Сложные отношения.

Эггзи успевает прикрыть собственный пах одной из многочисленных диванных подушек за секунду до того, как Мерлин поворачивается в его сторону. - Можете идти в спальню и занять кровать, - говорит Мерлин. - Я, скорее всего, буду работать всю ночь и если что, передремлю пару часов в гостиной на диване. - Что-то случилось? - голос неожиданно "дает петуха", и Эггзи чувствует себя ужасно неловко от всей этой ситуации. - Я могу быть чем-то полезен? - интересуется он, на этот раз стараясь, чтобы голос звучал как обычно. - Благодарю, - учтиво откликается Мерлин, - но в этой ситуации могут помочь только свежие разведданные, которые я получу в течение получаса - надо выяснить, кто еще пытался перехватить Алана Брэдли у Олсона. Идите и отдыхайте, Галахад. Эггзи согласно кивает, выжидает, пока Мерлин снова отвернется к монитору и быстренько ретируется в спальню, пока координатор не заметил, как сильно топорщатся брюки Эггзи в районе ширинки. Совесть жрет Эггзи поедом, и именно по этой причине Эггзи даже не утруждает себя походом в ванную - все равно весь день в джакузи валялся - быстро раздевается до белья, после чего так и ложится спать возбужденным, боясь, что если попробует подрочить, то будет представлять себе Мерлина, а не Гарри. А Эггзи искренне приравнивает такое положение вещей к измене - пусть и не фактической, а эмоциональной, но все равно измене. Эггзи не может так поступить с Гарри. После почти полуторачасовой возни на кровати - а именно этим Эггзи и занимался вместо того, чтобы нормально спать: крутился и вертелся, пытаясь найти удобное положение, причем такое, чтобы не прижиматься возбужденным членом ни к ему твердому типа матраца, обо что было бы сподручно потереться, пробовал разные дыхательные техники, чтобы расслабиться и успокоиться - в общем страдал морально и физически, но заставить себя заснуть он в итоге так и не смог. Хорошо хоть эрекция в конце концов спала… ну, почти. Не выдержав дольше такого издевательства над собой, Эггзи замотался в огромный махровый халат, который вполне способен скрыть его небольшой конфуз, и пошел в гостиную. Мерлин ожидаемо обнаружился сидящим за круглым обеденным столиком, уткнувшись в монитор своего ноутбука. Эггзи замер в дверях, залипнув на нем взглядом: Мерлин был одет в белую футболку и широкие пижамные хлопчатобумажные штаны в узкую синюю полоску. На столе рядом с ноутбуком по правую руку лежал его планшет, а по левую - исходила горячим паром чашка с чаем. Эггзи никогда раньше не видел своего координатора таким… домашним что ли… Мерлин казался непривычно спокойным и расслабленным, хотя в данный момент явно работал - Эггзи видел на экране его ноутбука видео с очков трех разных агентов: Персиваля, Гавейна и Ланселота, судя по надписям в углу каждого видео. Рокси в это время, похоже, ползла по вентиляционной шахте - причем довольно узкой даже при миниатюрных габаритах самой леди Ланселот. - Направо, - подсказывал ей Мерлин, сверяясь с планом здания, который был открыт на его планшете. - Еще раз направо. Теперь прямо и постарайтесь, пожалуйста потише, - добавил он, прихлебывая из чашки, - террористы в соседнем помещении. - Еще чуть-чуть и я застряну, - пробубнила в ответ Рокси. - Вы там что, кофе пьете? - Чай, - педантично поправил Мерлин. - На следующем повороте налево. И да, впереди крыса. Посветите ей в морду фонариком, и она убежит. - Ух, - возмущенно фыркнула Рокси, - какая здоровенная! А с чем у вас чай? - С бергамотом и молоком, - проинформировал Мерлин. - Еще раз налево, тридцать метров вперед и вы на месте. Эггзи и сам не заметил, когда начал улыбаться: эта привычка Мерлина прихлебывать из кружки прямо в ухо полевому агенту, причем в ситуациях, когда этот самый агент висит на карнизе здания на одной руке, перепрыгивает с крыши на крышу, укрываясь от пуль снайпера или ползет по узкой вентиляции, отбиваясь от крыс, как Рокси сейчас, иногда неимоверна бесила, но в то же время очень радовала, потому что если Мерлин координирует тебя прихлебывая чаек, значит ты еще не в полной жопе. - Откуда в вентиляции вообще крысы? - поинтересовалась тем временем Рокси. - Их должно было изрубить лопастями вентиляторов. - До того, как наши друзья с Ближнего Востока устроили здесь свою резиденцию, здание почти год пустовало. Так что крысы, скорее всего, заселились в вентиляцию именно в этот период. - Ясно, - вздохнула Рокси. - Сколько до цели? - Еще восемнадцать метров, - подсказал Мерлин и повернулся к улыбающемуся Эггзи. - Не спится, - виновато развел руками тот. - Я вам не помешаю? - Нет, разумеется, - качнул головой Мерлин. - Чаю? Несколько минут спустя Эггзи сидел на диване рядом с Мерлином, прихлебывал чай из своей чашки и наблюдал, как Мерлин координирует Персиваля. Тот расправлялся с верхушкой мафиозного картеля прямо в кабинете босса мафии в закрытом ночном клубе. - Слева. У него нож! Справа на десять часов! А с этим поосторожней, у него беретта. Для Эггзи оставалось неразрешимой загадкой, как Мерлин мог что-то видеть и замечать в дикой мешанине быстро сменяющихся на экране кадров - а именно так сейчас выглядело видео, транслируемое с очков Персиваля, который крутился волчком, отбиваясь от сильно превосходящих сил противника в довольно-таки ограниченном пространстве. Тем не менее Мерлин каким-то чудом успевал заметить то, чего не мог видеть занятый в драке Персиваль, и очень во время предупреждал его и подсказывал. Через пару минут все было кончено, и Персиваль, поправив галстук и стерев брызги крови со щеки, покинул полный трупов кабинет мафиози и спустился в клуб, где гремела музыка и танцевали изрядно нетрезвые красотки. Одна такая красотка немедленно повисла у Персиваля на шее и начала очень недвусмысленно притираться к нему бедрами. - Меня зовут Габриэлла, - по-испански представилась красавица. - Какое чудесное имя, - улыбнулся ей Персиваль. - Рад познакомиться. - Не советую, - тут же вклинился Мерлин, который, быстро просканировав лицо Габриэллы, сбросил данные себе на планшет и уже открыл ее личное дело. - Я просматриваю мед. карту, - снова заговорил он, и Эггзи удивленно округлил глаза, заглянув через плечо Мерлина. - Очаровательная Габриэлла посещает венеролога чаще, чем вы бреетесь. Очень не советую, сэр Персиваль. - Прости, милая, - улыбнулся Персиваль своей новой знакомой, - не сегодня. Та обиженно надула губки, но отлепилась от Персиваля и позволила ему пройти. Пока Мерин объяснял Персивалю, как добраться до точки эвакуации, Эггзи, который все еще заглядывал через плечо координатора в планшет, застыл на месте, окутанный, словно волшебным шлейфом, запахом Мерлина, который не стал использовать парфюм после посещения ванной. Поэтому то, что Эггзи сейчас ощущал, определенно, было запахом самого Мерлина с легкими фруктовыми нотками геля для душа. Мерлин пах охуенно: такой сильный, чистый мужской запах, приятный до безумия, возбуждающий. Вот же блин! Эггзи и оглянуться не успел, как у него опять стояло по полной. Почему он никогда раньше не нюхал Мерлина? Не подходил к нему достаточно близко? Или одеколон координатора обычно маскирует его собственный запах? А, может, все дело в том, что Эггзи никогда прежде не обращал на Мерлина должного внимания и потому просто не пытался как следует к нему принюхаться? Так или иначе, но сейчас Эггзи относится и к самому Мерлину, и к его запаху с очень большим вниманием, и у Эггзи натурально кружится голова от того, что этот потрясающий мужчина сейчас так близко, а его запах превращает колени Эггзи в желе, и желание, что поднимается все сильней и сильней, захлестывая бушующей лавиной, уже не скрыть за складками махрового халата. А это странное чувство в животе... ох, блин, действительно, похоже на бабочек! Эггзи скомкано желает Мерлину, уже переключившемуся на канал связи с Гавейном, спокойной ночи и сбегает в спальню. Но о том, чтобы лечь спать речь, конечно, не идет: Эггзи слишком взбудоражен и слишком возбужден. Помучившись минут десять в измятой после беспокойной возни самого Эггзи и слишком одинокой без Мерлина постели, Эггзи все же сдается и идет в ванную дрочить. Оперевшись рукой на раковину и быстро двигая кулаком по твердому, словно камень, члену, Эггзи изо всех сил старается не думать о Мерлине. Он пытается думать о Гарри, но у него почему-то не получается - слишком стыдно. Тогда Эггзи пытается думать о Рокси, о Персивале, Гавейне - о ком угодно, только не о Мерлине. Потому что все они: и Рокси, и Персиваль, и Гавейн - как образы из порно-журнала - красивые и сексуальные, но далекие и на самом деле не затрагивают ничего в душе, тогда как Мерлин - нечто другое. Эггзи тянет к нему. Тянет безумно. Тянет так, как никогда не тянуло ни к кому. Даже к Гарри. Да, Эггзи очень хотел заняться с Гарри сексом, хотел стать его партнером, хотел в него влюбиться, поэтому много для этого сделал. И у Эггзи даже получилось. То есть почти получилось. Потому как то, что Эггзи чувствует… поправка: чувствовал к Гарри, даже близко не так мощно, не так всепоглощающе, не так горячо и остро, как те чувства, что Эггзи теперь испытывает к Мерлину. И ведь дело не только в том, что Мерлин сногсшибательно красивый, сексуальный и горячий мужик, а еще и в том, что он совершенно потрясающий человек. Эггзи очень-очень его уважает и за многое ему благодарен. И за то, что с самого первого дня в тренировочном лагере Кингсмэн, Мерлин относился к нему также, как и ко всем остальным, словно низкое происхождение Эггзи не имело для их куратора совершенно никакого значения. Эггзи безумно благодарен за то, что Мерлин закрыл глаза на проваленное последнее испытание и дал Эггзи шанс. За то, что помогал и прикрывал, за то, что они вместе спасли мир от Валентайна. За то, что Мерлин сделал его агентом Кингсмэн, когда мир был спасен. Мерлин умный, надежный, на Мерлина всегда можно положиться - он поможет и дельным советом, и метким выстрелом, он ценит в людях то, кем они являются на самом деле, а не их положение в обществе и не их именитых, высокопоставленных предков. Мерлин саркастичный, но за сарказмом он зачастую прячет заботу. Мерлин - это то плечо, на которое Эггзи всегда может опереться. Мерлин - это голос в наушнике, который проведет по минному полу, под пулями и доставит домой живым и здоровым. Мерлин - это честь и совесть Кингсмэн. В то время, как прежний Артур предал организацию, именно Мерлин подхватил бразды правления, встал у руля в самое сложное и тяжелое время и продолжил спасать разваливающийся на куски мир. Мерлин - превосходный лидер и, без сомнения, самый крутой координатор. Вот только раньше Эггзи воспринимал своего координатора исключительно как друга, а теперь, похоже, по уши в него втрескался. Оргазм долгий и сильный, но мучительный, потому что Эггзи знает, что это не правильно, знает, что не должен был кончать, не должен был возбуждаться на Мерлина, если уж на то пошло. Ведь у него теперь есть Гарри, который очень его любит и ждет дома. А то, что Эггзи сейчас испытывает по отношению к Мерлину - это просто какое-то помешательство. Может Эггзи просто в джакузи перележал или под жарким испанским солнышком перегрелся? Или в тот десерт, что он съел на ужин, афродизиак подсыпали? Как бы то ни было, Эггзи решает побыстрее вернуться в спальню, лечь в постель и постараться заснуть. Он искренне надеется, что к утру наваждение схлынет, и что Мерлин перестанет казаться ходячей сексуальной фантазией, а сам Эггзи начнет реагировать на него нормально и адекватно. Эггзи очень и очень на это надеется. Утро приносит перепачканные собственной спермой трусы и очередную твердокаменную эрекцию. Эггзи с обреченным вздохом приспускает испачканное белье и быстро передергивает, стараясь не думать ни о ком конкретно - просто механическая утренняя мастурбация - ничего более. А размазанная по нещадно измятой простыне сперма - превосходное доказательство того, что Лиам Макдугалл, действительно, трахает Декстера Кирби. Блядь, как же Эггзи завидует этому выдуманному Декстеру. Эггзи беспомощно утыкается лицом в подушку, поняв, что вчерашняя влюбленность в Мерлина никуда не делась. К слову Мерлин обнаруживается в гостиной - уже одетый в свой обычный прикид: армейский свитер и очки, но Эггзи все равно не может отвести от него взгляд, потому что Мерлин и в своем обычном прикиде - просто ходячий секс. Куда Эггзи смотрел раньше и по какой причине этого не замечал - загадка. Они расстаются на целый день - Мерлин уже позавтракал и отправляется на форум, а Эггзи ожидает кофе, омлет и блинчики, а потом целый день ничегонеделанья. Ну, то есть Эггзи по-прежнему будет держать связь с Мерлином включенной и ошиваться на территории отеля, прикидываясь богатеньким туристом на случай, если Олсон все же не поверил в непричастность Мерлина, хотя, это, мягко говоря, маловероятно. Но Эггзи, в любом случае, нужно поддерживать легенду. Пока Эггзи загорает на крыше отеля у бассейна и рассеянно слушает через микрофоны в очках очередные дебаты, развернувшиеся на форуме среди айтишников, он изо всех сил пытается разобраться в ситуации с Мерлином. Точнее в ситуации со своей внезапно возникшей влюбленностью в Мерлина. Понятно, что возникла она не на пустом месте: все то время, что Гарри отсутствовал, считаясь погибшим, именно Мерлин был рядом с Эггзи, был его наставником. Мерлин помогал ему освоиться в агентстве, объяснял, обучал, подсказывал, поддерживал и страховал. И Эггзи за это время проникся к своему координатору искренней дружеской симпатией и безмерным уважением, поэтому, наверное, уже просто был готов влюбиться в него - оставалась лишь одна малость: взглянуть на Мерлина как на мужчину, а не как на друга. Да, все это выглядит так, будто Эггзи немного затупил. В общем, точно также, как и с Гарри - ведь зачем далеко за примером ходить: Эггзи до недавнего времени и Гарри воспринимал исключительно как друга и до сих пор именно так к нему и относился бы, не услышь Эггзи тогда разговор Персиваля с Бедивером, и не узнай таким образом о том, что Гарри в него влюблен. И вот теперь Эггзи на перепутье: с одной стороны, у него есть Гарри, который его любит и которого сам Эггзи очень хотел полюбить и сделал все, чтобы доказать серьезность своих намерений. А с другой стороны - Мерлин, от которого у Эггзи теперь сносит крышу, и который воспринимает самого Эггзи исключительно как друга и коллегу - по крайней мере Эггзи ни разу не заметил ни единого намека на то, что Мерлин заинтересован в нем, как в потенциальном бойфренде. Ну, то есть, Эггзи не то, чтобы сильно приглядывался, но все равно не может припомнить, чтобы Мерлин с ним хоть раз флиртовал или хватал за задницу под предлогом того, что хочет досадить вредной соседке. Нет, Мерлин всегда собран, профессионален и когда шутит, его шутки не несут в себе совершенно никакого двойного подтекста или намека. Так что с Мерлином Эггзи явно не светит просто потому, что Мерлин не заинтересован - он вообще, видимо, натурал - вон, даже женат был. Зато вот Гарри очень даже в Эггзи заинтересован, и они могут быть вместе, если только Эггзи сможет побороть свои чувства к Мерлину, и все же полюбит Гарри. Возникает закономерный вопрос: а если не получится? Что если Эггзи так и будет сохнуть по главному координатору всея Кингсмэн, а чувства к Гарри так и не возникнут? Эггзи тоскливо смотрит на опустевший бокал и просит у бармена еще мартини. Сможет ли он разлюбить того, кого любить не должен, и влюбиться в того, в кого ему так нужно влюбиться? Эггзи развивает эту мысль, пока сидит в баре отеля, перебирает все за и против, пока снова валяется в шезлонге у бассейна, прикидывает варианты, пока гуляет вдоль нарядных витрин бутиков, старается быть практичным и рассуждать здраво и логично, пока лупит грушу в спортзале и после отмокает в джакузи в своем номере. Сердце болезненно и сладко сжимается в груди каждый раз, как в наушниках среди гомона чужих голосов раздается голос Мерлина. Должен ли Эггзи отринуть эмоции и забить на зов сердца, чтобы следовать чувству долга? После целого дня раздумий Эггзи приходит к выводу, что именно так он и должен поступить: заставить себя игнорировать собственные чувства к Мерлину, начать встречаться с Гарри и попытаться полюбить его. В конце-концов, именно Эггзи заварил всю эту кашу: узнав о влюбленности своего бывшего наставника, Эггзи сделал все, чтобы показать, как заинтересован в нем и что очень хочет стать его любовником. И как ему быть теперь? Сбежать, отговорившись тем, что внезапно втрескался в Мерлина, и бросить Гарри с разбитым сердцем? Это слишком жестоко. Это предательство. Нет, если бы Эггзи ничего не знал о влюбленности Гарри или хотя бы не пытался набиться ему в бойфренды, активно таская бывшего наставника на свидания и нацеловывая его на крыльце, тогда еще можно было бы держать нейтралитет и остаться с Гарри просто друзьями. Пусть при этом самому и придется страдать от безответной любви к Мерлину. Но в сложившейся ситуации так не прокатит. Эггзи, в конце концов, мужчина и должен брать на себя ответственность за последствия своих поступков. Да и потом, раз с Мерлином у него нет никаких шансов, то, может, отношения с Гарри - это лучший выход из ситуации? Ну, раз уж сам Эггзи будет страдать от неразделенной любви, то хотя бы сделает счастливым Гарри, чтобы и ему тоже не пришлось мучатся. А там пройдет пара-тройка лет, и вдруг Эггзи все же однажды проснется утром и поймет, что причина, по которой у него в животе порхают бабочки - ни кто иной, как Гарри Харт собственной персоной.