Ваниль и корица

— О, наконец! Мы уж прикинули, что вы там уже первую брачную ночь затеяли, — первым заметил девушек Тим. — Тим, — Рокси толкнула мужа в бок, — Реджина, не слушайте этих балаболов. Они всегда несут всякую хрень. — Да ладно тебе, мы просто подмечаем интересные факты, — Хью подмигнул друзьям. — И хотим знать подробности, — поддержал Дилан, за что получил локтем в грудь от Норвудсена, — ай! За что? — За дело, Дилан, за дело, — Эмс довела Реджину до стола и как полагается отодвинула для неё стул, — прошу. — Спасибо, — Реджина присела за стол, — всем ещё раз привет, я Реджина. — Да мы знаем, популярное имя в нашем лексиконе, — Рокси подмигнула, — меня зовут Рокси, а это мой муж Тим, — девушке похлопала мужа по плечу, — Хью и Дилана ты знаешь. — Ну да, — брюнетки взяла Эмму за руку. Она немного волновалась. — Так, мнимые джентльмены, почему на наших тарелках всё еще пусто? — Свон начала своё пребывание за столом с наезда. — Оп, — Тим быстро спохватился и положил на тарелки по куску мяса, — где пусто? Эмс, ты что-то путаешь. Реджина усмехнулась, — видишь, какая реакция молниеносная, что ты даже не заметила. А можно мне ещё салата положить? Я к такому мясу отношусь спокойно. — Что? Это же вкуснотища, — воскликнул Хью, — сочное. Вкусное. Божественное. Ты такого не ела. — Ты попробуй. Ты не ела мясо аля-Эмс! — Дилан уплетал шашлык за обе щеки, — вкуснотища! — А они дело говорят. Это тебе не сыр с плесенью, — Эмс приобняла брюнетку. — Вот не нужно сейчас наговаривать на сыр с плесенью. Он очень вкусный, для людей знающих в нём толк. Я, например, ваше пиво не переношу, оно тошнотворно пахнет, — сказала Миллс, пока Тим накладывал ей салат. — Пиво это не самое плохое, что они пьют или едят, — в защиту сказала Рокси, но потом сама же и вставила свои два цента, — есть такой продукт, как дикая утка, это вообще… у меня даже сейчас тошнота накатывает. — Вы там только не сговоритесь, а то диеты я не перенесу. Буду втихую есть и утку и пиво, — Эмс сжала руку на талии Реджины. — На диету тебя никто и не посадит, а вот курить ты бросишь, — спокойно сказала Миллс. Она улыбнулась Эмме и перевала взгляд на её друзей, — может выпьем? Ты мне купила что-нибудь? Или купила, но вылила?! Друзья переглянулись на фразу Миллс о сигаретах. — А, тогда это твоё вино, — Норвудсен достал бутылку хорошего вина из-под стола, — сейчас открою и налью. — Оно вкусное? — поинтересовался Дилан, который сидел, ничего не пил, так как ему дали задание развести всех по домам. — Кислое, — специально сказал Тим, чтобы у Уоррена не было соблазна. — Оно очень нежное и вкусное, хочешь попробовать? — Реджина не видела ничего такого в том, чтобы парень попробовал напиток. — Ага! — закивал парень, а глазки загорелись желанием. — Спать будешь вон в той будке. В доме мест нет! — пригрозила сразу Эмс. — Эй, ну почему? — обидчиво протянул Уоррен. — А ты злая, я не знала тебя с этой стороны, — Реджина обняла Эмму. Ей было тепло и уютно в этой компании. Она, наконец-то, почувствовала себя счастливой. — О, если не знала, трудно тебе придется, — буркнул совсем обижено Дилан и закусил свою обиду мясом, отвернувшись. — Ты посмотри на него. Неженка, — Тим засмеялся, поднимая бутылочку пива, — не в выпивке счастье, дурной. Бери давай сок и наслаждайся. — Чего застыл? Сам же должен смекнуть, что этой ночью этот дом должен быть только наш. Так что харэ дуться, — Свон смотрела на Дилана, а тому ничего не оставалось, как усмехнуться и согласиться с друзьями. — Тогда давайте уже пейте за счастье. А я поддержу уж, — он взял сок, призывая остальных поднять бокалы с напитками. — Ты меня украла только для этого?! — Реджина пригубила вина и приблизившись к уху Эммы, тихо прошептала свой вопрос. Она задала его с хитринкой, ведь сама была счастлива оказаться в объятиях Свон. — Так, так, так, а ну не раскрываем всех моих тайн, — ответила Эмс вслух и отпила своего напитка. Блондинка пила пиво, но не в больших количествах, ведь ей сегодня ночью нужно быть во всеоружии. — А у тебя нет тайн. Ты, как открытая книга, — подметил Тим. Он сидел, обнимая Рокси. Парень немного захмелел, но это не мешало ему весело проводить время с друзьями. — Тим, не нужно раскрывать тайну Эмс, что у неё нет тайн. Сейчас Реджина разочаруется ещё и сбежит, — Рокси поцеловала мужа в щёку. — Жалко Макси не смогла приехать, она очень хотела познакомиться с тобой, Реджина, но начальник мудак не отпустил. Хотя я знаю точно, она держала за нас кулачки. Во-первых, она хотела, чтобы Эмс была счастлива, а, во-вторых, не хотела навещать меня в тюрьме если что-то пойдет не так, — Хью засмеялся. — В обязательном порядке через пару дней соберемся все. И не на часок или пару, а на целый день. Возьмем палатки и поедем в лес, — Эмс перегнулась через Реджину, чтобы положить руку на животик Рокси, — но уедем недалеко от города, так что не переживай, любовь моя. — В лес?! — Реджина с паникой в глазах посмотрела на Свон, — нет, — она закачала головой, — я не поеду в палатках в лес. Там насекомые, животные… нет, — протянула она. Хью засмеялся, — да, Эмс, тебе еще придется помучаться с ней, — Норвудсен говорил без злости, — она же совершенно не приспособлена к твоей жизни. — Дело в том, что и я не приспособлена к её жизни. Так что, всё честно, — Эмс поцеловала любимую в губы. При друзьях проявлять нежность ей было свойственно, в отличии от Колина. — Но в моей жизни нет полчища комаров, — Реджина улыбнулась. Она говорила про выезд за город. Девушка не отстранялась, а ещё и ещё целовала Эмму. — Ничего, ты привыкнешь. Я тоже по началу не любила их вылазки, а потом это даже стало мне нравится, — Рокси поддерживала Реджину, она хотела, чтобы девушка не чувствовала себя чужой рядом с ними. — Ты привыкнешь. Надо только один раз попробовать и втянешься, — говорила между поцелуями Эмс, — пробуй мясо. Оно идеально получилось, — и села ровно. — Все только ради тебя, — Реджина улыбнулась Эмс и, взяв нож, приступила к еде. Мясо получилось действительно восхитительным и Реджина была в восторге. В это время, когда Реджина была счастлива и спокойна, её родные и близкие сходили с ума от неизвестности. Полиция делала всё что могла, но результатов не было. Фургон так и не засекли, а других ниточек совершенно не было. — Ты как? — Колин был с Марисой у Реджины в квартире. Он не находил себе места. Отправив родителей по домам, мужчина ждал информации. — А как я могу? — Хадсон сидела на диване с бокалом красного вина. Женщина была до неузнаваемости молчалива. Переживания сжирали, хоть сердце оставалось спокойным. — Не знаю, — Колин сел на против. До этого момента он даже не мог присесть, — ты же говоришь, что у тебя не ёкает. — Не ёкает, — подтвердила Мариса, запивая свои слова вином. — Тогда где она? Что с ней? — Колин смотрел на Марису, — если ты знаешь скажи. — Откуда я могу это знать? — облизнув губы, Мариса кинула взгляд на Колина. Хотя долго на нем не акцентировала внимание, вновь глотнув алкоголя. — Я не знаю, — Колин впервые так много говорил эту фразу. Он не знал, где Реджина, что с ней и почему её увезли на том фургоне. Он не понимал, что ему делать в этой ситуации. Риксан упёр локти в колени, а ладони положил на затылок, — я бы хотел, чтобы она сбежала, — это фраза была сказана междупрочим, но в ней таился широкий смысл. — Зачем ты это говоришь? — Мариса была спокойна, ведь не могла сейчас по-другому. Все эмоции как будто высосали, а мозг просто-напросто отказывался работать. Она звонила Свон, но телефон был вне зоны действия сети. Это наводило на определенные мысли, но утверждением быть не могло. — Чтобы ты знала. Тогда бы я был спокоен за неё и точно знал, что она в порядке. — Мне кажется, с ней всё в порядке, — Хадсон произнесла эту фразу только через несколько минут, и то пряча глаза в сторону от Колина. Вино в бокале закончилось, а давящая атмосфера, наоборот, только усиливалась. — Да почему ты так думаешь?! — Колин повысил голос, — её заволокли в машину и увезли, а ты уже несколько раз сказала, что думаешь, что всё с ней хорошо?! — Риксан посмотрел на Марису, — у неё кто-то появился. Я прав. Я же прав?! — Колин, хватит кричать. Налей мне вина, — Хадсон протянула бокал, — побольше желательно. Колин встал и налил Хадсон вина, как она и просила, но свой вопрос без ответа он оставлять не собирался. Это было как говорится «дело чести». Они с Реджиной договорилась о свадьбе, и если у Миллс кто-то появился, он хотел бы знать. — Не ври мне. Не прикрывайся вином. Я хочу знать правду. — Я не знаю, связано ли похищение с этим. Поэтому не могу сказать точную правду, — Мариса смотрела на Риксана и жалела, что не может его утешить. Хадсон было тяжело открыть тайну Реджины Колину, прекрасно зная, что она может ранить его. Колин присел на пуф рядом со столиком и взял за руку Марису, — ты открытом текстом говоришь, что у неё кто-то есть. А твои отговорки вранье. Связано или нет, должна сказать полиция, а ты должна им и мне все рассказать. — Да пойми… это не мой секрет… — Мариса прямым взглядом только и смотрела на руку Колина. Все эмоции Хадсон казались очень неуверенными и даже скромными. — Да ты и так его раскрыла, — Риксан поджал губы, — ты переживаешь, я вижу, но ты же знаешь, какие у нас с Реджи отношения. — Какие у вас отношения? Обязательства? Меня бесят ваши недоотношения! — Хадсон резко одернула руку, а потом вообще встала с дивана. — Мариса… — Колин встал с пуфа и хотел подойти к девушке, но остановился в нескольких шагах, — ты сама отказалась от нормальных отношений. А с Реджиной мы договорились ещё тогда, что если не найдем людей, с которыми будет хорошо. Ни я, ни она не нашли. — Ага, — хмыкнула Хадсон и пошла из гостиной. Она быстро перебралась в спальню и громко хлопнула дверью, давая понять Колину, что этот разговор исчерпал себя. Мариса не собиралась снова бередить чувства ни к чему не ведущей болтовнёй. — Ты в очередной раз убегаешь, — крикнул Колин. Ему всегда нравилась Мариса, и однажды они даже хотели попробовать, но у Реджины тогда проснулась симпатия, и Хадсон отступила. — Наконец-то! — Эмс подняла Реджину на руки и закружила вокруг себя. Они несколько секунд назад проводили «похитителей» и сейчас остались в родительском доме Эмс одни. — Я не верила, что это когда-нибудь могло случиться, — Реджина улыбалась, смотря на Свон, — спасибо тебе. Войдя я в те двери… я бы испортила три жизни, — сказала Миллс, не зная, что ещё одна важная для неё судьба зависела от её выбора, — я люблю тебя, Свон. — Говори это как можно чаще и громче! — Эмс подкинула Миллс, а потом поймала и с ней на руках пошла в сторону дома, — кстати, это дом моих родителей. Я тут очень давно не была и тем более не ночевала. — Кстати, у тебя очень милый дом. Уютный. Я конечно не успела его рассмотреть, но внешний вид отличный. Только почему ты тут давно не была? — Тяжело здесь быть, — Эмс опустила Миллс на землю, — без них… очень тяжело. — А когда их не стало? — Реджине было очень интересно узнать что-то новое об Эмме. — Мама умерла, когда мне было двенадцать. А отец два года назад, — Свон и Миллс шли в обнимку в дом. — Мне жаль, — Реджина не могла ничего больше сказать. Прошло время, а сожалеть и разглагольствовать на эту тему девушка не собиралась, понимая, что это причинит боль Свон. — Знаешь, я не спросила тебя за сегодня ни разу твоего желания. Отсюда вывод -надо исправлять ситуацию. Так что давай, говори мне, что ты хочешь? Вот именно сейчас. Что ты хочешь? — Эмс решила перевести тему в их стезю. — Хитрый план, — Реджина засмеялась, — я знаю какого ты ответа ждешь. Хитрюга! — Не правда. Я хочу знать твоё мнение. Хочу, чтобы ты сказала, чего хочешь, а я уже решу делать это или нет, — Эмс нагло усмехалась. — Врешь! Ты хочешь, чтобы я сказала, что хочу тебя, а ты с удовольствием на меня накинешься. Я знаю этот хитрый взгляд. — Клянусь! — Свон встала ровно перед Реджиной, подняла одну руку вверх, словно дает клятву в зале суда, а вторую положила на сердце, — сделаю так, как скажешь ты! — Я в этом и не сомневаюсь, — Реджина подмигнула, — пойдем спать, я устала, — брюнетка сдержала улыбку и пошла в дом. Свон открыла рот и захлопала глазами. — Вот ж… ну… чёрт… — шипя себе под нос Эмс поспешила за Реджиной. И догнала её у лестницы, завлекая в объятия, — ты такая классная. Просто нереальная! — Не прокатит, Свон, — Реджина улыбнулась, — я уже всё сказала, — брюнетка издевалась над Эммой. — А я что, против чего ли? Просто факты говорю, — Свон начала и сама издеваться над Миллс. Её поцелуи по шее и горячие прикосновения не давали той продвинуться с места. — Знаю я твои факты. Тебе бы лишь бы сейчас в горизонтальном положении оказаться, — Реджина прижималась всем телом к Свон. Брюнетка и сама желала близости с любимой девушкой. У них все складывалось сумбурно и это совершенно нельзя было назвать идеальным началом отношений, но не это же главное. Шаловливые ручки Эмс добрались до груди Реджины. И на реплике, — я могу и в вертикальном… — сжали упругие полушария, а зубки прикусили мочку уха. Ощущения возбуждения медленно накатывали на девушек, а желания бежали куда быстрее действий. — Свон, с тобой я схожу с ума, — Реджина, как шоколадная конфета на солнце, плавилась в руках блондинки. Она забыла обо всём. Её завсегдатая ответственность улетучилась, заменяясь безответственностью. Девушка и думать забыла о родных. — Не правда. Ты изначально сумасшедшая, — Эмс попятилась назад, завлекая за собой брюнетку. Её голос спустился до эротического шепота, а движения рук стали развязней и смелее. — Если у нас не сложится и ты зря меня украла, я, как самка богомола, откушу тебе голову, — Реджина развернулась и прижала Свон к стене, страстно целуя в губы. Эмс не простит саму себя, если их отношения закончатся быстро. В планах вздорной блондинки любовь до старости. Желание быть с Реджиной всю жизнь пересиливает любую другую прихоть, а жажда сделать любимую женщину счастливой окрыляет на безумные подвиги. Этот момент поцелуя запомнится надолго тем, что Эмс дает самой себе клятву. В этом страстном противостоянии языков мысли перекручивают будущую клятву перед алтарем. Свон будет с Реджиной в счастье и горести, будет разделять её радость и возьмет на себя её грусть. Они будут, как единое целое. Их любовь Эмс никому и ничему не даст разрушить. Такие люди, как Свон, влюбляются раз и навсегда. И сейчас, самое время доказать свои чувства не только духовно, не только голословно, а делом. Ведь секс является важнейшим компонентом счастливой семейной жизни. Брюнетка полностью отдалась Эмме. Их ночь могла по истине называться первой брачной ночью, несмотря на то, что свадьба по факту не состоялась, а их помолвка предполагала продолжение. Реджина проскользнула руками под майку Эммы, немного царапая кожу ногтями от нетерпения близости. Единственным отличием первой брачной ночи от происходящего сейчас является место близости. Девушки даже не в силах оказались добраться до спальни, постели, ароматических свеч. Желание накрыло их прямо в коридоре, и они не собираются ему мешать. — Ррр… — порыкивала блондинка, ей нравилась Реджина-кошечка. И Эмс отплатила ей благодарностью в виде засоса на шеи. — Ум… — стоны и рыки разносились на весь дом. Реджина уже не сдерживалась и срывала майку с Эмс, даже на секунду не прерывая поцелуй. Брюнетка как будто приклеилась губами к губам любимой. Свон же разорвала майку Реджины на две части. Мешающийся бюстгальтер, однозначно, не пригодится в ближайший часы Миллс и поэтому и его она быстро лишилась. Руки сжимали грудь, а губы не отрывались от губ. Движения тел и конечностей можно назвать хаотичными, резкими. Но вместе с этим девушкам не нужна была поверхность, ни вертикальная, ни горизонтальная. Им хватает сил не упасть из-за бушующей страсти. Когда на девушках остались только трусики, они вновь начали продвигаться вглубь дома. Это было как в смешном романтическом кино. Всё, что было не крепко прикреплено, падало на пол, создавая грохот, но это также не мешало девушкам. Они наслаждались друг другом, создавая таинство в стареньком доме в лесу. Свет во всем доме потушен. Ни единого намека на происходящее внутри. Обычный дом в середине леса. Тишина. Умиротворение. Спокойствие. Как же ошибочно думать, про дом в лесу, без света, снаружи тихий, который ночью становится узником одиночества, что внутри него не кипит жизнь. Внешняя оболочка обманчива. Важно, что находится внутри. А там творятся невообразимые вещи, неописуемые эмоции, непередаваемые словами чувства. Тела танцуют танго. Языки пламени ласкают холоднее прикосновений Эммы и Реджины друг к дружке. Их губы сливаются в единое целое, их тела принимают касания другой со жгучим желанием. Они всё-таки нашли нужную для продолжения поверхность. Снося половину первого этажа, девушки разместились на ковре перед камином. Пусть огонь не освещает им путь, свет им не нужен. Занятие любовью происходит при таинстве, которое ни одна из них не хочет нарушить.