Вечнозеленый лист или Новый дом героя

Три девицы под окном, пряли поздно вечерком. «Кабы я была….» — Как была дурой, так и осталась! — громкий крик Эя чуть не заставил меня закашляться и не заржать в голос. Потому как пересказ самому себе начала сказки о Царе Салтане очень сюрреалистично подходил под тот гвалт и базар, который происходил у меня в Кабинете Хокаге. Советники, помощники, элитные джоунины из всех пяти деревень численностью более тридцати человек «срались» друг с другом с таким смаком, с такой оттяжкой, что я даже хотел невольно перекреститься. Но, потом вспомнив о том, что у меня совершенно другой божественный покровитель, просто помянул про себя Шинигами-сама и, оперевшись о подоконник своего же кабинета, смотрел, как Эй с превеликим удовольствием орал на Мей Теруми, а в ответ эффектная и красноволосая Мизукаге язвительно комментировала весь ор и гомон Райкаге. Стороны конфликта поддерживали их подчиненные. Казекаге познавал Дзен, а Сарутоби Хирузен на пару с Ооноки ставили ставки на то, кто первый из Каге двух враждующих деревень сорвется. — Плохая была идея, Наруто. — Саске, облокотившись на мое кресло, с кислой миной изучал окружающую обстановку. Младшему брату вторил Итачи, только идеально сохраняя покерфейс. Шикамару вроде спал, но, его напряженные руки, которые не совсем удобно лежали на подлокотниках, выдавали нового главу Корня с потрохами. Все-таки до уровня Данзо, Шике еще далеко. — Благими намерениями вымощена дорога в желудок Биджу. — грустно согласившись с Саске, я закипал с каждой секундой все сильнее и сильнее. Час! Уже целый час мы не можем не то, что договориться, а даже сесть и начать разрабатывать план. Потому что мое заявления о том, что «никто из приглашенных не посмеет в моем кабинете сегодня начинать боевые действия» было воспринято не как путь к диалогу, а как путь к… выяснению отношений. Серьезно?! Они серьезно?! — Я не понимаю. — ударив затылком несчастное дерево, которое от такого наглого обращения просто треснуло, я тяжко выдохнул воздух из легких. — Им реально так важно выяснять отношения? Мы сдохнем все с вами, не доживем и до начала следующего утра. Но такое ощущение, будто я их на чаепитие с алкоголем и без купюр вызвал. — Все просто, Наруто. — подал голос Шикамару. — Мы — разделены. Очень давно. Мы не единая нация. Точнее, я даже неправильно выразился. Мы никогда не были едины. Ни по историческим документам, ни по легендам. В свое время Великие Деревни появились с таким трудом, что это событие еще многие десятилетия, если не столетия будет описываться во всех учебниках, как гениальное и великое достижение Первых Каге. — И? Неужели страх смерти не включает инстинкт самосохранения и не заставляет идти на многие компромиссы? — пробурчал Саске, достав маленький блокнот, продолжая выводить формулы новой техники Шарингана. Да, поджигание Черным пламенем не тела, а сразу крови и чакры — страшная вещь. Подопытный нукенин не просто визжал, как девица первый раз под пытками. О нет, идея Саске была страшна и беспощадна. Обучение у Данзо даром не прошло. Да и мой пример с дезинтеграцией у младшего Учихи свербел в мозгах очень сильно. — Все просто, отото, — Итачи наконец взял слово, не читаемым взглядом изучая двух ссорящихся Каге. — у шиноби нет инстинкта самосохранения. — Но… — Но у шиноби есть инстинкт потомства, точнее его продолжения и сохранения. Из нас с детства вытравливают страх смерти, чтобы мы выполняли миссии, несмотря ни на что. Даже идеология Какаши-сана под это дело подходит. Бежать и бросить товарища по команде — такой же признак наличия инстинкта самосохранения, как и в любой жизненной ситуации. Но мы желаем продолжения рода. И вот сейчас мы с вами, те, кому есть что терять с точки зрения клана, семьи, родственников, понимаем необходимость. А эти оба… У них нет семьи и они не знают счастья продолжения рода. — Эй души не чает в своем названном брате, Киллере Би, из которого я извлек Восьмихвостого. — возразил я Итачи, хотя… его мысли имеют под собой достаточно хорошую аргументацию. — Души он может и не чает, да только Би не малыш и сам способен постоять за себя. Вон, рэп свой строчит. — Шика, потянувшись, кивнув на увлеченно грызущего карандаш и каждые несколько минут, будто озаренного, Киллера Би. Двухметровый, как и его названный брат гигант, был любителем рэпа. Не знаю, откуда он откопал эту гадость, но своими рифмами-ответами Би достал всех, кроме Эйя. — Что Эй, что Мей безклановые, потерявшие своих родителей в раннем возрасте, у них нет иных духовных скреп, кроме деревни, ее политического и силового влияния. Поэтому они не поймут нас никогда, точнее, до того момента пока сами не заведут семью. Впрочем… семью то заводить уже поздно. — Курица крашенная. Только языком чесать и умеешь… Нет чтобы за своими на границе следить… — Эйя несло, словно паровоз на всех порах. И останавливаться он явно не собирался. — Мне это надоело. — мое терпение лопнуло. Тем более, я могу себе позволить такую слабость — лопнутое терпение. Я же… не самая маленькая пиранья в этом гребаном болоте… Хирузен Сарутоби, Саске Учиха, Шикамару Нара Хирузен курил трубку. Хирузен познавал гармонию и покой, глядя на глупых юнцов по его меркам, которые срались, словно соседи из-за мусора на общей улице. Увы, но, судя по всему, эти шиноби и в самом деле могли только сражаться, но не думать головой. Есть тактика, нет стратегии. Грустно. — Достали. По кабинету пронеслась такая волна Ки, что Сарутоби невольно вскочил с гостевого кресла и схватился за кунай так быстро, как в свои лучшие годы не делал. Впрочем, остальные недалеко ушли от Третьего Хокаге, а причины тому были. Из-за стола вышел Пятый Хокаге, от которого так и шли волны ярости и ненависти, заставляя скрипеть деревянный пол и предметы интерьера. — Вы так и будете тут собачиться, как муж с женой в десятилетнем браке? — голос, так и сочился ядом. Сенхансу был готов рвать и метать, уничтожая все в округе. «Силен, шельмец». Усевшись в кресло, Хирузен набил трубку и продолжил ее покуривать, смеясь про себя над Эйем. Давно Райкаге не получал отпора, а тут… ученик Третьего и ряда других выдающихся шиноби Листа мог дать прикурить многим здесь присутствующим. Если не всем. — Хих, Бро женатый — караул такой, что даже рэпа не нужно. — усмехнулся Би, отчего Сенхансу просверлил бывшего джинчуурики таким взглядом, что смуглый блондин резко вспомнил все техники скрытого отступления. Потому как теперь он, не отсвечивая, спрятался в дальний угол кабинета. — Ну как? Потратили час своего времени? Нашего времени? Сколько вы еще собираетесь препираться друг с другом?! Я не договорил! — Эй попытался возразить, но волна чакры полностью разбила стекла и заставил всех шиноби напрячься и подготовиться продать свои жизни подороже. Лишь Ооноки да Хирузен спокойно поднялись и отошли в сторону, не желая, в случае разгорания конфликта, попасть под горячую руку. Все-таки возраст. — Если Вам так много хочется обсудить, то я Вас лично запру в изоляционной камере и ругайтесь там сколько влезет. Или трахайтесь, тоже полезно. Говорят, от этого прилив эндорфинов происходит, чакра лучше по каналам циркулирует. — Да кем ты себя возомнил, щенок? Или думаешь, вы без Облака справитесь. — тело Эйя стало покрываться россыпью мелких электрических зарядов, а глаза налились кровью от злости и бешенства. — Я возомнил себя тем… — мгновение и Хирузен… провалился в абсолютную тьму. Непроглядную. Тело не чувствовало тепло, потоки воздуха. Язык не чувствовал вкуса, а нос запаха. Вот тут бывшему Каге Деревни Скрытой в Листве, стало даже страшно. — Кто может превратить тебя, Эй, сильнейшего ниндзя, способного командира, правителя с твердой рукой и верного своей Деревне в нашпигованную свинью. Потому что ты сейчас — свинья. Громко визжащая от того, что тебе не дали в корыто мордой залезть, дерьмом всех оплевать. Резкая вспышка заставила Хирузена чуть прищуриться. Но опытный боец сразу же сориентировался. И понял, что ничего не изменилось, кроме одного момента. Вокруг Эйя зависли сотни игл разного размера, светящиеся уже ставшей притчей во языцех фиолетовой чакрой стихии Тепла. Все-таки способности открытой Сенхансу стихии ужасали всех без исключения. — И такую свинью во время голода забивали. Чтобы остальные прожили. У меня хватит сил и смелости отправить тебя на тот свет, как и всю твою команду только потому, что ты сейчас не готов к конструктивному диалогу. Счет идет на секунды, а ты готов даже в последнюю секунду своей жизни выяснять у кого член больше, у тебя или у Мей. Внезапно исчезли все иглы, а Сенхансу, медленно, задним шагом отойдя к столу, оперся о него. — Сейчас Ты, Эй, выбираешь: или включаешь мозги и становишься таким, про которого мне здесь, в Конохе, за учебной партой рассказывали. Легендарной Синей Молнией Облака. Человеком-Молнией. Тем, кто за время своего правления смог увеличить свой портфель заказов до четверти, нагнув остальные Великие деревни, в том числе и мою. Тем кто думает, а не собачится, тем более с женщиной, пусть они и сильная куноичи. Мей-сан, без обид. Извиняюсь за инсинуации полового характера в Ваш адрес. — Хех… Учитесь, как надо с дамой общаться. — поправив челку, которая прикрывала правый глаз, Мизукаге поклонилась. — благодарю, Сенхансу, что прекратил наш балаган. — А обещал, что «никто из приглашенных не посмеет в моем кабинете сегодня начинать боевые действия». — проворчал Даруи, спрятав катану за спину. — Я сказал, «приглашенных», а я Хозяин этого кабинета. — Уел. И ведь я помню, как экзаменовал тебя…. — Стоп. Время идет на секунды, а мы опять политесы разводим. Сенхансу, был неправ. Извините. Просто… очень тяжело забыть про отношения между странами… негативного характера. — вздохнув, Эй прикрыл глаза и через секунду перед всеми появился тот самый Райкаге, который готов к конструктивному диалогу. — Согласен. Давайте рассуждать… — Мощного ты преемника воспитал, Хирузен. Мой респект. — Ооноки, глядя на то, как все Каге, кроме него, столпились над иллюзионной техникой изображения планеты, удовлетворенно кивнул. — Ага. Кстати, ты — проиграл. — Сарутоби хитро усмехнулся, а Ооноки, недовольно кряхтя, достал мешочек, в котором была бумага. И судя по шелесту, непростая. — Да, проиграл. Не верил, что твой будет крыть матом Эйя. — То ли еще будет. Спорим, он станет лидером всего этого шабаша? — Не, это слишком. Давай на ту технику что я тебе отдал плюс один сеанс реабилитации у твоей ученицы? — Тогда с тебя технику гравитационного контроля. — С дуру рухнул? Секрет деревни отдавать?! — Я думаю, скоро это не будет секретом. Тем более, если ничего не выгорит и мы тут все поляжем, спор все равно будет бессмысленным. — Согласен. Тогда… — сухая рука Цучикаге ударила руку бывшего Хокаге. — Ставка. — Ставка. ---- — Вот как он так может, они-сан? — Саске, сверля глазами активно жестикулирующего Сенхансу, завистливо переводил взгляд со своего Каге на Эйя и обратно. — Все просто, у него — есть стержень отото, а у тебя его нет. Неужто Сакуру хотел на место поставить? — Нуу… — Подкаблучник. — От подкаблучника слышу. — фыркнул младший Учиха, продолжая сверлить взглядом проекцию спутника и планеты. — И то верно. — Итак, у нас есть два варианта, если подвести итоги. Первый — щит. Второй — атакующая техника. — Эй, успокоившись после выяснения отношений, четко и прямо выдавал один вариант за другим, сам активно поддерживая другие предложения или отвергая их. — На щит чакры не хватит. Даже если у нас будет сто Сенхансу и сто Эйев плюс десять хвостатых демонов-зверей, все равно не хватит чакры, чтобы создать такое поле, которое покроет площадь и мощность взрыва, будь этот взрыв чисто физический или из чакры. — Собаку но Хоруму, почесав аккуратную бородку, нарисовал напитанным чакрой пальцем большой и яркий щит. — На счет техники атакующей. У кого-нибудь есть техника, которая точно действует за пределами атмосферы? — Сенхансу, оглянув присутствующих аж возмущенно поднял руки, когда на нем скрестили все свои взгляды. — Чего вы на меня смотрите, как голодающие на рисовую лепешку? Я просто не смогу взять под контроль такое количество чакры, которое норовит расщепить на атомы буквально все в округе, в том числе и меня самого. Да и если я даже начну распад спутника, его размеры колоссальны. Если уж немного раскрыть карты, то техника расщепления действует по принципу вируса. Чем больше тела, тем дольше оно будет расщепляться. Это применимо ко всему. Да, вирус неотвратим, так как он поражает весь организм сразу. Ни отрубленная рука, ни нога, куда попал луч, не помогут. Но чем больше чакры, мяса и жизненной энергии, тем больше времени нужно технике, чтобы завершить свое пагубное дело. Все, приняв безусловно бесценную информацию от Хокаге, грустно задумались. — Какие еще варианты? Надо, чтобы угроза либо не долетела до планеты, либо чтобы планета смогла выдержать удар. — Боюсь, это невозможно. — подал голос, подлетевший ко столу Цучикаге. — Как Каге, занимающийся всю жизнь стихией Земли, Огня и Ветра, а также Пыли, я создавал много разных техник. И в том числе технику Великого Метеорита, которая по методу призыва вырывает из космического пространства глыбу размером с любою из столиц Великой Пятерки Элементных стран и, напитывая его силой Огня и разгоняя Ветром, разрушает целую страну. Да, от этого я откину копыта, причем очень быстро, но… даже такую технику никто не сможет прервать или защититься от нее. — А ваше расщепление стихии Пыли можно использовать, Цучикаге-сама? — Мей, уважая возраст старого Каге, вежливо обратилась к нему, пытаясь и в этом варианте найти выход. — Конечно. Только техника не покроет и сотую часть спутника. И еще мне надо находиться, раз уж, как говорит Сенхансу, раскрывать карты, не дальше сотни метров. Очень мало. И очень далеко. — И что делать? — Хм… Саске. — Саске даже встрепенулся, глядя на смотрящего на него Наруто. — что на счет ваших пространственных техник? — Максимальный размер — ширина Конохи, не более. И то я ослепну, даже с лечением твоей жены и Цунаде-сан на месяц, если не больше. — Ясно… — Сенхансу смахнул карту и, словно повторяя Эйя, стал ходить вместе с ним, как раненный зверь в клетке. — Тогда… у меня есть еще два варианта. Из серии наркотического бреда. — Наруто, остановившись спустя несколько минут метания вправо-влево по кабинету, явно что-то придумал. — Давай… хуже уже ничего не придумаешь. — Эй махнул рукой, с грустью глядя на зеленую деревню. — Уйти в мир призыва. — Невозможно! Другие условия, другая еда, все другое. Мы, несмотря на то, что можем дышать в мирах призыва, не можем там жить. По крайней мере простые люди, которые практически без чакры. Нам тоже будет несладко. Просто потому, что это не наша эко-среда. Это будет агония, Наруто. — взял свое слово Хирузен, погрузив кабинет в еще более тягостную атмосферу. — Тогда второй вариант. Нам надо покинуть эту планету. — И как ты предлагаешь это сделать? — усмехнулся Ооноки, сев обратно в кресло и с радостью в нем устроился. — Корабль. Только не для морского плавания, а для космоса. — ЧЕГО?! — синхронный крик всех без исключения шиноби подтвердил — мысль и в самом деле бредовая.