i think i found

Луи был не в настроении. Он абсолютно не выспался (ну и что, что он проспал?), не успел позавтракать (это вообще жесть), пошёл в университет с бедламом на голове (Томлинсон ненавидит это), и ещё в придачу к этому, заснул на паре и упал из-за парты (и конечно же, все заметили его прекрасное падение). Настроение Луи стало ещё более угрюмым из-за погоды. Шёл сильный ливень и сверкали молнии. Томлинсон просто ненавидел такую погоду. Он поспешно шагал по лужам (уже не белоснежными Вансами; и этот факт злил Луи ещё больше), ведь они были практически везде. А, ещё выводил из себя тот факт, что он, пока что не встретил своего соулмейта. Ему уже 21, как ни как! Он ждёт этой встречи с тех пор, как его мама рассказала ему о таком чуде (а было это, примерно лет в семь). Когда Томлинсон прокручивал в голове события сегодняшнего дня, то и не заметил, как дошёл до остановки (обычно он ходит домой пешком, но не по такой же погоде). Вдруг его телефон завибрировал, оповещая, что пришло новое сообщение. Он открыл его, и начал медленно заходить в только что прибывший автобус. От Лиама: «Хей, приятель! Как у тебя дела?» Ох, и как же Луи мог забыть про одну очень надоедливую вещь, а если быть точнее — про персону. Лиам. Чёртов Лиам встретил своего соулмейта (Зейна) в четырнадцать лет! В четырнадцать, мать его! Встретились они на Американских горках. Тогда Зиам (так их называет Луи) не были знакомы, и вышло так, что сели вместе. Лиаму было очень страшно («ещё бы, самая большая и опасная горка, которую я видел!» — позже утверждал Лиам), и поэтому Зейн взял его за руку, а под конец поездки, они обнаружили татуировки. Их знак — бесконечность. То есть у каждого на руке по «капельке», а если голубки возьмутся за руки, то сложится знак бесконечности. Не, ну Луи конечно рад за них и всё такое… Но, уж больно часто эта парочка бывает занозой в заднице, заставляя Томлинсона всё больше чувствовать себя никчёмным одиночкой. От Луи: «Плохо.» От Лиама: «В общем, как всегда. Друг, хватит расстраиваться из-за своего соулмейта!» От Луи: «Точнее, его отсуствия.» Фыркнул Томлинсон, и поднял голову от телефона, чтобы сесть куда-нибудь. Но, естественно, свободных мест не оказалось, и ему пришлось протискиваться вглубь автобуса. Когда Луи уже подходил к «висящим херотеням, за которые нужно держаться» (более разумного названия Томлинсон не придумал), то телефон снова завибрировал. Луи посмотрел на экран. От Лиама: «Не унывай :) Помни, что татуировка появится, когда вы встретитесь, а встреча будет неожиданной и запомнится тебе на всю жизнь! А теперь, мне пора прощаться)» От Луи: «Дай угадаю: Зейн куда-то пригласил тебя?» От Лиама: «Как ты догадался?!» От Луи: «Улыбочка в конце выдала тебя.» Луи заблокировал телефон и положил его в карман. Он поднял взгляд вверх, на «весящие херотени, за которые нужно держаться», и протянул руку, чтобы взяться. И...о, блять... Когда эти хрени стали так высоко висеть?! Господи, чего не хватало Томлинсону, так это - не дотянуться до ручки! Но вдруг за эту ручку кто-то взялся. Томлинсон проскользил взглядом по руке парня и медленно перевёл взгляд на его лицо. И...о, блять... Кажется, Луи увидел самого Бога. Зелёные глаза, шоколадные кудряшки, розовые губы, которые застыли в широкой улыбке, и...о, блять... Ямочки. Если бы Луи мог, то умер бы прямо здесь, от красоты незнакомца. Тот, в это время смотрел на Томлинсона с умилительной улыбкой, показывая глазами на свою руку. Луи ещё в жизни так не комплексовал по поводу своего роста. Его щёки предательски покраснели, но всё же он взялся за руку Кудряшки (более милого прозвища Томлинсон придумать не успел). Знаете, он чувствовал эту ситуацию весьма странной. И, чтобы скрыть свою неловкость, Луи достал телефон. Не, ну а что? Делать вид, что ты увлеченно рассматриваешь что-то в телефоне - отличный способ отвлечься. Да вот только кудрявый парень явно не чувствовал неловкости, и не нашёл ничего интереснее, чем рассматривать парня напротив. Луи чувствовал, как тот внимательно изучает каждую его деталь. Лицо незнакомца стало задумчивым, а Томлинсон всё больше поражался, какой Кудряшка, всё таки обаятельный. Последний перевёл взгляд с лица на его тело. Он также тщательно изучал его, ничего не пропуская. Когда кудрявый скользил взглядом по изящным запястьям Луи, то его взгляд на чем-то остановился. В течении пяти секунд (не то чтобы Томлинсон считал, но, да, он считал) на лице незнакомца было непонимание, но потом его прекрасное лицо озарила великолепная улыбка, оголяя ряд белоснежных зубов и показывая Восьмое Чудо Света - ямочки (да, Луи действительно назвал эти ямочки чудом. Никто не имеет права осуждать его за это). - Ну, здравствуй, моя родственная душа. Пока Томлинсон растворялся в самомпрекрасномсамомглубоком голосе, то даже не обратил внимание на то, что тот сказал. Но, зато, когда обратил, то (мягко говоря) охренел. Он перевёл взгяд на своё запястье, которое стало открытым (ведь рубашка задралась), и у него чуть сердце не остановилось, когда он увидел татуировку. Пазл. Такая татуировка красовалась на его руке. Он посмотрел на незнакомца (снова охренел от его красоты), и впервые за день по настоящему улыбнулся. - Луи. Томлинсон протянул руку, для знакомства. - Гарри. Его соулмейт повторил этот жест, и их руки соединились. Парни синхронно опустили взгляд на руки, и чёрт, Луи в жизни не видел ничего более идеального, милого и романтичного. Они идеально подходят друг другу (хоть, всё, что Томлинсон знает - имя парня), прямо как эти пазлы на их руках. И, знаете, возможно (но это совсем не точно), теперь у Луи любимая погода - дождливая; цвет - зеленый; средство передвижения - автобус; а любимое имя - Гарри. И, может быть, ему стал по душе свой рост.