Сны Севера. Часть 2. Ловушка для души

*** Кровь на песке. Его кровь. Что теперь делать? Где его искать и, главное, кто... Локи оцепенел. Он уже знал, кто был виноват, не нужно было быть гением, чтобы догадаться. Долго искать ему не пришлось. Зная все убежища Йормунганда, он смог отыскать Змея довольно быстро. Тот не был особенно удивлён, увидев шутника, что лишь подкрепило подозрения. - Знал, что придёшь, - прохрипел Змей. Вид у него был, честно сказать, довольно потрёпанный. Но Локи не это в тот момент заботило. - Где он? - выкрикнул шутник. Йормунганд смотрел на него пристально. Потом его багровые глаза сузились: - В надёжном месте, Локи. - Что ты задумал? Что тебе нужно?! - Локки был готов наброситься на Змея и вытрясти из него душу вместе с ответом. Но затевать с ним схватку до того как узнает, где Змей держит Эрика, он не мог. - Говори, если хочешь жить, - прорычал Локки. Змей расхохотался: - Я тебе давно говорил. чтобы ты обратил его! Человеческая жизнь... - он помолчал, презрительно скривив губы, - ...так хрупка. Слишком хрупка! - Где он?! - Локи постарался взять себя в руки. - Чего ты добиваешься? Змей вновь улыбнулся: - Ты верно мыслишь - кое-что мне нужно. - Говори. - Бальдр, - коротко сказал Змей. Локи похолодел. Йормунганд... какую неоправданно жестокую месть ты задумал... - Ты должен мне в этом помочь. Никто другой не справится. И поторопись. Как знать, сколько ещё времени выдержит твой мальчишка! Локи слушал его не в состоянии пошевелиться. Осознание того, что на него опустилось непосильное бремя, ударило его, словно плеть. Убить Бальдра, чтобы спасти Эрика. Все знали, что повлечёт за собой смерть юного аса. - Если ты не сделаешь этого, я убью твоего Эрика. Если, конечно, он сам раньше времени не умрёт. Тебе имеет смысл поспешить. *** Словно оглушённый, Локи брёл назад, не ведая, что ему делать. Внутренне он был готов к любому повороту событий, но только не к этому. Так быть попросту не могло. Не должно было! Его, только-только обретшего счастье, снова толкали в самое пекло. И стоял за всем этим Йормунганд, чью жизнь ему когда-то довелось спасти! Вот какую благодарность он получил. Спасти Эрика - всё равно что тронуть маятник, который вскоре раскачается так сильно, что весь мир рухнет. Локи, всегда ловко сплетающий интриги, стал орудием мести в чужих руках. "Эрик... я сделаю всё, что в моих силах, чтобы тебя спасти. Клянусь, я готов на всё!" *** Если бы кто-то намекнул Хеймдаллю, что очень скоро в хранимой им обители богов произойдут горькие и печальные события, он бы посмеялся в лицо сказавшему подобную нелепость! Если бы умел, конечно. Ему, наделённому неведомой другим силой, смешным казалась сама мысль о том, что под сводами Асгарда может пролиться чья-то кровь. И - тем более - кровь Бальдра. Если бы он умел смеяться... Никто не сказал ему, да и не смог бы - о своём плане Локки не сообщил ни одной живой душе. *** Хеймдалль подхватил на руки воздушное тело бога весны, закутанное в эфирное сплетение ткани, и прижал к себе. В этот момент любой бы усомнился в том, что именно он, ставший похожим на чудовищного чёрного пса, способного загрызть любого, приблизившегося к его хозяину, носил имя Светлейшего из асов. - Отойдите! – проговорил Хеймдалль глухо, и за спиной его угрожающе засвистел штормовой ветер, готовый пустить своих гончих рвать на куски каждого, кто посмел бы подойти к асу в этот момент. Бальдр, кажется, был ещё жив, но торчащей из его груди стреле, пронзившей сердце аса, было суждено вырвать из тела жизнь. - Я сам отнесу его, - добавил он, и никто не посмел ему перечить. Лишь Тор сжал кулаки, сверкая глазами, но даже ему было не отобрать у Стража Богов его горестную ношу. Хеймдалль пошёл, и каждый его шаг по свежей зелёной траве был словно удар грома. Он спускался в Хельхейм, а его верные псы, окутанные мерцающим инеистым облаком, шли по бокам, скаля клыки и огрызаясь на подступающую почти вплотную мглу подземного коридора. У самой границы, на последних ступенях лестницы, его ждала Хель. Хеймдалль уставился на неё, серую и полную уныния, и крепче прижал к себе Бальдра. - Ты не можешь идти дальше, - сказала ему хранительница подземного мира, не сводящая глаз с бледного лица Бальдра. – Живым сюда нет пути. Взглянул на него, на бархатную кожу, даже в смерти сверкающую внутренним светом – даром любви всем, на мягкие губы, окрасившиеся кровью, сладкие и нежные, так и не решился Хеймдалль поцеловать их: слишком дорогим, слишком ценным было сокровище, лежащее у него на руках при жизни, и сейчас казалось ему не менее ценным, нарушать его чистоту было нельзя. Псы у его ног утробно зарычали на Хель, но Страж Богов не собирался с ней спорить. Он знал, что Бальдра придётся оставить здесь, и жалел только об одном – что никогда больше они не увидятся. Пускай юный ас боялся сурового хранителя Биврёст, пускай... он бы с этим смирился, если бы тот продолжал жить... Скрепя сердце, передал Хеймдалль тело Бальдра на руки Хель, и та лишь вздохнула, не найдя, что сказать. Наклонившись, она поцеловала Бальдра в холодный лоб, и тот открыл глаза. Хеймдалль словно оцепенел, глядя, как Бальдр встаёт на чёрный пол. Сияния больше не было. Свет жизни погас в его глазах. - Бальдр, - хрипло позвал Хеймдалль, только сейчас осознавший, какой холод его окружает – так что даже дыхание перехватывало. Как будет жить здесь юный прекрасный ас, которому следовало бы как цветку впитывать солнечные лучи, а не мрак этих стылых коридоров? – Бальдр! – громче сказал Хеймдалль, и только тогда тот обернулся. Лицо его было спокойным и усталым. Подняв на Хеймдалля потускневший взгляд, Бальдр молча смотрел на него. - Забери меня, - выдохнул Хеймдалль. – Забери меня вместо него. - Не могу, - прошелестела Хель в ответ, будто ветер всколыхнул сухие листья на тропе. – Ты знаешь, это не в моей власти, Страж Богов. - Как я могу помочь ему? Как? – он подался вперёд, а потом почувствовал жуткий холод, словно сковавший его левую щиколотку. Обернувшись, он увидел, что одна из его гончих вцепилась в ногу хозяина зубами, не пуская вперёд. Ошеломлённый, Хеймдалль обернулся. – Говори, ты ведь знаешь! Ты ведь видишь, что забираешь к себе лучшего из нас! Ему здесь не место! Такой длинной речи от Хеймдалля больше никто никогда не слышал. Когда Хель покачала в ответ головой и положила руку на плечо Бальдра, намекая, что пришла пора говорить прощальные слова и расставаться. - Брат, - мягко сказал Бальдр, - мне жаль, что тебе выпала эта ноша. Прости меня, - кажется, говорить ему было трудно. Хеймдалль особо и не понимал, что шепчет ему слабый голосок Бальдра, его глаза смотрели только на стрелу, всё ещё торчащую из груди прекрасного аса. - Я не оставлю тебя здесь, - стальным голосом сказал он. – Слышишь? - Ты ничего не сможешь сделать, глупый, - всё тем же шелестящим голосом заметила Хель. - Ты слышишь, Бальдр? – он словно не слышал её. - Тебе нет нужды ради меня… - начал юный ас, но Хеймдалль не дал ему договорить. Протянув руку, он схватился за оперение стрелы и рванул её на себя, и она вышла из тела легко, оставшись в руке Хеймдаля веткой омелы, из которой и была сделана. - Я не оставлю тебя здесь, - снова сказал он, после чего развернулся и, не оборачиваясь, быстро побежал вверх по лестнице. Наделённый совершенным слухом, он будто оглох в этот миг, и говорил ли что ему вслед Бальдр, не слышал. *** Когда Хеймдалль вернулся на свой мост, шёл дождь. Мокрые гончие плелись следом за хозяином, поджав хвосты и льня к его ногам. Он сел на землю, положив ладонь одной из них между ушей, а потом закрыл глаза, осознавая и обдумывая произошедшее. Хеймдалль и не заметил, как задремал. Отец Богов всё-таки подарил своему отважному сыну немного сна. *** Йормунганд поджидал Тора. Надеяться а что-то он себе запретил – непредсказуемый нрав громовника ему был прекрасно известен. И всё равно сердце билось беспокойно и учащённо, когда он вспоминал о том, что в прошлый раз они расстались далеко не лучшими друзьями. И вот сейчас, придя к своему злейшему… и самому любимому врагу, Йормунганд был готов раскаяться и подчиниться, если громовник будет к нему благосклонен и не станет делать поспешных выводов. Змей готов был его простить и отказаться от своих планов. - Зачем явился? – голос Тора был спокоен, но Йормунганд слишком хорошо знал изменчивость этого спокойствия. - Хотел повидать тебя, Аса-Тор. - С чего бы? Йормунганд смотрел в его лицо и понимал, что Тор не изменит своего мнения о нём. Тор уже всё давно решил – от Змея он не ждал ничего, только очередных опасных поступков. - Зря ты проделал путь сюда, - произнёс громовник. – Нам не о чем говорить. - Но я думал, что… - Ты зря пришёл. - Я каждый раз прихожу к тебе зря!!! На что я надеялся – растопить твоё ледяное сердце?! Как глупо… Горько было находить подтверждение своим мыслям. А ещё хуже – понимать, что для тебя нет в мире ничего светлого, когда душа уже готова был потянуться навстречу раскрывшимся было чистым небесам. - Тор, - Йорманганд шагнул навстречу громовнику, но тот оттолкнул его. – Не прогоняй меня. Был ли в этот момент на свете кто-то более одинокий? - Убирайся. Я больше не позволю себя одурачить. И не пытайся, Йормунганд, доверять тебе я никогда не смогу. - Дай мне шанс. Один единственный… Он был готов упасть на колени перед Тором, обнять его ноги и молить о том, чтобы громовник позволил Змею стать лучше. - Прошу тебя. Колыхнулось ли что-то в глубине этих пронзительных светлых глаз? *** Глядя на Йормунганда, Тор, внешне всё ещё сохранявший спокойствие, вёл внутренний поединок со своим сердцем. Он не мог принять Змея таким, каким тот являлся. Защитник Мидгарда не мог ничего поделать – перед своим злейшим врагом он неизменно оказывался безоружен. Ему оставалось только вымещать на нём свою злость, подпитываемую бессилием что-то изменить. - Йормунганд, - произнёс Тор. – Никто и никогда не заставит меня быть с тобой. Тебе ясно? Змей промолчал. Его глаза тускло мерцали, и Тор понял, что Змей ждёт объяснений. - С самого начала это было неправильно. Ты и я… не можем быть вместе. Йормунганд опустил голову, сжал руки в кулаки, грудь его вздымалась от тяжёлого дыхания и плохо скрываемой ярости. - Чего ты боишься? – прошипел он. - Боюсь? – удивился Тор. - Ты боишься. Всегда боялся! – зло выкрикнул он, вскинув голову так, что волосы отлетели назад, открыв бледный лоб и яркие искрящиеся глаза. – Трус! Слова, которые прежде непременно взбесили бы Тора, сейчас показались ему жалкой попыткой себя задеть. Змей был в отчаянии. - Зря стараешься. Что бы я не чувствовал к тебе, по-другому быть не может. Да что обсуждать? Ты уже доказал, что доверять тебе нельзя. Поэтому ничего хорошего я от тебя не жду! - Ладно, - отвернулся Змей, и лица его Тор уже не видел. Главные слова были сказаны. Не важно, что сам громовник был не согласен с собственным решением, принятие которого забрало у него немало сил. Это создание перед ним – мальчишка, по сути глупый и безрассудный, отчего-то так яро стремящийся к нему, Богу Грома – кому угодно Йормунганд вселял ужас. Только вот в сердце Тора ужас никогда не закрадывался, он вообще не ведал, что такое страх. «Проклятый, ну почему мне повстречался именно ты?» – сокрушенно думал Тор, глядя в ссутуленную спину Йормунганда. - Прости меня за то, что я совершил, - сказал Змей. - Уходи, - голос прозвучал хрипло, но Тору было всё равно. Он дал себе слово, что сможет как-то пережить их окончательный разрыв. Змей пошёл в сторону тревожно вздымающихся седых волн, и прежде, чем его босые ноги ступили в воду, обернулся. Тор с трудом сдержался, чтобы не остановить его. Взгляд, который Змей бросил на громовника, был слишком уж человечьим. Он не без труда стиснул зубы, лишь бы не дать сорваться жалкому "постой". «Отец, дай мне сил это выдержать…» В тёмных глазах Йормунганда пламя Муспельхейма, из которого он когда-то пришёл в тот мир, погасло, сделав его лицо совсем бледным и хрупким, даже беззащитным. Так сразу и не скажешь, что в этом юноше сидит древняя разрушительная сила. Мгновение и Змей ушёл в раскрывшееся лоно штормового моря, лишь шипастый сверкающий гребень скользнул меж волнами, да хвост ударил напоследок по гальке. В этот момент самообладание всё-таки покинуло Тора. Он дошёл до нагромождения камней на краю берега у самой воды и сел, обхватив голову руками. Осознание того, что он, возможно, совершил самую нелепую ошибку в своей жизни, навалилось на аса, словно лавина. *** Локи был где-то далеко. Мысль о нём грела сердце, и лишь она одна давала Эрику силы держаться и не опускать руки. Он не испытывал страха перед Змеем, который то и дело намекал на то, что дни Эрика сочтены. В прошлый раз, когда Змей пытался укусить его, Эрик чудом остался цел. Теперь будущее не казалось ему столь светлым. Ведь Локи не знает, где его искать. А в том, что ас его ищет, он отчего-то не сомневался. Он физически чувствовал, как его сердце тянется к другому, находящемуся сейчас так далеко... - Лучше просто убей меня, - сказал он. - Зачем губить ни в чём не виноватого аса? От безделья или же по глупости Йормунганд рассказал ему о своих планах. - Ты считаешь, что несправедливо был втянут во всё это? - усмехался Йормунганд. - Возможно, это и так. Но ничего уже не изменить. - Не считаю. Я прекрасно понимаю, что за всё хорошее приходится платить. - Вопрос лишь в том, на что ты способен, чтобы снова быть вместе с возлюбленным. Видишь, что приходится делать мне? Видишь? Эрик покачал головой. Историю о том, как Тор с ним обошёлся, он слышал уже сотню раз. Он ничего не стал говорить. - Совсем скоро ты поймёшь, чего был лишён все эти годы, - приговаривал Змей. - Я уже обрёл то, чего был лишён! - отозвался Эрик. - Больше ничего не хочу. - О нет, - Змей обошёл его кругом. - От моего подарка ты отказаться не можешь. Облизав покусанные губы, он двинулся на Эрика. *** Внутреннее чутьё кричало ему - поспеши! Перекинувшись в волка, Локи побежал так быстро, как только мог, и всё равно предчувствие, что случилось нечто неизбежное, не оставляло его. Чувство, когда понимаешь, что ничего уже не изменить, но ещё надеешься, что ошибся. Йормунганд ждал его на берегу. Эрик был здесь же, он стоял перед Змеем, чья рука лежала на плече юноши. Голова Эрика была опущена, спутанные каштановые волосы закрыли лицо. Йормунганд улыбался. Беда случилась. Холод окутал сердце аса, когда он понял, что произошло. - Можешь забрать его. Как видишь - цел, как я и обещал. Сказав это, Йормунганд слегка подтолкнул Эрика, и тот сделал пару шагов вперёд, после чего рухнул на песок, словно его разом оставили все силы. Локи двинулся навстречу, рыча и скалясь, низко пригнув голову, шерсть на загривке дыбилась, а клыки сверкали, уже готовые разорвать горло Йормунганда. Сейчас мыль о том, что он не справится со Змеем один на один, даже не мелькнула в его сознании. Он хотел одного - убить того, кто причинил вред его возлюбленному. И ничего, если при этом он бы погиб сам - вырвать глотку Йормунганду он успел бы. Ухмыляясь, Змей попятился, а спустя миг уже был в воде, где преследовать его было бесполезно. Локи подошёл к Эрику. Упал на колени, трясущимися руками перевернул возлюбленного на спину, обхватил и прижал к себе, вдыхая чужой незнакомый запах. Его Эрика больше не существовало. ***