раскол

В пятнадцать, по воле случая, Нино знакомится с бойкой и бестактной Алей Сезер, чьи глаза сверкают ехидством через широкую оправу очков. Тогда же и понимает: её притяжение гораздо сильней какой-то призрачной метки, до появления которой у них есть еще целых три года. Аля девушка удивительная — неординарная, запальная и немного вспыльчивая. Она либо раздраженно закатывает глаза, либо яростно выписывает ему подзатыльник, — Нино, впрочем, не больно, но злится девушка до неприличия мило. Еще милее она смущается, когда парень зарывается носом в густые кудрявые волосы, и щекочет кончиками пальцев смуглую кожу ключиц. Румянца на её щеках никогда не появляется. Зато она неотразимо опускает веки и полу-пьяно смотрит с под опущенных ресниц, неловко комкая в ладони край клетчатой рубашки. Аля любит перед всем классом заигрывать с ним, отпуская пошлые шуточки, под аккомпанемент смущенного шиканья Маринетт и деликатного покашливания Адриана. Эти двое кажутся забавными в своей детской невинности, хотя, конечно, все это лишь небольшое представление для них самих же, в глазах которых — именно таким и должен быть их идеал. Пусть именно Маринетт в шутку вырезает дырки на груди Алиной рубашки, замечая, что грудь вполне уместно будет через них торчать, и именно Адриан подсовывает в штаны дезодорант, игриво шевеля бровями и дергая им через ткань боксеров. Они с Сезер подобным не страдают — в их жизни есть то самое, помогающие снять напряжение, и нежась в нагретой ими же постели, они, хихикая, желают того же друзьям. Они наслаждаются полной подростковой жизнью, представляя себе комфортное сожительство по окончанию школу, пока однажды родители не ставят Нино перед фактом: «Либо ты едешь учиться в Америку, либо уезжаешь к бабушке в Версаль». Из двух зол он выбирает более перспективную — самостоятельное проживание без надзора родителей и полную свободу действий. Вмиг стекленеющий взгляд Али он попросту не замечает. Открывшаяся перспектива овладевает всем его сознанием и в мыслях он уже строит крутой образ Американца, с помощью которого будет покорять новые вершины. Прощание с друзьями остается в памяти невыразительным мгновением, когда Адриан дружески похлопывает его по плечу, желая удачи, Маринетт, — милая Маринетт, о которой когда-то были все его мысли, — тоскливо дергает краешком губ и обнимает на прощание, и, конечно же, натянутая улыбка Али и короткое касание пухлых губ — последние воспоминание о первой и неповторимой девушке, когда-то подарившей ему новую жизнь. Он уезжает, оставляя позади Париж с популярными на весь мир супер героями и некогда любимую девушку, тоска о которой забывается сразу по прибытию, где его провожает в корпус общежития харизматичная и фигуристая брюнетка. Известие о его личном знакомстве с легендами Франции обеспечивает ему скорую популярность, и парень сам не замечает, как стремительно вливается в новый коллектив, забывая старых друзей и бестактную девушку, переставшую писать ему сообщения спустя месяц переезда и трехнедельного игнорирования. Жизнь бьет ключом вокруг растущего Нино, который открывает для себя мир кратковременных связей и несколько крепких алкогольных напитков. «Хороший понт — дороже денег» — то, что начиналось как банально играющее в попе детство, перетекло в привычный образ жизни, в котором окончание вечера в кабинке туалета с малознакомой девушкой одна из должных норм. Нино, когда-то считающий, что таким образом выражает свою крутость, свыкается с новым положением вещей, полностью довольный своей участью. Из нескладного подростка превращаясь в рослого юношу, он иногда ловит себя на мысли, что Аля бы оценила выделяющиеся кубики пресса и перекатывающиеся под кожей мышцы, что так любят гладить и трогать его подружки, вздыхая под его широкими и сильными ладонями. Сезер обычно мурлыкала под его руками, с озорством сверкая глазами и, в основном, сама руководила процессом. Пожалуй, как в память о ней, он никогда не позволяет другой девушке взять над собой верх. Когда ему исполняются заветные восемнадцать, на предплечье, прямо под маленькой наколкой его знака зодиака, расцветает кудрявое солнце, с точно такой же родинкой на лбу. Это кажется ему забавным и еще чуть погодя, его одолевает интерес: А насколько сильно изменилась сама девушка? Находя по старой памяти страничку Агреста в соц. сети, он не может не признать, что модельная карьера пошла парню исключительно на пользу. Он недолго любуется им, пролистывая многочисленные фотографии, на которых, помимо него, мелькают новые и старые лица, где к блондину жмется манерная Хлоя, с вдвое увеличившимся бюстом и серебряным пирсингом, блестящим над правым глазом. Он узнает старых одноклассников, поражаясь тому, насколько сильно все изменились, и на двести-какой-то-там его начинают одолевать тревожные сомнения. Лиц Али Сезер и Маринетт Дюпэн-чен не промелькнуло не на одной из них. Адриан Агрест, смотрящий на него по ту сторону скайпа, повзрослел не только внешне — даже искаженный, его голос звучит как у взрослого мужчины, грубо и заискивающе, совсем не по Адриановскому, когда-то умиленно-пищащему. Старый друг очень рад его видеть, последний раз они списывались через пол года после переезда и теперь, смотря друг на друга сквозь экран, они не могут отделаться от мысли, что стали совсем другими. Чужими. Незатейливая, часто затихающая, беседа петляет от самочувствия, до успехов на подработке и возвращается аккурат к успехам в учебе. Нино уже почти настроился спросить о самом важном, для чего собственно и решил позвонить, но на заднем плане просторной Агрестовской комнаты открывается дверь и в комнату входит заспанная Хлоя в одной растянутой футболке. Явно не ей принадлежащей. Ляиф замирает, с шоком смотря на бывшую одноклассницу, и с неким замиранием сердца наблюдает за коротким диалогом пары, пока Буржуа не чмокает в губы юношу и, под аккомпанемент своего звонкого смеха, не удаляется куда-то в бок — обзор камеры не дает возможности узнать куда она скрывается. Парень какое-то время молчит, смотря на задумчивого Андриана, а после все же выдает: — Я думал, ты встречаешься с Маринетт. Агрест пару раз моргает и удивленно таращиться на него, мол, с чего бы это? А потом просто пожимает плечами. — Мы давно не общаемся. После того, как расстались, совсем испортились отношения. Нино наблюдает за будничным лицом друга и понимает, — тот, возможно, тоже хотел бы видеть подле себя совсем другую. Усталый и виноватый взгляд он видит даже через камеру. Наверно, это и побуждает его наконец решится. — Что там с Алей? Лицо Агреста мрачнеет, он замолкает на полу-слове и напряженно поджимает губы. Нино подбирается, словно готовый к удару и выжидающе смотрит на блондина, обескуражившего его столь внезапной сменой настроения. Ответ приходит неожиданно вместе с уже одетой Хлоей, которая с тоскливой улыбкой делится с ним давнишними новостями. — Она уже полтора года находится под наблюдением психиатрического диспансера. Неожиданная новость настолько выбивает его из колеи, что он даже забывает узнать: как так, черт возьми? Как восемнадцатилетняя девушка, полная энергии и амбиций, может оказаться психически нездоровой? Осознание накрывает слишком поздно, когда метка начинает тускнеть. Отрекающиеся от своих половинок люди теряют рассудок. Кто же мог знать тогда, что они в будущем окажутся истинными? Какое-то время он не может свыкнутся с этой мыслью, а после учеба снова забирает все его внимание. Проходит еще четыре года. Нино давно не интересуется своей прошлой жизнью, метка на предплечье и вовсе оставила от себя полу-прозрачный силуэт. Он работает стажером в отделе маркетинга и временами утешается у симпатичных коллег. Старая привязанность к Але Сезер прошла слишком давно и незаметно, у него уже новая жизнь, с новыми друзьями и приоритетами, и среди всего этого нет места бывшим одноклассникам; уже давно пропавшим героям Парижа и бестактной кудрявой девчушке, которую он запомнил еще солнечной и пятнадцатилетней. Тоскливые предположения по поводу того, как сильно её изменила лечебница, перестали одолевать его еще года три назад, когда связь с прошлым окончательно прервалась. Старшая сестра присылает приглашение на свадьбу и Нино впервые за семь лет возвращается в Париж, город любви и надежд, в котором когда-то мечтал жить вместе с кудрявой бестией. Родители, давно перебравшиеся к постаревшей бабушке, со слезами вешаются на него, сестра качает головой, ощупывая «хлипкого коротыша», неожиданно ставшего таким взрослым и высоким. Он поднимает бокал вина за молодых, отчего-то представляя на их месте себя-подростка и ту самую кудрявую девчушку, с широкой оправой на вздернутом носу. Когда до отлета остается пару часов, он наведывается в парк у её дома, где они впервые и познакомились, и так и не может отделаться от странного разочарования из-за того, что случайной встречи так и не происходит. Неспешным шагом прогуливаясь до Сены, он размышляет на тему того, что взрослая женщина может переехать от родителей, как когда-то и мечтала сделать в детстве. На мосту он сталкивается с высокой шатенкой, с длинными прямыми волосами, тонкой оправой очков и усталыми карими глазами, которые безразлично встречаются с его собственными, не менее равнодушными. И пусть они засматриваются друг на друга чуть дольше положенного, Нино все же двигается дальше, засунув руки глубже в карманы и навсегда оставляет за спиной нечеткий силуэт кудрявой бестактной девушки, смотрящей на него озорными глазами. Та женщина, обошедшая его по дуге, крепко держит за руку маленького ребенка, смотревшего на мир такими же карими глазами, с ниспадающими на них темными кудряшками.