Welcome to the hell zone

После ужина, злая как черт гриффиндорка, подлетела к директору, чтобы отказаться от своей должности. Она не хотела жить рядом с Малфоем, трепать себе нервы. Тем более, она была уверена, что не вынесет его общества и применит непростительное. Заметив несущуюся к ней Гермиону, Минерва встала из-за стола. - Мисс Грейнджер, я знаю, что вы хотите сказать, но я ничем не могу вам помочь. За вас обоих просил Дамблдор, поэтому вы оба останетесь старостами. Полагаю, вы поели. Предлагаю показать вам и мистеру Малфою вашу башню. Гермиона опешила. Ей, блин, даже не дали высказаться! Скрипя зубами, гриффиндорка поплелась за директором. Дамблдор за вас попросил. И? Какое право он имеет так распоряжаться судьбами своих студентов? Пусть даже с портрета. Не глядя по сторонам, гриффиндорка следовала за МакГонаглл. Она поняла, что Малфой присоединился к ним, почувствовав взгляд прожигающий дыру в спине. - Не старайся, хорек, ты не Василиск, взглядом тебе меня не убить. Хмыкнула девушка, даже не оборачиваясь на слизеринца. Тот промолчал, но молчание, похоже, продлится только до того момента пока они не останутся наедине. Наедине. Фу. От осознания этого факта, хотелось блевать. МакГонаглл вывела их на пустую площадку восьмого этажа с северной стороны. Стены были абсолютно пустыми, если не считать единственного портрета юной девушки в пышном бальном платье, которая с любопытством смотрела на прибивших. - Честность. Девушка на портрете задорно улыбнулась и открыла проем в маленькую гостиную. Обстановка здесь мало отличалась от гостиной гриффиндора, только не было красных тонов в мебели. Она была темно-серого цвета. Прямо от входа располагались две лестницы. - Ваша комната, мисс Грейнджер, слева. А ваша, мистер Малфой, соответственно справа. Комнаты соединяет ванна. Располагайтесь, ваше расписание висит на доске объявлений. – МакГонаглл указала на доску рядом с входом. – Располагайтесь. – Директор окинула внимательным взглядом Гермиону, после чего вышла. Оставшись наедине с Малфоем, Гермиона, стараясь сдерживаться, двинулась в сторону спален. - Спокойной ночи, Малфой. - Я не нуждаюсь в твоих пожеланиях, грязь. Гермиона замерла у своей лестницы и резко обернулась. В душе снова поднималась ненависть, снова захотелось задушить человека собственными руками. Стоп, стоп, Грейнджер. Твои такие порывы до добра не доведут. Успокойся. Он не стоит отсидки в Азкабане. - Знаешь, Малфой, мы с тобой знакомы уже семь лет, но твой уровень развития остановился еще в одиннадцатилетнем возрасте. Твои пресные оскорбления ни на кого не действуют. Так что закрой свою аристократическую пасть. Хмыкнув на прощание, Гермиона вполне довольная собой поднялась по лестнице, когда услышала стремительные шаги позади себя. Сильная рука толкнула ее к стене и гриффиндорка оказалась зажата между ней и телом Малфоя. Шипя от гнева, парень больно сжимал запястье шатенки, похоже, останутся синяки. - Ты пожалеешь о своих словах, тварь. Он стоял так близко и был так зол, что на секунду Гермиону одолел страх за свою жизнь. Она заметно стушевалась, подрастеряв свой пыл, и смотрела на слизеринца, словно загнанный в ловушку зверек. Но наваждение прошло так же быстро, как и пришло. Вспомнив, что жизнь ей не очень то и дорога, гриффиндорка смело встретила разъяренный взгляд Малфоя. - Не противно обнимать грязнокровку, аристократ недоделанный? – Она постаралась оттолкнуть слизеринца, но то оказался сильнее. Парень крепко обхватил ее талию руками, попутно прижимая к стене. – Отпусти, если тебе не противно, это не значит, что меня сейчас не вырвет! - Полегче, гриффиндорка. Я же могу принять это как приглашение. Он коснулся кончиком носа ее щеки и выдохнул, после чего сильнее сжал руки, так, что Гермиона вскрикнула от боли. - Если еще хоть один раз, твой поганый рот выскажет подобное, я выебу тебя так, что ты ходить не сможешь как минимум неделю. После чего, он толкнул девушку, от чего так ударилась головой о стену и преспокойно удалился. Ублюдок. Мерзкая пиявка. Чтоб ты сдох. Злая на весь мир, а конкретно на Малфоя, шатенка влетела в свою спальню. Даже не обращая внимание на приятную обстановку спальни, девушка быстро разделась и взяв полотенце из чемодана, быстрым шагом направилась в душ. *** Кровь. Я чувствую ее на виске, она противной струйкой течет вниз по щеке, спускаясь к подбородку, чтобы продолжить путь к шее. Меня трясет. Звуки уже ничего не значат. Я не слышу даже собственного голоса. Тьма. Она поглощает и заставляет биться в истерике. Она словно показывает, насколько ты слаба в своем одиночестве. Единственное, что заставляет меня не свихнуться, это теплые руки, лежащие на моих плечах. Я не вижу кто это, но чувствую, что этот человек меня не оставит. Он молчаливо поддерживает меня, не давая упасть. Хотя, может быть, он что-то говорит, только я не слышу. Мне так хочется увидеть своего спасителя. Хочется поблагодарить за то, что рядом. Только мои попытки заговорить обращаются полным провалом. Вдруг, теплые руки покидают меня. Тело пронзает острая боль, как от «Круцио». Визжу от боли, но изо рта не вырывается ни единого звука. Пожалуйста… Пусть это прекратится… Умоляю… Боль исчезает. Оставляя меня во тьме слабую, разбитую, одинокую. Гермиона проснулась от собственного крика. Пару минут, она в панике оглядывала свою комнату, не понимая, где находится. Немного придя в себя, шатенка взглянула на часы. 4.10 утра. Прекрасно. Выспаться ей не суждено. Девушка нахмурилась и выбралась из кровати. В комнате было прохладно, она обернулась и посмотрела на раскрытое окно, похоже она не закрыла его, когда курила перед сном. Больше так делать не стоит. Не хватало еще заболеть в первый учебный день. Натянув махровый халат, девушка устроилась у раскрытого окна и достала сигареты. Осенний воздух был по-утреннему чист и свеж, и гриффиндорка хмыкнула от осознания того, что собирается немного подпортить идиллию запахом дыма. В соседней комнате послышался шум, и Гермиона навострила уши. Не то что ей было очень-то интересно, чем занимается Малфой, но его сборы неведомо куда в начале пятого утра настораживали. По звукам, слизеринец оделся и вышел из своей комнаты, похоже, намеренно тихо закрыв за собой двери. Гермиона нахмурилась. Серьезно? Теперь его странное поведение будет преследовать ее весь день. Будучи по натуре особой любопытной, девушка не могла оставить все как есть. Ей безумно хотелось проследить за слизринцем, но бросив взгляд на тлеющую сигарету, Грейнджер хмыкнула. Не хватало еще, чтобы действия недопожирателя заставляли выбраться из уютной комнаты в такую рань. Первый учебный день не заладился с самого утра. После ухода Малфоя, Гермиона не стала ложиться обратно в постель, а решила собраться и позавтракать раньше. Но ее планы разрушила рыжеволосая бестия, перехватившая ее у входа в Большой зал. Грейнджер так и не поняла конкретно, что хотела от нее подруга, та просто затащила ее в гостиную гриффиндора и начала допрос о Гарри. О мелочах, например о том, какой цвет он предпочитает. Гермиона разозлилась. Она не знала таких подробностей, и знать не желала, поэтому резковато отшив подругу, она все же направилась на завтрак. Уроки пролетели незаметно, да и если четно, гриффиндорка не особо вникала в происходящее. Ей снова завладела апатия и нежелание находиться в обществе. За этот день, Грейнджер несколько раз подумала о том, что зря вернулась. Нужно было сдать ЖАБА экстерном. Малфоя нигде не было видно и это снова насторожило девушку. Он не появлялся в Большом зале, на совместных уроках его тоже не было. Зато был Нотт. Его странные взгляды преследовали старосту женского отделения весь день. Вечером, сидя у камина в гостиной, девушка наслаждалась любимой книгой и теплом. В такие моменты тревожные мысли отпускали, и девушка чувствовала легкость. Правда, покой длился не долго. Ее покой нарушили два слизеринца, нагло ввалившиеся в гостиную. - Говорю же тебе, он молчит. Не думаю, что у нас есть шансы разговорить его. Малфой был раздражен, он плюхнулся в кресло рядом с диваном, на котором удобно расположилась Гермиона. - Завтра пойду я. Не факт, конечно, что выйдет, но других вариантов нет. Нотт уселся в непосредственной близости от Гермионы, от чего та нахмурилась и немного отодвинулась, поджав ноги под себя. Она сделала вид, что совершенно не замечает парней. Ей не хотелось вступать в словесную перевалку с Малфоем. Не сегодня. - Ладной, но возьми с собой Прескотта. Эта мразь способна на многое. От слуха Гермионы не укрылось отвращение, с которым говорил Малфой, и она невольно подняла на него взгляд. Вся его поза говорила о раздражении. Она перевела взгляд на Нотта. Тот был совершенно спокоен. На красивом лице не отражалось ничего, кроме отрешенности. Интересно, про кого это они? Любопытство снова брало верх над гриффиндоркой. - Мерлин, Малфой, ну и тон, неужели кто-то, кроме меня, может вызвать такое отвращение у слизеринского принца? Мне даже обидно. Гермиона ослепительно улыбнулась и встала с дивана, намереваясь уйти к себе. Общество слизеринцев ее напрягало. - Не твоего ума дело, грязнокровка. – Прорычал Малой, собираясь встать, но его удержал Нотт. - Фу, Драко, что за тон. Где твои манеры? Гермиона снова просияла и быстро ретировалась к себе, на сегодня хватит. Перед уходом, она заметила злое лицо Малфоя и…восхищение? Нотт, ты серьезно? Этого только не хватало.