Хочешь любви? Ты её не получишь

— Где все? — посмотрев вокруг себя на совершенно пустой спортивный зал, спросила Тэя, удивлённо уставившись на Намджуна, который надевал на руки боксёрские лапы. — Попросил тренера отменить тренировку. Он, конечно, дико упирался, но я-то настырнее, — усмехнулся парень, переведя взгляд с рук на Мин. — Лишние глаза и уши тебе явно не нужны, я ведь прав? Отведя взгляд в сторону, девушка глубоко вздохнула и перевязала руки бинтом. Не ожидала она такого поворота событий и явно не собиралась находиться здесь вместе с Намджуном наедине. Так ещё и этот чуть приглушённый свет, который освещал только боксёрский ринг, где и стояла пара, изрядно напрягал, заставляя поёжиться. В этой тьме, что окружала их со всех сторон, могло быть что угодно. И это что угодно у девушки положительных эмоций явно не вызывало. А то напряжение, что стояло между Тэей и Намджуном, только подливало масло в огонь. Молчание сводило с ума, и девушка только и слышала смешки, что доносились со стороны Кима, в ответ на её действия. Ему смешно, а Мин себе места не находила, желая скорее всё закончить. Мысль побить Намджуна Тэя вынашивала давно, ровно с того момента, как узнала об измене. Ей не хотелось закатывать истерику по этому поводу, тем более убивать, просто побить, чтобы отпустить и не мучиться с этим балластом, который непонятным образом повис в душе. И ведь не она виновата, что парень нашёл себе подружку на срок своего обучения в Англии, а ощущение, что именно девушка в чём-то провинилась, было. Именно это и сводило Тэю с ума, не давая покоя всё это время. Это были её первые отношения, которые поначалу казались просто сказкой, но потом всё испарилось, словно никакой любви и не было. Чувство вины постепенно сменилось ненавистью, а желание побить лишь усилилось. Говорить в лоб человеку, что ты хочешь оставить на нём пару синяков, глупо, поэтому Мин и избегала, пытаясь унять эту ненормальную волю. Но всё пошло крахом, когда она увидела Кима в спортивном зале, и сейчас в этом же месте происходил результат их встречи. — Почему Асу мне ничего не сказала по поводу отмены тренировки? Она быстро ушла после пар, сказав, что у неё неотложные дела? — сказала Тэя, встав перед парнем. — И это тебе зачем? Я тебя просто так побить хотела, — указывая на боксёрские лапы, сказала она. — В ситуации с Асу виноват не я, у неё, видимо, действительно дела. И прости, я не могу дать тебе побить меня так просто, мне потом кое-куда живым прийти нужно, — посмотрев на свои руки, что были в лапах, сказал Намджун, на что девушка недовольно фыркнула, скрестив руки. — Не дуйся, всё равно потренируешься ведь. — Если бы я хотела просто потренироваться, я бы могла это и на тренере сделать, — раздражённо ответила Тэя, быстро ударив парня в лапу, на что тот удивлённо посмотрел на неё, отпрянув назад. Мин улыбнулась, подойдя чуть ближе к Намджуну. — Если ты так и будешь от меня бегать всё это время, мы тут так быстро, как я планировала, не управимся, а мне ещё в одно место нужно. Потерпи уж немного, больно от моих ударов тебе всё равно не будет, я ведь девушка, в конце концов. Ким быстро выставил руки вперёд, в то время как Тэя начала неистово бить по ним, выплёскивая всё то, что копилось в душе все эти месяцы. Воспоминания одно за другим всплывали в голове, заставляя ускорить темп. На глазах стали накапливаться слёзы, а руки ныть от столь сильных и быстрых ударов. Больно, но больнее было внутри. Ощущение, как будто что-то стеклянное разбилось, раня своими осколками каждый уголок организма, впиваясь всё глубже, заставляя чувствовать невыносимую боль. Вместе с этим наступила пустота, которую хотелось скорее заполнить, но было нечем. Слёзы уже не контролировались, сами скатывались по щекам, и Мин уже перестала обращать на них внимание, позволяя им падать на пол ринга. Парень, заметив плачущее перед собой лицо, замер. — Тэя, перестань бить, — твёрдо сказал он, но девушка не слушала, продолжая колотить по Киму. — Перестань, я тебе говорю! — Да не могу я! — подняв на Намджуна заплаканные глаза, сказала Мин, всё же опустив руки, и села на пол. — Знаешь, я не думала, что всё так обернётся, серьёзно, — парень, сняв лапы, осторожно сел напротив Тэи. — Я тогда действительно не понимала, за что ты так, да и сейчас, честно говоря, слабо представляю. У тебя друзья те ещё твари, раз вот так просто сдали тебя несколько месяцев назад, но ты с ними, как я вижу, уже не общаешься, это и к лучшему, — посмотрев на Кима и встретившись с ним взглядом, девушка усмехнулась. — Ты же не думал, что я сама как-то об этом узнала? Больно надо было мне следить за твоей жизнью в Англии, хотя, видимо, нужно было. Я хотела мирно разойтись, да и думала, что, когда ты вернёшься обратно, я тебе уже буду не нужна, а ты вновь хочешь всё вернуть… Не нужно, хорошо? Друзья — пожалуйста, но вот парень мне больше такой не нужен, особенно в ситуации, в которой я сейчас нахожусь. Кто-то мне сказал, что, если человек любит, то он никогда не изменит. Ни пьяный, ни больной, никакой. Он просто не может этого сделать, потому что по-настоящему любит. Я придерживаюсь этому правилу, поэтому давай останемся хорошими друзьями, ты ведь совсем не плохой, насколько я знаю. — Полегчало? — убрав очередную слезинку с щеки Тэя, спросил парень, улыбнувшись. — Полегчало, спасибо. Давай закончим на этом, — встав с пола, сказала девушка и размотала бинты. Увидев маленькие синяки, она глубоко вздохнула, посмотрев сверху вниз на Намджуна. — То, что ты сейчас сделал — не делай так больше, хорошо? — сказала напоследок Мин, направившись в сторону раздевалки. — Не обещаю, — ухмыльнувшись, сказал Ким, последовав примеру девушки.

***

Господину Мину с самого начала не нравилось, что у него в доме появился ещё один ребёнок, тем более не его. Он не чувствовал какой-то жалости, когда он плакал, не хотел помочь ему подняться, когда тот падал. Эта девочка лишь мозолила глаза, а её плач выводил из себя. Его жена искренне надеялась, что у мужчины всё же проснётся то отцовское чувство, которое когда-то появилось у него при рождении Юнги, но ничего ровным счётом не произошло. Лишь усилилась его ненависть к этому беззащитному созданию, который плакал при попытке оставить его одного. В девочке господин Мин хотел найти лишь одно — выгоду. Мужчине было всё равно, кем станет Тэя, каким будет её будущее, его волновало единственное — как с помощью этой беспомощной девчонки получить как можно больше денег. В конце концов, просто так её в своём доме он оставлять не собирался. Ответ пришёл почти сразу, как только малышка начала более или менее соображать — сделать из неё настолько прекрасную девушку, чтобы в дальнейшем, собственно говоря, продать, да подороже. Плана своего, естественно, он никому не сказал, так как предполагал, что никто в доме его не поддержит, но какие-то меры всё же предпринял — отдал в музыкальную и хореографическую школу. Казалось, что всё идёт как по маслу, но мужчина не учёл одного — девочка родилась с характером, и в дальнейшем, примерно лет в пятнадцать, она всё бросила, пошла наперекор судьбе и отцу, чем, конечно, разозлив того. Если бы не Юнги, который в тот ужасный вечер вступился за сестру, девушка действительно оказалась бы на улице, и кто знает, что бы тогда произошло. Тэе не нравилось всё с самого начала: и то, что именно отец отдал её в это заведение, и всё происходящее вокруг. Все эти ноты, которые стояли перед ней на подставке, пока она играла на фортепиано, не значили для неё ровным счётом ничего, а эта престарелая учительница, которая то и делала, что ругала за каждую незначительную оплошность, выводила из себя своим поведением. А классические танцы просто не давались. Для девушки что первая, что третья позиция — всё равно, так почему преподаватели не смогли увидеть, что Тэе совершенно не нужно то, что они пытались дать ей все эти годы? Эти десять лет девушка явно бы не протянула одна. Именно в это время в её жизни появился Тэхён. Этот маленький мальчик в очках с саксофоном наперевес был как светлый лучик в этом тёмном царстве. Вечно улыбающийся и вечно таскающий с собой свой музыкальный инструмент — таким Тэя и запомнила его после первой их встречи. Да и сейчас мало что изменилось, разве что саксофон мирно покоится у родителей дома, теперь уже никому ненужный. Теперь у неё был смысл ходить в музыкальную школу, что не могло не радовать господина Мина, только мало кто знал, что Тэхён и Тэя ходили совершенно в другое место. Мать Кима была директором одного из детских домов в городе. Там было очень много детей, и Чонгук был одним из них. Глупая врачебная ошибка, которая обещала, что мальчик не проживёт и недели, и которая позволила его родителям похоронить в своих умах собственного ребёнка и отказаться от него. На удивление всем малыш прожил больше недели, да и спустя двадцать лет на жизнь не больно жаловался, но это не отменяло того факта, что он остался сиротой и был вынужден жить в детском доме. Время шло, мальчик рос и с каждым годом становился всё красивее и умнее, только брать его никто, к сожалению, не хотел. Как бы его не расхваливали, как бы не пытались пристроить его в какую-нибудь семью, сначала он просто не приковывал взглядов новоиспечённых родителей, а потом и вовсе стал слишком взрослым и на вопрос: «Почему меня снова не усыновили?», получал: «Опекуны предпочитают малышей, а не взрослых детишек». Осознание, что он так и останется в детдоме, постепенно убивало его, превращая в обычную оболочку без души. Но в один прекрасный день на работу к матери пришёл Тэхён, а потом и Тэю привёл. И Чонгук обрёл свою семью, маленькую, но до безумия родную, о которой так долго просил и мечтал во снах. Тонкие пальцы перебирают по струнам гитары, завораживая всех присутствующих в комнате. Из окна врывался холодный ветер, заполняя слегка морозным воздухом комнату детского дома. Это здание стало домом для многих детей, которые потеряли родителей. Здесь была поистине волшебная атмосфера. Повсюду были лишь улыбки и смех, а яркие обои на стенах делали всех только счастливее. Дети здесь были самые разнообразные, но все хотели лишь одного — найти своих родителей. Кто-то их не знал совершенно, а кто-то помнил каждую мелочь на их лице. Девушка, сидящая на маленьком стульчике перед толпой маленьких ребят, играла на гитаре какую-то детскую песенку. Она любила приходить сюда, видеть улыбки этих маленьких малышей. Они ведь похожи. Да, у неё есть родители, да, у неё есть почти всё, о чём может мечтать каждый, но нет того тепла, которое должно быть в каждой семье. А здесь это есть. Эти дети как одна большая семья, где каждый без исключения заботится друг о друге. Тэя ощущала это сразу же, как только переступала порог помещения. Сзади сидели два парня, которые смотрели на Мин и улыбались. Они ни на что не надеялись, когда предложили Тэе изредка проводить мини-концерты в детском доме, и уж тем более не думали, что, придя сюда один раз с гитарой, она станет постоянным гостем. Девушка счастлива, дети довольны, всё прекрасно. Посмотрев на телефон, Чонгук привлёк внимание брюнетки и показал на дисплей, на котором большими цифрами было написано 17:50. — Детки, простите меня, но мне нужно идти, — резко перестав играть, девушка встала со стула и с сожалением посмотрела на малышей, лица которых в тот же момент стали грустными. — Тэя, давай еще одну, пожалуйста, — девочка из первого ряда умоляюще простонала, подбежав к ней и схватив за руку. Девушка, посмотрев на парней, которые яро не одобряли эту идею, удрученно вздохнула. — Солнышко, я бы очень хотела остаться, но мне нужно идти, — отложив гитару в сторону, Тэя присела на корточки и взяла малышку за руки. — Обещаю, я ещё вернусь. Взяв гитару обратно в руки, девушка еще раз окинула комнату взглядом и, сказав громкое: «Ещё увидимся», вышла из комнаты. Встретив по пути одну из нянечек, она предупредила её о своём уходе и вышла из здания. Где-то сзади плелись Тэхён и Чонгук, Ким, обогнав Тэю, побежал заводить машину. Быстро положив гитару в багажник, девушка села позади парней. — Я кого за временем следить просила? — сразу начала возмущаться Мин, облокотившись руками и спинки двух передних сидений. — Вы хоть понимаете, что отсюда до компании отца больше десяти минут? — Не волнуйся, — резко приведя машину в движение, из-за чего Тэя получила отдачу и села на заднее сидение, сказал Тэхён. — Если не отец, то меня прибьёт Чимин, или всё расскажет, что ещё хуже, — скрестив руки, пробурчала девушка, завалившись на повороте влево. — Довези живой меня до места, пожалуйста! — Я же сказал не волноваться. Своими претензиями ты делаешь только хуже, ещё раз что-то услышу, надавлю на газ по полной, поняла? — увидев через стекло заднего вида положительный кивок подруги, Ким улыбнулся, всё же надавив на педаль газа, чем вызвал неистовый крик позади себя и заливистый смех рядом с собой.

***

— Гитара? — удивлённо приподняв одну бровь, спросил скорее сам у себя Чимин, наблюдая за тем, как девушка вытаскивает из багажника машины инструмент и, попрощавшись с двумя парнями, что сидели на передних сидениях, идёт к нему с недовольным лицом. — Гитара? — спрашивая уже у Тэи, Пак усмехнулся, а она встала перед ним, недовольно фыркнув. — Тебя только это сейчас волнует? — раздражённо ответила Мин, поправив лямку от футляра. — Я не опоздала, ещё минута до шести, поэтому не возникай. Пойдём уже. Быстро проговорив, Тэя не стала ждать Чимина, пока он там что-то ей ответит, и направилась в многоэтажное здание, которое полностью находилось в расположении её отца. Здесь она была не так часто, как могла бы, но и такие моменты старалась свести к минимуму. Нигде не пахнет безграничной любовью к деньгам, как здесь. Рассадник алчных людей, которые то и делают, что загребают в собственный карман больше, чем на самом деле нужно. Господин Мин ничем не отличается, и ему, по мнению Тэи, перепадает больше всего денег. Единственные нормальные люди в этом месте — обычные работники, самый низ в негласной иерархии компании, которым мало что достаётся в виде премий или надбавок к зарплате. Девушке их искренне жаль. Пока работники пытаются накопить хотя бы на недорогую машину, директора разных отделов покупают две дорогие иномарки, да ещё и, возможно, коттедж на сдачу. Стремительно пройдя мимо стойки регистрации даже не посмотрев на двух девушек, которые, в свою очередь, посмотрели на Мин удивлённым взглядом, Тэя поспешила в лифт, чтобы добраться до самого верхнего этажа. Отец хорошо устроился, весь этаж под свой офис обустроил, видите ли, чтобы показать своё высокое положение в этой компании. По мнению девушки, это обыкновенное хвастовство, которое ничего за собой не несёт. Может, будь у господина Мина офис поскромнее, его хотя бы уважали работники, а не пытались содрать с мужчины как можно больше денег, но это совсем не точно. Добравшись до верхнего этажа, девушка выдохнула и вышла из лифта, направившись в сторону самого кабинета, но остановилась, увидев отца. Заметив Тэю и Чимина, мужчина натянуто улыбнулся, приблизившись к ним. Пак, встав рядом с Мин, также не ожидал встретить господина Мина сейчас, поэтому замер, изумлённо смотря на него. — Я рад, что вы всё же пришли, — пожав парню руку, сказал мужчина. — Чимин, мне с Тэей нужно кое о чём переговорить, ты не мог бы подождать в кабинете, мы скоро придём, — Пак одобрительно кивнул и, обогнув господина Мина, направился в сторону кабинета, вскоре зайдя в него. Мужчина, услышав щелчок от закрывания двери, сменил улыбку на серьёзное лицо, сердито посмотрев на девушку. — Ты когда мне проблемы прекратишь доставлять? — Тэя непонимающе посмотрела на отца, а тот хмыкнул, подойдя ближе к дочери. — Ты что вчера на вечере устроила?! Почему мне надо выслушивать претензии о господина Ана?! — Извините, но, мне кажется, если к тебе будут нагло приставать, ты бы спокойно на это не реагировал, — скрестив руки на груди, сказала девушка. — Это была обычная самооборона, мне теперь и этого делать нельзя что ли?! — Нет, нельзя. По документам ты моя дочь, а значит нельзя. Нужно было терпеть, а не показывать свой противный характер. Так и убил бы, честное слово, — слегка замахнувшись, сказал господин Мин, недовольно выдохнув и опустив руку. — Пойдём, там Чимин уже заждался. Сердито фыркнув, девушка обошла отца и направилась в сторону кабинета. Закрыв дверь прямо перед мужчиной, она села на соседнее кресло рядом с Чимином, с презрением осмотрев комнату. Господин Мин, зайдя в комнату чуть позднее, уселся за свой стул за столом, посмотрев сначала на Чимина, потом на Тэю, и улыбнулся. — Я вас задерживать надолго не буду, просто введу в курс дела, — начал мужчина, облокотившись на спинку кресла. — Господин Мин, — прервал его Чимин, на что и девушка, и мужчина посмотрели на него удивлённым взглядом, — мне кажется, вы неправы, — слегка усмехнувшись, сказал Пак. — Тэя ничего не могла сделать, кроме как вывернуть тому нахалу пальцы. Будь я на её месте, я бы просто руку сломал без лишних слов. Возможно, вам нужно быть благодарным, что всё обошлось без серьёзных травм, я не прав? Мне кажется, вы слишком с ней категоричны, она ведь ваша дочь, в конце концов. Как по мне, это господину Ану нужно проводить воспитательную беседу со своим сыном, а не вам. — Ты совсем дурачок или как? — шёпотом спросила девушка, приблизившись ближе к краю кресла. Чимин, переместив свой взгляд на Тэю, улыбнулся, вновь посмотрев на мужчину, лицо которого резко стало тревожным. — Так ты всё слышал, да? — серьёзно спросил господин Мин, но потом внезапно рассмеялся, сев на стул прямо. — Возможно, ты и прав, но давай я сам разберусь со всей этой ситуацией, хорошо? — улыбнувшись, спросил мужчина и, получив положительный кивок со стороны парня, скрестил руки в замок на столе. — Итак, всё же, я вас позвал не вчерашнее происшествие разбирать. Есть куда более важные дела. Через неделю вы уезжаете в свадебное путешествие.