Золотая "невеста"

Наруто бежал сломя голову; он бежал, не замечая ни прохожих, ни машин. Его сердце быстро колотилось в груди, глаза застелила дымка. Он не обращал внимания на то, что в боку неимоверно кололо, а в горле встал горьковатый ком, мешающий дышать. - «Господи, я должен успеть!» - единственная мысль, бившаяся раненой птицей в воспаленном мозгу Наруто. Черт возьми, никогда ему в этой клятой жизни еще не было так страшно, еще никогда он никого настолько сильно не проклинал. В глаза начало темнеть, когда он уже добрался до главного входа городской больницы; секьюрити сопровождали задыхающегося юношу удивленным взглядом, так и не догадавшись предложить ему помощь. Наруто казалось, что в этих одинаковых коридорах, обложенных белым кафелем, он плутал, не менее минут десяти; каждая дверь, ведущая в палату, была похожа на предыдущую; но она знал, куда следует бежать. Знал наизусть номер палаты, в которой когда-то, точно так же, погибла его родная мать. Он помнил тот день, словно это случилось не более пары минут назад; тогда ему было шесть лет. Кушина лежала на больничной койке, изредка вздрагивая. На её лбу выступила испарина, глаза женщины были зажмурены. Наруто помнил, как монотонно попискивал аппарат искусственного дыхания; помнил, как отец пытался улыбнуться ему, как глаза, покрасневшие от недосыпа, выдавали все страдания Минато. Тогда им нужны были деньги на дорогостоящую операцию, которую проводили в другой стране. Германия, кажется. Но денег не было, благотворительные фонды так же не помогали. Лишь за полтора месяца они сумели наскрести половину необходимой суммы. Но и этого было мало, а вскоре, и вовсе перестало быть необходимым. Кушина скончалась ночью, её сердце не выдержало нагрузки и сильных препаратов. - Джирайа… - выдохнул Наруто, входя в палату. Повторяется. Все повторяется вновь. Цунаде, с покрасневшими от горьких слез глазами пытается улыбнуться ему, протягивая руки для объятий; Джирайа лежит на койке, подключенный все к тому же аппарату. Наруто даже показалось, что фирма и вид машины были такими же, как десять лет назад. - С ним все будет в порядке, сынок… - тихо прошептала Цунаде, обнимая юношу; её плечи мелко подрагивали от накатывающих рыданий. – Мы… Просто найдем деньги и он снова будет писать свои пошлые романы… Снова будет, как заноза в заднице… - между всхлипами выговаривала она, сильнее прижавшись к приемному сыну. Женщина была на грани срыва, и сейчас цеплялась за Наруто, словно за спасительную ветку. Какой бы сильной она не была, но угроза потери любимого подкосила и её. И лишь поэтому, Наруто нельзя быть слабым. Лишь поэтому он не будет повиноваться печали, он найдет способ помочь Джирайе. Во второй раз он не допустит ошибки. 21:04. Городская Больница «Брукхэвен». - Ба… Мама, тебе нужно отдохнуть. Иди домой, сегодня я останусь с Джирайей. – слабо, измученно улыбнулся Наруто, положив свои ладони поверх рук Цунаде. Она подняла потемневшие глаза на сына; уголки её побледневших губ были опущены. - Ты не должен. То есть, я смогу… Я совсем не устала… - пробормотала женщина, опустив глаза. Наруто лишь фыркнул, уткнувшись носом в плечо матери. - Ты устала. Тебе нужны силы, что бы помочь Джирайе. Притом, я все-таки моложе, регенерирую быстрее. - - Ладно, уж, молодой ты мой. Только к полуночи приди домой, пожалуйста. – встав со стула, попросила Цунаде. Юноша лишь кивнул, откинувшись на спинку мягкого стула. Удовлетворенная ответом, Сенджу поцеловала его в лоб, на последок обернувшись к Джирайе и вышла. Настала тишина, прерываемая лишь попискиванием аппарата и тяжелым дыханием Джирайи. Наруто угнетало все происходящие; угнетала тишина, темнота помещений и коридоров уснувшей больницы. Все это напоминало кошмары Узумаки, которые снятся ему со дня смерти матери; когда был жив отец, ужасы ночи редко навещали его. Но и с его кончиной, они захватили власть над снами юноши. Сперва было безумно страшно, после он начал привыкать к тому месту, куда заносят его собственные сны. В конце концов, Наруто и вовсе свыкся со всем, что выкидывали кошмары – странные, отвратительные существа, туманный город. Единственное, что до сих пор приводило его в ужас, так это трупы его родителей. С посеревшей кожей, изрезанными кончиками губ и скулами, без глаз. Вздрогнув, юноша посмотрел на настенные часы. Только десять вечера. Тяжело вздохнув, Наруто встал со стула. Захотелось пить, а автомат с содовой находился на первом этаже. Но не в холле, как обычно положено, а недалеко от подвала. Видимо, иного места они не отыскали. Коридор, как собственно, и думал Узумаки, был темнее самого темного леса. Достав из заднего кармана школьных штанов мобильник и включив экран, он двинулся вперед. Подозрительно тихо стало в больнице; обычно в десять вечера тут все еще кипела жизнь. Врачи и медсестры бегали по коридорам, сопровождая больных и меняя утки; больные, в свою же очередь навещали кафетерий и душ. Тишина настораживала, лишь дребезжание выключенных ламп. Наруто шел медленно, настороженно оборачиваясь на каждый лишний шорох. Его собственные шаги отдавались негромким эхом в ушах; сердце бешено колотилось в груди. Весь путь Узумаки проклинал тех, кто поставил автомат так далеко. А вдруг больному спрайта захочется, а ходить ему далеко нельзя? И послать некого ведь! - Слава Богам! – радостно, но довольно тихо воскликнул Наруто, запуская монетку в автомат. Порычав немного, махина таки выдала ему излюбленную апельсиновую фанту. Открыв крышку пластиковой бутылки и отхлебнув газировки, юноша довольно зажмурился. Цель выполнена, можно возвращаться назад, в палату к Джирайе. А после, к полуночи, должен появиться врач и перенять эстафету. А по приходу домой, Наруто займется поиском работы. А лучше сразу нескольких, с авансом. Перехватив бутылку с напитком покрепче, Наруто направился назад. - О, черт! – судорожно выдохнул Узумаки. У телефона села батарея, и теперь ему придется идти в кромешной темноте. Собравшись с силами, он пошел вперед, еще аккуратнее, нежели раньше, перебирая ногами. Дорога до третьего этажа, что принадлежал реанимации, прошла быстро и практически незаметно. Разве что, на ступеньках блондин парочку раз споткнулся, не более. Но вот, оказавшись недалеко от палаты Джирайи, Узумаки насторожил рык. Нет, даже не так, скорее тихие всхлипы; словно кто-то ронял слезы. - Эй?... – неуверенно крикнул он, сжав руки в кулаки. Если это была медсестра, он мог бы попросить её остаться с Джирайей. Прошагав вперед еще немного, Наруто с ужасом замер. Сердце словно сжали железные тиски; на лбу появилась испарина. Впереди появилось нечто, схожее своей формой с человек; оно было с ног до головы обмотано гнилыми, пожелтевшими бинтами. Передвигалось медленно, еле перебирая своими тощими ногами. Крик вырвался лишь тогда, когда в груди существа образовалось нечто, наподобие пасти; эта дыра источала зловоние, из неё капала черная жидкость, которая разъедала плитку пола. Наруто бежал, продолжая громко кричать. Казалось, сейчас его голос сорвется; он чувствовал, как существо догоняет его. Он не просчитал того, что впереди может быть тварь и похуже. С несколькими тощими руками и круглой пастью на все лицо. Оно схватил Наруто за плечи, встряхивая. - Помогите! – из последних сил выкрикнул Наруто, крепко зажмурив глаза.