Метка из детства

— «Ну что, волчонок, как прошел день?» — «Да, пф, как он может вообще пройти-то? Уроки, потом подготовительные, потом дом… Брат до сих пор рычит. Кто-то из соседей разболтал ему, что видел нас вдвоем, вот и бесится. Знаешь же, как он тебя не любит. Дурак: думает, что мне не наплевать на его мнение. Ты сам как? Ничего ниже пояса не болит?» — «Хаха, как оригинально. В обезьяннике таких обычаев нет.» — «Что, тебя до сих пор не нагнули? Я все-таки буду первым?» — «Тебя давно не пороли что ли? И дырка уже настолько раздолбана, что меня не боишься? Волчонок, за слова придется отвечать…» — «Что?.. Да я… всего лишь…» — «Прекращай, знаешь же, на меня твои щенячьи глазки и милый голосок не действуют.» — «Ха-ха, попробовать стоило. А если серьезно, прости. Если б не я — убежали бы.» — «Да это я виноват. Знаю ведь, что разврат в общественных местах — обезьянник на двое суток. И все равно лезу к тебе. Поделом.» — «Хорошо, что хотя бы больший срок не впаяли. Не первый раз-то уже.» — «А что они могут? На тебе моя метка, заключение врача я вообще из карманов не вытаскиваю. Как там написано? „В силу физиологии стремительно развивающегося организма индивид не может сопротивляться желаниям плотского характера…“. Так что даже наш с тобой секс — норма. А брат будет доставать, так и скажи — статья это, истинных пытаться разлучить.» — «Хахха, ну загнул! Тебе оратором надо быть, а не механиком. Кстати, мой отец в эти выходные приезжает, придешь к нам знакомиться?» — «А кем он работает?» — «Океанологом. Он в принципе мирный, хотя на тебя может порычать. Ну как, немного… Хотя, узнает, что я уже не девственник — точно влетит…» — «Все в порядке, ты не такая уж шлюшка, как кажешься…» — «Эй, это вообще-то…» — «Тем более, на тебе моя метка.» — «Ну, это не аргумент. Она со мной с самого детства. Ой, брат идет, пока…» Последнее, что перед равнодушными гудками услышал Луис — очередное проклятье в адрес распутных альф и омег.