Сразу на следующий день после встречи с Рэймондом у Олли началась течка. Юноша этого, конечно же, не предвидел, поэтому утром обнаружив на простыне мокрое пятно и напряженный член, был малость обескуражен. – Вот черт!.. Отчаянно простонав, парень повалился обратно на мягкие подушки. Телефон завибрировал на тумбочке, оповещая о том, что уже семь пятнадцать и пора вставать. Оливер дотянулся до смартфона и отключил звук. Оставалось сделать самое главное – позвонить на работу и предупредить о своем состоянии. Оповещать начальство напрямую юноша не отважился, поэтому набрал номер Кевина. – Алло, – голос был тихим, почти жалобным. – Привет. Ты скажи, пожалуйста, что я не приду, у меня течка началась, – говорить это было очень сложно, щеки предательски покраснели, а голос еще больше задрожал. Обронив на прощанье благодарность, Олли отключил вызов. Казалось бы, ну что здесь такого сверхъестественного? Процесс естественный, все омеги через это проходят, но почему об этом пришлось говорить вслух, да еще и другому человеку? Это смущало, причем сильно. Смущение, смешанное с возбуждением, накатывало на юношу как будто волнами. С одной стороны это казалось чем-то ну очень личным и интимным и хотелось закрыться ото всех и спокойно прожить уже этот период. С другой стороны хотелось кричать всему миру, что течная омега изнывает и требует к себе должного внимания. Оливер задумался на какое-то время и не заметил прихода Бартоломео. Ведь если разобраться, то он ни разу в жизни не переспал ни с кем во время течки. А, что собственно говоря, его останавливало? Если в обычные дни он себя никак не ограничивал в плане секса, то почему же сейчас так отчаянно старается сдержаться? – Я полагаю… пора… - тихо простонал парень, перекатываясь на другой бок. Моральные устои и все жизненные принципы стремительно летели в тартарары, как только мысли направлялись немного в другое русло. Когда ответственен за принятие решений был не мозг, а истекающая смазкой и отчаянно просящая к себе внимания задница. Омега постарался подняться на ноги. Со второй попытки получилось довольно сносно. Так сносно, что он даже дошел до ванной комнаты и включил воду. Стоя под струями теплой воды, юноша прикрыл глаза и дотронулся-таки до напряженного органа. Легче стало сразу. Незамедлительно. А в голове только и билась мысль, как бы по-быстрому найти альфу. Звонить своим давним и излюбленным «клиентам» категорически не хотелось. Его неоднократно склоняли к мысли возможного соития во время течки, но он постоянно отказывался, так с чего бы вдруг ему сейчас сломаться? Нет, нет. Не думать об альфах. Не думать! Как же омегу бесконечно раздражало собственное состояние. Когда мысли путаются в один сплошной комок, тело предательски содрогается от каждого движения, а секса хочется ну просто до зубного скрежета. Бесит! Оливер тяжело вздохнул. Он справлялся с этой пыткой вот уже не один год к ряду. Ничего нового. Просто перетерпеть. Выключить воду. Вытереться насухо. Покормить кота. Закатить глаза от нахлынувшей волны желания. Поесть самому. Нет, закатывать глаза и судорожно вздыхать, определенно лишнее. Что-то делать со сложившейся ситуацией надо было срочно. Прямо сейчас. Не отходя от кассы, как говорится. Олли взял в руки свой телефон. Кажется, было что-то такое… такое, которое бы решило проблему. Омега отчаянно пытался вспомнить то, что засело у него в памяти, как спасательный круг от этого океана проблем. Вот только что? Память нагло скрывала ответ где-то в недрах и должного ответа так и не дала. – Черт!.. Юноша упал на сложенные руки. Хотелось похныкать в надежде на то, что сейчас дверь откроется и альфа-таки появится на горизонте. Эврика! Будто лампочка зажглась над головой. Юноша выхватил телефон и начал пролистывать всю электронную почту, чуть ли ни до начала списка. Это было где-то в январе, кажется. То странное письмо. До жути странное письмо. «Плачу любые деньги за течную омегу. Без вопросов и обязательств. Срочно» И номер телефона. Это точно не объявление на каком-нибудь сайте, вроде тех, где сейчас модно продавать старые диваны? Тогда, в январе, Оливер ухмыльнулся, прочитав это письмо. И отправил его в спам. А сейчас это странное письмо вроде как заиграло новыми красками. Дерзкими, похотливыми красками. Здравый смысл у юноши все еще остался. Ну, кто будет искать течную омегу через электронное письмо? Неадекватный какой-нибудь. В противовес этой, на весы сомнений, вставала другая, не менее логичная, мысль. Личный электронный адрес Оливера есть только у доверенных и самых приближенных лиц. Это значило только то, что кто-то из этих лиц мог поделиться таким важным адресом. Родственники отметались сразу, оставались только парочка важных знакомых и «постоянные клиенты». Кто? У Оливера начинала болеть голова. На часах было девять утра, а номер на мобильном набрался, будто сам собой. – Алло, – робко произнес омега, за секунду решая бросить ему трубку или все-таки нет. – Здравствуйте, – на том конце приятным баритоном его также поприветствовали. – Мне дико неудобно и жутко стыдно, но я не мог не позвонить, – голос почти дрожал. – Вы прислали мне этот номер вместе с письмом на почту. Это было в январе. Там вы срочно и без обязательств хотели… омегу, – парень замолчал, переводя дух. – Течную. Оливер ожидал услышать абсолютно все. Мужчина на том конце только приглушенно усмехнулся и спросил, действительно ли омега желает именно этого. Пришлось ответить согласием, ведь каменный стояк был ничем иным как доказательством этого. Ох уж эта природа. На удивление Оливеру, мужчина согласился с ним встретиться. Даже поинтересовался, сможет ли юноша добраться до назначенного места сам. И все-таки затуманенный разум Олли выдал мысль о том, что домой приводить никого не следовало. Поэтому омега спешно назвал адрес ближайшего знакомого ему кафетерия и постарался скорее отключиться. Надо же, как охотно тело отзывалось просто на приятный голос альфы! И почему он решил дать себе волю именно сейчас? Ну, терпел же раньше! Омега глубоко вздохнул и поднялся со стула, на котором сидел вот уже минут двадцать. Неоднозначно брошенный на этот стул взгляд, быстро пришлось отвести. Теперь придется отдавать изделие обитое бархатом в химчистку. *** Таблетки, купленные давно и брошенные в аптечку, отыскались не сразу. Пришлось вытряхнуть всю коробку, чтобы отыскать то заветное. Белесые кругляшки на вид были самыми обычными, а на вкус хуже некуда. И неужели в век-то современных технологий нельзя сделать таблетки сладкими или хотя бы безвкусными? Хорошо, что принимать Оливеру их приходилось лишь раза два за всю жизнь. В половине шестого Оливеру пришлось-таки заглотить эту гадостную мерзость. Пилюля затормаживала течку на какое-то время, после ее приема, казалось, все симптомы как рукой снимало. Но Оливеру надолго и не надо было, только бы до отеля какого дотерпеть. В тот самой кафетерий, через две улицы, пришлось добираться пешком. И, если не каждый встречный оборачивался вслед этому мальчишке, то каждый третий точно! Оливер и позабыл вовсе, что запаха эта чудо таблетка не блокирует, так что он был просто красной тряпкой для проплывающих мимо вожделеющих альф. Хоть омеге и было много лучше, он шел не спеша, еле ноги передвигая. Уютное кафе встретило юношу своей простотой, чистыми залами и приятными глазу кофейно-бежевыми тонами. Народу было не много, пара человек сидело за столиком в углу, а небольшая компания омег, около бара, уже собиралась сделать заказ. Было спокойно. Размеренно. Пока Оливер не вошел. Он пробежался взглядом по каждому присутствующему и вычислил своего спутника сразу же. Симпатичный молодой человек, поглядывал на наручные часы, и рядом с ним не было ничего, значит, заказа он не делал. Как только альфа оторвал взгляд от собственных ботинок и посмотрел на зашедшего, то чуть со стула не грохнулся. Ему же ведь точно этот юноша звонил? Этот дорого одетый, холеный, вероятнее богатый, мальчишка?! Нет, нет, быть не может. В трубке отчетливо слышался молящий о помощи и явно, о средствах голосок. Того – звонившего – хотелось пожалеть, погладить по головке и приласкать, как можно нежнее. А смотря на этого идеального – хотелось разве, что грубо поиметь где-то в отеле и отплатить немалую сумму. Оливер неуверенно шагнул вперед. И какого черта его надоумило напялить этот вычурный костюм? На него смотрят так, как обычно смотря на богатенького мужичка по ошибке забредшего в общепит. Сегодня это действительно было слишком пафосно. Юноша оказался на таком расстоянии, что его спокойно можно было разглядывать хоть весь день. Чем, собственно говоря, альфа и занялся. Он был «дорог». Выглядел, как дорогая сигара. Ту, которую хранят в надежде когда-нибудь да выкурить, но она настолько прекрасна, что руки никак не доходят. Шикарен. Великолепен в своем образе. Пафосен и опасен. Его хотелось. – Здравствуйте, – спокойно произнес омега, врываясь в мыслительный процесс альфы, как лавина. Альфа начал заострять внимание на каких-то мелочах, которые удавалось разглядеть. Волосы светлые, даже какая-то рыжина пробивалась, если приглядеться. Глаза были выразительны, но их серо-голубой взгляд был как в тумане. На руке яркий аквамариновый браслет – или, что это такое? – который подчеркивал тонкие запястья. И костюм. Бордово красный, винный. Достаточно современный, но с долей не забытой временем строгости и элегантности. Он, кажется, был с обложки модного журнала. Ну, просто пропаганда идеальности. – Приветствую, – проронил альфа, приподнимаясь. – Я полагаю, вы меня ждете, – теперь настала очередь Оливера разглядывать оппонента. Первым, что привлекло внимание, были просто до невозможности красивые изумрудные глаза. Такие, в которых утонуть можно. До безумия длинные и пушистые ресницы, которые обрамляли эти таинственные глаза. Прямой нос, гладкие щеки, без признаков щетины и розовые, чуть потрескавшиеся, губы. Светлые волосы вихром лежали на голове, но вроде бы, это какая-то модная прическа. Нет, и кто еще с журнала сошел? – Вы Оливер? – альфа не дождался ответа. – Я Джеймс. Будем знакомы. Олли слегка кивнул. – Давайте, скорее, отсюда уйдем, а то на нас странно смотрят. Омега развернулся и пошагал к выходу. Мужчина вскочил и постарался нагнать его. Только сейчас за ним почувствовался шлейф его запаха. Боже ж ты мой, у альфы, кажется, все перед глазами поплыло, как только он это почувствовал! *** Как они добрались до этого номера? Кто его забронировал? Да и, какая к черту разница, когда перед тобой такой развратный мальчишка. Все началось с запаха. Оливер почувствовал, как смазка аккуратно начала скатываться по бедру, а это означало, что и запах усилился в разы. Он не пах, как-то определенно, до этого момента. Сейчас это был не запах фруктов или цветов, или чего бы то ни было еще. Это был запах… омеги. Течной, вкусной, сладкой омеги. Запах секса. Пах так, как пахнут красивые луговые цветы на высоких холмах – ты не чувствуешь их божественного аромата, пока ветер не принесет тебе нотки их запаха, или пока ты сам не решишь подойти. Недосягаемость. Она загадочна, навязчива и сладка. Получая недосягаемое, будто познаешь тайны Вселенной. Желанная, но недосягаемая текущая омега – пожалуй, самая красная тряпка для злого быка. Будь осторожен тореадор, неверный шаг, будет стоить тебе головы… Олли раздевался спешно. Вернее, его раздевали спешно. Стаскивая сначала пиджак, затем прилипающую к телу белую рубашку. Они все время целовались. Так остервенело и дико, как только вообще возможно целоваться. Оливер пропускал между своих пальцев светлые волосы альфы и оттягивал назад, когда парню вздумывалось кусаться. Кажется, они наткнулись на тумбу или что-то похожее на нее. Да, в прочем, это не столь важно, когда тебя раздевают и порывисто целуют. Альфа, а точнее Джеймс, отпрянул от припухших губ омеги и глянул в затуманенные желанием глаза. Омега смотрел на него с вызовом, задавая немой вопрос – почему он остановился? Джеймс шумно выдохнул и подхватил Оливера на руки. До кровати было два шага. И у альфы все плыло перед глазами, когда он видел эти глаза и чувствовал этот запах. Остатки ненужной и сковывающей одежды швырнули на пол. Эх, будь Оливер в трезвом уме и светлой памяти, голову бы открутил за такое обращение с его дорогущим костюмом. А альфа опускался с поцелуями ниже. По шее до ключиц. Оставил засос. Руками подхватывал бедра, а языком вылизывал сладкую кожу. Играл с сосками, кусал, зализывал, щекотал. Оливер совершенно не сдерживался, выдыхая приторно-сладкие стоны и выгибаясь навстречу. Раньше он никогда такого не испытывал. Нет, он кайфовал от секса, получал недюжинное удовольствие, а сейчас будто попал в параллельную реальность, где все чувства обостряются и ощущения в разы сильнее. Напряженный член вздрагивал и сочился смазкой. Альфа стойко терпел и сдерживал себя, как только мог, чтобы не сорваться. Пока получалось. Он растягивал медленно, будто не спеша. Смазка способствовала легкому проникновению сразу трех пальцев. Омега в сильных руках трепетал и отвечал на каждое движение стоном или всхлипом. Боже, как же его хотелось. Альфа вошел одним плавным, легким движением. Омежка охнул и прикрыл глаза. Джеймс готов был завыть волком, когда успел выхватить этот протяжный полустон из приоткрытых губ юноши. Руки блуждали по телу. Засосы россыпью покрывали бледную кожу. А движения были настолько мягкими и аккуратными, что перед глазами плыло марево. Альфа поддерживал парня за ноги и в один момент перекинул их себе на плечи, а освободившейся рукой взялся за член омеги. Ощущения были настолько невероятными, что описать их не хватило бы слов. Такое дикое удовольствие, которое можно получить только от альфы. Они были едины. Размеренные движения сменились хаотичными. Они успели столкнуться лбами, успели ухватить губы друг друга, успели одновременно кончить. Оргазм ярким пламенем разлился по телу, заставляя его еще какое-то время содрогаться. Набухал узел. Распирая изнутри. Распаляя еще больше. Заставляя зажмуриться до кругов перед глазами. До потери сознания оставалось немного. Альфа обхватил омегу за талию и, потянув на себя, усадил сверху, сам заваливаясь на подушку за спиной. Их ожидала череда умопомрачительно-сладких оргазмов. В голове – сахарная вата. Сладкая, мягкая, нежная. Прямо, как этот омега. Отдался без остатка. Весь.