just u

не могу ни на чём сконцентрироваться из-за твоей красоты я больше чем на неделю выпал из жизни

ветер взлохмачивает волосы парня, превращая его голову в настоящее гнездо. сумка медленно, но верно, сползает с плеча, спеша упасть. парень на ходу расстёгивает пальто, чуть не вырвав половину пуговиц. кашне уже где-то за воротом рубашки, но его вряд ли уже можно спасти. в тысячный раз поправив сумку, джихун продолжает бежать в институт. его раскрасневшееся лицо покрывается испариной. пак шумно дышит, не сбавляя шаг, спеша достигнуть пункт назначения. было бы очень глупо опоздать в день зачёта, не так ли, хунни? очень глупо. парень перепрыгивает ряд луж, один раз чуть не поскользнувшись на мокрой листве. ботинки же практически калеки — грязь атакует со всех сторон. стоит благодарить погоду за то, что сейчас нет дождя, в противном случае, джихун уже давно валялся бы в луже со сломанной ногой или что-то в этом роде. а так же вода испортила бы его прекрасную укладку, которой уже нет. на горизонте виднеется учебное заведение, и пак улыбается сам себе. ещё не всё потеряно! парень бросает взгляд на наручные часы и ужасается — 8:53. ещё семь минут, и пора будет заказывать гроб. желательно, с розовой обивкой, но там уже будет не до этого. молнией пересекая двор института, джихун взбегает вверх по лестнице, хватаясь за ручку двери. двери, которая не открывается. о, класс. потрясающе просто. пак дёргает всё сильнее и сильнее, проклиная самого себя за своё строение. как сосиска, ей богу! возможно, если бы не чужая рука, открывшая дверь, пак оторвал бы ручку к чертям собачьим. спасибо, да. — советую толкать от себя, хён, — обернувшись, джихун натыкается на чью-то грудь. на мгновение в голове парня проносится мысль о том, как он бесится от высоких людей, но и она сгорает так же быстро, как и появляется. — дёрнув сильнее, ты бы свалился с лестницы с этой ручкой. подняв голову, джихун натыкается на взгляд гуанлиня. сегодняшний день абсолютно точно можно назвать самым паршивым. — да, конечно, да, — мямлит пак и быстро вбегает в здание. кажется, времени осталось катастрофически мало, а ещё уверенность пака резко опустилась к самому низу. линь, спасибо! лай, с усмешкой проследив за хёном, что, сверкая пятками, умчал от него, неспешно вошёл внутрь. конечно, вторая пара ведь нескоро, а ежедневно ходить к первой, чтобы следить за паком — это просто эксперимент над самим собой. хотя стоит отметить, что джихун очень мил, когда каждый раз краснеет, встречаясь взглядами с гуанлинем. да и вообще он красивый, об этом лай думает часто. даже больше, чем следует.

***

смотря на тебя, ничего не могу скрыть ты нарочно играешь с моим сердцем

мимолётные взгляды, невидимые никому. гуанлиню нравится наблюдать за хёном, когда тот не видит. просто ребёнок ещё не наигрался в шпионов. благодаря своему росту, лаю легко удаётся отследить джихуна в толпе. он часто подглядывает за хёном из-за углов, высунув свою голову наружу. у линя есть расписание действий пака. от выхода из дома, до водных процедур. о, нет, он не сталкер, а просто любопытный, не подумайте ничего плохого! ища глазами предмет своего обожания, линь постоянно превращается в кусок розовой бумаги, вырезанной в виде сердечка. китаец смотрит на хёна и, часто вздыхая, выключается из реальности. но вернуться с небес на землю ему помогает смачный подзатыльник от минхён-хёна и его: "ты бы ещё радугу изо рта пускал, маньяк-чепушила". линю не обидно, он понимает, что выглядит глупо. улыбка джихуна, его смех, неуклюжесть и детская наивность — трещина в сердце лая. в скором времени минхёну придётся обматывать его скотчем, чтобы полностью не разорвалось. вроде бы линь ещё маленький, но влюбился не по-детски. хоть и звучит забавно, но это так. тьма народу, огромное количество звуков, один маленький джихун и, в метрах в десяти от него, шпала линь, просачивающийся сквозь толпу. конец учебного дня — постоянный ужас у выхода. слишком много людей и слишком мало места. пака, как обычно, зажимают и уносят толпой чёрт знает куда. строение сосиски — крайне неудобная вещь. постоянные толкания, кто-то наступает на ногу, иной пихает локтем в ребро, другой вообще лупит по затылку сумкой. ощущения — супер. джихуну хочется поскорее уйти домой, но обезумевшая толпа крайне тупых подростков не даёт выйти. он пытается растолкать народ, но тщетно. всё плохо до того момента, пока его не вытягивают за руку. у пака смешанные чувства; вроде бы его вытащили из месива, но облапали как только можно и нельзя. — хён, лучше ходи рядом со мной, — басистый голос линя можно узнать всегда и везде, — я выше, мне проще пройти. чужая рука всё ещё держит его ладонь, а напротив горят глаза-сердечки. о боже, он снова выключился. — я тебя понял, линь, но отпусти меня, нам надо выходить. через несколько секунд кто-то толкает китайца, и тот возвращается из прострации. он отпускает руку хёна, неловко улыбается и срывается с места, выбегая на улицу. джихун непонимающе смотрит ему вслед, отходя в сторону от потока людей. он смотрит на свою ладонь и пытается не улыбаться. — как же мне это уже надоело. ещё одна такая выходка, и я вырву этому мелкому ноги, ей богу! — закатывает глаза минхён, который наблюдал всю эту сцену. все эти недоотношения мешают хвану существовать. пора что-то делать.

***

твоё очарование видно невооружённым глазом так что, когда я замечаю тебя, я не могу скрыть своих чувств

— если он ещё раз сделает что-то в этом роде — я дам ему по щам! нахохлившийся джинён грозно причитал сидящему на диване джихуну. бэ раздражало то, как гуанлинь постоянно тёрся вокруг его друга, ведя себя словно умалишённый. — ну он же ничего не делает... — возразить у пака не получилось, ибо от испепеляющего взгляда джинёна ещё никому не получалось уйти. — ты меня понял, — бэ смотрит на наручные часы, — нам пора, минхён-хён ждёт нас у входа. пересекая коридоры, джинён тянет за рукав непоспевающего пака, бубня что-то про коротконогих малявок, но джихун не слушал. у парня в голове розовые мысли о всём милом, мягком, уютном. и о гуанлине, почему-то. из окна первого этажа пак увидел две высокие фигуры. со спины не очень понятно, кто есть кто. но услышав припадочный смех хвана, одну личность определить всё же удалось. подходя к двери, в боковом оконце парень замечает, что собеседник минхёна — одна из главных проблем джинёна (но не джихуна), лай гуанлинь. потрясающе. — я туда не пойду, — пак резко дёргает на себя чужую руку, — я не хочу проблем. с недоумением оглядев друга, бэ крепче хватает хуна за запястье и выходит из здания. минхён и линь оборачиваются на звук открывающейся двери. хён улыбается и машет джинёну, который, успев отпустить руку пака, пошёл здороваться. у лая с хуном примерно одинаковые лица. оба в прострации. — о, нет, только не снова!— закатывает глаза хван. если и это не сработает, то он просто с ума сойдёт. взгляд джинёна бегает от линя к хуну и обратно. если всё оставить так, как сейчас — ничего путного не выйдет. нужно действовать. — эй, ребята, мы отлучимся с хёном на мгновение, — бэ берёт за руку минхёна, — вы пока пообщайтесь. ну и план, бэджин. стратегия на высоте. парни и не заметили, как хван с бэ ушли. им до невозможности неловко, но не уходить же домой? хотя... — хён... — джихун смотрит лаю в глаза и сгорает со стыда; впервые он чувствует, насколько влюблённо смотрит на него китаец. — я хотел... в смысле... ты милый. лицо младшего трансформируется в помидор, а пак не знает куда себя деть и что ответить. ситуация необычная, во всех смыслах. — ты тоже, — джихун мысленно бьёт себя по лбу за такой тупой ответ. но несмотря на это, лай радостно улыбается и тянет руку к хёну. — приятно держать тебя за руку в такой обстановке, хён, — он сжимает чужую ладонь и неотрывно смотрит в чужие глаза. кажется, они не моргают уже несколько минут. — да, наверное... — у тебя руки мягкие, хён, мне нравятся, — уверенность появляется со скоростью света, но это можно, а скорее нужно, считать за плюс. — можно я буду держать тебя за руки долго-долго? пак удивлённо пялится на тонсэна и молчит. его язык сегодня взял отпуск. слишком много эмоций для нескольких минут, мозг не успевает переварить информацию. — можно-можно, хён разрешает, — из-за спины линя виднеется голова минхёна, а за ней и джинёна. — давайте уже, заканчивает лирическую часть и валите отсюда, у меня помимо вас дел множество. каким бы возмущённым не казался минхён, внутри себя он крайне рад концу этой глупой истории. маленькая девочка внутри призывает его пустить слезу, но хван сдерживается — позже. сейчас же он просто порадуется за детей, что всё так же стоят, держась за руки, и смотрят друг другу в глаза. абсолютно мило. а что касается джинёна — он просто рад за друга. ну и больше не будет беситься из-за тормознутости линя. наверное.

я в беде, и её причина — ты