Призрак

Когда Ро вошла, Призрак сидел за столом, просматривая запись их вчерашней вылазки, и что-то искал — глаза под белой маской слегка щурились, так что он не сразу заметил девушку. — Господин, — она мягко улыбнулась, окликнув мужчину и приближаясь. — Вам надо поесть… Ро аккуратно расставила еду на столе, а затем взглянула на Призрака снова: — Все в порядке? — Он заставил Гиндо с ним пить? — вопросом на вопрос ответил мужчина и, помня свое обещание, отнял маску от лица, растирая пальцами глаза. — Я пытался найти запись с камеры на носу самолета… Нужно найти того снайпера. Ро кивнула в знак подтверждения, не удивляясь больше тому, что Призрак хорошо знает, что происходит в его доме. Когда ариец снял маску, взгляд девушки потеплел, и она сделала приглашающий жест в сторону еды, а затем тихо заметила: — Я его видела, господин… — Видела? — мужчина, не нашедший ни одной записи, весь подобрался, но все же отодвинул ноутбук и жестом попросил Сате сесть рядом, понимая, что сама она поесть не успела. — Опиши его, — попросил он, сперва взяв чашку зеленого чая и делая глоток, прежде чем принялся за еду. Ро снова кивнула и села рядом, ответив: — Он был одет в черное. Темные короткие волосы, надменный взгляд… А еще он очень силен, я ощутила его так же, как вас, только… от него исходил сильный жар, когда я сбила его руку при втором выстреле: мне показалось, что я обожглась, — Ро чуть покачала головой и вздохнула. — К сожалению, мы были слишком далеко, чтобы я могла детально рассмотреть его лицо, господин, но при встрече я его сразу узнаю… Она не сразу заметила, что мужчина перестал есть, так и держа палочки на весу, но постепенно сжимая их все крепче. На ее последних словах они с треском разлетелись в его руке. — Этого не может быть… — Господин?.. — слегка испуганно и непонимающе откликнулась Ро, напрягшись и не отводя взгляда от Призрака. Мужчина резко поднялся, меряя шагами кабинет, и девушка вновь ощутила прилив его гнева, но вместе с тем впервые ощутила и его тревогу, хотя раньше, что бы ни было, он всегда оставался спокоен как айсберг. — Это невозможно… Я уничтожил все записи о проекте «Черный фантом»… тогда же, когда ее… — он не договорил, вдруг сжав голову руками, как тогда в оранжерее, и его тело прошибла мелкая дрожь, заставившая ноги предательски дрогнуть. — Господин!.. — Ро напряженно наблюдала за арийцем, и при последнем жесте вскочила на ноги, оказываясь рядом. Призрак посмотрел на нее мутным взглядом, словно вот-вот был готов впасть в повторный припадок, который тогда едва не закончился самоубийством. Его рука потянулась к острому обломку палочки на полу. — Господин, смотрите на меня, — Ро встала прямо перед Призраком, накрывая запястье мужчины своими пальцами, почти касаясь его кожи, сохраняя расстояние буквально в пять миллиметров. Казалось, он не слышал ее, но рука замерла под ее прикосновением, и девушка увидела, как тонкая струйка крови скользнула из его носа, и ощутила, что дрожь усиливается. — Господин, пожалуйста… — в глазах Ро плескалась тревога и легкая паника. — Все в порядке… боли нет… и той женщины тоже нет… господин… Пальцы Сате напряглись, касаясь руки арийца через ткань одежды, и девушка готова была в любой миг позвать Унну и Тона, но отчаянно надеялась, что этого не потребуется. — Первый и непреложный принцип… умереть вместе с хозяином, — безжизненным голосом произнес Призрак, напрягшийся всем телом, явно собираясь оттолкнуть Ро и закончить начатое. — Господин… — испуганно выдохнула Ро, видя и осознавая, что Призрак не слышит и не замечает ее больше. Но тут дверь с треском распахнулась, и на пороге с недоеденной свиной рулькой в руке оказался Оборотень. За секунду оценив ситуацию, он только скомандовал девушке: — Держи его, — после этого очень точно поставленным ударом мужчина оглушил Призрака. Вздрогнув всем телом от треска и оглянувшись на Оборотня, Сате не успела ничего спросить, только чуть отступая и вытягивая руки, под весом оглушенного мужчины сама падая на колени, но смягчая падение для арийца, осторожно укладывая его голову снова к себе на колени и чуть поддерживая ее руками. Растерянный и обеспокоенный взгляд скользнул по бледному лицу без маски, а затем поднялся на Оборотня. — Уф… Обошлось… Я боялся, что его накроет прямо там. Ты на него хорошо влияешь, девочка, — видя, что она понимает, он присел в кресло, не прекращая уничтожать мясо. — Он сказал про первый принцип? Это самый главный блок, который вырабатывали у всех нас. Мы должны были защищать хозяина ценой своей жизни, а, если он погибнет, ликвидировать себя. Призрак нарушил оба принципа, своими руками прикончив тварь… Его психика справилась, но подобные аффекты иногда проявляются, пока он не найдет то, чем заменить эту пустоту… И он, похоже, нашел, но нужно время. — Как вы узнали? — тихо спросила девушка после небольшой паузы, но затем вспомнила про Унну и снова чуть качнула головой, прикрывая глаза и постепенно расслабляясь, но вдруг снова напряглась и сказала: — Перед тем, как это произошло, он упомянул «Черный фантом»… — Тогда все понятно… — помрачнел мужчина, глядя на нее, и почесал заросшую седеющую бороду рукой, обгладывая кость. — Этот проект разрабатывался Офелией последние полгода до того, как ее империя рухнула. Призрак считался совершенным оружием, но все же она подозревала, что можно пойти дальше. Например, сделать солдата, не чувствующего боли, не знающего жалости. Таким должен был быть ее идеальный фантом, но среди подопытных не было второго такого как Призрак… Я думал, что проект был законсервирован… и, похоже, он тоже, — мужчина кивнул ей, обращая внимание на мужчину на ее коленях, который глубоко вздохнул, словно ему стало легче дышать. — Господин сказал, что уничтожил все записи, — пальцы Ро осторожно провели по светлым волосам, что ярко выделялись на фоне черных перчаток. Взглянув снова на лицо арийца, Сате нахмурилась: — А что если… если Офелия смогла создать такого «Черного фантома»… — Я даже думать про это не хочу… Я не ученый, чтобы знать все тонкости, но из того, что было известно, такой солдат равен, а может даже превосходит Призрака. С таким противником никогда не сможешь чувствовать себя спокойно… Но, мой тебе совет, не пытайся пока обсуждать это с ним… Он упрям и, несмотря на все, что с ним случилось, он человек, который готов рисковать собой ради других. Ради тех, кто ему дорог. И если он начнет гоняться за тенью, он рано или поздно рискует не вернуться, — мужчина, не стесняясь, положил кость на стол Призрака и подошел к Ро, легко взяв мужчину на руки. — Ему надо поспать. А когда очнется, лучше отвлеки его чем-нибудь более приятным, чем его прошлое… — Я его видела… Это он подстрелил господина у самолета, — вздохнула Ро, вставая и кивая. — Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь ему… не сомневайтесь. — Тогда у нас проблема… но она общая… Он не обязан решать все в одиночку. Я попробую разузнать все, что смогу: у меня остались друзья на воле, — пообещал ей Оборотень, сгрузив Призрака на постель, и тихо, что было удивительно для его габаритов и поведения, вышел из комнаты. — Спасибо… — тихо поблагодарила Сате и, когда Оборотень вышел, присела на край кровати возле Призрака, мягко и обеспокоенно глядя на него. Спустя полчаса на пороге появилась Унна, собираясь забрать посуду и узнать, не нужна ли Ро помощь. Девушка вышла к телепату в кабинет, оставив Призрака в спальне, и та увидела легкую усталость в ее взгляде. — Унна… ты хотела что-то показать мне? — Мм… Ты уверена, выглядишь усталой? — девушка отставила поднос и коснулась ее руки. — Не знаю… возможно… я слишком тороплю события… и тебе это не подходит, но мне показалось… — девушка слегка смутилась, опуская взгляд. — Но мне кажется, я знаю способ, как дать хозяину возможность перестать испытывать боль от твоих прикосновений… — Знаешь способ?.. — взгляд Ро тут же изменился, девушка вся подобралась и сосредоточилась на Унне. Об усталости речи теперь не могло идти, такая надежда загорелась в Сате. — Да… точнее… предполагаю… Давай присядем, — девушка кивнула Ро на диван и устроилась там, расправляя подол белого платья. — Видишь ли… на теле человека есть как болевые точки… так и точки, отвечающие за удовольствие… Тон в свое время пытался вылечить хозяина, но его проблема не в теле. Только его разум говорит ему о том, что тело чувствует боль. Но вот если тело покажет разуму обратное… я думаю… этот блок рухнет, — она робко посмотрела на Ро, пытаясь понять, догадывается ли та, о чем пойдет речь дальше. — Ты хочешь сказать, что нужно найти такие… точки на его теле, которые послали бы не импульс боли… а удовольствия?.. — темные брови Ро непонимающе и одновременно удивленно изогнулись. — Их не надо искать… Я могу показать тебе их… В конце концов, кроме тебя он вряд ли даст кому-то прикоснуться к себе, — Унна улыбнулась, словно знала что-то, о чем сама Ро еще не догадывалась. Теперь на лице девушки отразилось замешательство, но через пару секунд Ро решительно кивнула — она должна была обязательно помочь Призраку, довести начатое до конца: — Тогда покажи… Унна взяла за руку Ро и по очереди показала все эрогенные зоны на своем теле, учитывая именно те точки, которые подходили и для мужчины. — И вот здесь, под ключицей, — прижала пальцы Сате к себе телепат. — А дальше… все остальные находятся ниже… — Ниже, — повторила Ро, изогнув бровь и чуть наклонив голову, не сразу поняв, почему Унна не спешит показать и их. А затем тихо фыркнула, когда поняла, убирая руку от кожи телепата, и та ощутила сильнейшее внутреннее смущение Сате, поняв, что она уже неоднократно была рядом с обнаженным Призраком, но по-прежнему не была готова видеть голых мужчин и уж там более касаться их паха. — Извини… думаю, на сегодня хватит… — девушка мягко коснулась ее руки и поднялась. — Я не знаю, даст ли это что-нибудь… Возможно, мне не следовало… Господин?.. — последнее было сказано уже не Ро, и телепат поспешно поднялась, увидев стоящего в дверях спальни Призрака, поправляющего маску на лице. — Унна, попроси Гиндо не давать Оборотню больше вина… Он весь дом разнесет, — тихо отозвался ариец. Сате тоже быстро обернулась, мысленно шепнув Унне «спасибо», и посмотрела на мужчину, увидев в его взгляде любопытство: если он и проснулся, то явно не уловил, о чем они только что шептались. — Господин… Вы в порядке?.. Простите, пришлось… применить грубую силу… — Да… я заметил, — Унна вздрогнула, а Ро вдруг поняла — Призрак впервые иронизирует. Впрочем, он быстро стал сам собой. — Я хочу прогуляться. Составь мне компанию, Ро. — Да, господин, — покладисто отозвалась Ро, чуть кивнув и слегка улыбнувшись, радуясь, что Призраку лучше. Мужчина прихватил с собой белый плащ, перекинув его через руку, и вместе с ней покинул дом, выходя к пляжу. Море волновалось, и барашки темных волн были частыми и крупными. Призрак молчал, смотря в даль, но затем неожиданно произнес: — Сегодня мне приснился сон… настоящий. Я не думал, что смогу их видеть… Ро безмолвно следовала за арийцем и не нарушала его покой, но, когда он заговорил, улыбнулась и негромко откликнулась: — И что же вы видели во сне, господин?.. — Тебя, — честно ответил мужчина и посмотрел на нее. — Ты играла и пела, такая печальная мелодия… и вместе с тем красивая… Необычно было слышать ее во сне. — Если хотите, я сыграю для вас в живую, — улыбнулась Ро и добавила. — Если бы можно было привезти с материка какие-нибудь еще музыкальные инструменты, я бы могла сыграть что-нибудь новое… — Какие? Сделать заказ не сложно, можешь попросить Унну. — Например, гитара… или калимба… еще я владею игрой на малой арфе и фортепиано, но не думаю, что будет удобно поставить его где-то в доме… — Насчет места не беспокойся, освободим место в саду. Уверен, не только я буду рад этому, — кивнул ей мужчина, убрав руки в карманы плаща. — А… о чем вы… о чем вы говорили, пока я спал? Девушка кивнула, а затем вдруг опустила слегка смущенный взгляд: — Мы… говори о… прикосновениях… — О прикосновениях, Ро? — уточнил он, склонив голову. — Да, господин, — Сате собралась с духом и снова посмотрела на Призрака, решившись. — О моих прикосновениях к вам… и о боли, которую вы ощущаете. Унна предположила, что я… могу помочь вам… преодолеть ее… перестать ощущать боль… — А… почему тебе это было важно? —вдруг в голосе его послышался интерес и что-то еще, что она не смогла расшифровать. — Мне… — ариец впервые увидел, как Ро закусила губу, но все же она ответила, словно стараясь тщательно подбирать слова, и Призрак очень легко увидел, что девушка никогда еще не говорила подобных вещей. — Мне невыносимо видеть, как вы мучаетесь… я бы… мне бы очень хотелось… чтобы вы ощутили… что прикосновение — это не только боль… — Почему бы тебе этого хотелось, ответь, — упрямо просил Призрак, подходя ближе к ней, и теплая ладонь в перчатке коснулась ее щеки. Сате подняла взгляд на глаза мужчины, так что он ясно видел смятение и мечущиеся внутри девушки мысли и чувства, за которыми уверенно росло что-то более сильное и безжалостное. Губы Ро были слегка приоткрыты, и девушка пыталась что-то сказать… но вдруг как будто сдалась — ее напряженные плечи расслабились одновременно с тихим выдохом, выдавая смирение Сате, когда она негромко, но отчетливо ответила единственное, что могла, что сейчас до конца осознала, не имея ни малейшего представления о том, как среагирует Призрак: — Потому что я полюбила вас, господин… Повисло молчание, и Ро поняла спустя пару мгновений, что рука мужчины замерла. А, поймав его взгляд снова, девушка поняла: Призрак не злится — он шокирован. Наконец, он потрясенно выдохнул: — Ро… откуда… откуда ты знаешь, что… что это чувство именно любовь? Терять Сате было уже нечего, и она лишь снова прикусила губу, прежде чем ответить, заставляя себя не отводить взгляда: — Потому что я не знаю, как назвать это иначе. Я никогда… не испытывала ничего подобного… — Это чувство… ты думаешь о ком-то постоянно… ты хочешь видеть его улыбку, хочешь порадовать его… и… ты готов отдать за него жизнь? — вдруг тихо уточнил мужчина. — Да, господин… — тихо выдохнула Ро, понимая, что Призрак только что облек в слова то, что сама девушка не смогла, но так ярко чувствовала. — Тогда… я знаю это чувство, — еще тише сказал мужчина, не отнимая руки от ее лица, другой снимая маску, чтобы она могла видеть его лицо. — Я никогда не испытывал этого… И не думал, что могу в ком-то его вызвать. — Господин… — тихо прошептала Ро, глядя в глаза мужчины, и взгляд ее стремительно теплел, наполнялся мягким светом откуда-то изнутри, позволяя видеть любовь девушки. Нет, Сате ничего не забыла — она помнила и свой ужас, и причиненную Призраком боль. Но она все равно любила — и принимала это чувство целиком: вместе с пережитым и предстоящим, не отнимая ничего, желая ясно видеть все грани и не закрывать глаза ни на один подводный камушек в отношениях, каким бы кошмаром это ни могло обернуться. Ро, несмотря на свою совершенную неопытность, четко понимала одну простую вещь: только приняв Призрака таким, какой он есть, со всеми его блоками, переломанного и выжившего… только тогда она сможет помочь ему, только так сможет подарить свою любовь. Мужчина склонился к ней, и она вдруг ощутила прикосновение его губ к своему виску, совершенно четко понимая, что ей оно знакомо и что-то, что ей померещилось, было реально. При этом легком и таком интимном поцелуе Ро широко раскрыла глаза, осознавая, как давно не равнодушен к ней Призрак, хотя и сам не понимал этого. Раньше девушка полагала, что все началось, когда он показал ей скульптуры, но теперь понимала, что намного раньше. Она не смела и помыслить раньше, что все может сложиться… вот так. — Ро, — его мягкий голос коснулся ее слуха, — я не заслуживаю такого подарка… но я благодарю тебя, — он приподнял ее лицо ближе, почти касаясь губ. Сате лишь тихо выдохнула и закрыла глаза, приоткрывая губы навстречу его. Мужчина больше ничего не сказал: он видел по ее взгляду все, что хотел увидеть. Его рука вновь легла на ее талию, и Призрак прижал Ро к себе, целуя и в этот раз делая это не менее жадно, но сейчас девушка ощущала, как вокруг нее словно смыкается кокон силы. Ро податливо ответила на поцелуй, как и прежде, уступая Призраку, и очень осторожно поднимая руки, касаясь затянутыми в перчатки ладонями груди мужчины, уже привычно давая лишь едва ощутить это через одежду и не оказывая давления. Однако сейчас нехватка воздуха сказалась на девушке ярче — она ощущала бешеную энергетику арийца, несмотря на то, что он не давил на нее, и его силу, окутавшую ее столь уверенно и неожиданно, словно лишний раз закрепляя за Призраком право собственности, но теперь немного иначе. Он будто заявлял «мое», и Ро совсем не была против.