Не тяни бобра за хвост

      Два часа ночи. То самое время, когда жаворонки видят десятый сон, а совы категорически не понимают, что с ними не так. Некоторые из них были бы рады тоже спать. Сон важен и полезен. Да только не идёт. Ночью совы вынуждены бодрствовать. Но зато именно они могут беспечно наслаждаться красотой убывающей луны и скромным светом бесконечно далёких звёзд. А если они откроют окно, то смогут услышать парочку машин, раз в полчаса пересекающих улицы, и тихий шёпот листьев, пока прохладный ветер буквально на несколько секунд залетит к ним, дабы нежно огладить кожу и отправиться дальше.       Брайн был бы счастлив насладиться этим всем, а затем вновь провалиться в сон. В нём он мог бы почерпнуть идеи для новых видео, полетать в мире, где вместо облаков по небу плывёт сахарная вата, или с головой окунуться в кошмар и, проснувшись, в кои-то веки обрадоваться солнечным лучам, бьющим в лицо. Но чёрт там храпел, и Брайн был вынужден сквозь слипающиеся веки искать свою одежду, ибо Винди ну очень захотелось увидеть его прямо, блин, сейчас.       — Нет бы, чёрт побери, сказать, что он чокнулся, — корил он себя. — Согласился ж, блин, придурок.       И раз уж Брайн сказал, что придёт, то он придёт. Особенно учитывая то, что речь идёт не о каком-то хрене с горы, а именно о Винди. О парне, что наутро по видеозвонку будет рыдаться о тяжкой судьбе и жестоком обмане, если Брайн сейчас останется дома. О парне, чьи карие глаза в этот момент будут сверкать от прозрачных капель, которые он просто из-под крана плеснёт себе в лицо. Для драматизма. Будто и без лживых слёз его мало.       Брайн не хотел этой драмы. Каждый подобный раз у него сердце разрывалось между желанием утешающе похлопать по плечу и желанием хохотать так громко, что соседи точно испугаются и вызовут полицию.       Легонько похлопав себя по щекам, Макс схватил ключи и выбежал из квартиры. Никаких лишних мыслей! Лучше сосредоточиться на том, что ему придётся устроить себе небольшую пробежку. Может, это даже поможет негодовать несколько громче, чем планировалось изначально.

***

      Пытаясь отдышаться, Брайн буквально упал на скамейку в незнакомом ему дворе. Он уж думал, что ему ещё и придётся долго искать Винди, но, к счастью, тому хватило мозгов усесться на видном месте под уличным фонарём.       — Ну и? Зачем ты меня позвал? — задал Макс вполне логичный вопрос, относительно восстановив дыхание.       Но Винди даже головы на звук не повернул. Он лишь смотрел куда-то вдаль, о чём-то безмолвно думая. В рассеянном взгляде, Брайн видел, плескалась жалостливая неуверенность. Но это не значит, что его за это можно оставить в покое.       — Андрей! — громче позвал Макс и для лучшего эффекта толкнул парня в плечо. — Очнись уже, блин!       — А? — Винди удивлённо моргнул и уставился на Брайна как на восьмое чудо света.       Макс за это легонько стукнул его костяшками пальцев по переносице и закатил глаза.       — Зачем ты меня позвал? — повторил он свой вопрос, не скрывая усталости и раздражения.       Что его раздражало? О, если идти по возрастанию, то на первом месте факт того, что он вынужден повторять одну и ту же фразу дважды. На втором: сейчас два с половиной ночи, а он уже и всё ещё не в кровати. Третьей причиной является температура воздуха, при которой у Брайна уже начинает сводить челюсть, а Винди хоть бы хны. Сидит в своей рубашке и радуется жизни, пока в голову Брайна незаметно начинают проникать мысли о тщетности бытия своего и своей куртки.       Ну, а четвёртой причиной была а-а-адская медлительность Андрея. Макс уже планировал согреться, используя чисто свою злость и чужую кровь. А Андрей что? А Андрей просто отводит взгляд в сторону, краснеет и выдаёт максимально информативный ответ:       — Я подумал, что это может тебе понравиться. И что здесь идеальное место для… этого, — он неопределённо махнул рукой и опустил голову, неловко съёживаясь.       На самом деле, Брайну нравились загадки. Временами он их с лёгкостью разгадывал, временами не получалось, но зато он мог перевести их в парочку забавных идей. Сейчас же была первая загадка на его памяти, которая вызывала лишь пульсирующую жгучую злость. И сейчас забавной идеей в его голове вспыхнуло желание приложить друга головой о столб и попросить говорить конкретнее.       — «Это»? «Этого»? — но исполнить он решил лишь вторую часть. — Говори прямо, чёрт.       — Ночь и… ну…       Щёки Винди стали совсем уж красными, и он приложил ладонь ко лбу, пытаясь, видимо, приободриться и успокоиться. Возможно, будь сейчас два часа дня парни могли бы как-то это обшутить и дружно посмеяться. Но сейчас было два часа ночи, и Брайн очень хотел добраться до самой, мать её, сути:       — Не тяни бобра за хвост.       Когда Винди медленно к нему повернулся, Брайн уже начал думать, что именно в такие моменты люди и становятся убийцами. В моменты, когда другой человек активно ебёт тебе мозг, при этом абсолютно не совершая каких-то активных действий.       И всё же в этот момент Винди выглядел до умиления забавно. Будто нашкодивший пёс, желающий избежать гнева хозяина. Но с Брайном это сейчас совсем не работало. Он хотел спать, окей? Так что он открыл рот, желая вновь поторопить друга. Но подавился воздухом, когда Винди неожиданно резко наклонился к его лицу.       — Для этого, — прошептал он почти одними губами и со всей возможной мягкостью прижался ими к губам Макса.       В этот момент Брайн мысленно признал, что не так уж всё и плохо. Теперь, хотя бы, ему совсем не холодно.